После Аннигиляции солнца Вэй Усянь мается дурью в Пристани Лотоса, и Цзян Чэн решает, что он принесёт ордену больше пользы, если заключит дипломатический брак. А Лань Ванцзи как раз всё хочет затащить его в Гусу. Только Вэй Усянь не ждёт от этого решения ничего хорошего...

Несколько персонажей из «Рождения героя» оказываются в черной комнате и вынуждены наблюдать за альтернативной версией своего мира. Смогут ли они разрешить свои проблемы, не имея под рукой харизматичного, но очень ленивого командира? А ведь придется...

Самое первое воспоминание Лютика, связанное с его именем, родилось в оживленной комнате. Он был тогда еще слишком мал для учебы, так что когда среди движущихся тел раздался рык, в котором чудом угадывалось его полное имя, на глаза навернулись слезы – у него не было сил сдержать их. — Юлиан Альфред Панкрац! Голос его матери был резким и неумолимым.

Мерин расхаживал взад и вперед. В лунном свете он действительно соответствовал своему имени – призрак среди живых. Каждый его шаг был легким, и Лютик попробовал представить седло на его спине. Он не смог. Лютик подошел чуть ближе, оставляя между ним и оградой расстояние в пару шагов. Мерин замер и посмотрел на него. Вдруг он начал рыть землю копытом, но когда Лютик так и не двинулся и не издал ни звука, он успокоился. Они смотрели друг на друга в течение нескольких минут, только дыша.

Конец старого мира и начало нового. https://ficbook.net/readfic/8989263 - первая часть https://ficbook.net/readfic/9010757 - вторая часть https://ficbook.net/readfic/9081717 - третья часть https://ficbook.net/readfic/9720086 - четвертая часть

— Лань Чжань, мне нужно тебе кое-что сказать. Мне очень жаль, — Вэй Усянь на мгновение остановился, выуживая что-то из кармана своих черных джинсов. Из-за угла, под которым сидели двое мальчиков, Лань Цижэнь не мог видеть, что это за предмет, но он слышал, как Ванцзи резко вдохнул, когда тот прижался к его ладони. — Я беременный, Лань Чжань. На долю секунды Лань Цижэнь испугался, что его сердце может перестать биться. Беременный. Вэй Усяню было восемнадцать лет, и он был беременным.