Мой младший брат всё ещё не убил меня (Новелла)

«Продолжим?» Бросив взгляд на бессознательную троицу, распростёртую на земле, Чжун Янь перевёл взгляд на Гу Сюаньяна и нерешительно спросил: «А что с ними? Дня за два весь круг культивирования узнает о том, что ты уничтожил их базы культивирования.» Хотя эта троица сама была инициатором драки, внезапно атаковав и сыпля неприятными оскорблениями, текущее положение Чжун Яня и Гу Сюаньяна было слишком шатким и непрочным. А учитывая, насколько жестоким был Гу Сюаньян со своими ударами, некоторые в кругу даосского совершенствования могли быть не на их стороне. По всей вероятности, подавляющее большинство не было бы на их стороне. Тем не менее, Гу Сюаньян ответил только: «Возможно.» «Ты не возражаешь?» Гу Сюаньян слегка приподнял брови: «Почему я должен?» Чжун Янь не нашёл, что возразить. Только тогда ему пришло в голову, что для Гу Сюаньяна чья-то жизнь не имела большого значения, и он не обращал никакого внимания на мнение других о себе. В оригинальной истории каждый его шаг в притворстве был просто для того, чтобы обеспечить себе немного больше удобств в повседневной жизни. Теперь, когда он был изгнан из секты, ему больше не нужно было притворяться, следовательно, у него было ещё меньше забот, когда он что-либо делал. Это не так уж и плохо… По крайней мере, если я всерьёз не смогу найти способ отменить клятву крови и уже через месяц отброшу коньки, Гу Сюаньян не будет сильно расстроен. Дальнейший путь они продолжили на мечах: Гу Сюаньян шёл впереди, а Чжун Янь следовал за ним. Последние несколько дней непереставая лил осенний дождь. Хотя небо только-только прояснилось, его снова затянули тучи и туман. Находясь в воздухе, Чжун Янь посмотрел вниз, но в поле его зрения было только покрывало белого тумана. После бог знает какого долгого путешествия Чжун Янь не мог не предложить: «Давай спустимся и сделаем перерыв.» Гу Сюаньян наклонил голову: «Старший брат устал?» «Не совсем… Я просто хочу взглянуть, где мы сейчас находимся.» После паузы Гу Сюаньян ответил: «Вероятно, мы вошли на территорию северо-запада.» Обычно Чжун Янь не стал бы настаивать после получения такого ответа от Гу Сюаньяна. Однако возможно из-за того, что он не мог хотя бы мельком оглядываться вокруг во время их путешествия, в нём начали прорастать семена беспокойства: «Я хочу прилечь отдохнуть.» Через некоторое время Гу Сюаньян кивнул. Двое полетели вниз и приземлились прямо на перекрёстке. Посреди пустоши начинались три ответвления дорог, уходящих в бесконечную даль. На обочине дороги стоял чайный магазин с соломенной крышей и двумя-тремя столами со стульями вокруг них. Пожилой человек лет пятидесяти-шестидесяти, сгорбившись, облокотился на стойку и играл со счётами. Гу Сюаньян предложил: «Старший брат, давай выпьем по чашке чая.» Чжун Янь ответил кивком. Как только они сели за стол, старик принёс чайник и поставил перед ними. Возможно, из-за прошедшего несколько минут назад дождя или из-за того, что он находился посреди пустоши, Чжун Янь почувствовал, как на него накатывает волна влажного озноба, отчего его конечности слегка похолодели. Гу Сюаньян, казалось, заметил его беспокойство и спросил: «Что случилось?» Немного поколебавшись, Чжун Янь ответил: «У меня просто возникло ощущение, что здесь слишком холодно.» «Поскольку сейчас середина осени, а город Длинной Реки находится на северо-западе, естественно, нам здесь будет немного холоднее, нежели во время нашего путешествия по Зелёной Вершине». Гу Сюаньян протянул чашку чая Чжун Яню: «Вот, старший брат. Выпей чашку горячего чая.» Выпив чай большими глотками, Чжун Янь не смог удержаться от вопроса: «Как скоро мы туда доберёмся?» Гу Сюаньян поднял взгляд и мягко улыбнулся: «Скоро.» Тем не менее, вместо облегчения, сердце Чжун Яня было переполнено беспокойством. Но он понятия не имел, откуда это волнение появилось. «Тогда давай поторопимся.» Он поставил чашку на стол и выудил немного серебряных монет, чтобы заплатить за чай. Пожилой владелец ларька всё ещё возился со своими счётами. Он хрипло произнёс, даже не глядя на Чжун Яня: «Пять медных монет.» Чжун Янь расстегнул свой кошелёк и положил несколько монет, прежде чем завязать его обратно на поясе. Однако из-за невнимательности его серебряные монеты выскользнули из кошелька и упали на землю. Только тогда Чжун Янь понял, что что-то было не так. Под чайным магазином земля была слегка влажной от дождя. Тем не менее, когда монеты упали на землю, раздался чёткий звон, как будто они приземлились на гладкую, твёрдую поверхность. Тем временем пожилой владелец ларька, склонившийся над прилавком, не смотрел на него, а продолжал перебирать счёты. Единственный ответ, который он получил, был от Гу Сюаньяна, который крикнул ему в спину: «Старший брат!» В голове Чжун Яня зазвучал тревожный сигнал. В одно мгновение он обнажил свой меч и нанёс удар по одному из деревянных столов в чайном магазине. Как и ожидалось, вместо того, чтобы разлететься на куски от ауры меча, стол начал распадаться туманным облаком и прямо на глазах рассеиваться. Такая сцена была не в новинку Чжун Яню, который однажды видел её на ледяных равнинах. Он поднял глаза и крикнул: «Гу Сюаньян!» Мгновенно грязная дорога, столы, стулья, прилавок и даже владелец чайного ларька превратились в туман, прежде чем раствориться в воздухе. Почва под Чжун Янем превратилась в сплошной лёд, а ледяные равнины простирались во всех направлениях, насколько хватало глаз. В настоящее время эти двое находились в глубине Северной Пустыни. Гу Сюаньян в мгновение ока оказался перед Чжун Янем и поднял руку, чтобы разоружить его. Он вздохнул: «Действительно, слишком сложно установить иллюзорную границу на всей ледяной равнине. Всего лишь небольшая неосторожность, и возникнет ошибка.» Разве сейчас вообще время беспокоиться об этом?! Когда у Чжун Яня отобрали его меч, он ударил поднятой ногой по Гу Сюаньяну, который предпочел удар просто принять. Из Гу Сюаньяна потоками вырвалось давление и обездвижило Чжун Яня. «Моим первоначальным планом было позволить старшему брату отправиться в Северную Пустыню одному. Увы, старший брат поумнел.» Пылая негодованием, Чжун Янь проревел: «Ты обманом заманил меня сюда!» Тон Гу Сюаньяна был настолько деликатным, насколько это возможно: «Это моя вина.» Несмотря на свои извинения, он не прекратил своё давление. Чжун Янь хотел просто его ударить, поскольку он не мог использовать свою базу совершенствования из-за ограниченной жизненной энергии, но он понял, что не может даже поднять руку. Гу Сюаньян слегка усмехнулся: «Старший брат, нет смысла бороться.» В голове Чжун Яня сразу промелькнула мысль о чае, который Гу Сюаньян подал ему несколько минут назад. Гу Сюаньян, казалось, догадался, о чём Чжун Янь думает: «Не волнуйся, старший брат. Это всего лишь немного лекарства. Скоро его действие пройдёт.» К удивлению Чжун Яня, Гу Сюаньян сразу же подхватил его на руки и полетел на север. Ярость захлестнула Чжун Яня, когда он потребовал сквозь стиснутые зубы: «Отпусти меня!» Тон Гу Сюаньяна был всё таким же мягким, как всегда: «Просто подожди ещё немного, старший брат.» Пока они разговаривали, Гу Сюаньян уже нёс Чжун Яня к воротам дворца. Все следы потрясения от их предыдущей битвы с Владыкой демонов внутри наполненного драгоценностями дворца полностью исчезли. Несколько демонических культиваторов заранее ждали у ворот, выполняя роль их прислуги. Как только они заметили этих двоих, то приветствовали их поклоном, прежде чем молча пройти вперёд. Пройдя по двум извилистым коридорам, они вышли во внутренний двор, где слуги-проводники остановились. Как и во дворце, внутренний двор был украшен ледяными скульптурами и выложен нефритом. Гу Сюаньян с Чжун Янем на руках толкнул дверь комнаты во внутреннем дворе, прежде чем опустить его и встать у кровати. В настоящее время он прекратил своё давление. В тот момент, когда Чжун Янь был освобождён от обездвиживания, он перекинул ногу через себя. Однако, поскольку в его теле всё ещё не было энергии, его удар даже не смог коснуться рукавов его цели. Чжун Янь кипел: «Что именно ты пытаешься сделать?!» «Отменить клятву крови старшего брата.» Чжун Янь был на мгновение ошеломлён: «Как я уже говорил, это не имеет значения…» Выражение лица Гу Сюаньяна немного потемнело: «Старший брат собирается и дальше мне лгать?» На мгновение потеряв дар речи, Чжун Янь выпалил: «Что ты планируешь делать? Ты серьёзно будешь убивать других ради Цан Луаня?» Лицо Гу Сюаньяна просветлело, когда он неторопливо ответил: «Поскольку я пообещал старшему брату никогда никого не убивать, конечно, я сдержу своё слово.» После короткой паузы он продолжил: «Я собираюсь практиковать демоническое совершенствование.» Шок пронзил сердце Чжун Яня, когда он закричал: «Не смей!» «Старший брат, в этом мире нет ничего, что бы я не осмелился сделать». После краткой паузы на лице Гу Сюаньяна внезапно появилось подобие улыбки: «На самом деле, есть. Злые намерения скрываются в моём сердце, но я не осмеливаюсь открыть это старшему брату, так как старший брат может рассердиться.» Чжун Янь усмехнулся, в нём вспыхнуло пламя ярости: «Ты не только обманом заманил меня в Северную Пустыню, но и всем сердцем посвятил себя практике демонического совершенствования. На что ты не посмеешь пойти?» Гу Сюаньян наклонил голову и не сводил глаз с Чжун Яня. Казалось, что он на мгновение о чем-то задумался, прежде чем рассмеяться. Его голос был нежным: «Хорошо сказано, старший брат. Поскольку всё было сказано и сделано, нет никакого смысла сдерживаться». Гу Сюаньян рванул, прижимая руки Чжун Яня к изголовью кровати. Почувствовав, что всё пошло наперекосяк, Чжун Янь попытался его остановить и рявкнул: «Что ты… ммм!» Остальную часть вопроса заглушил язык Гу Сюаньяна. В отличие от утончённой, джентльменской внешности, которую обычно имел Гу Сюаньян, его поцелуй был яростным и агрессивным, беспрестанно вторгаясь в каждый дюйм рта Чжун Яня. Поскольку его движения были ограничены, Чжун Янь был вынужден переплести свой язык с языком Гу Сюаньяна. Честно говоря, „вынужден“ было не совсем точным описанием его текущего состояния, поскольку в настоящее время его разум был пуст, как лист бумаги. Он мог только следовать за движениями Гу Сюаньяна, издавая серию тихих стонов. Некоторое время спустя Гу Сюаньян наконец освободил Чжун Яня от поцелуя и скользнул вниз. Он поласкал шею Чжун Яня, прежде чем сильно укусить. Когда боль вернула Чжун Яня к реальности, он снова замахнулся ногой на человека, нависшего над ним. Наконец, его удару удалось достичь цели. Вместо того, чтобы разозлиться, Гу Сюаньян немного выпрямился и издал тихий смешок. «Старший брат, в то время, когда мы чудом избежали смерти на ледяных равнинах, я велел тебе догадаться, почему я пришёл, чтобы спасти тебя. Ты сказал, что это потому, что сострадание и доброжелательность живут в моём сердце.» Чжун Янь поднял глаза на Гу Сюаньяна. Его одежда была в беспорядке, а дыхание учащённым. Казалось, что в тот момент внешность Чжун Яня пришлась Гу Сюаньяну по душе. Он протянул руку, чтобы пригладить взъерошенные пряди волос Чжун Яня, его тон был таким же мягким, как всегда: «Старший брат, ты всё неправильно понял. В моём сердце нет ни капли благожелательности или сострадания, не говоря уже о каком-либо желании не вовлекать в это невинных. Я проявлю сострадание, если это завоюет твоё расположение. Если я смогу спасти твою жизнь, практикуя демоническое совершенствование, я без колебаний сделаю это.» Гу Сюаньян продолжил: «Цель даосского культиватора – вознестись, в то время как демонический культиватор стремится стать бессмертным. Но меня не интересует ни то, ни другое. Старший брат – единственный человек, которого я хочу.» Волны эмоций захлестнули сердце Чжун Яня подобно бушующему потоку. Он ошеломлённо посмотрел на Гу Сюаньяна, глаза которого также были сосредоточены на нём. Гу Сюаньян расцвёл улыбкой, которая могла растопить снег. «Старший брат всегда должен быть со мной, неважно, живой или мёртвый, вознесшийся или ставший демоном.» Примечание автора: Была идея, что будет душераздирающая часть, когда младшего брата ловят на практике демонического культивирования. Но в конце концов, они оба полностью вышли из-под моего контроля, как увлёкшиеся голубки. Хмпф...