"Не действуй против божества влюбленных: какое бы ты средство ни привлек, ты проиграешь эту битву, будь уверен". Данте Алигьери

Здравствуйте, доктор. Скучали? Я – немного. Вы начинаете мне нравиться. Потому что старый и скоро умрёте. Поясните за навязчивые мысли, а? Это лечится? Вы же этот… мозгоё… то есть мозгоправ. Вы должны знать точно! Раньше у меня такое только в отходняках было, а теперь и на сухую. Началось три дня назад, и всё то время они (мысли) протирают мой мозг на мелкой тёрке… А запой считается терапией? Нет? Жаль, потому что я уже в говно

Плавные графитовые штрихи ложатся на белый лист картона с мягким шорохом. Из-под кончика карандаша рождается словно живой образ, мягко улыбающийся автору. Образ не идеален, но это и делает его совершенным. Художник растушёвывает тени, водя пальцем по линии губ, подбородку, тонкой переносице. Он и сам улыбается своему творению, касается его, не имея такой возможности в жизни. «Что смотришь? – горько спрашивает, поглаживая волнистые карандашные пряди. – Всю душу мне истрепал, сука…»

Насколько легко вы отпускаете любимых? Или же они так и остаются маленькой частицей вашей души, изредка напоминая о себе - мимолётным ароматом, звучанием давно забытой мелодии, сладким послевкусием ностальгии? А готовы ли вы признаться хотя бы самим себе, что не отпустите никогда, продолжая украдкой тосковать по ушедшему счастью? Что если оно внезапно вернётся в вашу жизнь, но уже не таким прекрасным....

— Извращенец, — процедил Чон, изо всех сил сдерживая улыбку. Ким же себя не сдерживал — фирменная кривая ухмылка расползлась на зацелованных губах. — И тебе это чертовски нравится, да, крольчонок?

Я никогда не верил в магию вселенной, но лишь до тех пор, пока она не столкнула нас в пространстве и времени.