Смелые татуировки, чёрная, как смоль, одежда вкупе с тяжёлой обувью на высокой платформе — стиль жизни Чонгука. И Тэхён знает, что под дерзким образом скрываются розовые носки с белыми кроликами, что-то милое и поистине нежное.

Кто сказал, что омега не может создать империю и установить в ней свои законы?

Два поломанных любовью мальчика увидели друг друга год назад и с первых взглядов всё поняли: они друг друга нашли. Оба боль чужую видят, вглядываются в глаза напротив, ищут что-то светлое, мягкое – не находят. У обоих глаза на мокром месте, боль чувствовать больше не хотят. Тянутся друг к другу, забрать всё плохое мечтают, себя вылечивая тем самым. Сразу всё понимают и спрашивать совершенно нет сил.

— Так, погоди. То есть ты попал в участок и хочешь закадрить симпатичного полицейского-омегу? — на другом конце трубки слышится усталый вздох. — Ага. Гениально, не правда?

- Альфа, прошу, - Чонгук скулит, извивается на простынях, пока Тэхен усердно работает пальцами. В душе закрадывается обида. Неосознанно, мучительно долго разрезает когтем его сердце. Он не альфа. Он не может дать своему парню желаемого.

Тэхён тогда осмотрел младшего омегу изучающим голодным взглядом, погладил пальцем по нижней губе и выдохнул низкое, пускающее возбуждённые мурашки по коже: «Сядешь мне на лицо, конфетка?». Чонгук тогда чуть душу богу не отдал. А его член как раз-таки отдал. Отдал честь, вставая по стойке смирно.