Джон часто был любопытен, но ничто и никогда не притягивало его так, как дневник Холмса. Тайны, спрятанные в небольшом блокноте, обещали поведать историю замкнутого и высокомерного детектива. Только Джон не ожидал, что не только сможет пролить свет на детство и юность друга, но и раскрыть спрятанные глубоко в сердце Шерлока чувства. Написано по заявке.

За закрытыми дверями всегда скрывается правда. Только за ними можно понять, что скрывает человек и чего ему это стоит.

— Рон, ты хоть бы поздоровался со старым другом, — усмехнулся брюнет. — Официант, принесите мне бокал вашего лучшего вина и к нему что-нибудь сладкое, — подозвав официанта, он сделал заказ. — Спасибо. — Поттер? Но ты разве не умер? — наконец-то выдавил из себя рыжий. — Слухи о моей смерти были преувеличены, — усмехнулся тот. — В очередной раз, к слову. — Но я сам видел… — начал было Рон, но тут же запнулся. — Уверен? — слегка наклонившись вперед, спросил брюнет.

Он понимал, что несправедлив к Шерлоку, и Мориарти ничуть не уступает Волдеморту по степени извращенности ума. Но у него был творческий кризис, он был зол на весь мир, и на Шерлока тоже.

Джон Ватсон всегда стремился к спокойной жизни. Он хотел этого, когда сменил имя, когда решил стать врачом, когда вернулся после войны в Лондон. Но у него никогда не получалось жить обычной жизнью. Может быть, во всем была виновата его дурацкая страсть всех спасать. А может быть, Джону на самом деле хотелось совсем другого.

Неприятности сами находили Джона Ватсона с самого его рождения, а то, что Джон старательно обходил их стороной, не слишком помогало. Наверно, именно поэтому он сидел перед невозмутимым Майкрофтом Холмсом, и думал, что волшебная палочка оного искусно спрятана в зонте. Как у Хагрида, думал Джон.

- Мой отец - Гарри Поттер, - не совсем уверенно произнесла Роза, поджимая губы. - По крайней мере, это достаточно логично, Малфой. Папа был бы горд, - она довольно улыбнулась. Скорпиус удрученно покачал головой.

И Шерлок их не раскрыл ещё лишь потому, что Джон не давал повода.