Камило никогда не признается. Она никогда не узнает.

— Принцессы всегда красивые. — Ты видел много принцесс?

Он уступил бы ей свою комнату, однако, это не поможет. Отдал бы дар, свечу, весь этот дом и свою жизнь. Но Мирабель это не нужно.

Изабелла и Долорес смотрят на Мирабель, влюблённо наблюдающую за Камило, и думают, что эта великая любовь не прожила бы и минуты, покажи парень свою настоящую, до тошноты омерзительную, сторону.

На самом деле, Камило сегодня весь день казался очень и очень чем-то обеспокоенным. Не то чтобы это приносило кому-то настоящие неудобства, или что-то в этом роде, но, когда-то и дело Мирабель ловила на себе его долгий, немигающий и на самом дне глаз слегка поддернутый поволокой грусти взор, и сразу после того, как его палила перескакивавший с нотами неверия на Долорес, а потом обратно, и так по кругу… То, да, именно её сие настораживало.

Мирабель Мадригал переродилась в Мидорию Изуку.

Цветы в волосах Мирабель говорят намного больше, чем должны. Рассматривая нежные лепестки, путающиеся в чёрных волосах, Камило размышляет: знает ли кузина, что лицедей знаком с языком цветов. Поднося вином к губам, юноша подытоживает, что такое прощание весьма оригинально для них.

— Sigues siendo feliz? — Камило протягивает левый мизинец, чуть отстраняясь только для того, чтобы дать ей возможность ответить ему. — Todavía estamos felices. — Мирабель не колеблется ни секунды, скрепляя чуть подрагивающий от дуновшего ветерка правый мизинец с его.