— Чего ты хочешь? Зачем ты пришёл? — Намджун кладёт локти на стол и слегка подаётся вперёд в ожидании ответа. — Не хочу быть слабым. — Сквозь зубы цедит Пак. Альфа, услышав эти слова, довольно ухмыляется, и на его щеках проявляются игривые ямочки. — Тогда я научу тебя драться.

У Тэхёна с Намджуном, вообще-то, не должно было быть совершенно ничего общего. Тэхёну девятнадцать, а альфе все тридцать четыре, Ким помладше учится на искусствоведа, а вот Намджун предпочитает точные науки, омега обожает шоколад, а вот у его любовника на него страшная аллергия. В конце концов, Намджун член правящей партии, а вот отец Тэхёна видный политик из оппозиционной, но всё равно что-то будущего искусствоведа к этому альфе манит. Манит настолько, что омега соглашается на каждую встречу.

Ким Намджун, студент колледжа и независимый омега, решает, что он не хочет, чтобы альфа помогал ему в следующей течке. Ким Сокджин, лучший друг, решает, что это очень плохая идея. Это первая часть пенталогии A/B/O Verse.

Четвертая часть пенталогии A/B/O Verse. Чон Хосок был рождён, чтобы двигаться. У него было такое тело, которое просто не могло долго оставаться неподвижным. У него была душа под стать телу, блуждающий, кочевой дух, никогда не стоящий на месте. Ничего и никогда не могло заставить Хосока захотеть сидеть на месте. Никогда ничего не могло заставить его захотеть перестать двигаться. Ничего и никогда... До Чимина. А потом... И до Юнги.

Намджун почувствовал запах Тэхёна задолго до того, как увидел его, обычное явление, но всё равно вздрогнул, когда Тэхён скользнул на свободное место рядом с ним. Тэхён одарил его кривой улыбкой. — Привет, детка, — прошептал он. - Я тут подумал. Мы должны сделать связь постоянной. Или однажды днем Тэхён решает, что связь должна быть постоянной, и Намджун вряд ли может с ним не согласиться. Действие происходит через год после событий в «Hurt Locker».

«О каком одолжении ты говорил?» — спрашивает Намджун. «Точно, — отзывается Хосок, — вчера я слегка набрался, и мне в голову пришла потрясная мысль. И даже когда я протрезвел, она всё равно кажется неплохой, поэтому я и пришёл» «Так что там?» — любопытствует Юнги. Хосок глубоко вздыхает и несколько секунд многозначительно смотрит на него. «Можно я тебе отсосу?»

Намджун уверял своего мужа, что приготовить ужин – как раз плюнуть. Только вот куда плюнуть он не уточнил.

В Америке оковы айдола всегда были чуть легче, чуть свободнее. Сити-филд, сорокапятитысячный стадион, перерыв в несколько дней и симпатичный парень-фанат, который раздевает Хосока глазами весь концерт. Вопреки здравому смыслу Чон отдает ключ от своего номера, а заодно и от сердца.