Наемница Саюн – маленькая бестолковая игрушка инквизитора Скарамуша, и такова природа его забавной, ни к чему не обязывающей привязанности.

Барбатос почти ничего не знает об этом мире. Но точно уверен, что для людей Нииол странный и непонятный. Он говорит песнями, вечно что-то пишет в свою книгу, зачастую смотрит сквозь собеседника и всегда – всегда! – делает всё в какой-то ритм. Последнее особенно сильно выделяет Нииола на фоне людей, которые подстраиваются под обстоятельства.

Судьба подкидывает Итеру новое приключение: возможность отправиться на поиски реликвий Архонтов в руины дворца Селестии, карту к которым недавно нашёл один профессор-археолог. Вся затея кажется безумно удачной, ведь Итер и сам давно пытается найти эти руины, а тут профессор организует экспедицию, да ещё и платит, да ещё и нанимает в помощники телохранителя. Вот только приключение затягивается немного дольше намеченного, да и условия начинают казаться... подозрительными.

— Дай мне руку, — неуверенно сказала Люмин, и Кэйя без колебания оторвал ладонь от горлышка бутылки и протянул вперёд. — Сейчас произойдёт магия? — пошутил Кэйя, когда пальцы Люмин сжали его холодную ладонь в своей хватке.

Нет, Люмин конечно пригласила Странника на праздник, но то, что он действительно придет, она никак не ожидала.

- Когда мне было восемнадцать, я нашла пятилистный клевер. Знаешь, что это значит? - шестилетняя Анко и не подозревала. - Он приносит владельцу небывалую удачу. А если съесть его, исполнится любое твое желание. Мое исполнилось.

Кэйл никогда не отказывал себе в удовольствии толкнуть мебель, когда спотыкался об неё. Однако ответить на вопрос Раона об этом было довольно... тяжело.

Как известно, изолента может склеить что угодно. Но как насчёт разбитого сердца?

Когда Дилюк пару лет назад в первый раз замечает маленький мешочек на поясе у брата, ему интересно. Когда он видит его каждый день, ему смешно и всё ещё немного любопытно. Когда вещь в этом мешочке действительно помогает, это вызывает много вопросов и желание показаться врачу, ведь «Мне же не показалось, что тот слайм действительно обпрыгал тебя стороной?!»

Иногда Альбедо, задумавшись, настолько уходил в себя, что не обращал внимание ни на что вокруг. – Братик Альбедо говорит, что к нему приходит добрый друг Озарение. Кли его ни разу не видела. Кли думает, что это… Как там говорила мастер Джинн… Воображаемый друг, вот! – давала экспертную оценку Рыцарь Искорка, разрисовывая алхимику лицо. Люмин находила это весьма очаровательным.

Леон за свою жизнь успел повидать достаточно, чтобы не удивляться всяческим мелочам. Во всяком случае, так он думал до этого дня.

противопоказания: смотреть на своё отражение.

Он не может жить без музыки. И иногда это действительно мешает...

Хайтаму кажется, что Мияну всё же плевать на него. Он каждый день посещают лавку с цветами в попытках привлечь чужое внимание, но всё бесполезно. Ничего, кроме улыбок и учтивых слов он не получает. Вот только мужчина даже не догадывается, что после чужих визитов Миян вынужден убирать осколки от разбитых горшков.

Кто вообще придумал, что любая травма соулмейта будет отражаться на теле второго соулмейта синяком? Как будто Злату и без того недостаточно своих синяков, нет же, надо еще и чужие прибавить.

– Выглядишь неважно, – подмечает Чжун Ли, ставя перед Эфиром стаканчик с кофе. – Мой соулмейт опять не спал до четырёх утра, – стонет Эфир, роняя голову на сложенные руки. – А мне вставать в восемь. Как думаешь, я выспался? – Однозначно нет, – хмыкает Чжун Ли, хлопая Эфира по плечу. – Надеюсь, ты найдёшь свою сову как можно скорее, тебе явно стоит наладить режим.

Правила предназначения работают, даже если кто-то из пары не осознаёт существования связи. И Мораксу потребовалось время, чтобы осознать это.

— Знаешь, что быть в шкуре зверя мучительно, но всё равно нос воротишь, — вздохнул Аки. — Вот скажи мне, почему из всех людей на планете, моим почти что братом стал именно ты? Денджи уставился на него с любопытством и завилял хвостом, всё ещё скаля зубы. Аки прищурился, заметив перемены в его поведении, и признал его реакцию в качестве небольшой победы.

Мицури стояла перед входом в поместье Убуяшики, переминаясь с ноги на ногу и бесконечно поправляя складки на своем цветочном кимоно. Глава Корпуса Охотников, первый мужчина, который не был шокирован ее силой, несколько дней назад предложил девушке вступить в ряды истребителей.

«Какого чёрта?» – только и мог думать Кэйл, глядя на бесчисленную вязь переплетающихся между собой рисунков на бледном предплечье. Никогда, никогда больше он не поверит в то, что Бог Смерти способен дарить хорошие подарки.