Наши знамения означают благую смерть

      — Медлишь, Боннет.       После этой фразы Иззи повалил Стида на землю, лениво поднося остриё шпаги к его горлу. Тот непокорно, сжав губы, поднял подбородок, смотря в ответ со злостью и усталостью. Стид не двигался, пока тот не убрал от него редко поблёскивающий металл, чей холод он чувствовал на своей коже всё это время.       — Нельзя давать слабину.       Стид ещё какое-то время молча сидел на полу, восстанавливая дыхание и позже спросил:       — Но что если человек захочет сдаться?       — Как правило, такого не происходит. Стоит обернуться и тебя ударят в спину.       — Но не все ведь! — протестовал Стид подразумевая скорее себя.       — Если не веришь мне, спроси Эдди.       Стид скрипнул зубами. У Иззи появилась эта странная привычка называть Эда ласково. При том что он до сих пор игнорировал его. Иззи, скорее, ломался, думал Стид, ожидал извинения получше. И его можно было понять. Он всё ещё оставался важной частью жизни Эда. Тот никогда не говорил со Стидом об Иззи, не так часто как о, чтоб его черти драли, Кроули, но молчаливые вздохи и тяжёлый взгляд говорили вместо слов.       — Вставай, Боннет. Ещё раз.       — Ох, да сколько можно?!       — Эдди хочет чтобы ты стал хотя бы нормальным капитаном, так что будь добр, постарайся.       Каждодневные тренировки, как и общество Иззи, сильно выматывали. Тут уже было не до невинных шалостей вроде шлепка шпагой по заднице, даже не до взаимных колкостей, которые Стид обожал всей душой. Его хотели чуть ли не убить и Иззи останавливался лишь за секунду до того как его лезвие вопьётся в тело и каждый раз Стид не был уверен в том, что тот не передумает в последнюю секунду, и всё же не умерщвлит его.       Хоть Стид и не питал любви к этим тренировкам, но скрипя зубами признавал: теперь его хук справа в лучшие дни мог кого-то вырубить, а в худшие хорошенько оглушить, и рука даже, после такого, имела настроение не болеть и лишь слегка ныть. Хотя, даже у этого был свой плюс! Эд целовал его больную руку и это было лучшим поощрением, чтобы продолжать тренировки.       Также Стид Боннет больше не боялся ранить противника. И в этом частично тоже была заслуга Иззи. В Стиде проснулось странное желание всем всё доказать, хотя кто эти все и какое всё, он пока не определился. Побеждая в битве он наконец чувствовал превосходство и вечно представлял на месте противника Иззи. Как же ему хотелось превзойти его, не только чтобы самоудовлетвориться, но и потому что ему казалось, что тогда Эд ощутит всю серьёзность его намерений. Будто он наконец станет ему равным.       Только вот за этой пеленой мыслей он не видел как с каждым последующим абордажем Эд всё сильнее терялся. Когда Стид побеждал очередного врага и выкидывал пафосную фразу Эд странно улыбался, а затем уходил в задумчивость и, когда та дошла до своего пика, он не сдержался и вслух спросил у Кроули:       — У тебя было такое что ты перестал узнавать любимого человека?       Эд снова ночевал в его каюте. Пока хозяин валялся на гамаке, тихонько покачиваясь туда-сюда, Эдвард лежал на сундуках у стенки в спальном мешке и пялился в потолок.       Услышав вопрос, Кроули резко повернул голову.       — Мне нравится когда ангел делает что-то непредсказуемое, так что, даже не знаю что сказать.       Эд помычал и кивнул.       — А ты вот прям уверен, что любишь его?       Кроули тяжело вздохнул и издал недовольное хрипение.       — Давай сразу к делу. До чего ты додумался на этот раз?       — Нет, ну, вот я сейчас задумался просто. Смотри. — Эд тут же с энтузиазмом поднялся на локте. — Вы с ангелом единственные бессмертные сущности на земле, как я понял, к тому же друзья. Стид единственный кому я смог открыться так широко, как никому другому. — Он поднял указательный палец делая акцент перед заключением своей великой мысли. — Хоть они и единственные, но, что если вдруг это не любовь? Может просто дружба.       — Ха? Вот слышать это от тебя…       Эд тяжело вздохнул, вновь любуясь потолком.       — Я уже просто не знаю. Он так боялся причинить кому-то вред раньше и я уважал это. Но ему теперь… Мужик, ему будто всё равно. Он становится…       — Капитаном пиратов? — перебил Кроули. — А, по-моему, так даже лучше.       — Но я всё-таки хочу удостовериться…       — И как же?       Эд уставился на него и резко как будто выплюнул:       — Поцелуемся?       — Чего?! — подскочил Кроули. — А не слишком ли часто у нас это происходит?       — Всего два раза.       — Три.       Эд вскинул брови, явно ожидая подробностей.       — Слушай, мне надо было как-то быстро в тебя вселится! И поверь мне, если бы у тебя была возможность, ты бы ни за что не предпочёл делать это через уши или ноздри.       — А через?.. — с улыбкой протянул Эд, хихикнув.       — Что?       — Другие дыры?       — Ох, люди, вы вечно… угх! — Кроули скривил лицо. — Я даже не хочу об этом думать!       — Так что?       — Извини, люди не в моём вкусе.       — Так даже лучше! Это должен быть либо ты, либо… ну, либо Иззи. Ближе у меня никого нет.       — Ага? То есть только я?       — Ну… ну мужи-и-ик.       — И других вариантов проверки нет? Сразу к действию?       — Не знаю. Я вообще уже… ничего не понимаю.       — О, я заметил.       — Не, если ты против, то я не буду. Просто… это бы как-то меня успокоило.       — Если Стид узнает…       — Он не узнает.       — … большое упущение, скандал был бы прекрасный. Я бы наслаждался.       — Так что?       И тут в Кроули взыграло что-то бунтарское. Он никогда не целовался с человеком по собственному желанию, даже больше, он просто касался с ними губами, это никогда не было поцелуем. Хотя даже с ангелом, это было каким-то жалким выпадом с претензией на чмок. И если совсем уж углубляться, большая часть всех поцелуев произошла в Древнем Риме, жаль ангел в то время не давал ему приветствовать себя как подобает.       — Давай.       — Серьёзно?       — Пока я не передумал, а процесс уже пошёл, так что давай быстрее.       Эд подорвался с места, а Кроули сел на гамаке. Между ними сначала была неловкая пауза, а затем Эд облизал губы и резко приблизился. Поцелуй. Такого у Кроули не было за все пять тысяч, с половиной и хвостиком, лет. На удивление не так противно как он думал, но и не так потрясающе как ему об этом говорили. Хотя и слышал он об этом тоже, в контексте сюжетов из книг, а там частенько привирают. Кроме Данте. Экскурсия смертному по аду было увлекательной штукой. Правда первоначально ад рассчитывал на простую рекламную брошюрку…       Эдвард углубил поцелуй. Брови Кроули взмыли, он замычал было в протесте, но, отчего-то поплыл по течению и ответил на этот жест. То ли от одиночества, то ли от любопытства.       Вскоре Эд отдалился. Лицо у него было задумчивым.       — Ну, что?       Он качнул головой, чуть нахмурив нос.       — Мы никогда не будем об этом говорить, мужик.       — Согласен.       — Даже близко со Стидом не стоит.       — Здорово.       — У тебя раздвоенный язык?       — А ты этому удивлён?       — Не очень. Я просто хочу перевести тему чтобы мы не думали о хуйне которая только что произошла.       — Толковая мысль. Толковая. Я могу стереть это из памяти.       — Не-не, иначе мне придёт эта идея снова. Ты то, чёрт заправский, всё помнить будешь.       — О-о-о, ещё как буду. Мне кажется, ты мой должник теперь? Думаю, это было бы честно.       — Чего? Знаешь сколько людей хотели быть на твоём месте, мужик, а? Да толпы.       Кроули поднял одну бровь.       — Видел бы ты как я был хорош в Греции, в своё время. — Он довольно вздохнул. — Весь город, где я был, пропах оливковым маслом. Ещё немного — и повторил бы Содом, — с гордой улыбкой отметил Кроули. — Ну как повторил. Я тогда пришёл когда вечеринка была уже в самом разгаре.       — Хах. А что за Содом?       — Угх! Попроси Стида прочитать тебе пару строк перед сном. Прямо сейчас.       — Я не хочу его будить.       — Зато он хочет. Давай.       — Он будет ревновать…       — Кха! — Кроули в негодовании развёл руки. — Конечно будет! Если только ты скажешь ему о том что произошло минуту назад. Хотя… что там произошло минуту назад?       — Ничего.       — Верно. Абсолютно ничего. А теперь вали отсюда и дай мне поспать.       Эдвард не особо довольно пошёл к двери. Дошёл ли он до капитанской каюты осталось для Кроули без ответа. Но прежде чем заснуть он недовольно выдохнул «люди…», и улёгся на бок.

***

      — Хм. — Стид смотрел на одинокий корабль вдалеке через подзорную трубу.       — Давайте-ка на него тоже заглянем.       День выдался ясный, солнечный и весьма тёплый. Облаков почти нет, лишь бесконечная синева. Ветер приятно путался в бирюзовой рубашке, проводил своим дуновением по волосам. Пахло приятными переменами, и Стид радостно направлял в их сторону своё лицо. Было бы ещё лучше, не стой рядом Иззи чёрным пятном.       — Ха, малыш Боннет думает, что уже может осилить два корабля за день?       — Я — твой капитан, — огрызнулся Стид.       — Как скажите, капитаньчик, — хмыкнул Иззи и отвернулся к команде, чтобы те готовились к очередному штурму.       Эдвард прочистил горло и с долей тоски облокотился о перила.       — Я наверное… этот пропущу.       Стид сразу же посмотрел на него с беспокойством.       — Ты в порядке? — Он положил руку на его предплечье.       — А, д-да. — Эд слегка улыбнулся, накрывая своей ладонью его.       Эд поднял глаза и увидел что на виске Стида осталось кровавое пятнышко с прошлого налёта. Как на запятнанной белой розе. Эд стёр его и с тяжестью продолжил.       — Просто устал. Не хочу портить всё веселье.       — Мы можем не…       — Стид, — перебил Эд, чуть улыбаясь. — хватит мужик, я же знаю что ты хочешь. Повеселись. А я просто прилягу ненадолго. Потом расскажешь как всё было.       Стид ласково провёл по его волосам и коснулся губами щеки.       — Хорошо. Надеюсь, там будет что-то неимоверное.       — Верю в это. — шире улыбнулся Эд и пошёл в сторону каюты капитана.       Стид смотрел ему вслед с лёгким беспокойством. Всё же, он чувствовал, что Эда что-то тревожит, но, как показала практика, остаётся лишь ждать пока он сам будет готов к разговору. Но это ожидание вечно томило Стида в беспокойстве, что бы он не делал.       Команда напала на одинокий корабль. В этот раз он пустовал и выглядел почти как «Ревендж» после шторма. Лица большей части группы похмурнели. В голове всплыли неприятные воспоминания. У всех кроме Француза. Он слегка улыбался, думая о потенциальной наживе, а его коробочка с плохими воспоминаниями обросла вторым слоем.       — Хотя бы без пентаграммы в этот раз. — с тяжёлым вздохом протянул Джим.       — Не помню чтобы мы с Бородой хоть раз наталкивались на корабль-призрак дважды за месяц. — Иззи огляделся, под конец смотря на Боннета с лёгким упрёком.       — Советую меньше пить. Прошло всего две недели с того «проклятого» корабля. Не месяц.       Иззи тяжело вздохнул, отвечая очень непривычным наигранным тоном:       — О-о-ох, мне так не хватало нравоучений, папочка. — он фыркнул с явным омерзением и продолжил обычным тоном. — Я о том что твоя сраная удача снова привела нас к пустому кораблю.       И словно услышав эти слова, раздался быстрый неритмичный топот каблуков. На палубу выбежала женщина из капитанской каюты и упала перед ними на пол, лицом вниз.       Джим заранее начал молится.       Незнакомка выглядела сухой и изнеможённой. Тёмные кудрявые волосы с сединой распластались по полу. В них были вплетены перья, почти не выделяющиеся по цвету с её волосами, похожи на трясогузку, в тонких косичках торчали бусы и кольца. Руки забиты посиневшими странными узорами, похожими на переплетающиеся в узлы нити. Все смотрели на неё с удивлением, и только Иззи подошёл ближе, наклоняясь и хмурясь.       — Энн? — неуверенно спросил он.       Женщина резко подняла голову, вполне себе бодрая и здоровая. Она нахмурилась. Её глаза, потерявшиеся в чёрных кругах под глазами, щурились, всматриваясь в лицо Иззи.       — Ну я, да… — неуверенно сказала она, до полноты картины осмотрев и остальных, щурясь ещё сильнее.       — Иззи.       — Иззи?! — крикнула она и убрала руку прямо между корсетом и кружевной рубашкой без горла, рукава которой начинались на её плечах. Достала она оттуда до смешного толстые очки. — Иззи!       Тот расплылся в улыбке.       — Живучая ты сучка! — он протянул ей руку.       — Ха-ха, иди нахуй! — она схватилась за него и тут же поднялась, лишний раз топнув каблучками. — А где Черныш?       — На корабле.       — Надо же. — Она показала когтистым пальцем на Стида, оценив как сильно его бирюзовая рубашка выбивается на фоне чёрной одежды остальной команды. — он новенький?       Стид слегка улыбнулся.       — Капитан Стид Боннет, к вашим услугам.       — А-ха-ха, а он смешной!       Она посмотрела на Иззи и, увидев его недовольное лицо вновь обернулась к Боннету.       — Серьёзно? Капитан? А Черныш?       — Эдвард мой со-капитан, мэм.       — Эдвард?.. — она медленно повернулась к Иззи и вздёрнула брови. Тот с улыбкой на лице, из-за её глупой физиономии, кивнул, и женщина ахнула. — Так вы трахаетесь! Я то думаю, что здесь забыл такой пай-мальчик. Да, вкус у него сильно изменился. И что, Джек не возникает?       — Он сдох. — заключил Иззи.       — Да и поделом этому Калико. Сукин сын должен мне денег ещё с третьего года, эт скока уже. Лет семь? С учётом инфляций… я бы себе дворец отгрохала.       — Почти пятнадцать, — поправил Стид.       — А какой… сейчас год? — неуверенно спросила она.       — Тысяча семьсот восемнадцатый.       — Опа…       Женщина потерянно отвела взгляд.       — А не многовато? — тихо спросила Арчи.       — Чего именно?       — Лет. Я думала сейчас тридцатый год где-то.       — Это тебе тридцать.       — А, — задумалась девушка. — Ну всё равно как-то много, не кажется?       Джим нахмурился.       — Мы это ещё обсудим…       Марианна осмотрела всех снова, кусая губы.       — Что ты тут делаешь вообще? — наконец спросил Иззи, руша тишину.       — Ах, фух, как бы так сказать. В мои сегодняшние планы входило напроситься к вам на корабль, поесть и убить пока все спят. Но, очевидно, придётся придумать себе другой досуг на вечер.       — Я думаю, ты всё ещё можешь поесть у нас. — Иззи посмотрел на Стида с нечитаемым взглядом. — это было бы вежливо. Помочь голодающей даме.       — Что ж… — начал было Стид.       — Энн, а как полностью? — выкрикнула Арчи.       — Ха? Марианна Дье-Ле-Во, собственной персоной. — Энн упёрла руку в бок и свободной рукой закинула волосы назад.       — Твою мать! — взвизгнула она. — Вы живы! О-о-о, не могу поверить! Типа! Сама Мэри Энн.       — Воу, — женщина заправила прядку за ухо. — Давно такого восторга к себе не слышала.       — Вы типа ну, должны у нас отобедать. Да? Ну, все согласны? Пожалуйста!       — Мэри Энн… та самая Мэри Энн? Жена де Граффа? Вау… — протянул Джим.       — И ведьма! — крикнул сзади Француз.       — О-о-о, — заулыбалась Энн. — мне нравится этот мальчик! Как тебя?       — Ф-француз.       — М-м-м, — она облюбовала его взглядом. — Ну неплохо, неплохо…       — А что именно вас связывает с Эдвардом? Хорниголд? — Мягко спросил Стид, понятия не имея кто же стоит перед ним.       — О, Боже упаси и спаси от этого мудака! Нет. Ха-ха. Нет! Черныш был моим, э-э-э… — она загибала пальцы. — ну, примерно пятым любовником. Или шестым? Я не… эм. Тяжело точно сказать.       — Эд был до Неда Лоу. — вставил Иззи.       — Нэд Лоу? — присвистнул Роач. — большой фанат.       — Оу, да, чёрт. Ну, два Эдварда подряд это я лиху дала. Да. Верно. Седьмой.       Ох, ну конечно, да-да-да, седьмой. Самый мой молоденький. Как я могла забыть! Черныш! Ух-х-х. Какая задница… — Она с улыбкой посмотрела сначала на Иззи, а потом на Стида. — ну вы, в общем-то, мальчики, понимаете, о чём я. Ой, а какие глаза… да, было мило. Жаль потянуло на скрипачей психопатов…       — Так вы, получается… — голос Стида звучал до ужаса высоко.       — Ауч, не ревнуй так. — она расплылась в широкой улыбке и кивнула. — Да, его бывшая.       Стид приоткрыл рот.       — Эд был с Мэри Энн! — шепотом кричала Арчи, тряся руками. — Ахер!

***

      Эдвард надеялся однажды перенять привычку Кроули спать где и когда ему того захочется. Но у него не всегда получалось заснуть даже когда его клонило в сон! Так что сейчас Эд лежал на койке Стида и периодически ворочался, брал перерыв на фырканье, и ворочался снова.       Когда он услышал щелчок двери, то моментально лёг на спину и закрыл глаза, притворяясь спящим, скорее правда, как спящая принцесса.       Мягкая, но увесистая поступь, оценивал про себя Эд. Азирафаэль, без сомнений. Здесь больше никто не умел вести себя тихо кроме Джим, тот и вовсе ходил почти бесшумно.       — Не на абордаже? — якобы только проснувшись спросил Эд.       Он лениво открыл глаза и медленно повернул голову. Азирафаэль стоял у заметно уменьшившейся, по сравнению с предыдущей, библиотеки Стида, которую он начал собирать по новой теперь уже исключительно из своих трофеев.       — И ни разу не был. — мягко хмыкнул он. — Исключая возвращение нам «Ревендж», конечно.       — Не горишь желанием посетить Францию?       Азирафаэль резко поднял голову, отрываясь от разглядывания обложки. Эд в своей обычной манере ударил сразу в лоб, даже не подготавливая, чего никогда не делал по отношению к ангелу.       — Ох, Эдвард…. Эм, да? В скором времени. Мы об этом говорили.       — А может рванешь прям щас? Зачем ждать.       Азирафаэль посмотрел на него расстроенным взглядом.       — Неужели я совсем бесполезен на этом корабле?       — Да нет… — В голосе Эда стала пропадать уверенность.       Азирафаэль опустил книгу.       — Эдвард? Что не так?       Эд явно не хотел говорить, но сдался под ангельским взглядом.       — Я не хочу чтобы Кроули уходил.       — Но, дорогой… — начал было ангел с улыбкой, но резко остановился.       Улыбка сошла с его губ. Глаза наполнились осознанием, а взгляд расфокусировался. Эдвард, видя изменения в лице, лишь тяжело кивнул. Азирафаэль расстроенно свёл брови, теперь смотря на пол.       Кроули уходит из-за него.       Ангел приложил пальцы к губам и забродил по каюте. Мысли суматошно бегали в его голове и он даже не знал за какую хвататься. Но вдруг Азирафаэль резко остановился перед Эдом. Говорил он тихо и очень тяжело.       — Хорошо. Но этого разговора не было.       Эд облегчённо выдохнул и улыбнулся.       — Конечно. Слушай, мужик, спасибо.       — Я сам всё улажу… не стоит беспокоиться.       Ангел сглотнул, машинально поправил свой кафтан и пошёл в сторону двери, крепко прижимая к себе книгу.       — Или ты можешь просто принять что вы друзья! — крикнул ему в спину Эд.       — Я вообще не против твоей компании на корабле.       Ангел резко развернулся.       — Но я не могу! — громко и расстроенно ответил он в чувствах и тихо дополнил, встав на месте. — не могу…       Эд впервые видел его таким грустным.       — Блин, мужик, ну это же не предложение руки и сердца. Вы и так тысячу лет знакомы, чё б нет?       Азирафаэль тяжело вздохнул, прежде чем заговорить.       — Как ты, вероятно, уже понял, мы — не люди, Эдвард. За такого рода отношения… да за одно лишь Соглашение нас могут подвергнуть наказанию. А, прости меня, дружба? Это просто… недопустимо! За такое могут и… мы можем перестать существовать.       — Но вы бессмертные, как вы можете умереть вообще?       — Можем, — грустно произнёс Азирафаэль. — Можем… Лучше жить так, чем прекратить наше существование.       — Или! Вы можете пойти вдвоём против всего мира!       Азирафаэль тяжело улыбнулся.       — Мы — не люди. Мы не можем совершать такие… ошибки, в отличие от людей. Я могу за предательство стать падшим, а Кроули… я боюсь даже об этом думать, Эдвард.       — Серьёзно? Боишься вслух сказать то, что и так всем ясно? Что вы, мать его, друзья?! И ты даже ничего ему не скажешь?       — Как и ты. Если Кроули умудрился искусить сам себя и помыслить что это возможно, то кому-то придётся взять за это ответственность. Рано или поздно это пройдёт. Наше Соглашение изживёт себя, когда начнётся конец света. Таков замысел. — он отвёл взгляд на книгу в руках. — Ничто не вечно.

***

      — …и этот придурок позвал меня замуж!       — А ты с ним ещё даже не спала, — протянул Иззи, держа стакан у губ.       Энн со звонким смехом махнула рукой и слегка расплескала выпивку. Вся команда сидела в столовой уже поддатая, а улыбки не сходили с лиц. Энн была очень болтливой и крайне эмоциональной особой, которая ужасно заражала своим скрипучим и похрюкивающим смехом. Ухахатывался даже Иззи, который довольно редко сидел вместе с остальными, а ещё реже говорил и почти никогда не смеялся, предпочитая в основном пить и слушать. Но это был редчайший случай, когда он сидел рядом с их гостьей и даже шутил! И Энн ухахатывалась с каждой его подколки, даже когда было совсем не смешно.       Только Стид чувствовал себя некомфортно. Что-то в ней его отталкивало. Было такое предчувствие, что здесь есть какой-то подвох.       Когда Иззи отлучился, Энн резко убрала ноги со стола, наклонилась над тарелками и с заговорческим шёпотом спросила:       — Хотите послушать про Иззи?       — Да что о нём можно сказать? — фыркнул Стид.       — О, ревнивец, — хмыкнула она. — Иззи тогда был, м-м-м. — Она закрыла глаза, закусив губу. — В общем я понятия не имею, как Черныш умудрился устоять. Как он вообще его затащил к себе на корабль?! Не перестаю поражаться. Этот ублюдок сделал своей правой рукой… — она понизила голос. — охотника на пиратов.       — Иззи?! — Арчи распахнула глаза.       — Быть не может.       — Он убил моего третьего мужика. — цыкнула она, развалившись на стуле. — Не сказать что жалко. Он был тем ещё мудилой. Но… ах, как сейчас помню. Приставил мне шпагу к горлу, — она провела по шее указательным пальцем. — весь такой напыщенный, взгляд, полный отвращения ко мне… — она закусила губу, сладко мыча. — а Черныш стоял за моей спиной и нагло одним лишь указательным пальцем отвёл лезвие в сторону. Иззи уже не смотрел на меня. Нет. Думаю, в этот момент он и пропал.       — А потом?       — О. Они сражались. Черныш, правда, хер тогда сосал в фехтовании. Иззи нашампурил его бок на свою шпагу, а Черныш как обычно залился смехом, шептал ему что-то, а затем как схватился рукой за его горло… — она резко сжала руку. — Иззи отступил, а я потратила полчаса, чтобы вытащить из него шпагу. Он стонал как сучка, так что я просто в итоге быстро выдернула и прижгла ножом. А на следующий день… Иззи уже предлагал ему свою помощь.       — Интересно, что же он такого сказал… — протянул Клык.       Энн цыкнула.       — Без понятия. Сама долго ломала голову, но ответов так и не выбила.       — А как вы, а как… — мямлила Арчи. — простите, а как вы предсказывали будущее!       — Ведьма! — Возмутился Француз.       — М-м-м, такой обаяшка может называть меня как угодно. — она хищно щёлкнула зубами и улыбнулась, видя его недоумение и лёгкое смущение. — впрочем, секрет прост.       Тощая рука потянулась к поясной сумке и она достала оттуда чёрный свёрток, внутри которого лежали заметно потрепанные карты. Сразу же она достала свои очки.       — Таро. — хмыкнул Кроули. — не думал, что приживутся.       — О? — Энн удивилась, улыбаясь. — Знаешь о магии карт?       — Магия это, конечно, сказано сильно. Но слышал.       — И что? Демоны карт говорят тебе что делать? — подняв бровь спросил Француз.       — Ха, демоны карт, — тихо хмыкнул демон, в будущем собирающийся курировать Уно.       — О, всего лишь демоны? — она очень красиво развернула карты веером в двух руках. — Сама судьба, зайка. Судьба делится со мной своими тайнами. Я могу сказать твоё прошлое. — Она взглядом указала вытащить его одну карту из левого веера и рука Француза сначала одёрнулась от них как от огня, а позже он всё-таки вытащил одну с краю. — Умничка, положи на стол. А теперь твоё настоящее. — На этот раз она протянула ему правый веер карт, он действовал уже быстрее. — Вот так. И твоё будущее, — она протянула вперёд обе руки и Француз выбрал карты из середины слева. — прекрасно!       Она схлопнула оба веера и перетасовала карты бутербродом, карты из одной руки мешая со второй. Всю колоду она поставила перед собой.       Она открыла все три карты с довольной ухмылкой. Кроули отметил, что рисунки на них были необычными. Возможно даже, нарисованные лично ей и выглядело недурно. Всё такое витиеватое, чёрно-белое, разве что кое-где местами были подтёки.       — Твоё прошлое. О, ты был прислугой. В настоящем времени ты ощущаешь лёгкость, после тяжёлого испытания. В будущем… что-то надвигается. Что-то нехорошее, на что ты не сможешь повлиять.       Француз испуганно оглядел остальных.       — Снова ты со своими картами. — хмыкнул вернувшийся Иззи. — нельзя оставить и на пять минут как ты снова занимаешься этой хернёй.       — Я слышу по голосу, ты хочешь у них что-то спросить.       Ноздря Иззи дёрнулась, и его лицо выглядело так, будто бы он делает ей большое одолжение.       — Ладно. Пусть ответят мне на вопрос.       Энн расплылась в улыбке.       — Ты знаешь что делать.       Она вновь разложила колоду веером в двух руках, и Иззи, непрерывно смотря на неё, вытащил одну карту на обум. Он сам посмотрел на рисунок и тут же отдал карту картинкой вниз с каким-то презрением.       Энн посмотрела на карту, кинула на Иззи грустный взгляд, и тут же убрала её внутрь колоды.       На рисунке было человеческое сердце пронзённое тройкой мечей.       — Ты спрашивал то, о чём я думаю?       — Откуда я блядь знаю о чём ты думаешь.       Иззи резко отпил, задумчиво осмотрел остальных и, видя в их глазах непонимание, ушёл. Энн проводила его взглядом. Хотела было пойти следом, но что-то подсказывало ей переждать.       — Он и без карт это знал. — тихо ответил Кроули и Энн посмотрела на него изподлобья.       — Змей, — она повернулась к Кроули. — Так?       — Подлый змей.       — Ещё лучше. — Она протянула ему веера карт.       — О, ха-ха, мне вечно выпадает одно и то же. — Он усмехнулся и всё же протянул руку, вытянул три карты за один заход и положил их рубашкой кверху, прикрывая рукой. Улыбался он с полным искренним предвкушением. — Не показывай их никому, но верь в увиденное.       Энн убрала колоду и с явным интересом взяла три карты в руку. Три карты дьявола. Её лицо исказилось в удивлении. Это было просто физически невозможно. Фокус? Он обманул её? Но как?       Чем дольше Энн смотрела на карты, тем страшнее ей становилось. Она медленно подняла глаза на Кроули.       — Да кто ты такой…       — Ох, да так, всего лишь друг Эда.       Повисла тишина. Энн убрала карты в колоду. Затем снова развернула два веера, смотря уже внутрь карт. Ни одна из них не повторялась. Дьявол снова один.       — Ещё раз.       — Думаешь что-то изменится?       — Ещё раз.       Кроули хмыкнул, качнув головой.       Ситуация повторилась. Перед ней оказались три карты дьявола, но, вернувшись в колоду, две другие исчезли.       — Что-то не так? — разбавил тишину Эд, стоя у лестницы.       — Он — дьявол. — растерянно заключила Энн.       — Ха-ха-ха, мы знаем, Марианна. — Несмотря на смех и улыбку, глаза Эдварда оставались серьёзными. — Мы знаем.       — Вам правда лучше перестать его так называть. — возмутился Джим. — когда вы встретитесь с настоящими демонами, вам всем будет уже не до смеха.       — Ай! — недовольно взвизгнул Кроули, когда Француз кинул в него бобы.       Он взмыл с места, зачерпнул сушёного гороха из мешка рукой и бросил во Француза в отместку.       — Нравится когда в тебя горохом кидают?! Я тебе ещё подкину. Может ты демон, а? Не нравится?       — Ай! Я просто проверил! — крикнул Француз, закрывая лицо и пятясь назад. Горошек очень больно бил по коже.       — Проверил! — передразнивая повторил Кроули, кидаясь ещё парочкой горошин.       Тем временем Эд подошёл ближе к столу.       — Как ты? — тихо спросил Стид.       Эдвард даже вздрогнул. Обычно Стида легко было заметить в толпе, а в этот раз он тихо сидел в углу и выглядел даже слегка подавленным.       — А, д-да нормально. Пришёл на шум. — Он обернулся к Энн. — Давно не виделись. Я думал ты лет пять как сдохла.       — Может быть я злой призрак. Не знаю, — повела плечом Энн.       — Ангел! — с улыбкой крикнул Кроули, заметив Азирафаэля за Эдом. Он махал рукой, чтобы тот подошёл поближе. — тебе понравится!       Азирафаэль моментально оживился, теряя свою задумчивость. Он подошёл поближе, любопытно смотря на незнакомку, а так же удивился, видя в её руках карты таро.       — Здравствуйте, — мило улыбнулся Азирафаэль.       — Не бойся. — Кроули сказал это Энн, спустил очки чуть ниже, обнажая змеиные глаза и подмигнул ей. Она не ужаснулась, но действовала сугубо на любопытстве.       Ангел очень долго выбирал желаемые карты. Он не знал, что в этом не было особого смысла. Перед Энн лежало три одинаковых карты Умеренности, с нарисованным ангелом. Она покачала головой и убрала колоду обратно в сумку.       — Так. Кажется, я слегка подустала…       — Останетесь на ужин?! — выкрикнула Арчи. — Вы такая прикольная…       — О-о-о, — умилительно протянула Энн. — Это не от меня зависит.       Она посмотрела на Эда, а затем на Стида, далее обращаясь к нему.       — Я бы могла многое рассказать.       — Но ничего для нас интересного. — оборвал Эд.       — Мне кажется, ты не рад меня видеть.       — О, не кажется, подруга. Я бы хотел чтобы те съебала от сюда со скоростью ветра.       Она сощурилась и улыбнулась.       — Жаль сегодня штиль. — она уставилась на Стида. — Так что?       Стид осмотрел команду и увидел в большинстве своём умоляющие взгляды. Особенно яро просила Арчи, впившись на него щенячьим взглядом.       — Пусть карты мне скажут. — протянул Стид.       — Пусть будет так.       Он вытянул Суд.       — И что это значит?       — О. Иногда карты довольно буквальны… — скомкано улыбнулась Энн. Её взгляд на секунду опустел, но затем она с ещё шире раскрывшейся улыбкой сказала. — Это значит, что я просто обязана остаться.       — Ты врёшь, — нахмурился Эд.       — Сам знаешь, мои карты не врут.       — Карты — да. Но не ты.       — Решать всё равно не тебе. — сощурилась Энн, возвращая взгляд на Стида.       — Капитан?       Она смотрела на него с такой улыбкой, которой обычно обладал Кроули. Стид терпеть её не мог. Однако, из-за как раз этой похожести он тяжело вздохнул и сказал:       — После ужина попрошу покинуть корабль.       — Конечно.       — Какого… — тихо возмутился Эд.       — Поверь.       Тяжесть в голосе Стида казалась чужеродной.       — Поверь?! — раздражённо шепнул Эд. — да ты ж блядь не знаешь что она такое!       Стид огляделся, увидел недоумение команды, взял Эда под руку и вывел на палубу. Как только они вышли, Эдвард зашипел со всей агрессией:       — Ты не знаешь её! Она ебанутая! Поверь мне.       — Я верю. Очень легко в это верю.       — Тогда какого хуя?!       — Честно? Исключая того что ты всегда умудрялся собирать вокруг себя ярких личностей, что заставляет меня невольно задуматься как я выгляжу на их фоне… — он тяжело вздохнул, уже видя на лице Эда недовольство. — Иззи.       — Чего?! Причём тут Иззи?!       — Со старыми друзьями он выглядит мягче.       — Нихуя они не друзья!       — А, по-моему, вполне. Я не помню чтобы он так много улыбался. Да и чтобы улыбался в принципе. Он скорее… скалится. Ну, знаешь, как будто загрызёт.       — Да ни черта! Умеет он улыбаться. Просто… — Эд немного потух. — повода у него не было.       — А теперь есть.       Эдвард тяжело вздохнул и упёрся спиной о перила.       — А что её команда?       — Её… команда?       Эдвард нахмурился.       — На корабле больше никого не было.       Эд задумчиво посмотрел на корабль. Его взгляд уставился на чёрное пятно на корме. Он сощурился и тихо произнёс:       — Что-то не так…

***

      — Иззи? — Энн легонько постучала костяшками пальцев по двери в его каюту.       Ответа нет. Она постучала снова.       — Какого хуя надо?       — Я сегодня после ужина ухожу. А у меня тут… бутылка ещё даже не начата. Нужна компания.       Дверь неохотно открылась. В щели выглянуло недовольное лицо. Энн подняла бутылку прямо напротив его кислой физиономии и слегка встряхнула. Иззи лишь качнул головой, раскрывая дверь пошире.       — Только потому что я давно не пил в компании.       — Всё в одну глотку?       — В основном.       — Такой противный трезвенник как ты? — хмыкнула Энн, пихнув его бедром.       — Противный… — с еле видимой ухмылкой повторил он, закрывая дверь.       Энн в наглую плюхнулась на мягкий мешок и пригласила занять второй рядом. Иззи встал напротив и с лёгкой тяжестью хлопнул по бедру намекая на протез.       — Боюсь, я потом не встану.       — Тогда без прелюдий? — Она указала на кровать.       — Сразу к делу, — заключил Иззи и забрал из её рук бутылку.       Кровать узкая. Он занял одну половину, она вторую. Из вежливости Иззи сел поближе к краю, его протез упирался в пол.       — Знаешь, — протянула она, — нам было бы хорошо вместе. По крайней мере первый месяц.       Иззи хмыкнул.       — Скольким ты это уже говорила?       Она засмеялась, а затем посмотрела на него с мягкостью.       — Много кому. Но никому дважды.       — Прости.       Она лишь кивнула и улыбнулась. Открыв бутыль она сделала три огромных глотка, а затем поморщилась.       — Уф-ф-ф-ха. Давно я не пила. Ну и херня.       — Лучшее что есть.       Она скатилась на его плечо, скрестив руки.       — И всё-таки… что он тогда тебе сказал?       — На Тортуге?       — Да.       Иззи запрокинул голову назад, упираясь в стенку.       — Пустые глаза… Путешествие без цели не имеет начала и конца. Но я вижу твоё начало. И оно не здесь.       Энн повернулась в удивлении, чуть ли не утыкаясь в его щёку носом.       — Серьёзно?       Иззи чуть повернулся с улыбкой и качнул головой.       — И этого хватило?       — В тот момент да, хватило. Да и… ты знаешь какой он, когда говорит со страстью. Ты уже в слова особо не вслушиваешься.       — Да-а-а. По этому я тогда пошла не с Киддом. И рассталась с Бартом. Ради этой сраной юношеской страсти и волос, в которые можно вцепиться.       — Эти грёбаные волосы…       — А глаза…       Иззи отхлебнул.       — Хватит об этом.       — А за-а-адница, — тянула она, хихикая.       Иззи толкнул её плечом, протягивая бутылку. Она набрала воздух и с мужеством отпила.       — Каким же ебучим он раньше был… и этот парень. Как там его. Стив Бонд?       — Стид Боннет, — хмыкнув, поправил её Иззи и с повышенным тоном очень издевательски произнёс. — Пират-джентельмен.       — Пират… а-ха-ха, пират-кто?! — заливалась смехом Энн.       — Джентльмен. — всё так же глупо, пародируя самого Стида, повторял Иззи и сам тихо хихикал.       Энн хрюкала и била его по руке. Спьяну её и вовсе можно было рассмешить почти любым словом, если правильно его преподнести.       — Чёрная, сука, Борода и… Пират-джентельмен. Кому скажешь — не поверят.       — Ну, Эд больше не Чёрная Борода. — Иззи отпил из бутылки и упёр её в своё бедро, слегка чмокнув губами. — он теперь просто Эдвард Тич. Отошёл от дел.       — Да ну… Черныш?! Нет. Он же… он так горел всем этим. В смысле, когда мы виделись в последний раз его чуть не повесили из-за того, что он не соврал что не пират. Он же… он гордился всем этим.       — Больше нет.       — Надо же…       Ненадолго поселилась тишина. Можно даже сказать уютная. Они молча передавали друг другу бутылку и обдумывали что-то своё. Но Энн снова заговорила:       — А помнишь ту заварушку с буканьерами?       Иззи засмеялся, жалостливо сведя брови вместе.       — Ну и срань ты вспомнила, Энни.       — Да здорово же было.       — Конечно. Два месяца отбиваться от этих карибских придурков потому что мы обчистили их корабль.       — Но было же весело! Вечно там оказывался этот тип, который кричал нам вслед: «Будь ты проклят, Чёрная Борода!»       Она прокричала это как можно ниже, махая кулаком в воздух, и Иззи радушно хмыкнул. Энн резко вздохнула, что-то вспомнив, и стала шлёпать его по руке ладонью:       — Ещё усы были такие идиотские. Как две сопли под носом. Его единственной любимой женщиной была наверное только мама.       — Да почему. Может, и бабушка ещё.       Она залилась смехом и снова положила голову на его плечо. Воздух наполнился тишиной и ностальгией, которая у обоих вызывала улыбку.       — Он сильно тосковал по мне?       — Ну так. — Иззи повёл плечом. — Калико быстро пристроился.       — Вот сучонок.       — Почему вы расстались?       — Он хотел убить меня.       — Эдди?!       — Эдди… Да.       — Херня. Нет.       — Они все рано или поздно хотят этого. Может, я проклята? Или может это Лоренс был особенным. Любовью всей моей жизни. — она снова сделала глоток и с улыбкой продолжила. — Первый мужчина который внешне меня не привлёк, но завоевал. На всю жизнь. Даже после смерти… которую я не смогла предотвратить.       — А карты что, не предупредили?       Она тяжело вздохнула.       — Хоть карты мне и сказали, я не смогла ничего сделать. Казалось, не было иных вариантов. Только смерть. И сейчас тоже… я не смогу избежать смерти. Она давно меня ждёт. — Энн хмыкнула. — Но я даже рада.       — Смерти?       — Концу. Хах. — она смотрела на быстро дошедшую до половины бутыль. — Путешествие без цели всё-таки имеет конец. Смерть.       Она посмотрела на его протез, медленно перевела взгляд на лицо и наблюдала до тех пор, пока Иззи не посмотрел на неё.       — Поцелуй меня. — тихо шепнула она. — Умирая, я хочу помнить каково это.       Иззи посмотрел на неё пару секунд и затем целомудренно коснулся губами её лба. Она лишь расплылась в улыбке, смотря куда-то вниз.       — Ты не меняешься, Иззи. Возможно в этом твоя самая большая слабость. — она подняла глаза. — но спасибо.

***

      Эдвард тихо бродил по кораблю Марианны, держа руку на мушкете. Он внимательно осматривался по сторонам, вслушиваясь в каждый шорох. Одинокий, истерзанный корабль «Упрямая Маркиза» слегка щекотал нервы своими скрипами и по этому Эд оставался в полном напряжении.       Спустившись в трюм, он зажёг масляную лампу. Под ногами грязь, крысы бегали от испуга в разные стороны. Разбросаны платья, ткани. И лежали они на полу явно давно. Валялись драгоценности как ненужный мусор, тусклые, мутные, будто и не стоят бешеных денег.       Впереди красное грязное атласное полотно закрывало проход. Эд схватился за край и резко потянул вниз. Впереди завал. Он поставил лампу на пол и стал медленно убирать ящики и бочки с пути. Расчистив путь, в нос ударила затхлость и какой-то неприятный запах.       Он завернул в каюту. Чёрная плесень проела стену. Доски сгнили. Запашок стоял мерзотный. Внутри только гора разнообразных подгнивших сундуков. Он открыл самый на вид дорогой и его чуть не вырвало. И от смрада и от того что лежало внутри.

***

      — Капитан? — промурлыкала Энн, стуча по стене, уже войдя в капитанскую каюту.       Стид резко поднял глаза.       — Мисс Дье-Ле-Во.       — Ох, — она улыбнулась, а затем лицо изменилось якобы осознанием. — А! Я вспомнила. Пират-джентльмен. Точно! Хм. Мне вас описывали иначе.       — Меня описывали? — приятно удивился Стид, не догадываясь что они с Иззи уже перемыли ему все кости.       — Да. Ожидала увидеть вас похожим на «праздничный торт».       — Ох, — хмыкнул он. — к сожалению эта эра прошла. Или к счастью. Было красиво, но, до жути неудобно. А стирка на корабле… портила внешний вид. Даже хорошо что от моей одежды избавились.       Энн опёрлась о стенку и скрестила руки на груди.       — Давно вы встречаетесь?       — Эм. Хах. Тяжёлый вопрос.       Энн подняла брови.       — А кто первым признался?       — Я не особо хочу обсуждать наши…       — Расслабься. В обмен я расскажу одну полезную тайну.       Стид сжал зубы, смотря как женщина вальяжно подходит ближе и садится, к его удивлению, на самый край, никак его не касаясь. А он то боялся очередных домогательств. Наверное, это и ослабило бдительность.       — Эдвард.       Она улыбнулась и кивнула.       — Я обманула. Не такая уж это и тайна. Но… Эдвард Тич, в интимном плане знаменит тем что никого не добивается. Ему, в общем-то и не надо. И если он идёт в атаку первым, значит в человеке есть что-то, что его покорило. Он нашёл сокровище.       Стид тяжело опустил голову.       — Сокровище… да уж. Хотелось бы чтобы это было правдой.       — Оу, да не прибедняйся. — она хлопнула его по плечу слегка пьяно хрюкнув. — у тебя есть все данные. Просто немного уверенности бы. Но это, знаешь, с опытом всё, с опытом. Но могу погадать, если не веришь.       — Спасибо за предложение. Воздержусь. Мне не хочется знать.       — Правда? Я редко такое слышу.       Вдруг дверь в каюту с хлопком открылась. Внутрь ворвался обеспокоенный Эд. И, увидев Энн, он направил на неё мушкет.       — Ради всего святого! — испугался Стид.       — Вставай, сука. И попытайся мне объяснить это! — Эд достал из кармана золотую цепочку с кулоном.       Энн не была шокирована или испугана, но лёгкое опьянение стало и вовсе незаметно. Она молча встала с дивана, медленно подняв руки. Её взгляд смотрел Эду прямо в глаза, а голос звучал мягко и обречённо:       — Они планировали бунт. Мне пришлось убить их.       Стид приоткрыл рот, с непониманием смотря на Марианну.       — Чей это кулон, Энн?       Она молчала, смотря на раскрывшийся кулон с её портретом внутри как под гипнозом.       — Сюзанны?! Не говори мне что…       — Сюзанны, — заключила Энн и закусила губу. Её глаза слегка слезились.       — Да что с тобой не так?! — крикнул Эд перед её лицом и кинул кулон прямо ей под ноги.       Эдвард смотрел на неё бешеным взглядом, краснея от злости. Стид не находил себе места, смотря на женщину не без тени испуга.       — Эдвард, что…       — Она убила всю свою команду! Свою, блядь, дочь родную! Решив, что они хотят взбунтоваться и убить её. Ты ебанутая, Марианна. Тебе повезло что я тебя тогда не придушил.       — Ты хотел убить меня!       — Не хотел, блядь, не хотел! Я защищался от тебя!       — Хотел! — кричала она, не желая слушать. — Я знаю что хотел!       Эдвард лишь качал головой, проводя рукой по бороде, не видя смысла в споре.       — По кодексу ты должна получить наказание, — спокойнее ответил он.       — Я знаю. Пусть это будет на моём корабле.       — Конечно. Не хотелось бы твою кровь отмывать с нашего, мы его только в порядок привели. Шагай.       — Убери оружие. Я не сопротивляюсь. Сделаем это тихо. Я не хочу чтобы та девочка узнала.       — Арчи? — предположил Стид.       — Да. Арчи.       Рука Эда дрогнула.       — Пожалуйста, Эд. Мы оба знаем, что мне придётся сделать это самой. Я готова.       Он ещё какое-то время колебался, но не видя и намёка на сопротивление опустил мушкет.       — Спасибо.       На палубе они встретили Иззи. Он, игнорируя Эда, пошёл попрощаться со старым другом, с пьяну не чувствуя гнетущей атмосферы сразу.       — Может, ещё встретимся. — хмыкнул он.       Брови Энн сошлись вместе, словно эти слова больно её ранили.       — Боюсь, это конец моего пути.       Иззи наконец увидел как Эдвард сильно держит её за предплечье. Она не пыталась вырваться, но, судя по не совсем свободной позе, ей было больно. Иззи посмотрел ему в лицо. Эд смотрел полный холода и явно уверенный в своём решении, каковым бы оно ни было. Иззи без промедления ударил Эдварда по щеке.       — Какого хуя! — рявкнул Эд, хватаясь за разбитую скулу.       Стид схватил Иззи за кисть, а Энн прижалась рукой к его груди.       — Я отравила свою команду. — тихо и быстро ответила она на немой вопрос во взгляде.       Иззи нахмурился. Ему казалось, он плохо её расслышал. Он бегло посмотрел на Эда. Тот, вопреки недавно полученному удару, не стремился прожечь его гневным взглядом, наоборот, в нём теперь читалось нечто похожее на сочувствие. Иззи на мгновение закрыл глаза, опустил голову и, после тяжёлого вздоха, снова посмотрел на неё.       — Ох, Энни… — обречённо, одними лишь губами, произнёс Иззи. Его лицо в мгновение изменилось на скорбящее. Он освободился от хватки Стида и коснулся рукой в кожаной перчатке её щеки большим пальцем, остальными путаясь во взъерошенных волосах. — Что же ты наделала…       — Всё в порядке. Главное, что я буду не одна.       Он закрыл глаза и громко сглотнул.       — Я сам этим займусь. Выполнять грязную работу за капитана моя обязанность. — тяжело сказал он, протягивая руку в сторону Эда. — мушкет.       — Я иду с вами. — заключил Эд.       — Мушкет! — рявкнул Иззи.       — У вас тут… — робко спросил Француз.       — Вон! — хрипло и рвано закричал Иззи и слегка остыл, видя удивление на его лице. — у нас… важный разговор. Уйди. Пожалуйста.       — Ладно… — ответил Француз, уходя обратно в трюм и тихо пробубнил. — кричать было необязательно.       Эд положил мушкет в его руку, но не торопился отдавать.       — Я. Иду.       Иззи выхватил оружие, даже не смотря в сторону Эда. Тот сжал зубы, но больше ничего не сказал. Ещё какое-то время все четверо стояли в гробовой тишине в темноте плохо освещаемой новолунием и звёздами.       — Я пока займу чем-нибудь остальных. — проронил Стид и оставил их троих.       По доске шли по одному. Сначала Энн, сзади Эдвард. Иззи воспользовался верёвкой.       Через какое-то время Энн сказала:       — Я хочу чтобы это произошло в моей каюте.       — Хорошо. — тихо ответил Иззи.       Эд было пошёл за ними, но тот остановил его рукой. Поначалу Эдвард хотел возразить, но в итоге остался стоять смирно. Иззи даже не смотрел на него и выглядел так же паршиво, как перед потерей ноги.       Она зашла в свою ухоженную каюту. Иззи поставил лампу на стол, осматривая очертания шкатулок и статуэток, стоящих на полках. На стенах висели листовки с розысками. Там был и Борода, и Чёрный Барт, Нэд Лоу… видимо, все её бывшие, как трофеи.       — Мне положена предсмертная просьба?       Иззи лишь качнул головой вместо «да».       — Потанцуй со мной.       — Энн, я…       Она медленно заставила его своей рукой положить мушкет на стол, рядом с фонарём, пальцами сжимая освободившуюся ладонь. Иззи сжал её крепче, кладя руку на талию и когда рука Энн легла на плечо, она сделала медленный шаг в сторону. Затем ещё один. Она тихо мычала какую-то мелодию, знакомую им обоим. И Иззи тихо подпевал, чем вызвал у неё дрожащую улыбку.       Его протез тяжело ударялся о скрипящий пол, и в целом он двигался не ловко, но Энн всё равно мечтательно улыбаясь, наслаждаясь хриплым мелодичным шептанием у уха.       Видя, что она начинает плакать, Иззи остановился. Энн качнула головой и тяжело выдохнула, отпуская его. В тот момент его сердце сжалось и он решил выполнить и другую её просьбу. Он не отпускал её талию, коснулся шеи рукой и поцеловал. Так нежно как он только умел, чувствуя, как она задыхается, как слёзы щипят его кожу, но, при этом, она отвечала с такой жадностью, словно мечтала об этом всю жизнь. Поцелуй длился до тех пор, пока она не отстранилась, держа его лицо в руках.       — Спасибо, — тихим, дрожащим голосом проговорила Энн.       Она вырвалась, взяла в руки мушкет со стола и на пробу приложила дуло к виску. А затем, обхватив за корпус, навела на лоб, чтобы наверняка.       — Энн… — тяжело прохрипел Иззи.       — Ты не обязан смотреть.       — Если я отвернусь, ты будешь одна. — с тяжёлой улыбкой ответил он.       Она засмеялась дрожащими губами и пустила одинокую слезу.       — Ты хороший человек, Израэль. Правда хороший.       Эд услышал выстрел, который эхом пронёсся по округе. Неминуемо, одиноко и медленно затихая, будто его и не было. Он стоял не двигаясь, пока этот шум не покинул его голову, переключаясь на волны, бьющиеся о корму.       Он задумчиво смотрел на небо. За облаками почти не было видно звёзд. В голове пусто.       Иззи не выходил слишком долго. Эд тихо пошёл к двери проверить что произошло. Он заглянул в каюту и увидел как Иззи одиноко стоит к нему спиной у лежащего на полу тела.       Эд молча вышел, давая ему время.

***

      — Она сказала что ненавидит прощаться, так что, нужно уважать это. — с улыбкой сказал Стид, стараясь не думать, что Энн уже, вероятно, мертва.       Арчи недовольно застонала.       — Я так надеялась на предсказание от самой Марианны Дье-Ле-Во! Не честно!       — Может, в следующий раз…       — Как стелит… — тихо хмыкнул Кроули, что было слышимо лишь ангелу.       — Он врёт? — спросил Азирафаэль, вскинув брови.       — Энн приговорена к смерти по пиратским законам. Больше мы её никогда не увидим.       Кроули направился к палубе и Азирафаэль последовал за ним.       — Ох, — тихо и расстроено произнёс ангел. — бедняжка.       — Ну, не сказал бы. Она убила всю свою команду.       — Она душевно больна и ты знаешь это.       — Жалеть тварей божьих по твоей части. У меня такой квалификации нет. — он чуть ухмыльнулся. — но она была занятной. Жаль что я связался с Бородой позже.       Азирафаэль задумчиво кивнул.       — Не будешь скучать?       — Хм? Может я слегка и очеловечился, но не на столько. Ха. Скучать… иногда ты говоришь такие глупости.       — Это происходит исключительно потому что ты слишком хорошо врёшь, мой дорогой.       — Спасибо.       Азирафаэль прикусил губы и со вздохом натянул улыбку.       — Пожалуй, мне стоит последовать твоему примеру.       — М?       — Уйти.       Кроули приподнял бровь.       — Думаешь, это твоя игра в Купидона закончилась успехом?       — Не называй это… так. Но, думаю, всё идёт на лад. — Азирафаэль слегка улыбнулся, но эта улыбка была не долгой и сошла с его лица моментально, как только Кроули загоготал во всю глотку.       — Они расстанутся!       — Да почему ты вечно… — возмутился было Азирафаэль, но Кроули быстро его перебил.       — Я? Ты! Почему ты вечно хочешь доказать обратное?! Зло и добро не притягиваются, одно подавляет второе! С самого начала у таких связей нет никакого будущего. Интересы одного рушат интересы второго.       — Кроули, нет, подожди…       — Просто пойми наконец!       — Ты говоришь о нас?       Кроули моментально заткнулся, приоткрыв рот. Этот вопрос будто облил его святой водой.       — Что? О чём ты вообще… у нас нет никаких… нас.       — Будем честны, Эдвард никакое не полное зло, а Стид не истинный праведник.       — Это то, во что ты веришь.       — Нет, Кроули. Это то, что я вижу. Как и то что ты тоже…       — Нет!       — … не абсолютное зло.       Кроули громко и тяжело дышал, его лицо моментально наполнилось гневом. Тишина появившаяся между ними поселила в ангеле неуверенность. Он ожидал что демон будет кричать и злиться, но вместо этого он услышал только холодное:       — Зато ты идеален. — прошипел он. — Поздравляю с этим.       На этом Кроули резко сорвался с места, убегая к себе в каюту.       — Кроули!       — Не лезь ко мне!       Ангел тут же замер, сжал губы и зажмурился.

***

      — Можешь молчать сколько хочешь, мужик! Плевать. Но, знаешь, возможно, она бы убила всех нас! Просто по резкому желанию! Потому что она уже давно ку-ку. Она даже сожгла корабль Лоу после того как они разбежались! — кричал Эдвард.       Иззи шёл, никак не реагируя, уходя сначала к складу за бутылкой, а затем планировал уйти к себе в каюту, но на полпути неожиданно столкнулся с тем кто, как ему казалось, планирует такой же досуг.       — Хуёвый день? — спросил Иззи, видя в руках Кроули три бутылки с ромом.       — Только день? Хах. Бери больше.       — Нужна помощь? — Иззи показал на бутылки.       — Тоже считаешь что я добрый в глубине души?       — Считаю что в глубине души ты кусок говна.       — Я весь в твоём распоряжении. — он протянул ему бутылку.       — Какие планы?       — Нажраться в дрын. В щепки. В доски. Во что там вообще напиваются?       — В дрова.       — Да как тебе будет угодно.       Они звякнули бутылками и последующие два дня их почти никто не видел, но зато все прекрасно слышали.