— Кейл, ты выйдешь за меня? — Нет. — Ладно, попробую завтра.

Херейд заболел, но категорически отказывается лечиться и пить прописанные врачом лекарства. Но Наташа, прилетевшая к нему на Новый Год, не собирается сдаваться и придумывает план

Мэй Няньцин всё ещё гордится своим бывшим учеником — а почему нет? Не смотря на прошедшие 800 лет и небольшой "бунтарский" период, Се Лянь всё ещё владеет всем, что подобает лучшему ученику: духовные силы, искусство каллиграфии и...целибат. Он ведь всё ещё соблюдает обет, даже после того, как стал жить с этим непревзойденным, да...? Но во время длительного пребывания в Доме Блаженства его худший кошмар стал явью. Се Лянь, его лучший ученик.... Он обучает Хуа Чэна каллиграфии!

Так где же провёл тринадцать лет Вэй Усянь после своей смерти, что ни разу не явился на зов заклинателей?

— Ваше Высочество… — не так часто можно было увидеть, что Хуа Чен не в состоянии подобрать слова. — Если ты хоть немного сомневаешься, если боишься или испытываешь неприязнь — просто… скажи мне. Я всё приму. Единственное моё желание — служить тебе, своему обожаемому божеству. Единственное, к чему я стремлюсь — сделать тебя счастливым… — слова срывались с губ обрывками, а руки продолжали беспорядочно ласкать плечи возлюбленного, будто бы до всего вышесказанного им не было абсолютно никакого дела.

Се Лянь целует то, что Хуа Чэн ненавидит больше всего – его пустующую глазницу. Хуа Чэн осознает, что обладание Се Лянем – его самая огромная удача.

Позволь мне видеть твои слезы, Саньлан.

О том, как двое Непревзойдённых сговорились против богов.

Это было обычное собрание Дровосеков. Это был Алфёдов, который вот-вот уснёт на столе. Это был Джаст, который вовсе не прочь донести снеговика до кровати. Это были их чувства, проснувшиеся внезапно и напавшие исподтишка.