Чжун Ли знал, что любой путь однажды приводит к концу, сколько бы замечательных минут его не сопровождали, поэтому не пытался задержать момент, остановить время; он хотел насладиться каждым мигом — и этим лёгким поцелуем, который он оставил в мягких волосах, и этими объятиями, и мигом признания, которое так и не прозвучало.

И даже когда они оба будут далеко от этого места, когда запах цуйхуа и трель летних цикад останутся лишь в далёких воспоминаниях, они всё ещё будут соблюдать этот довольно простой контракт.

— Люди с элементальными стихиями считаются посланниками Архонтов, достойными перорождения в мире выше, — начинает Венти, и звуки лиры в голове Итэра звучат печальнее, когда он прикрывает глаза, вслушиваясь в мягкий, вкрадчивый голос. — Как сами Архонты перерождаются после смерти, так и люди, избранные Богами, могут вернуться в Тейват со своими воспоминаниями. В Селестии их встречают два Высших Архонта и благословляют их дальнейший путь касанием пальцев ко лбу.

Он не должен был быть разочарованием, но всё же чувствует его внутри себя подспудно, почти как второе сердце. Глупо. Он устаёт быть ошибкой почти каждый день и всё равно упорно продолжает тонуть в этом болоте, как будто это имеет смысл, как будто он совсем не хочет быть просто нужным хоть кому-нибудь, кто бы обратил на него внимание и заметил, что с ним что-то не так.

У Аль-Хайтама горячая кожа, но Кавех чувствует только холод.