Почти за месяц до дебюта (デビューのほぼ一ヶ月前)

Слова Мику за секунду повлекли за собой хаос. Егор и Виталик материли всё вокруг, избивая каждое несчастное дерево, попавшее под горячую руку; Катя молча сидела под кустом и не знала, что делать — радоваться, что встретила кумиров, или последовать примеру пацанов, ведь они, мать его, в другом мире; даже Растишка, обычно не склонный к применению Великого Русского Мата, не удержался и с яростным и более красочным синонимом к слову «дураки» требовал вернуть всё на круги своя. Спустя примерно двадцать минут все четверо валялись на поляне, не в силах больше вспоминать замысловатые выраженьица. — Успокоились? — хмыкнула Тето. — Вроде, — выдохнула Катя. — А теперь колитесь, — Виталик попытался заговорить угрожающе и с нотками агрессии, но вышло, скорее, устало. — Что тут нахрен происходит? Где мы? — Ну, — начала Мику. — Как я уже сказала, вы в другом мире. В Секае — так их называют. — Это место, которое образуют чувства, — встряла в разговор Тето. — Эдакое олицетворение подсознания. — То есть, вы хотите сказать, что у нас в подсознании живут желтоволосые гопники? — Растишка поднял брови. — Не совсем, — усмехнулась Мику. — Мы лишь подстраивается под секай и его настроение. — Ясно, — хмыкнула Катя. — Так и так, мы своего рода малолетнее быдло… Отпираться никто не стал — на правду не обижаются. После минуты молчания Егор с ухмылкой выдал: — Нереалистичные у вас гопники. Нормальное быдло бы прокляло весь наш род и материло бы всё на своём пути. — Цензура, — горько улыбнувшись, вздохнула Мику. Ребята лишь дружно усмехнулись. — И много ещё таких… Секаев? — уточнил Растишка. — Много, — ответила Тето. — Всех не сосчитать. — А выйти отсюда как? — наконец задала Катя вопрос, который мучил каждого члена группы. Как бы ей не хотелось побольше пообщаться с любимыми исполнителями, рано или поздно надо было вернуться в свой мир. — Так же, как и прийти, — Тето пожала плечами. — Телефон с собой? — Как бы сказать… — Катя со скепцизмом поглядела на потрёпанный мобильник, неизвестно, выживший ли после встречи с водой. Мику поймала взгляд девочки и с задумчивым взглядом подошла к гаджету. Подняв телефон, она осмотрела его и, найдя кнопку включения, нажала на неё. Удивительно, но экран засветился и вскоре открыл взору всех присутствующих обои с какой-то анимешкой или, что более вероятно, очередным утаите или витубером (да, Страничникова им и не такое объяснила). — О… — Катя удивлённо скинула брови. — Спасибо. — Теперь ищи песню «Untitled», — продолжила инструкцию Тето. — А дальше сама понимаешь. Катя лишь повела плечами и, найдя песню, чуть помедлив, но нажала на кнопку «Плей». Реальность вновь пошатнулась, и спустя пару мгновений четверо подростков уже были в комнате, без реки, без леса и уж тем более без желтоволосых гопников и оживших виртуальных певцов. — Ух, полетали! — счастливо выдохнул Егор, прежде чем без сил свалиться на диван. — Не говори… — проговорил Виталик. — Надеюсь, это не была наша коллективная галлюцинация… — Не, мы бы вещи посумасшедшее видели, — резонно заметил Растишка. — Как, например… Допустип, серо-буро-малиновые крокодилы с крыльями, разговаривающие на итальянском и с татуировкой австрийского художника. Как вам такое? Повисло молчание. Безусловно, Растишка был мастером слова и клинка… Но порой его шутки бывали весьма…дурацкими. — Боже… — Егор лишь закатил глаза. — На дерьмо похоже! — огрызнулся обиженный Ростислав. Предпочтя свернуть разговор в другое русло, он спросил. — Идея для песни есть у кого-нибудь? Увы, за его словами вновь последовало неловкое молчание — идеями ни у кого в голове и не пахло. Где ж тут идеи, когда вон, только что в другом мире с гопником поссорились?! Виталик обречённо вздохнул и ударил себя ладонью по лицу. Фейспалм — так бы это назвал Егор. — Катя, — проговорил он, предвкушая «весёлую» ночь. — Включай «трактора»…