Искра в тишине

🎧 Nickelback — Trying not to love you На следующее утро Сэм ждала его у входа в тренировочный блок, но Крис прошел мимо, лишь официально кивнув, как рядовому кадету. Его лицо снова превратилось в непроницаемую маску. — Крис? — Сэм догнала его. — Я хотела спросить насчет вчерашнего... — Это была ошибка, Александр, — отрезал он, не замедляя шага. — Мы нарушили устав. С этого момента твоим обучением займется Филдер. У меня много работы в секторе вооружения. Сэм замерла на месте, чувствуя, как внутри всё болезненно сжалось. Она не понимала, что за этой холодностью Кристоф прячет желание обернуться и защитить её. Он буквально заставлял себя уходить, зная, что каждый метр дистанции между ними — это шанс для неё остаться незамеченной Мировым Разумом. Майя подошла к Сэм и положила руку ей на плечо, пресекая попытку пойти вслед за ним. — Оставь его. Он прав. Тебе нужно сосредоточиться на технике, а не на... прогулках. — Но мы... — растерянно пролепетала Александр. — Хватит. Идём. *** На тренировке Сэм то и дело оступалась, давая Майе больше шанса на выигрыш. После того, как русоволосая крепко приложилась спиной к полу, Филдер присела рядом на корточки и спросила: — Больно? — она не имела ввиду не только физическую боль. И Сэм это прекрасно поняла. — Нет, — резко ответила Александр, поднимаясь и упрямо повторила: — Ни капли! Она отошла к окну, чтобы скрыть, выступившие слёзы. "Ты не представляешь, насколько больно...". *** Весь день Крис намеренно избегал даже тех мест, где они могли столкнуться взглядами. Он заперся в архивах, пытаясь найти способ "экранировать" её всплески. Искал информацию о Сверхновах — невероятных существах. Его отец, Ричард Райдер, был именно таким, но Крис хранил это в строжайшей тайне от Сэм. И тут он увидел строчку, в которой говорилось, что эту мощь нельзя просто пробудить — её можно только передать от сердца к сердцу в миг последнего вздоха. — Невероятно... — прошептал Крис. В его голове сошлись части пазла: Земля, смерть отца тринадцать лет назад в Кэфри, присутствие семьи Александров... Если Сэм выдавала чистую энергию, значит, Ричард Райдер в свои последние секунды оставил силу Сверхновы не своему лучшему другу, а его дочери. *** Вечером русоволосая лежала на кровати, свернувшись калачиком. Её мысли словно завязли в болоте. Девушка смотрела в одну точку. — Сэм, как дела? — как обычно без церемоний в комнату залетела Лейла. — Сэм, ты там не грустишь, а? Услышав голос подруги, Александр подняла голову и ответила, стараясь придать тону максимальную бодрость: — Всё отлично. Просто устала. Но от проницательной Лейлы, оказалось, ничего нельзя было скрыть. Зеленоглазая присела рядом с Сэм и, помолчав пару минут, сказала: — Знаешь, вы оба — два ходячих аккумулятора, которые боятся короткого замыкания. И знаешь, ещё что? Замыкание всё равно случится. Это физика, детка. Против неё не попрешь. — О чём ты говоришь, Лей? — Александр демонстративно стала рассматривать свои ногти, стараясь придать голосу как можно больше безразличия. И она поняла, что подруга имела ввиду. — Мне всё равно. Лейла медленно подняла бровь, глядя на Сэм с явным недоверием. — Впрочем, меня к нему тянуло только то, что он активировал мою силу, — отчеканила та, вздернув подбородок. — Физика, Лейла, как ты и упоминала. Резонанс артефактов, биологическая совместимость и всё такое. Как только я научусь контролировать шлем сама, этот "магнетизм" исчезнет. — Да? И какова твоя тактика? — Моя тактика — быть лучше на полигоне, — Сэм резко встала, и в её глазах на секунду вспыхнул тот самый холодный лазурный огонь. — Быть лучшей во всём. Он хотел видеть идеального Нову? Он это получит. *** Прошли две недели гнетущей тишины. Сэм, всё-таки поначалу пытавшаяся поймать взгляд Криса в коридорах, в итоге выстроила вокруг своего сердца такую же ледяную стену, какую возвел он. Она решила, что его холодность на набережной была знаком сожаления о минутной слабости, и заставила себя идти дальше. Райдер действительно полностью исчез из её жизни как куратор. Теперь её миром правила Майя, которая выжимала из неё все соки на тренировках. Чтобы не сойти с ума от одиночества, Александр начала проводить время с другими кадетами. В столовой она теперь сидела в компании Лейлы и группы молодых связистов, познакомилась с парой кадетов-пилотов, которые восхищались её физической силой, не подозревая о её истинной природе. Сэм смеялась, обсуждала новости Ксандра и внешне казалась вполне адаптировавшейся, но внутри неё всё равно зияла пустота, которую не могли заполнить разговоры о технических характеристиках звездолётов. Кристоф же стал тенью. Он наблюдал за ней через мониторы системы безопасности из центра управления. Он видел, как она улыбалась другим, и каждый раз его кулаки сжимались. Он видел, как её движения становились всё более совершенными, а тело работало как идеальный механизм. — Ты сам этого хотел, — тихо сказал ему Том Джо, застав Криса в очередной раз смотрящим на экран с изображением Сэм в столовой. — Хотел дистанции? Получай. — Так безопаснее, Том, — глухо ответил брюнет, не отводя взгляда от экрана. — Её показатели стабильны. Нет чувств — нет всплесков. Мировой Разум спокоен. — Да, разум спокоен, — хмыкнул Том. — Только вот глаза у неё стали как у мёртвой звезды. Ты её спасаешь или медленно убиваешь? *** Однажды вечером, когда Сэм возвращалась в каюту после поздней тренировки, она почувствовала знакомое покалывание в пальцах. Девушка обернулась и увидела в конце длинного коридора силуэт Кристофа. Он стоял неподвижно, скрытый полутенью. Сэм почувствовала его присутствие ещё до того, как увидела. Её обострившиеся чувства уловили знакомый ритм его дыхания и тот особый холодный аромат земных духов, который всегда сопровождал Кристофа. Внутри неё на мгновение вспыхнуло то самое тепло, готовое отозваться лазурным сиянием, но она стиснула зубы и заставила искру погаснуть. Она шла по коридору ровным, чеканным шагом, глядя строго перед собой. Райдер стоял в тени арки, прислонившись к стене. Он не шевелился, превратившись в одну из многочисленных статуй Цитадели. Сэм видела боковым зрением, как он едва заметно подался вперёд, когда она поравнялась с ним, но так и не издал ни звука. Александр прошла мимо. Ни взгляда, ни замедления шага, ни случайного касания. Расстояние между ними в два метра сейчас казалось непреодолимой пропастью. Сэм чувствовала на своей спине его тяжёлый, полный затаённой боли взгляд, но продолжала идти, пока эхо её шагов не затихло в конце жилого сектора. Кристоф остался стоять в темноте. Он видел, что её спина теперь идеально прямая, а походка лишена прежней земной небрежности. Она стала лучшим бойцом, именно тем, кем он хотел её видеть ради её же спасения. Но цена этого спокойствия оказалась выше, чем он мог себе представить. — Так лучше... — прошептал он в пустоту коридора, хотя сам уже не верил в эти слова. *** Как только дверь каюты с шипением закрылась, отсекая Сэм от пустого и холодного коридора, её напускная выправка мгновенно рухнула. Она не стала включать свет — мягкого сияния ночного Ксандра, пробивающегося сквозь окно, было достаточно, чтобы видеть свою тень. Сэм сползла по стене прямо на пол, обхватив колени руками. Первые всхлипы были тихими, сдавленными, но через минуту её уже сотрясало в рыданиях. Она плакала зло, навзрыд, чувствуя, как внутри всё горит от несправедливости. — Ненавижу это место... — шептала она, размазывая слезы по щекам. — Ненавижу эти стены, эти правила... и его ненавижу. Она яростно убеждала себя, что плачет из-за одиночества, из-за пропавшего отца, из-за того, что её жизнь превратилась в бесконечный бег с препятствиями. Она ни за что на свете не хотела признавать, что на самом деле её сердце разрывается из-за того холодного, безразличного взгляда, которым Крис проводил её в коридоре. Признать это означало бы признать, что он стал для неё важнее, чем весь этот чертов Корпус. В порыве гнева она ударила кулаком по полу, и от удара по металлу разбежались крошечные синие искры. Её сила росла, питаясь этой болью, становясь всё более неуправляемой и колючей. *** В это время за дверью, в паре метров от неё, стоял Кристоф. Он приложил лоб к холодному металлу двери, слушая её плач. Его рука замерла над сенсором замка — один жест, и он мог бы войти, обнять её, объяснить всё... Но он лишь крепче сжал кулаки, пока когти не впились в ладони. Он стоял там, пока всхлипы за дверью не сменились тяжелой, измученной тишиной. Кристоф вздрогнул и резко отпрянул от двери Александр, словно его ударило током. Он не услышал, как открылась соседняя дверь, и теперь стоял перед другом, пытаясь вернуть лицу привычную маску безразличия. — Чего ты тут стоишь? — Том Джо прислонился к косяку своей каюты, скрестив руки на груди. Его взгляд был непривычно серьёзным, лишённым всякого юмора. — Я уже минут пять за тобой наблюдаю. Ты караулишь её как конвойный или как... — Или как кто? — перебил Крис, отводя глаза. — Я просто проверял обход секторов. — Хватит мне врать, — Том шагнул ближе и понизил голос. — Я слышу, как она там воет. И ты это слышишь. Зачем ты это делаешь? Две недели ты ходишь как живой труп, игнориру её. Она же девчонка, Крис! Ей семнадцать, она на другом конце галактики, её отец черт знает где, а единственный человек, которому она верила на сто процентов, вдруг начал смотреть сквозь неё. Кристоф резко повернулся к другу, и в его глазах вспыхнула ярость, смешанная с отчаянием. — Ты думаешь, мне легко? — прошипел он, хватая Тома за ворот куртки и увлекая подальше от двери Сэм. — Ты видел, что происходит, когда мы рядом! Её сила зашкаливает. Если она не научится контролировать себя без моей помощи, это её уничтожит. Она Сверхнова, Том! Ты хоть понимаешь, что это значит? Это приговор. Том Джо мягко высвободился из его хватки, но не отступил. — Ты боишься. Раньше боялся силы своего отца, а теперь боишься её в ней. Но посмотри на себя. Ты защищаешь Сэм от Новы Прайм, но кто защитит её от того, что ты разбиваешь ей сердце? Хочешь, чтоб она стала как Джейсон Квилл? Кристоф обессиленно прислонился к стене напротив. — Я не знаю, как иначе, Том, — признался он, закрыв лицо руками. — Каждый раз, когда я подхожу к ней, я чувствую... волнение. А она светится и становится опасной для самой себя. Рыжий Джо, кладя руку другу на плечо, тихо, но резко ответил: — Ты думаешь, что спасаешь её, но на самом деле повторяешь ошибку своего отца — пытаешься нести всё в одиночку. Том развернулся и ушёл.