Мой младший брат всё ещё не убил меня (Новелла)

Пронесясь весь свой путь на мечах, толпа культиваторов достигла дворца Повелителя демонов на второй день от начала путешествия по Северной Пустыне. Заходящее солнце, багровое, как кровь, и свистящие яростные порывы ветра преследовали бескрайние ледяные равнины. Посреди них возвышался одинокий дворец, от которого исходила одинокая атмосфера. Гу Сюаньян и Чжун Янь стояли перед воротами дворца, их одежды развевались на ветру. Гу Сюаньян обвёл взглядом группу перед собой, его голос был спокоен и монотонен: «Всем привет. Я ждал всех вас» Группа культиваторов никак не ожидала, что эти двое будут ждать снаружи дворца. Ли Юэ взяла на себя инициативу в противостоянии, проревев: «Ты изверг! Сдавайся прямо сейчас за свои отвратительные поступки!» Гу Сюаньян поднял брови: «Это так? Какие отвратительные поступки я совершил?» Ли Юэ фыркнула: «Ты всё ещё собираешься отрицать, что уничтожил базы культивирования моих учеников?» «Обвиняет ли лидер секты Ли, не проверив всю ситуацию?» Подняв брови, Чжун Янь продолжил: «Эти трое ваших учеников настолько безжалостны, что даже пытались ударить нас в спину. Но, к несчастью для них, они слабее моего младшего брата, поэтому он наказал их. Если вы мне не верите, просто скажите, чтобы им провели перекрёстный допрос вместе со мной.» Из-за ясности и громкости опровержения Чжун Яня выражения лиц у всех по-разному изменились. Было неясно, многие ли из них на самом деле поверили ему. Среди группы была Тун Лин, которая решила высказаться: «Лидер секты Ли, поскольку вы оба утверждаете, что у вас разные версии, почему бы не пригласить своих учеников для перекрёстного допроса?» Краски отхлынули от лица Ли Юэ. Она ни в коем случае не могла не знать об обстоятельствах: в конце концов, трое шутов рассказали ей всё после спасения. Ли Юэ пришла и села на спину Гу Сюаньяна только из-за: во-первых, репутации его секты, а, во-вторых, из-за ярости внутри неё, которую она не могла подавить. Гу Сюаньян в любом случае был провозглашён Повелителем демонов. Учитывая, что отношения между даосскими сектами и демоническим культом всегда были относительно плохими, начиная с древних времён, разве все не встанут на её сторону? При мысли об этом Ли Юэ чётко заявила, и валун, давивший на неё, рассыпался: «Трое моих учеников в настоящее время стали простыми мирными жителями. Как они могут противостоять пронизывающему холоду Северной Пустыни? Даже если оставить в стороне этот вопрос, Гу Сюаньян и Цинь Минси обратились к демоническому пути, несмотря на то, что ранее были даосскими культиваторами. Разве это не предательство Небесного Пути и патриарха Люя?» Выражение лица лидера секты Зелёная Вершина, который всё это время хранил молчание, сразу похолодело. В конце концов, Гу Сюаньян был главным учеником Зелёной Вершины. Было понятно, что лидер секты Ли Сюньцзи не мог сохранять самообладание. Один из учеников позади него не смог удержаться и прошептал: «Старший Гу сделал это не просто так. Возможно, милосердный патриарх Люй не стал бы его винить...» Ли Сюньцзи повернулся и заорал: «Заткнись!» В одно мгновение все ученики замолчали, как цикады зимой. Чжун Янь, конечно, уловил шёпот ученика. Толика веселья просочилась в его сердце. „Тун Лин сказала правду, некоторые из них действительно находят действия Гу Сюаньяна простительными. Это немного лучше, чем оригинальная концовка истории, где все сочли его крайне презренным. Тем не менее, я понятия не имею, будут ли они по-прежнему на стороне Гу Сюаньяна после того, как станут свидетелями последующего разговора. Согласно оригинальной веб-новелле, ученики Зелёной Вершины должны были спрашивать о смерти Ли Юньцзи.“ Как и ожидалось, после того, как отругал ученика, лидер секты Ли Сюньцзи повернулся к Гу Сюаньяну, заговорив глубоким голосом: «Вопрос к тебе. С тех пор как ты стал Повелителем демонов, выяснил ли ты причину смерти своего учителя?» Гу Сюаньян спросил: «Лидер секты спрашивает о Ли Юньцзи?» После короткой паузы он продолжил. «Тогда я могу спросить, знает ли лидер секты, что когда-то на горе Блуждающего Тумана за пределами города Длинной Реки жила семья землевладельцев?» Несмотря на то, что лидер секты Ли Сюньцзи нахмурился, он всё же ответил: «Да, знаю. Ходили слухи, что демонический культ соперничал за их базы культивирования и в конечном итоге обманом уничтожил их клан.» «Лидер секты не совсем прав». Гу Сюаньян перевёл взгляд на Ли Сюньцзи и слегка усмехнулся, но в его глазах не было ни намёка на радость. «Помимо демонических культиваторов, Ли Юньцзи и Чунь Цинь были вовлечены в резню моих родителей и членов клана. Они вступили в сговор с демоническими культиваторами, убивая других ради их ядер, чтобы обрести долголетие.» Хотя голос Гу Сюаньяна был не таким уж громким. Его откровение было таким же шокирующим, как молния в ясном голубом небе. Ли Сюньцзи был первым, у кого изменилось выражение лица, он закричал: «Невозможно!» Не обращая внимания на выражение лиц присутствующих, Гу Сюаньян продолжил: «В комнате, в которой умер Ли Юньцзи, демоническая аура была рассеяна по всем углам, в то время как костяной свисток, инструмент общения демонических культиваторов, был найден в теле Чунь Циня. Это всё потому, что они практиковали демоническое совершенствование. Конечно, мёртвые не могут свидетельствовать, вы можете считать всё это полной бессмыслицей.» Гу Сюаньян скривил уголки губ, изображая улыбку: «С тех пор, как я убил их обоих.» Шок пронзил умы всех, возможно, из-за того, насколько запутанной была предыстория Гу Сюаньяна, или из-за того факта, что двух уважаемых старейшин даосского культивирования подозревали в массовом убийстве клана. Плотное одеяло тёмных, угрюмых туч окутало Ли Сюньцзи, как будто капли уныния могли пролиться на него дождём в любой момент. Он хранил молчание. Кто знал, что творилось у него в голове. Над группой воцарилось долгое молчание, прежде чем мудрец Ляо Ву сделал шаг вперёд и продекламировал: «Амитабха, убийство никогда не бывает хорошим решением» Голос Гу Сюаньяна был мягким: «Хорошо сказано, мудрец. Раньше я думал, что все поступки, добрые или злые, окупаются. Но какая жалость, ни Небесный Путь не позаботился об этом, ни боги не разобрались с этим. Так что, думаю, я могу только взять ответственность за это на себя.» Ляо Ву тяжело вздохнул. Поскольку речь шла о причинах и следствиях свершившихся действий, было неуместно продолжать уговаривать. Он сменил тему, его вопрос был тактичным: «Могу я узнать, находятся ли реликвии моего буддийского храма у Покровителя Гу?» В конце концов, Гу Сюаньян был неправ за воровство, поэтому он ответил гораздо более мягким тоном. «Это верно. Я действительно забрал реликвии и извлёк из них духовную сущность для своего демонического совершенствования.» «Из-за Покровителя Цинь?» Гу Сюаньян улыбнулся, ничего не сказав. Чжун Янь присоединился к разговору: «Да, моему младшему брату не следовало забирать реликвии из вашего храма, но он был вынужден сделать это, чтобы спасти меня. В конечном счёте, это моя вина. Если есть какое-то недовольство, пожалуйста, обращайся ко мне вместе этого.» Никто не мог ожидать, что Чжун Янь, который находится только на стадии выхода энергии, наберётся смелости сказать об этом настоятелю буддийского храма Амогхаваджара. Такие действия в чьих-либо глазах были сродни крошечному богомолу, пытающемуся остановить колесницу. Однако Чжун Янь сказал это с предельной серьёзностью, в нём не было ни капли высокомерия или дерзости. Единственная причина, по которой он это сделал, заключалась в том, чтобы помочь взять на себя часть бремени Гу Сюаньяна. Даже если противник перед ним был намного сильнее, даже если его шансы на победу были ничтожны. Поняв смысл заявления Чжун Яня, Гу Сюаньян повернулся, чтобы посмотреть на Чжун Яня. В его глазах светился восторг. Мудрец Ляо Ву покачал головой: «Судьба прекращается при появлении, исчезает при рождении. Все чувства, будь то любовь или ненависть - всего лишь иллюзия. К чему такое упорство?» Чжун Янь перевёл взгляд на Ляо Ву, невозмутимый как удав, и заявил: «Такой вульгарный человек, как я, не может понять буддийские стихи мудреца. Единственное, что я знаю, так это то, что он мне нравится, поэтому я должен быть с ним всю жизнь.» Если бы не нынешняя ситуация, в которой они оказались, Гу Сюаньян, скорее всего, поцеловал бы Чжун Яня. Однако в тот момент лишь скривил губы, его голос звучал медленно: «Я украл реликвии из буддийского храма мудреца, поэтому я беру всю ответственность на себя. Если позже начнётся бой, я готов получить от мудреца удар ладонью* в лоб.» *п/п: Пи-чжан - прямой рубящий удар ребром ладони сверху-вниз, является ключом ко всей технике стиля ушу. В сянься новеллах часто упоминается как мощный удар с применением базы культивирования. Волны шока захлестнули толпу. Мудрец Ляо Ву вступил на стадию буддийского совершенствования на лотосовом троне, сродни стадии великого проводника даосского совершенствования. Хотя у Гу Сюаньяна действительно был шанс победить мудреца, если бы он получил удар ладонью в лоб, он, возможно, не смог бы выйти из боя невредимым. Не ожидая такого от Гу Сюаньяна, Чжун Янь повернул к нему голову, просто чтобы увидеть, как тот умиротворяюще улыбается. Ли Юэ усмехнулась: «Увлёкся своим талантом, да? Тогда давай не будем заморачиваться и просто разрешим вражду моей секты все вместе.» Ли Юэ планировала объединиться с Ляо Ву, но, естественно, Чжун Янь не позволит ей добиться своего. Чжун Янь вмешался, прежде чем Гу Сюаньян успел ответить: «Я – причина, по которой мой младший брат ранил ваших учеников. Если есть какое-либо недовольство, лидер секты Ли может сначала сразиться со мной.» Ли Юэ усмехнулась: «Как ты смеешь, тот, кто находится только на стадии выхода энергии и даже не сформировал золотое ядро, иметь мужество размахивать своим мечом на глазах у других?» «Конечно, я могу.» Чжун Янь поднял брови, удивление отразилось на его лице. «Независимо от того, насколько низок уровень развития у человека, он всегда будет иметь возможность владеть мечом на виду у других. Или, возможно, секта Тёмной Горы учит своих учеников владеть мечами за спинами противников?» Даже дурак мог уловить сарказм Чжун Яня в отношении учеников Тёмной Горы, напавших за его спиной. С потемневшим от гнева лицом Ли Юэ в ярости рявкнула: «Единственное, что есть у таких негодяев, как ты - это острые языки!» Она выхватила меч ещё до того, как стихло эхо её крика, и бросилась прямо на Чжун Яня! Вместо того, чтобы уклоняться, Чжун Янь взмахнул мечом, чтобы отразить удар. Сопровождаемые аурами мечей, оба клинка столкнулись друг с другом, и при ударе по ледяным равнинам разнёсся пронзительный звон. После упорного сопротивления базе культивирования Ли Юэ Чжун Янь мгновенно убрал свой меч, прежде чем снова начать атаку! Тем временем также началась битва между Ляо Ву и Гу Сюаньяном. Соединив руки, Ляо Ву закрыл глаза и процитировал Священное Писание. Среди негромкого пения сутр золотой свет Будды исходил из его тела, превращая его в архата*, покрытого золотом. Когда зазвучали его заклинания, он перевёл взгляд на Гу Сюаньяна, мысленно произнося заклинание. „Я достигну состояния Будды в момент полной благожелательности.“ *п/п: В буддизме человек, достигший полного освобождения от клеш (фундаментальные загрязнения сознания, сидящие глубоко на подкорке) и вышедший из «колеса перерождений»; верующий, вступивший в четвёртое отделение пути ко спасению и ещё при жизни достигший неполной («дживанмукти» веданты — «искупление при жизни») Нирваны, то есть совершенного, высшего состояния человеческой души, характеризуемого абсолютным спокойствием, отсутствием всяких страстей и эгоистических движений. В мгновение ока он перевернул ладони и бросился на Гу Сюаньяна! Удар ладонью Ляо Ву был быстр, как молния, способный захватить самый быстрый ветер. Моментально он уже достиг Гу Сюаньяна. Тем не менее, Гу Сюаньян не увернулся, а вместо этого получил удар в лоб. Энергия от удара почти разрушила меридианы его сердца. В тот же миг из уголка губ Гу Сюаньяна потекла кровь. Сделав шаг назад, Гу Сюаньян поднял голову на Ляо Ву, его голос был хриплым: «Благодарю вас за проявленное милосердие». Ляо Ву сложил руки вместе и произнёс имя Будды, прежде чем нанести ещё один удар, но атака была сверхбыстрой. В этот самый момент небо начал покрывать отпечаток лотоса. Атаки буддийских практикующих были лёгкими, как облака, и постоянно меняющимися. На этот раз Гу Сюаньян обнажил свой меч и рубанул по отпечатку ладони перед собой, от удара рассеялся золотой свет Будды. Ли Юэ хотела воспользоваться преимуществом, чтобы убить Гу Сюаньяна, но Чжун Янь снова выставил перед ней свой меч, преграждая ей путь. В сердце вспыльчивой Ли Юэ немедленно вспыхнуло желание убивать, что побудило её наносить более агрессивные удары. Неожиданно Чжун Янь даже не отступил на шаг, а вместо этого принимал сосредоточенные смертоносные удары Ли Юэ со стиснутыми зубами. За исключением четверых, участвующих в драке, все остальные стояли за пределами поля боя и смотрели, придерживаясь разных мнений. Поскольку духовные культиваторы не испытывали неприязни к Гу Сюаньяну и Чжун Яню, плюс Тун Лин замолвила за них словечко, они больше не желали ввязываться в этот хаос. Цзи Чанъюнь оценил ситуацию, держа свой меч при себе. Бросив внимательный взгляд на Цзи Чанъюня, который, казалось, не планировал присоединяться, Лян Чжэн почувствовал некоторое облегчение. В то же время Ляо Ву был нанесён третий удар ладонью. Буддийский метод совершенствования, этот конкретный удар ладонью был известен как Пять Совокупностей*. Он был основан на идее о пяти совокупностях, скрытых внутри человека, на установке, что все вещи нереальны, пусть и воображаемы. *п/п: Скандха или Пять Совокупностей. В буддизме она относится к пяти материальным и ментальным факторам, которые принимают участие в возникновении жажды и привязанности. 14-й Далай-лама придерживается этой интерпретации - пять совокупностей — это: 1. форма (или материальный образ, впечатление) (рупа); 2. ощущения (или ощущения, получаемые от формы) (ведана); 3. восприятие (самджна); 4. умственная деятельность или образования (санкхара); 5. сознание (виджняна). Гу Сюаньян поднял руки, в которых не было меча, его демоническая аура распространилась повсюду. Вскочив, он перевернул руку, отражая атаку, когда его ладонь встретилась с ладонью Ляо Ву. Лёгкое землетрясение начало распространяться по всей ледяной равнине после их контакта. Тогда Ляо Ву решил отступить, отпрыгнув назад и повторяя имя Будды, как только его ноги коснулись земли. «Покровитель Гу забрал три реликвии из моего буддийского храма, в то время как я вернул ему услугу тремя ударами ладони. На этом вопрос решён, нет необходимости в смертельной схватке.» Гу Сюаньян кивнул: «Большое спасибо, мудрец.» После того, как Чжун Янь отбросил её назад взмахом меча, Ли Юэ проревела: «Неужели мудрец собирается просто отпустить этого дьявола?!» Ляо Ву сложил руки вместе, опустил голову и закрыл глаза: «Всё уже сделано и запылилось. Здесь нечего говорить о том, чтобы отпустить его.» Ли Юэ, проводившая конференцию в буддийском храме Амогхаваджра, надеялась, что Ляо Ву убьёт Гу Сюаньяна. Теперь, когда Ляо Ву отказался от этого дела, другие члены группы тем более не захотят участвовать в битве. Пламя ярости охватило её, когда она повернулась к Ли Сюньцзи. «Неужели лидер секты Ли не собирается наказать Повелителя Демонов, которого вырастила ваша Зелёная Вершина? Того самого ученика, который осмелился убить своего учителя?» Смесь шока и ярости переплелась в Ли Юэ, на мгновение потерявшей дар речи, когда она заметила, что Гу Сюаньян с мечом в руке перевёл взгляд на неё. Прямо тогда из неё вырвался бессвязный лепет: «Если лидер секты Ли не убьёт его сейчас, весь мир узнает, что один из старейшин вашей секты вступил в сговор с демоническими культиваторами. Многовековая слава вашей Зелёной Вершины будет полностью разрушена, когда это произойдёт!» Чжун Янь раздражённо рассмеялся: «Ха. Неужели игнорирование ошибок и перекладывание вины – это единственное, чему каждый из вас научился за все эти годы совершенствования?» Только тогда молчаливый лидер секты Ли Сюньцзи наконец сделал ход. После ряда изменений в выражении его лица он обнажил свой меч. Он уставился на Гу Сюаньяна, его голос звучал, как храмовый колокол. «Ты, достойный сожаления ученик, полностью пренебрёг заботой, которую оказывала тебе твоя секта. Ты не только убил своего учителя, но и недоброжелательно распространял слухи и шёл демоническим путём. Сегодня я уничтожу зло и поддержу принципы секты!» Примечание автора: Чтобы внести ясность, часть описаний, связанных с буддийскими методами совершенствования, взята из шаолиньского набора навыков Sword Heroes Fate Series III