AU, где Хёнджин - наследный принц, а у Феликса, кажется, жизнь пошла не по тому месту.

Феликса перекашивает с таких, как Хёнджин, с парней, которые не знают, что могут кому-то не нравиться, которые танцуют банальные танцы и улыбаются одновременно наивно и неестественно. А Хёнджин боится своих чувств, но продолжает искать глазами в толпе зрителей только одного человека.

— Он не умеет играть, — Кристофер зевает и лениво щелкает кнопками, выбирая другую игру. Лицо Феликса вытягивается. Видимо, для него мысль, что кто-то в мире не умеет рубиться в приставку кажется совсем сюрреалистичной и даже абсурдной. Ситуацию, конечно, надо исправлять, срочно, потому что играть не умеет Хёнджин, выглядящий из-за этого очаровательно и очень смущённо.

Феликс потерял смысл слова "счастье" ещё несколько лет назад. Хёнджин стал его воплощением.

Хенджин никогда не интересовался людьми из универа. С теми, с кем надо, он был знаком, с кем было приятно – дружил, а большего ему и не требовалось. Поэтому разговоры о странном пареньке со второго курса прошли как-то мимо него.

- Тебя что, мама никогда не учила, что на красный надо стоять? - тот же самый голос, который минутой ранее на всю улицу назвал его долбаебом, теперь слышится прямо над ним, и Хенджин поднимает голову. Прямо возле бордюра, придерживая за ручку красный обшарпанный мопед, стоит парень в таком же красном шлеме и выразительно смотрит на Хенджина. - Говорила, наверное, я не слушал.

Хван Хёнджин, взмахом руки подняв портфель, накрыл весь стол долларовыми купюрами. Медленно наклонился к микрофону и усмехнулся: — Я ставлю на Феликса всё.

Хёнджин работает в офисе, ненавидит своё начальство и очень, почти болезненно увлекается мальчиком из цветочной лавки, удивительно ясно напоминающим солнце.

Мрачные аллеи взросления и нездорового влечения.

Феликс жалеет, что сел в проклятую красивую Импалу, ведь пока эти два упрямых барана ругались, уходили его клиенты, а деньги ой как нужны были. Но тысяча долларов… Сказать, что это звучало заманчиво – ничего не сказать. – Мне плевать, – отрезает Хёнджин. – Я не хочу с тобой работать. И не думай устраивать аукцион, потому что сколько бы ты не предложил – я дам больше. А вот это уже интересно. Никто и никогда не соперничал за Феликса. Вечер переставал быть томным.

когда младший брат западает на препода, терпению рюджин приходит конец. одно дело – свиданки с ровесниками, не заканчивающиеся ничем, кроме секса на одну ночь; портить жизнь взрослому человеку своими детскими закидонами – совсем другое.

Никто не мог знать, что их последняя ссора может стать окончательной во всех смыслах.