Раб Шэнь Цзю

      — Бедная Ци Цинци.       Ло Бин-гэ не обратил внимания на слова Шэнь Цзю, а зря. Он явно не подумал, что убеждая в разлитом кипятке Ци Цинци говорит всё это окровавленным ртом.       — Только не надо так расстраиваться, — Шэнь Цзю перешёл на милый тон. — Если бы кто-то не играл с реакцией и здоровьем моего тела, я бы вскоре истёк кровью, и Му Цинфан ничего бы не успел сделать. С другой стороны, если бы ты был действительно хорошим любовником, а не просто пытался им показаться, ты бы не пытался ничего мне откусить. Первое правило хорошего любовника — безопасность превыше всего. Но, конечно, контролировать чужое тело своей кровью проще, чем контролировать свои зубы собственной головой!       — Ты специально это сделал, — низко рыкнул Ло Бин-гэ.       — Что? Сам себе чуть не откусил член? Конечно, ведь моя кровь тоже заразна, и я ей всегда манипулирую.       Ло Бин-гэ неподвижно смотрел на него. Он был напряжён и сдержан, но красный огонь танцевал в метке. Шэнь Цзю, приняв непринуждённую позу, замер. Он нанёс сокрушительный удар, но остановился на самой грани. И если чуть перегнёт, кровавая вакханалия начнётся прямо сейчас. И без того сомнительной риск окажется катастрофой. Катастрофой не только для Шэнь Цзю. Ло Бин-гэ закрыл глаза и медленно выдохнул несколько раз. Метка не померкла:       — Надеюсь, ты получил удовольствие, на которое рассчитывал?       Дождавшись, когда на него посмотрят, Шэнь Цзю демонстративно вытер окровавленные руки и бёдра о простыни:       — Как же я могу получать удовольствие, на которое рассчитываю, если оно полностью зависит от тебя? От крови, которой ты меня напоил. То мои кишки врастают в живот, то я неделями заживаю после пыток Лао. К которому меня послал ты! Ты получил удовольствие, глядя, как меня освежевали и как я с этим живу?       Демоническая энергия заполняла комнату и душила. Шэнь Цзю вновь застыл, хотя его закрутило не только от страха и напряжения, но и от придающей силы злости. В такие моменты он вёл себя как самоубийца и знал это. Но теперь, после увиденного в демоническом подвале, он знал, что на кону не только его жизнь. Ло Бин-гэ чуть поморщился. Его гнев не утихал, но претензии Шэнь Цзю можно было смахнуть лишь вместе с головой скандального любовника.       — В этом твоя главная претензия? — его голос непривычно дрожал, выдавая куда более глубокую ярость, чем полудемон показывал. — В том, что я помогаю своей кровью?       — У меня множество претензий, — Шэнь Цзю позволил себе зашипеть, подавшись вперёд, — к твоей любви. Ты постоянно пытаешься вывернуть наизнанку моё нутро и душу, но при этом тебе хватает наглости искусственно создавать мои реакции и пытаться заставить меня верить в них!       Резкий удар в плечо опрокинул. Шэнь Цзю рухнул на постель спиной, даже не заметив движения руки Ло Бин-гэ. Тот мигом навис сверху, но не взобрался на Шэнь Цзю. Его глаза вспыхнули ярче, а контур метки проявился:       — И ты не нашёл другого времени поговорить? Чего ты добиваешься, Шэнь Цзю?!       Он кричал шёпотом, но, похоже, лишь усилием воли не будил весь дом.       — Да как сказать? Чего же я могу добиваться здесь? Кто вообще может чего-то добиться в доме, хозяин которого перетрахал все окрестности?! Наверное, даже корова в стойле напилась твоей крови и оттого стонет каждый раз, завидя тебя. Правда, её ты имеешь только телом! Ну и кровью, разумеется.       — Хочешь, чтобы я прямо сейчас показал тебе, на что я способен без крови?! Уверен, что до утра дотянешь?       — А не то ты изобьёшь меня до полусмерти?! — Шэнь Цзю ткнул пальцем в ушибленное плечо. — А потом залюбишь в округе всё, что дышит, исключительно оттого, как глубоко ты оскорблён моим неверием в твои святые чувства?       — Не ты ли жаловался, что я не отношусь к тебе, как к мужчине? А стоило тебя тронуть пальцем — хотя и пальца мне бы хватило, чтобы переломать тебя, как ты обвиняешь меня? Конечно, я же не Лю Цингэ! Сколько бы он ни фыркал на тебя во время обучения…       Громкий стук прервал их. Ло Бин-гэ резко, шипяще выдохнул сквозь зубы воздух и ругательства и оглянулся на дверь. Шэнь Цзю быстро проанализировал своё состояние. От удара у него и правда остался ушиб, но с силой полудемона тот легко мог пощёчиной снести голову. Пока что Ло Бин-гэ себя контролировал.       — А-Ло! — громко позвала Ци Цинци.       — Что?! — не двигаясь, крикнул он.       — А-Ло, выйди! Дети спят. Я не буду кричать, — уже тише позвала она.       Её голос был напряжён. Ругаясь, Ло Бин-гэ поднялся, поправил одежду и скрылся за пологом. Шаги. Звук открывающейся двери.       — Что?       — Мне нужен Шэнь Цзю, А-Ло.       — Он сейчас занят.       — Что ты опять наделал? — её голос стал тише, напряжённее.       Ци Цинци успела обойти весь дом и вычислить, кто не был в постели, а они только лишь начали ругаться. Шэнь Цзю быстро осмотрел себя. Даже если он быстро оденется, штаны пропитаются кровью мгновенно. Он ухватился за чистый край одеяла и потёр грязный живот.       — Ничего. Я же сказал, что мы разлили кипяток. Иди спать, Ци Цинци.       — У тебя лицо в крови.       Ло Бин-гэ медлил с ответом, вероятно, тоже вытираясь. Шэнь Цзю тихо откинул негодное покрывало и принялся вытираться уже одеялом.       — Что ты с ним сделал? Он жив?       — Жив. С ним всё хорошо. Мы просто… Просто! Я в своём доме, я взрослый мужчина! Почему я должен оправдываться перед тобой?!       — Потому что ты мне обещал, — голос Ци Цинци дрогнул. — Обещал больше так никогда не делать. Совсем недавно.       Сердце Шэнь Цзю сжалось. В этот раз именно он причинил незаслуженную боль Ци Цинци.       — Да, я… Я ничего не сделал, Ци Цинци, — явно с напряжением, но Ло Бин-гэ сбавил обороты. — Ничего намеренного и непоправимого. С Шэнь Цзю всё хорошо, даже слишком… Ступай спать, Ци Цинци. Утром ты его увидишь.       — Покажи мне его сейчас.       Злой, тяжёлый вздох донёсся из-за полога. Ло Бин-гэ с трудом подбирал слова. Шэнь Цзю, глядя на грязные тряпки, понадеялся, что тот не обрадуется стольким кровавым отпечаткам члена, и принялся натягивать штаны.       — Дай мужчинам спокойно поговорить, Ци Цинци. И ты увидишь его… раньше. Как только мы закончим.       — Думаешь, я смогу спать?       — Не требуй от меня больше, чем я обещал.       Стук захлопнувшейся двери. Полог дёрнулся. Ло Бин-гэ показался.       — Что ж, нам и правда стоит поговорить как мужчинам. Любимый, — и Шэнь Цзю со всей силы вмазал ему в скулу.       Наверное, он сумел попасть лишь потому, что застал в расплох. Следующий удар перехватили. Глаза Ло Бин-гэ вновь вспыхнули алым:       — Прекрати! Тебе со мной не тягаться.       — Лучше разбить голову, чем получить в подарок от тебя все болезни, которые ты насобирал на своём члене. Одна Ша Хаулин чего стоит! Ты так любишь меня, что даже не подумал, как я буду справляться с этим. Хотя о чём это я? Пока я буду бесконечно чесаться, ты уже найдёшь себе другую вечную любовь!       В ушах зазвенело от удара. Шэнь Цзю пошатнулся, но устоял. Ударил в ответ. Ло Бин-гэ позволил, но оттолкнул Шэнь Цзю к стене. Врезавшись в неё, тот опрокинул вазу. Раздался звон.       — А-Ло!!!       Стук распахивающейся двери. Ло Бин-гэ схватил Шэнь Цзю за плечо и вышвырнул прочь, через порог, к Ци Цинци.       — Забирай его!       Шэнь Цзю выровнялся, оглянулся. Но Ци Цинци ухватила его за руку, дёрнула прочь. Он успел увидеть лишь пылающие глаза. Не сбавляя скорости, Ци Цинци побежала прочь, в самую дальнюю пустую комнату. Шэнь Цзю позволил ей, всё время оглядываясь. Их не преследовали.       Тихо закрыв за собой дверь, Ци Цинци оглянулась на него. Она выглядела непривычно: с распущенными волосами, одеждой, накинутой поверх ночнушки.       — Что случилось?!       — Тихо!       Шэнь Цзю приложил палец к губам, прислушиваясь. Какое-то недолгое, но весьма тягучее время в доме стояла тишина. Потом раздались шаги. Быстрые, гневные.       — В мою комнату без меня не входить, Ци Цинци, — велел Ло Бин-гэ, проходя мимо.       Он даже не пытался сделать вид, что не знает, где они спрятались. Кровь демона могла рассказать всё. Потом шаги раздались в подвале, и всё замолкло. Шэнь Цзю не знал, какие чары наложены на подвал, но не сомневался, что старик Лао там нечеловечески вопит.       — Что случилось?       У Ци Цинци были круглые испуганные глаза. Шэнь Цзю чуть выровнялся и спокойно сказал:       — Ничего страшного.       — Но…       Шэнь Цзю положил ей руку на плечо и посмотрел в глаза:       — Мужчинам иногда нужно поговорить наедине. Всё хорошо, Ци Цинци. Тебе правда стоит пойти спать. И мне тоже.       И, развернувшись, пошёл к выходу.       — Ты не боиш… Ты считаешь это разумным? — бросила в спину Ци Цинци.       — Выспаться? Абсолютно.

***

      Шэнь Цзю солгал. Он всё же волновался. Ему не спалось, и он слушал шорохи в доме. Под утро Ло Бин-гэ вернулся к себе в спальню и до того, как рассвело — благо зимой солнце встаёт поздно — самостоятельно разжёг костер и спалил в нём всё окровавленное, кроме одежды Шэнь Цзю, пока Ци Цинци не решила приблизиться. Свою одежду Шэнь Цзю хорошенько припрятал, намереваясь сделать то же самое. Ещё утром Ло Бин-гэ самостоятельно вымылся, позавтракал со слугами, вероятно, чтобы успокоить Ци Цинци. Он был со всеми любезен и улыбчив, как всегда. Лишь Шэнь Цзю игнорировал. Не явно, просто лишний раз не замечая. Вряд ли кто-то это заметил, кроме Ци Цинци. А как только все поели, объявил:       — Шэнь Цзю, мы идём к Ша Хуалин.       — Мне нужна мужская помощь… — начала было Ци Цинци.       — Найми кого-то. Мы с Шэнь Цзю идём обучаться.       У Шэнь Цзю сердце рухнуло вниз от осознания своей ошибки. Он надеялся, что этот спектакль будет выглядеть как ревность. Что его искренняя злость придаст оттенков правдоподобности. И, перебесившись, польщённый Ло Бин-гэ никогда больше не коснётся Ци-гэ, желая доказать, как велико его чувство. Так они бы оба получили пользу. Шэнь Цзю обезопасил бы друга, а Ло Бин-гэ бы получил доказательства своей ценности и скрытого чувства, раз Шэнь Цзю под разными предлогами упрекал его в неверности.       Но нет. Проклятый зверь решил демонстративно отомстить. Сорваться на Ци-гэ. Или даже заставить самого Шэнь Цзю сношаться с Ци-гэ, раз даже искусный любовник его не удовлетворяет. Пока они шли, Шэнь Цзю попытался завести нейтральный разговор о погоде. Втянуть в беседу, отвлечь, перенаправить эмоции. Но наедине Ло Бин-гэ уже открыто не отвечал, будто Шэнь Цзю рядом не было. Пинком распахнув ворота подруги, полудемон ворвался в сад, где полуживая Ша Хуалин нежилась на плече у тепло укутанного в одежду Мин Фаня.       — Мы хотим учиться у Ци-гэ, — объявил Ло Бин-гэ, оскалившись.       Ша Хуалин и Мин Фань оба удивлённо распахнули глаза, а потом демоница расхохоталась.       — Оба одновременно? Может, Лю Цингэ присоединится? У Шэнь Цзю такой недовольный вид, будто он думает, что Ци-гэ его не удовлетворит!