Первый школьный омегаверс

После работы Арсений возвращается к себе домой, чтобы переодеться в более удобную одежду, чем школьный дресс-код, галстуки и рубашки которого начинали душить. Дома приводит квартиру в относительный порядок после тяжелых дней, когда сил хватало только на то, чтобы приехать и упасть на кровать, снимая одежду на ходу. Натягивает на себя удобные джинсы с кофтой и начинает искать в своём шкафу подходящие для его Солнышка вещи. Главное, чтобы они нравились Антону, а поэтому в рюкзак сразу кладётся несколько домашних футболок альфы с его отчётливым запахом. Они не яркие, приятные к телу и Шастун очень любит их таскать, когда ночует у Арса. Ещё брюнет находит у себя пару толстовок, которые носил зимой, и кладёт их тоже, так как они тёплые и мягкие за счёт меха внутри. Собрав вещи, вбивает в навигатор адрес ближайшего торгового центра с детским магазином и едет туда. Он не очень силён в игрушках, сладостях и вообще во всëм, что связано с детьми. У некоторых его друзей с института были как минимум племянники или маленькие братья с сестренками, если ещё не собственные дети, с которыми приходилось нянчиться и они так или иначе знали азы всей этой темы. Но вот у Арса не было никого, кроме старшей сестры, и родственников с племянниками как таковых тоже, и если раньше он даже не задумывался об этом, то сейчас он жалеет, что ему никто не передал подобного опыта. Так что он решает выбирать сердцем. Подходит к стеллажам с огромным разнообразием мягких игрушек разных цветов, размеров, качества, и теряется в пестроте различных плюшевых зверей. Глаза разбегаются, и сам альфа мало что находит милого и прекрасного в этих вещах, поэтому, постояв истуканом у стеллажа минут пять, уже отчаивается и решает покинуть подобное место — смогут как-нибудь справиться и без плюшевых друзей. Арсений поворачивается в сторону выхода, но внезапно в него врезается маленький мальчик. Ребенок высокого альфу даже не замечает, глазами пробегается по полочкам и тянется к плюшевому ёжику с мягкими иголочками, сразу прибирая его к рукам. — Мам, мам! Давай купим, пожалуйста! Смотри, какой хорошенький! — с восхищением просит он, показывая игрушку появившейся через мгновенье родительнице. — Ну и что в нём хорошего? — со скепсисом спрашивает девушка-альфа, останавливаясь с тележкой в руках. Арсений, молча наблюдавший за этой картиной, мысленно задавал ребёнку тот же вопрос, отчего-то не спеша теперь уходить. — Ну ты посмотри какой он милый, хороший, какие у него глазки добрые, лапки маленькие, иголочки мягкие. Разве не прелесть? — маленький омега, плохо выговаривающий букву «р», устремляет щенячий взгляд на родительницу, но та не успевает ничего возразить сыну, так как к ней подходит девушка-омега. — Жень, ну давай возьмем? Он правда такой милый. Саша будет лучше с ним засыпать. — приводит свои аргументы, по-видимому, жена, — Арсений замечает на их безымянных пальцах обручальные кольца, — мягко положив свой подбородок на чужое плечо и смотря полным любви взглядом. Когда Арсений был один, он часто представлял, как кто-нибудь так же будет смотреть на него. — Ладно, бери. — соглашается альфа, и девушка в платьице целует супругу в щеку, а сын обнимает за пояс, забирая зверушку с собой. Счастливая семья уходит, а Арсений продолжает стоять, смотря им вслед и вспоминая слова ребёнка. Кажется, он понял, на что нужно обращать внимание при выборе игрушек. Но первым делом, конечно же, он берет того же ёжика с нижней полки и кладет его в корзинку.

***

Попов проходит в квартиру, стараясь излишне не шуметь и не тревожить дом своим присутствием, однако к нему навстречу выходит Майя с легкой улыбкой на губах. — Арсений, ты поздно. Я уж тебя потеряла. — на её щеках проявляются едва заметные ямочки, и она спешит убрать полотенце, которым вытирала руки после готовки. — Заезжал в пару мест, но после сразу к вам. — перенимает чужую улыбку брюнет, чувствуя в этой квартире невероятную теплоту и уют: запах еды, близкие люди и радушный приём. А ведь когда-то об этом он мог только мечтать. — Ужинать будешь? — Майя Олеговна, мне не удобно. Я будто к вам только поесть прихожу. — Арсений впервые за последние дни позволяет себе пошутить и усмехнуться, снимая с себя куртку и вешая её в шкаф. — Скажешь тоже. — отмахивается омега на его слова. — Арсений, ты не чужой человек, так что даже не думай об этом. — она шутливо грозит ему пальцем и альфа, смотря на эту женщину и носом вдыхая любимый и родной запах яблока, понимает: он дома. — Как Антон? — спрашивает он, проходя из ванной на кухню. — Странно. — Майя пожимает плечами, ставя перед мужчиной тарелку макарон. — Лежит под одеялом в теплом худи и не снимает, хотя дома жарко, иногда зовет и просит руку дать и с ним рядом посидеть, не отпускает. У меня, глядя на него, сердце разрывается. Никогда бы не подумала, что мой мальчик настолько тактильный. — Он просто очень любит вас. Вы ему нужны как мама. — высказывается Арс. — Он хочет чувствовать вашу любовь и поддержку. — он наконец берет в руки вилку и начинает есть. — Я понимаю. — женщина присаживается на стул напротив. — Я рядом всегда, кормлю и таблетки даю, всё как врач прописал, но он выглядит таким грустным… — омега опускает взгляд, глядя в свою тарелку, но не спешит пока приступать к ужину. — У меня есть подарки для него. Я надеюсь, что ему понравится. — улыбается как-то слишком ярко мужчина. Ему почему-то и смешно и умилительно одновременно, когда он представляет, как подарит своему взрослому-маленькому чуду плюшевые игрушки. А когда ему в ответ благодарно улыбается Майя, ему становится ещё приятней. — Тогда может у тебя получится уговорить его переодеть кофту, а то в ней ведь жарко. — смотрит с надеждой старшая, беспокоясь о своём сыне. — Я поговорю. — кивает согласно Арсений, доедая ужин и вставая из-за стола. Он с улыбкой и полный сил после ужина идёт в знакомую комнату, куда ведёт его дурящий, великолепный аромат сладких яблок, щекочущий рёбра изнутри. На кровати, всё так же завёрнутый в одеяло, лежит Тоша, и его зелёные глазки выглядывают из-под ткани, когда в носик пробирается знакомый запах альфы. — Тош, привет. — учитель, не переставая легко улыбаться, проходит вглубь комнаты, но останавливается у кровати, соблюдая дистанцию и личные границы. — Привет. — тихо и немного хрипло отзывается младший, выпутываясь из одеяла и пытаясь принять сидячее положение. Арсений тут же делает шаг вперед и аккуратно придерживает его за талию, подкладывает под спину подушки, чтобы помочь удобно сесть. Глаза подростка больше не кажутся затуманенными, как в прошлый раз, но при этом выглядят более уставшими. — Как дела у тебя, Солнышко? — спрашивает с нежностью Арс, и омега опускает голову, носиком незаметно сильнее вдыхая запах истинного. — Хреново. — честно отвечает он, едва перебирая пальцами края одеяла. — Так тяжело и пусто одновременно, живот болит, в сон клонит каждые пять минут и голова раскалывается. — договаривает тихо, не показывая лица. — Котёнок, это состояние нужно просто перетерпеть. Тебе потом будет легче, обещаю. — Арсений с тоской смотрит на него, берёт за руку и осторожно сжимает холодные пальцы своими. — Поцелуй меня. — вдруг негромко просит Антон, поворачиваясь к альфе. Живот меньше болит и на душе становится спокойней, когда истинный рядом. Подросток на инстинктах осознаёт только это сейчас и делает всё, чтобы ему стало легче. Арсений поджимает губы, сверкая своими голубыми глазами, и едва ли заметно отрицательно мотает головой. Он понимает, что лучше не целовать Антона сейчас — тот хочет большего, но большего Арс всё равно не даст, а так получится, что только дразнил. Антон движение головой замечает и выпячивает нижнюю губу. Не дали желаемого хрупкому омеге и он обиделся. — Котик, смотри, что у меня есть. — вместо поцелуя обращает на себя внимание Арсений и опускается на корточки рядом с кроватью, доставая из принесенного пакета игрушки. Антон смотрит на него из-под опущенных ресниц обиженно и хмуро, показывая, что не будет выполнять прихоти своего альфы, но омега внутри него всё равно слушается, а внутренний ребенок ещё и любопытно высовывает носик из собственноручно построенных стен. — Смотри, это хомячок. — брюнет протягивает омеге розового круглого хомячка с лапками на белом животике и полными щёчками. Наверняка с орешками — думается Антону. Игрушка выглядит мило, но омега, всё ещё обиженный, лишь вопросительно выгибает бровь, без слов спрашивая: «Ну и зачем мне это?». — А у хомячка есть друг — ёжик. — Арсений достаёт зверушку с мягкими иголочками и глазками-бусинками. — У него такие глазки добрые, лапки мягкие, иголочки смешные… Антон слушает и его взгляд из недовольного и прожигающего становится всё более заинтересованным и открытым — ему нравятся эти вещи, они притягивают к себе, их хочется самому потрогать, погладить и… Положить в гнездо? — А это мишка, — продолжает с энтузиазмом Арсений, прекрасно замечая и взгляд младшего, и его запах — тот во время гнездования стал более различимым, интимным, уязвимым — прямо как его омега сейчас. — Его удобно держать и он может обнять тебя своими лапками, — альфа пальцами двигает плюшевые конечности, отчего мишка будто сам начинает хлопать и приветливо махать лапами. Арс пробует пойти на контакт и осторожно протягивает медвежонка Антону, так как тот до этого к игрушкам не прикасался. Омега берет мишку, прижимает его к себе, а после с края кровати исчезают плюшевый хомячок и ёжик. Антон мило возится на кровати в пределах своих возможностей, чтобы не кружилась голова, но быстро находит под ворохом одеял и простыней, что уже не походили на бортики, рыжего котенка, — крепко прижимает его вместе с остальными зверюшками к груди и вдыхает мягкий запах апельсина. — Спасибо. — тихо благодарит он, и Арсений понимает, что ради этих слов от своего любимого мог хоть ещё четыре часа по магазинам ходить, лишь бы отыскать приятные вещи своему чуду. — Пожалуйста, Котенок. Тебе с ними будет не так грустно, да? — с нескрываемым интересом смотрит на него он. Подросток едва заметно кивает головой, и Арсений только сейчас вспоминает про толстовку на мальчике. — Солнце, давай переоденем? — он пальцем указывает на ярко-красную ткань, что совсем не вписывалась в атмосферу здесь — слишком вызывающая для их спокойного уюта. Антон прижимает игрушки ближе к себе и мотает головой. Конечно, кофту снимать не хочет — она его единственный источник внутреннего тепла и защиты, не смотря на температуру в комнате. — А я тут тебе ещё кое-что привез. — альфа достает уже из рюкзака свои вещи: пару толстовок и футболки, кладя их рядом с Антоном на кровать.— Наденем что-нибудь из этого? — с надеждой спрашивает он, сверкая своими невероятно-голубыми глазами прямо в антоновские. Шаст смотрит на него и не может отвести взгляда. Так ему не хватает его альфы рядом: ближе, теснее, чтобы кожа к коже и… Но ему такое не дадут — Арс в вопросе о здоровье своего омеги непреклонен, и не сделает ничего во вред, как бы сам омега не выпрашивал, а потому перспектива поносить чужой запах на себе — запах своего альфы, — очень заманчива, и Антон несмело выцепляет футболку старшего из вороха вещей. — Эту наденем? — догадывается альфа, не спеша брать элемент одежды из родных рук. Антон снова одаривает его слабым кивком, но Арсению и этого достаточно — он понимает, как его мальчику трудно сейчас. И всё же Алексей Геннадьевич прав — с гнездованием лучше: боль в животе омеги становится в разы меньше, перекрываемая чувством тепла и защиты вместе с запахом альфы, заменяя половой контакт, так что Попов внутренне выдыхает. Но возможно, его присутствие здесь провоцирует омегу и усложняет ситуацию, но об этом он подумает позже. Мужчина поднимается с места, осторожно подходя к парню. Ласково, совсем нежно проводит по животу ладонью, спускаясь вниз — под одеяло, — чтобы подцепить края кофты. Антон все эти действия позволяет, пускай и до последнего ждёт, когда же альфа завалится на него, накроет своим жарким телом и подарит облегчение, которое так необходимо сейчас. Попов стягивает аккуратно кофту, что на внутренней стороне влажная от пота. Замечает на своём худом мальчике обработанные йодом ушибы и старается не показывать своего состояния и негативных эмоций — он злится на несправедливую судьбу и на того, кто устроил аварию. Но Антон под его взглядом всё равно сжимается, пытаясь уйти от прикосновений — он чувствует запах альфы и его феромоны. Его очень пугает неоправданный гнев старшего и его нахождение так близко к нему. Арсений замечает перемену парня и тут же приходит в себя, давая мысленно по лбу: Антон слишком чувствителен, его ранит что угодно, а Арса здесь, по-хорошему, вообще не должно быть — это не его территория, не его место безопасности, комфорта и уюта, и свой гнев он приносить сюда точно не имеет никакого права. — Прости-прости, золотце, всё хорошо. — мягко он говорит, на секунду замирая, чтобы поймать родной недоверчивый взгляд. — Давай помогу надеть, м? Учитель стягивает красную толстовку и Шастун всё равно доверительно тянется к нему: выпутывается из одеяла, чтобы было удобнее, откладывает все свои новые игрушки и медленно поднимает руки — резкие движения заставляют голову кружиться, а плечи всё ещё ноют в нескольких местах от удара о твёрдый асфальт. Альфа бережно надевает на младшего белую футболку — немного большую для него, без принта и с широким воротом, через который за редким случаем можно увидеть бледные ключицы парня. Для подобных манипуляций приходится выпрямиться и подойти вплотную, но Антон не отталкивает, наоборот, снова глубже вдыхает приятный, терпкий и чуть горьковатый цитрусовый аромат — как грейпфрут, но это вкусно, и ему нравится. — Ну вот. Так лучше? — Арсений осматривает своё творение, одетое в его домашнюю футболку и кажущиеся таким маленьким в ней, хрупким, нежным и любимым. Антон недовольно ёжится, перебирая пальцами кусочек одеяла. Альфа замечает беглый зеленый взгляд, прослеживает его и добавляет: — У тебя гнездышко немного помялось. Поправим? Омега переводит на него уставший, но всё же благодарный взгляд и укладывается головой на подушку — тело устало от нагрузок. Арсений снова помогает принять удобное положение, закутывает одеялом, кладёт игрушки и пододвигает свои вещи — Антон забирает тёплую толстовку себе, — после обходит кровать, скручивает пледы и одеяла, строя бортики, и на этот раз у него получается лучше: то ли он приловчился, то ли любопытный юношеский взгляд помогает ему сделать всё так, как нужно омеге. Он снова подходит к истинному, желая убрать мешающую прядку с лица, а Антон всё не может отвести от него внимательного взгляда. Дожидается, когда альфа поправит чёлку и поцелует привычно в лоб, но Арсений отстраняется, и Антон выпячивает нижнюю губу. — Ты не хочешь меня? — его глаза застилает пелена не то слез, не то желания, и он никак не может понять, почему с ним не хотят близости. — Я люблю тебя. — вздыхает Арс, присаживаясь на корточки и касаясь прохладной руки. — Давай ты поспишь? Тогда головка пройдёт и животик будет меньше болеть. Антон расстроенный отворачивается от мужчины, прижимая его худи с игрушками к себе и уходя с головой под одеяло. Арсений понимает, что омеге с ним явно сложнее — истинный альфа его отвлекает, заставляя думать только о сексе, которого у них не может быть. Его пару раз посещали эти мысли, но теперь он убедился в этом. Попов выходит из комнаты, так и не поцеловав даже в светлую макушку. У самого сердце сжимается от необходимости быть рядом, оберегать и защищать, но Антону лучше пережить самые тяжёлые дни течки без него — у того ведь есть его запах и одежда, собственное гнездо и игрушки — это должно помочь. Главное, что он его переодел и убедился, что с его мальчиком всё хорошо. Альфа возвращается к маме истинного, соглашается остаться на чай и сообщает, что положил худи Антона в стирку по пути на кухню, а сам школьник теперь в его футболке. — Спасибо, Арсений. — благодарит омега, двумя руками обхватывая горячую кружку черного чая — эту привычку Арс замечал и у Антона, но теперь понятно, от кого она передалась. — Да не за чем, — отмахивается он, как от пустяка. Ему действительно не трудно купить и привезти всё нужное — гораздо труднее смотреть, как мало ты можешь этими действиями помочь. — Через пару дней каникулы в школе, и я смогу оставаться и заменять вас. Но а пока меня не будет несколько дней, нужно доделать работу, чтобы не забивать этим голову после. Для них это будет лучшим решением. — Да, Арсений, конечно, не беспокойся, — кивает Майя и заверяет, что ей не трудно сидеть дома — так даже спокойнее, когда под боком Антон, и она в любой момент может оказаться рядом. Попов на улицу выходит немного уставшим, но в хорошем расположении духа, что для него в последнее время редкость. Сейчас важно не зацикливаться на плохом — чёрная полоса бывает у каждого, и если даже у них с Антоном она началась одновременно — ничего, они пройдут её вместе. Арсений вдыхает ещё морозный ночной воздух. Скоро придёт весна, хотя погода явно так не считает, ну и плевать. Сейчас нужно только придумать, чем же Арсу заняться кроме работы в его теперь свободное время, пока он не будет посещать дом Шастунов. В куртке вибрирует телефон, и мужчина вынимает его с мыслью, что звонит Майя, может, он что-то оставил у неё, но на экране совсем другой абонент. — Алло? — Привет, Арс, не отвлекаю? — на том конце слышится энергичный голос подруги. — Привет, нет конечно. — Хорошо. Не хочешь встретиться на днях? Просто хочу видеть тебя чаще раза в год и не только по праздникам. — Окс одним своим голосом за любое расстояние может передать позитив и это пожалуй одно из лучших её качеств. — Ты знаешь, Окс, а я согласен. — немного подумав, в тон ей отвечает брюнет. — Отлично! Давай завтра в семь в кафе? Я скину адрес. — Договорились. — Тогда до встречи! — До встречи. У них всегда так редко получается выбраться из вороха дел и бытовухи, виноватым тоном отвечая, что на этой неделе никак, поэтому Оксана буквально сияет от радости, потому как её друг так быстро согласился на встречу, и Арсений рад, что может не так сильно грязнуть в работе, а разделить один вечер с близким человеком.