Незнакомец внутри моего сына

             Его жена была в ярости.       Это было… не ново, но хотя Цзян Фэнмянь иногда мог понять, откуда исходило её разочарование, на этот раз он был уверен, что поступил правильно.       Цзян Яньли и Цзинь Цзысюань не должны были жениться.       - А-Ли любит его! Ты думал о ней, когда делал это!? – закричала Юй Цзыюань, услышав эту новость.       Да, Цзян Фэнмянь думал о своей дочери, и именно поэтому он разорвал помолвку.       Цзян Яньли, возможно, и любила Цзинь Цзысюаня, но, похоже, к наследнику Цзинь это не относилось. Цзян Фэнмянь не хотел, чтобы его дочь стала - возможно, не ожесточённой и злой, как её мать, - но, тем не менее, печальной в своём браке, потому что её муж не любил бы её так, как она хотела.       У Цзян Яньли была добрая душа. Однажды у какого-нибудь мужчины появится шанс искренне полюбить её. Она заслуживала иметь мужа, который уважал бы и лелеял её.       Они с дочерью не говорили об этом. Во всяком случае, после того, как Цзян Фэнмянь объявил о разрыве помолвки. Но в течение нескольких недель Цзян Яньли продолжала улыбаться и не выглядела особенно расстроенной. Должно быть, она сразу поняла доводы отца и легко всё перенесла. Это хорошо для неё.       - А-Ли. А-Сянь, - тихо позвал Цзян Фэнмянь, увидев свою дочь и воспитанника.       Вэй Усянь повернул к нему голову, а Цзян Яньли слегка улыбнулась ему. Они оба сидели за столом в павильоне возле главного озера. Цзян Яньли была занята тем, что чистила от листьев хурму и складывала её в миску перед собой.       Солнце сияло высоко в небе, согревая этот осенний день. Дождя не было, как и последние три дня, и погода была относительно хорошей, что вывело на улицу довольно много людей, в том числе, очевидно, Цзян Яньли и Вэй Усяня.       Цзян Фэнмянь поднялся по ступенькам павильона и ласково улыбнулся двум подросткам.       - Вы проголодались? - спросил он, глядя на фрукты, которые держала в руках его дочь.       Цзян Яньли кивнула и с нежностью посмотрела на своего брата по Ордену, сидящего перед ней:       - А-Сянь с утра беспокойный. Мы немного перекусим, а потом отправляемся в Кайхуа Дэшю.       Вэй Усянь тихо хмыкнул, а потом скрестил руки на столе и уткнулся в них лицом.       - Мне просто скучно, вот и всё, - приглушенно сообщил он.       - Тебе скучно или ты скучаешь по мальчикам? - мягко спросила Цзян Яньли, убирая ещё один лист хурмы.       - Осталось ещё пять месяцев! - простонал Вэй Усянь и посмотрел на сестру: - Это так долго! И я пропускаю всё веселье и все вечеринки там!       Цзян Яньли усмехнулась:       - Не думаю, что у Ланей много вечеринок, А-Сянь.       Улыбка Цзян Фэнмяня стала шире. Он подошёл к дочери и воспитаннику и, сунув руку в сумку-цянькунь на бедре, вытащил несколько свитков:       - Ну, вообще-то, у меня есть для вас несколько писем из Облачных Глубин.       Вэй Усянь оживился и резко сел с улыбкой на лице. Он всегда с нетерпением ждал их.       Не все младшие ученики отправились в Облачные Глубины. У одних были какие-то обязательства или препятствия, а другие уже посещали лекции в предыдущие годы. Но это правда, что большинства товарищей, с которыми Вэй Усянь обычно общался, сейчас в Пристани Лотоса не было.       Поэтому он с радостью взял три свитка, которые протянул ему Цзян Фэнмянь, и развернул первый. Цзян Яньли поблагодарила отца, когда тот вручил ей два письма, предназначенных для неё, и также взглянула на содержание одного из них.       Пока молодые люди углубились в чтение, Цзян Фэнмянь медленно отошёл к ограде в задней части павильона и, заложив руки за спину, стал спокойно наблюдать за окрестностями.       Листья деревьев изменили цвет, некоторые из них мирно летали над озером перед ним. Цзян Фэнмянь задавался вопросом, видели ли авторы писем, которые он только что передал Цзян Яньли и Вэй Усяню, такие же осенние пейзажи в Гусу, или там уже пошёл снег.       - Ах, А-Чэн… - прошептала Цзян Яньли и нежно вздохнула. - Всегда беспокоится обо мне. Я самый старший ребёнок в семье, и это мне следовало бы беспокоиться о нём.       Цзян Фэнмянь обернулся. Цзян Яньли тепло смотрела на письмо, которое она читала, и мягкая улыбка играла на её губах. Она держала в руках четыре или пять страниц одновременно.       Письмо Цзян Чэна ему едва занимало одну страницу, три четверти из которой состояло из напоминаний о различных вопросах, касающихся Ордена. Цзян Фэнмянь был бы оскорблён этим, если бы не тот факт, что он на самом деле не подумал попросить деревню Гуаньби сообщить о начале сбора урожая. Поэтому он проглотил свою гордость и использовал письмо Цзян Чэна как контрольный список, чтобы убедиться, что в его Ордене действительно всё в порядке.       Письмо для Юй Цзыюань было немного длиннее, чем его письмо, но, тем не менее, оно не было похоже на множество страниц, которые держала в руках Цзян Яньли. Один из свитков Вэй Усяня тоже был довольно толстым.       Однако его воспитанник читал не его. Он читал другое письмо и отвлёкся от него, чтобы посмотреть на Цзян Яньли, когда она заговорила.       - По крайней мере, я уверен, что он мил с тобой в письмах! - Вэй Усянь усмехнулся. - Со мной он едва здоровается, прежде чем сказать: «Проверь это, проверь то, убедись, что младшие ученики тренируются для этого, а старшие знают то!» И так целую страницу! Только после этого он спрашивает обо мне, маленькая крыса.       Цзян Фэнмянь нахмурился. Значит, Цзян Чэн также просил Вэй Усяня следить за деятельностью Ордена, пока его нет? Почему его сын так зациклился на этом?       - ...и Мэн Яо не лучше. Всё, что он делает, это морочит мне голову! - продолжал ворчать Вэй Усянь, глядя на письмо перед собой. – «Не волнуйся, у нас всё в порядке, и я прекрасно забочусь о нашем молодом господине Цзян, молодой господин Вэй». Он снова пытается стать фаворитом, тс!       - О, А-Яо вызывает проблемы? - спросил весёлый голос.       Цзян Фэнмянь, Цзян Яньли и Вэй Усянь повернули головы в сторону вошедшей.       Мэн Ши стояла у входа в павильон с подносом в руках и улыбкой на лице. Остальные трое тоже улыбнулись, увидев её.       Некоторые из слуг в целом по-прежнему относились к Мэн Ши довольно настороженно, но, как и её сын, она без особых трудностей вписалась в жизнь Пристани Лотоса. И хотя ей ещё не удалось очаровать всех, Вэй Усянь и Цзян Яньли определённо попали под её обаяние.       - Тётушка Мэн! Позволь мне помочь тебе! - воскликнул Вэй Усянь, вставая.       Но Мэн Ши покачала головой.       - Не стоит, это пустяки, - сказала она, подходя к столу, чтобы поставить поднос с напитками. - Итак, каким образом мой А-Яо создаёт проблемы?       - А-Сянь преувеличивает.       Цзян Яньли усмехнулась, в то время как Вэй Усянь откинулся на спинку стула и надулся, но по-настоящему не опровергнул слова своей сестры по Ордену.       Мэн Ши улыбнулась и открыла рот, чтобы ответить, но вместо этого её внезапно сотряс резкий кашель.       Кашель, казалось, длился дольше обычного, и лица Цзян Фэнмяня и двоих его детей приобрели более обеспокоенное выражение.       Когда кашель стал постепенно утихать, Цзян Фэнмянь подошёл к женщине и положил ладонь ей на спину:       - Мэн Ши, ты в порядке?       - Разве твой кашель не стал хуже, чем на прошлой неделе? - обеспокоенно спросил Вэй Усянь.       Недавно Мэн Ши начала кашлять. И какой бы ни была её болезнь, она, похоже, не хотела уходить.       Но Мэн Ши улыбнулась им и, прочистив горло, отмахнулась от их обеспокоенных взглядов:       - Да ладно, просто немного холодно! Не делайте таких лиц. Вы и не заметите, как мне станет лучше.              * * *       Но Мэн Ши не поправилась.       На самом деле, с течением недель ей становилось только хуже и хуже.       Её кашель не прекращался. Он делался всё более частым, густым и продолжительным. Вскоре у Мэн Ши появились головные боли, жар и озноб. На девятом месяце обучения мальчиков в Облачных глубинах она была прикована к постели.       Мэн Яо было отправлено сообщение, как только состояние его матери ухудшилось, и он захотел немедленно вернуться. Однако Мэн Ши убедила сына насладиться Облачными Глубинами. Она заверила его, что целители Ордена смогут о ней позаботиться.       Обычно все получали одинаковое качество медицинской помощи, независимо от того, был ли пациент слугой или уважаемым старейшиной. Но, несмотря на это, целители Пристани Лотоса не смогли вылечить Мэн Ши. Её состояние только ухудшалось.       Узнав об этом, на этот раз Мэн Яо не стал спрашивать мнения своей матери. За пять недель до официального окончания лекций в Облачным Глубинах в Пристани Лотоса пришвартовалось судно из Гусу, и Мэн Яо поспешил сойти на причал, даже не позаботившись о своём багаже.       Цзян Чэн сошёл на берег вскоре после него. А следом за ним - высокая женщина в сине-белой одежде и с лентой посередине лба.       Цзян Фэнмянь всё ещё не понимал, как его сыну удалось привезти с собой целителя из Гусу.       Но Лань была здесь ради Мэн Ши.       - Лёгкие госпожи Мэн сильно заражены, - сказала Лань Синьи Цзян Фэнмяню в коридоре возле комнаты Мэн Ши, когда несколько часов спустя закончила осмотр пациентки. - И болезнь воспаляет воздушные мешочки, которые наполняются жидкостью, вызывая все остальные симптомы. Этот тип инфекции почти никогда не возникает у людей с золотыми ядрами, но немного чаще встречается у несовершенствующихся.       Целители Пристани Лотоса поставили тот же диагноз, но вылечить служанку им так и не удалось. То, что говорила ему Лань Синьи, пока не обнадёживало Цзян Фэнмяня.       - Это излечимо? - спросил он.       Лань Синьи просто наклонила голову, но это не было похоже на полное подтверждение.       - Целители Гусу Лань уже несколько раз успешно вылечивали эту болезнь. Но её выздоровление не является гарантией. Это будет зависеть от силы её метаболизма. Я поделилась лекарствами и этапами лечения с Вашими целителями, глава Цзян. Остальное будет зависеть от неё.       Мэн Ши, возможно, ещё не вышла из кризиса, но это была надежда, поэтому Цзян Фэнмянь вздохнул с облегчением.       - Большое спасибо за Вашу помощь. Пристань Лотоса и все её обитатели в долгу перед Гусу Лань. Вам не нужно было проделывать весь этот путь, но Вы проделали его, и мы безмерно благодарны Вам за это.       Из всех Орденов Гусу Лань был наиболее продвинутым в области медицины, и хотя они были щедрыми и добрыми, Цзян Фэнмянь не поверил бы, что они послали бы одного из своих целителей ради простой служанки.       Лань Синьи одарила его тонкой улыбкой:       - Путешествие было пустяковым, я получила огромное удовольствие. Молодой господин Цзян попросил нас о помощи, и я была рада стать волонтёром, когда учитель Лань пришёл попросить о содействии нашу команду целителей. Молодой господин Мэн и молодой господин Цзян были более чем приятны на лекциях в этом году.       Лань Цижэнь, похоже, питал слабость к Цзян Чэну с тех пор, как встретил его на конференции в Ланьлине. Что до сих пор удивляло Цзян Фэнмяня. Между Цзян Чэном, Вэй Усянем и Мэн Яо он считал, что именно Вэй Усянь легко покорит этого сурового человека. Но даже до драки с Цзинь Цзысюанем, согласно письмам, которые получал Цзян Фэнмянь, Вэй Усянь был наименее любим учителем Ланем из всех троих. В это было трудно поверить.       Цзян Фэнмянь поблагодарил целительницу Лань ещё одним вежливым наклоном головы и попросил нескольких проходящих мимо слуг проводить их гостью в её покои. Затем он направился в комнату Мэн Ши.       У Вэй Усяня была тренировка, но Цзян Чэн и Мэн Яо всё ещё были в комнате. Когда Цзян Фэнмянь вошёл, он услышал, как они тихо говорили:       - ...сказали, что Лани смогут увидеть, излечимо это или нет. Это был наш лучший выбор, - прозвучал тихий голос Цзян Чэна.       - Но это будет зависеть от того, сможет ли она с этим бороться, - ответил голос Мэн Яо. Затем последовала короткая пауза и: - Это теперь, когда она… что она должна… чтобы…       - Думаю, чуть позже. Честно говоря, подробностей по этому поводу никто не имел. Так что сложно сказать.       Цзян Фэнмянь прошёл по комнате, и мальчики замолчали. Мэн Ши лежала на кровати справа и теперь мирно спала, а её сын и наследник Ордена сидели на стульях рядом с ней.       Оба мальчика немного подросли за месяцы отсутствия, но Цзян Чэн по-прежнему сохранял всё тот же серьёзный вид, что и до своего отъезда. С другой стороны, Мэн Яо, который обычно почти всегда был собран, сейчас выглядел немного более разбитым, чем обычно.       Цзян Фэнмянь приблизился к нему, ободряюще улыбнулся и утешающе положил ладонь ему на плечо:       - Мэн Ши - боец. Она справится с этим, вот увидишь.       Мэн Яо только сглотнул и кивнул в ответ на его слова.       А когда Цзян Фэнмянь встретился взглядом с Цзян Чэном, тот только один раз одобрительно кивнул. За последние два-три года такое одобрение исходило от его сына нечасто, поэтому Цзян Фэнмянь почувствовал облегчение, по крайней мере, он сказал правильную вещь.              * * *       Здоровье Мэн Ши постепенно улучшалось, к всеобщей радости.       Приём лекарств был для неё тяжёлым испытанием, и она постоянно чувствовала усталость. Но её кашель стал менее сильным, а дыхание улучшилось. Настолько, что через несколько месяцев Мэн Ши заставила своего сына вернуться к обычной деятельности.       Поэтому, неохотно, Мэн Яо уступил и сопровождал Цзянов на конференцию в Цишань Вэнь в конце следующего лета.       На конференцию, которая не всем пришлась по вкусу.       Цзян Фэнмянь повернул голову и посмотрел на возвышение справа от него. Они все собрались снаружи, на поле возле каменного леса, в ожидании начала турнира. И только Вэнь Жохань сидел со своими старейшинами на более высоком уровне, с надменным видом наблюдая за толпой младших учеников в красных мантиях - униформе, обязательной для всех молодых заклинателей - внизу. Его взгляд был не менее самонадеянным по отношению к другим главам Орденов и кланов, которых он специально усадил за столы, установленные ниже его собственного. Глава Ордена Не был в ярости из-за этого.       - Эта злая собака думает, что он намного выше нас, - проворчал он и сделал глоток напитка. Он сидел со своим старшим сыном за столом слева от Цзян Фэнмяня, поэтому тот его прекрасно слышал. - Он больше даже не притворяется.       - Глава Не, я понимаю твои чувства, но, возможно, было бы разумней не оскорблять таким образом нашего главного заклинателя, - сказал Лань Цижэнь, что сидел по другую сторону от главы Цинхэ Не.       Лань Цижэнь сказал это, но выглядел он таким же недовольным ситуацией, даже если его раздражение было более сдержанным. Главы четырёх великих Орденов сидели в передней части огороженной территории, а лидеры более мелких Орденов и кланов располагались позади них со своими наследниками или первыми помощниками. Глава Ордена Тянь и глава Ордена Оуян сидели за Цзян Фэнмянем, и, судя по их лицам, им тоже не особенно нравилось поведение Вэнь Жоханя. Только Цзинь Гуаншань и несколько глав, связанных с Вэнями, казалось, терпели ситуацию.       Мгновение спустя появился Вэнь Чао, ведя под руку пышногрудую женщину. Он сел рядом с отцом вместе с девушкой и приветствовал других глав настолько неуважительно, что это было близко к оскорблению. Судя по всему, его отец был не единственным, кто думал, что он выше всех.       - И ты готов принять это, Лань Цижэнь? – яростно прошептал глава Ордена Не. - Даже его отродье нас не уважает!       - Я пережил четырнадцать разных главных заклинателей, - сказал позади них глава Ордена Тянь. - И могу вас заверить, что всё это нехороший знак.       Лань Цижэнь ничего не сказал. Конечно, главный заклинатель имел более высокий статус, чем они, и должен был получать соответствующее уважение. Но разница заключалась в том, что Вэнь Жохань был на грани обращения с ними как со своими подданными или слугами.       Внезапно Вэнь Чао начал публично высмеивать одного из своих учеников, который хотел принять участие в турнире, но второй сын Вэнь Жоханя не считал его достаточно подготовленным. Цзян Фэнмянь даже слышал, как Вэй Усянь защищал бедную душу, и слабо вздохнул. Если Вэни так относились к своему народу, он даже не хотел представлять, на что было бы похоже их тотальное правление.       - Год Цзимао под властью Сюаньчжэна. Соревнования по стрельбе из лука на Конференции совершенствования начинаются прямо сейчас! - громко объявил Вэнь со стороны поля.       Множество младших учеников, одетых в красные мантии, разбежались по полю, и прошли через арки, ведущие в каменный лес. Цзян Фэнмянь с лёгкой улыбкой наблюдал за исчезновением Вэй Усяня, в то время как другие главы следили за своими учениками. Он надеялся, что его воспитанник снова выступит хорошо в этом году.       - Как ты думаешь, Хуайсану удастся поразить цель? - спросил Не Минцзюэ, сидевший рядом со своим отцом.       - Может быть, он во что-нибудь и попадёт, но кто знает, будет ли это хорошая цель или цель вообще, - пробурчал глава Ордена Не.       Не Минцзюэ хмыкнул, а Цзян Фэнмянь слегка улыбнулся.       Он не знал, произошло ли это именно из-за Не Хуайсана, но, тем не менее, с течением времени у Ордена Не, казалось, всё шло хорошо, если судить по вспышкам в небе. То же самое относилось и к Ланям и Цзиням, и даже у некоторых более мелких Орденов дела обстояли неплохо. Но фиолетовые символы вспыхивали в небе немного чаще, чем другие, и Цзян Фэнмянь молча гордился.       По иронии судьбы, единственным известным Орденом, который действовал довольно плохо, был Цишань Вэнь. Разочарованный Вэнь Чао даже присоединился к соревнованию, чтобы его Орден не потерял лицо.       Глава Ордена Не наслаждался ситуацией.       - Разве не весело наблюдать за этим унижением? – заявил он, возможно, слишком громко, на вкус Цзян Фэнмяня. - Похоже, чьё-то высокомерие, к сожалению, не может дать талант ученикам.       Цзян Фэнмянь взглянул на главного заклинателя, но тот, казалось, каким-то чудом ничего не услышал. Он вздохнул с облегчением и посмотрел на главу Не:       - Твоя обида на главу Вэнь кажется ещё сильнее, чем обычно, друг мой.       - Ну, разве у тебя не было бы обиды на того, кто пытался тебя убить, глава Цзян? – прямо ответил тот.       - Значит, слухи правдивы? - удивлённо спросил Цзян Фэнмянь.       Глава Ордена Не странно посмотрел на него:       - Конечно, это правда, даже если он отрицает! Неужели ты думаешь, что я преувеличивал в прошлом году?       В прошлом году на конференции, проходившей в Цинхэ, напряжение зашкаливало, когда Вэнь Жохань и глава Ордена Не оказывались в одной комнате.       Цзян Фэнмянь узнал, что глава Ордена Не обвинил Вэнь Жоханя в том, что он поставил под угрозу его жизнь, но когда спор стал слишком жарким, глава Цзян предпочёл держаться на расстоянии, не желая принимать участие в конфликте. К счастью, другие главы также решили уйти, пока ситуация не успокоится, и Цзян Фэнмянь оставался с ними.       Эта тема стала почти табу на других собраниях, которые Ордены проводили с тех пор, но даже в этом случае в течение нескольких месяцев циркулировал слух о покушении на главу Не, организованном самим Вэнь Жоханем. Но поскольку Цзян Фэнмянь в целом не любил распространять слухи, он воспринял это с недоверием.       - Боюсь, я упустил некоторые детали, - сказал он.       Глава Ордена Не покачал головой и наклонился к нему:       - Ты помнишь конференцию, состоявшуюся два года назад у Цзиней, не так ли? Твой сын тогда сказал мне быть бдительным из-за проклятия в Цишане. Я не думал, что поеду туда в ближайшее время, поэтому не слишком прислушивался к его словам. Но потом, несколько месяцев спустя, перед тем, как Хуайсан отправился в Облачные Глубины, Вэнь Жохань пригласил меня осмотреть одно из его оружий, поэтому, когда я прочитал приглашение, я вспомнил разговор о проклятии.       - Он последовал моему совету: «Лучше выглядеть дураком, чем выглядеть мёртвым», - мягко добавил глава Ордена Тянь позади них. - Я всё ещё жду благодарственного подарка за этот совет, молодой человек.       - Кого ты называешь «молодой человек»? – Глава Ордена Не хмыкнул, хотя технически дочь главы Ордена Тянь, сидевшая рядом с отцом, была старше четырёх глав впереди. - Во всяком случае, я должен поблагодарить молодого господина Цзян за это проклятие, о котором ходили слухи! Но опять же, «проклятие» ли? Я так не думаю! Вэнь Жохань коснулся моей сабли, когда я пришёл к нему, и через некоторое время моя сабля разбилась на тысячу осколков. В самый разгар охоты! Должно быть, он проделывал это с несколькими людьми до меня, если твой сын подумал, что это проклятие! Хорошо, что я взял с собой защитные талисманы, на всякий случай, и это спасло мне жизнь.       - Это определённо было неестественным! - заявил Не Минцзюэ. – Отца едва не порвал зверь, когда его сабля разбилась. К тому же это была тяжёлая охота. Всё могло легко пойти не так.       Цзян Фэнмянь обдумал эту информацию и посмотрел в сторону помоста.       На этот раз Вэнь Жохань, находившийся вдалеке, смотрел прямо в их сторону. И когда он встретился глазами с Цзян Фэнмянем, то ухмыльнулся и поднял свою чашку, как будто знал, о чём они говорят, и призывал их что-нибудь предпринять.       Цзян Фэнмянь отвернулся.       Ещё больше вспышек озарило небо, вновь привлекая их внимание. Цзян Фэнмянь слабо улыбнулся, когда увидел, что Юньмэн Цзян по-прежнему держится молодцом. В этом году они определённо были хороши.       Настолько, что именно его Орден занял первое место, о чём было объявлено в конце мероприятия, примерно через двадцать минут.       - А чемпионом соревнований по стрельбе из лука в этом году становится Вэй Усянь из Юньмэн Цзян! – как только все участники вернулись, объявил старший ученик Вэнь, руководящий соревнованием.       При этом объявлении Цзяны разразились радостными восклицаниями, а Цзян Фэнмянь посмотрел на своего воспитанника с нежностью и гордостью. И снова Вэй Усянь был одним из лучших. Цзян Фэнмянь больше даже не удивлялся.       - Второе место занял Цзян Ваньинь из Юньмэн Цзян!       Глаза Цзян Фэнмяня расширились при этом объявлении.       И, к его крайнему удивлению, глава Ордена Не, глава Ордена Тянь и Лань Цижэнь - хотя и немного более сдержанно - начали энергично аплодировать и поздравлять Цзян Чэна. Во всяком случае, гораздо с большим энтузиазмом, чем тогда, когда было объявлено первое место.       Цзян Чэн, казалось, был немного озадачен поддержкой взрослых, но поклонился им в знак благодарности.       - Ах, Минцзюэ, Минцзюэ, посмотри, какой он вежливый! - сказал глава Не и толкнул локтём сына. - Почему бы тебе не подружиться с ним? По крайней мере, твой брат был достаточно умён, чтобы сблизиться с ним! Сделай то же самое!       - Он примерно того же возраста, что и Хуайсан. Почему ты хочешь, чтобы я подружился с ребёнком? - проворчал Не Минцзюэ, но опомнился и застенчиво посмотрел на Цзян Фэнмяня. - Я имею в виду… без обид, глава Цзян. Конечно, я обязательно налажу с ним связи, когда он подрастёт, чтобы обеспечить дружбу между нашими двумя Орденами.       Цзян Фэнмянь покачал головой:       - Ничего страшного, не волнуйся.       - Что, ты, правда, думаешь, что связи должны формироваться только в зрелом возрасте? – упрекнул сына глава Не. - Кроме того, он действительно взрослый для своего возраста. Ты будешь удивлён!       - Если он немного умеет драться, возможно, я мог бы потренировать его вместе с А-Саном, - со вздохом признал Не Минцзюэ.       У главы Ордена Не, как и у кого-либо ещё, не было времени сказать больше, потому что Вэнь Чао, которого нигде не было видно, теперь, когда Цзян Фэнмянь вспомнил о нём, вышел из одной из арок портала вместе с двумя другими Вэнями, выглядели все трое отвратительно.       Вэнь Чао оглядел толпу учеников, собравшуюся на поле, пока объявлялись другие победители. Затем его взгляд упал на группу учеников Цзян, и он покраснел от гнева.       - Вы! - проревел он, указывая пальцем на Цзян Чэна, Мэн Яо и Вэй Усяня.       Обеспокоенный Цзян Фэнмянь внимательно наблюдал за сценой, пока второй молодой господин Вэнь яростно топал к его младшим ученикам.       - Отец! - воскликнул он, повернув голову в сторону главного заклинателя, находившегося вдалеке, и всё ещё указывая обвиняющим пальцем на троих младших учеников Цзян. - Эти трое всё время жульничали! И им доставляло удовольствие унижать меня! Каждый раз они крали мои мишени!       - Мы не крали твои цели. Мы просто поразили цели, которые ты изначально не мог обнаружить, - ответил Цзян Чэн категорично, но отчётливо, чтобы все могли услышать. - Но если бы тебе нужна была помощь в этом, возможно, мы могли бы оставить тебе несколько заколдованных мишеней, чтобы ты мог, хотя бы во что-нибудь попасть.       Глаза Вэнь Чао выпучились от гнева. Все смотрели на них. Некоторые из охранников Вэнь подошли к ним, и напряжение возросло.       Вэнь Чао сделал угрожающий шаг в сторону Цзян Чэна:       - Ты специально заставил меня упасть в расселину, не пытайся это отрицать!       - Ты упал в расселину, потому что пытался напасть на Вэй Усяня и меня, а мы просто ушли с твоего пути. Ты упал сам, второй молодой господин Вэнь, как идиот. - Цзян Чэн в свою очередь медленно приблизился к Вэнь Чао и остановился прямо перед ним. - Обычному ученику потребовалось бы три минуты, чтобы выбраться оттуда, но тебе понадобилась целая вечность. Извини, наверное, я переоценил тебя. Я думал, что твой уровень как минимум выше посредственности.       Вспышка ярости промелькнула в глазах Вэнь Чао, и сердце Цзян Фэнмяня замерло, когда он обнажил свой меч. Смешанные возгласы «Цзян Чэн!», «Молодой господин Цзян!» и «Маленький глава!» - взорвали воздух, и Вэй Усянь и Мэн Яо бросились к нему.       Но Цзян Чэн даже не моргнул.       Прежде чем кто-либо успел до него добраться, Цзян Чэн быстро ударил Вэнь Чао по запястью, держащему меч. Второй молодой господин Вэнь издал крик боли и выронил своё оружие, которое наследник Цзян играючи поймал одной рукой. Другой рукой он выкрутил руку Вэнь Чао, а потом с силой швырнул его на землю. С чужим мечом в руке Цзян Чэн просто смотрел на распростёртое у его ног тело с выражением чистого отвращения.       Несколько Вэней направились к наследнику Цзян, а Вэнь Чао завопил: «Как ты смеешь!» - и поднялся на ноги, униженный и оскорблённый.       Цзян Фэнмянь и несколько других лидеров, стоящих за ним, хотели вмешаться, но властный голос заставил их прекратить какое-либо движение.       - Хватит! - рявкнул Вэнь Жохань издалека.       Все повернули головы в сторону главного заклинателя, а тот поднялся и бесстрастно посмотрел на сына.       - Я думаю, ты и так уже достаточно опозорился. Прекрати это, - ровным тоном произнёс он и объявил: - Пришло время банкета.       Несмотря на свои спокойные слова, Вэнь Жохань действительно выглядел разозлённым, но было трудно определить, почему.       Наступил момент тишины, в течение которого никто толком не знал, как реагировать. Наконец, Вэнь Жохань просто объявил о своём уходе, и как только он покинул помост, воздух стал более пригодным для дыхания.       Вэнь Чао бросил на Цзян Чэна последний яростный взгляд и тихо сказал что-то, чего Цзян Фэнмянь не услышал. Но лицо второго молодого господина Вэнь выглядело угрожающе. Оба мальчика какое-то время смотрели друг на друга с ненавистью, затем Вэнь Чао развернулся и ушёл вместе с членами своего Ордена.       Цзян Фэнмянь вздохнул с облегчением. Эта конференция была сплошной головной болью! А ведь это был только второй день!       И когда Цзян Фэнмянь попытался поделиться этим чувством с другими главами, он заметил, что Не Минцзюэ, который также встал во время инцидента, теперь наблюдал за Цзян Чэном издалека с выражением интереса на лице.              * * *       Цзян Фэнмянь надеялся, что в ближайшие пять дней между его мальчиками и Вэнями больше не будет ссор. Поэтому он призвал своих младших учеников быть вежливыми и нейтральными по отношению к хозяевам, по крайней мере, на время их пребывания.       К счастью, на следующий день после соревнований по стрельбе из лука проблем не возникло. Вэнь Чао постоянно бросал мрачные взгляды на Мэн Яо, Вэй Усяня и Цзян Чэна, и Вэй Усянь и Мэн Яо с радостью отвечали ему тем же. Но Цзян Чэн совершенно игнорировал Вэня, как будто тот не стоил его времени, что заставило Вэнь Чао с каждым разом злиться ещё сильнее. Однако его сын, похоже, предпочитал заниматься чем-то другим.       Как и каждый раз, когда Цзян Фэнмянь в последнее время приводил Цзян Чэна на межорденские собрания, его сын часто беседовал с присутствующими взрослыми из других Орденов. И это было хорошо, что Цзян Чэн пытался немного развить свои социальные навыки, с чем, как всегда думал Цзян Фэнмянь, ему придётся бороться, но не было бы логичнее и проще вместо этого подружиться с наследниками или заклинателями его возраста? Было немного странно, что ему так комфортно среди взрослых.       Однако другие главы Орденов, похоже, не возражали. И глава Ордена Не, и глава Ордена Тянь, и Лань Цижэнь были теми, кто чаще всего звал его присоединиться к их разговорам. Самым странным было то, что Цзян Чэн не выглядел особенно дружелюбнее, чем раньше - он по-прежнему редко улыбался - но даже к этому взрослые, похоже, привыкли.       Затем, на четвёртый день конференции, Цзян Чэн привлёк внимание не только взрослых.       Рано утром, через некоторое время после утренних обсуждений, Цзян Фэнмянь увидел нескольких младших учеников, спешащих в западную часть резиденции Ордена, у подножия одной из скал Цишань Вэнь. После того, как Цзян Фэнмянь увидел, что третья группа учеников направляется в то же место, он с любопытством спросил одного из младших в группе, что происходит.       - Ваш сын и молодой господин Не собираются драться! - взволнованно ответил ему ученик Оуян.       Цзян Фэнмянь моргнул, услышав эту информацию, а подросток продолжил свой путь.       Правильно ли он расслышал?       Нахмурившись, глава Ордена тут же последовал за остальными.       Потребовалось всего несколько минут, чтобы по извилистым тропинкам пересечь территорию резиденции, и оказаться среди большого скопления людей. Все они стояли вокруг огромного тренировочного поля, воздух над которым буквально гудел от взволнованных голосов. Здесь было не так уж много взрослых и Вэней, в основном это были ученики из других Орденов, и Цзян Фэнмянь даже мог видеть несколько присутствующих наследников. Лань Сичэнь был в первом ряду со своим братом, неподалёку от них стоял Цзинь Цзысюань в окружении учеников своего Ордена, а наследник Ордена Юнгун устроился на высоком камне, чтобы лучше видеть.       А Не Минцзюэ стоял посреди тренировочного поля лицом к Цзян Чэну.       Оба мальчика какое-то время пристально смотрели друг на друга, потом обменялись несколькими словами, но Цзян Фэнмянь был слишком далеко, чтобы что-либо услышать, а затем они отошли друг от друга и заняли свои позиции.       - Цзян Чэн! Я поставил на тебя деньги! Победи его! Конечно, при всем уважении, молодой господин Не! - раздался голос Вэй Усяня.       Цзян Фэнмянь повернул голову. Его воспитанник находился на дальнем конце поля, а рядом с ним - Мэн Яо и Не Хуайсан. Некоторые из учеников рядом с ними странно посмотрели на Вэй Усяня, как будто не могли понять, с какой стати он поставил деньги на Цзян Чэна, если тот сражался с Не Минцзюэ, но он только рассмеялся и отмахнулся от их взглядов взмахом руки.       Цзян Чэн и Не Минцзюэ приняли атакующую стойку, держа в руках тренировочные мечи, а Цзян Фэнмянь повернулся к ученику Не рядом с ним:       - Почему они дерутся? - спросил он, задаваясь вопросом, стоит ли ему прекратить всё это.       Не Минцзюэ и Цзян Чэн держали в руках тренировочные мечи, на которых обычно были нанесены руны, которые не позволяли лезвию резать. Но даже если лезвия не резали, эти мечи могли нанести все остальные виды повреждений. Они всё равно могли нанести серьёзные раны.       Не отрывая взгляда от тренировочной площадки, юноша ответил:       - Молодой господин Не интересовался молодым господином Цзян с тех пор, как тот так легко обезоружил Вэнь Чао, и все знают, что молодой господин Не любит сражаться с людьми с потенциалом. Молодой господин Цзян, похоже, на самом деле не хотел устраивать состязание, но молодой господин Не может быть довольно настойчивым. - Затем ученик повернул голову к Цзян Фэнмяню и почти вздрогнул, когда осознал, что это глава Ордена только что задал ему вопрос: - Ах, ну, это всего лишь тренировка, глава Цзян! Дружеский поединок!       Дружеский поединок? Так ли это на самом деле?       Цзян Фэнмянь ещё раз взглянул на большую площадку. Цзян Чэн и Не Минцзюэ обменялись приветствиями. Затем они замахнулись друг на друга своими тренировочными мечами.       Публика затихла. Воцарилась предвкушающая тишина, а затем оба подростка бросились в атаку.       Не Минцзюэ нанёс удар первый. Своими мощными руками он обрушил клинок на Цзян Чэна, и Цзян Фэнмянь вздрогнул, почти ощутив силу удара на себе.       Цзян Чэну пришлось отставить одну ногу назад, чтобы смягчить удар, одновременно парировать его и не потерять равновесие. Его глаза слегка расширились, словно он странно удивился силе своего противника. Либо Цзян Чэн на мгновение забыл, что Не Минцзюэ слыл величайшим бойцом своего поколения, либо он недооценил его.       Не Минцзюэ не дал своему противнику времени прийти в себя. В следующее мгновение он взмахнул мечом и нацелился на левый бок Цзян Чэна с той же беспощадной скоростью, что и раньше, словно приливная волна, стремящаяся к разрушению. Цзян Чэн внезапно, казалось, вышел из своего ошеломлённого состояния и в последнюю минуту ответил. Клинки громко зазвенели, столкнувшись, и шок, казалось, снова отозвался эхом по телу Цзян Фэнмяня.       И с этим вторым ударом воздух вокруг Цзян Чэна изменился.       Его лицо потемнело, глаза стали острее и свирепее, а поза - более агрессивной.       Он отпрыгнул назад, и на этот раз атаковал именно он.       Удивительно быстрым движением Цзян Чэн замахнулся мечом, и Минцзюэ ответил лёгкой улыбкой, как будто гордясь тем, что вызвал что-то в наследнике Цзян.       Но эта улыбка длилась недолго. Потому что, обменявшись всего двумя или тремя ударами, Цзян Чэн переместился влево от Не Минцзюэ, словно проворная тень. Он уклонился от удара, который его противник стремился нанести ему в голову, пригнулся, а затем встал, переложил меч в другую руку и поднял его в сторону Не. Последний попытался парировать, но Цзян Чэн перенаправил свой клинок, чтобы пробить брешь. И у Не Минцзюэ не было времени, чтобы отреагировать на следующий шаг наследника Цзян.       Прежде чем он смог поднять свой меч, кончик клинка Цзян Чэна оказался у его горла.       Полная тишина воцарилась на тренировочном поле. Не было никаких возгласов, криков радости или поздравлений. На лицах у всех отразилось одинаковое изумлённое выражение. Даже Вэй Усянь, веривший в своего брата, открыл рот. Всё произошло так быстро.       Раунд длился всего две минуты.       И, несмотря ни на что, Цзян Чэн победил.       Как это могло произойти?       - Это… это наш Маленький глава! - крикнул ученик Цзян с другого конца тренировочного поля.       Казалось, его возглас пробил возникший вокруг поля пузырь тишины. После секундного колебания от нескольких учеников послышались ободряющие возгласы, в то время как другие принялись обсуждать этот невероятный матч между собой, их лица по-прежнему полнились изумлением.       - Он и так был хорош на лекциях в Облачных Глубинах, но подумать только, что он сможет одолеть Не Минцзюэ… Я не могу в это поверить! – сказал младший ученик Цзинь одному из своих друзей, стоявшему справа от Цзян Фэнмяня. - Это была случайность?       При упоминании Облачных Глубин Цзян Фэнмянь посмотрел в сторону наследника Гусу Лань и его брата. Лань Сичэнь аплодировал вместе с остальными, выглядя немного удивлённым, а Лань Ванцзи смотрел на Цзян Чэна так, как будто только что обнаружил в нём что-то новое.       Цзян Чэн и Не Минцзюэ, стоявшие посреди тренировочного поля, не двинулись с места. Они по-прежнему смотрели друг на друга; Цзян Чэн выглядел серьёзным, а Не Минцзюэ - шокированным. Цзян Фэнмянь решил подойти к краю поля, чтобы получше рассмотреть, что происходит. Со своего нового места он мог слышать, о чём говорили двое молодых людей.       - Ты силён для своего возраста, я… забыл, - услышал он слова Цзян Чэна.       Его сын вздохнул и опустил меч.        Не Минцзюэ вышел из оцепенения. Его лицо слегка покраснело, конечно, от смущения и раздражения, и он прошипел:       - Ты смеёшься надо мной!?       Цзян Чэн покачал головой и попятился от него.       - Нет, я общаюсь в основном с твоим отцом, так что я почти упустил из виду, насколько ты тоже ужасно силен, - произнёс он и снова поднял меч: - Ещё раз?       Не Минцзюэ тихо хмыкнул, но также взмахнул мечом, явно желая отомстить.       И снова он напал первым.       На этот раз Цзян Чэн, казалось, был более подготовлен к чудовищной силе Не и расположил своё тело так, чтобы легче выдерживать его удары. Не Минцзюэ попробовал обманный маневр, целясь сначала в плечо противника, но наследник Цзян распознал уловку и парировал удар, а потом с силой атаковал. Когда Цзян Чэн перешёл в наступление, Не Минцзюэ явно изо всех сил старался не отставать,.       Шли секунды.       И снова, всего через две минуты, Цзян Чэн победил, заставив меч своего противника взлететь в воздух.       На этот раз толпа не замолчала. Ошеломлённый ропот поднялся повсюду, поскольку все увидели, что первая победа Цзян Чэна не была случайностью.       Цзян Фэнмянь тоже был сбит с толку, как и остальные. Когда Цзян Чэн… Всегда ли он был так хорош? Глава Цзян знал, что его сын очень прилежно учился с двух или трёх лет, но так легко победить ученика Не старше его, наследника, не меньше...       Разве что репутация Не Минцзюэ была слишком преувеличена?       Не Минцзюэ в бешенстве схватил свой меч, который отлетел назад, и яростно направил его на Цзян Чэна, и на этот раз именно он взревел от разочарования:       - Ещё!       Таким образом, двое молодых людей сражались снова и снова. Не Минцзюэ дрался агрессивными, подавляющими движениями, но Цзян Чэн смог справиться с ними, противодействуя скоростью и ловкостью. И каждый раз побеждал. Однако он всегда был готов к следующему раунду, когда разочарованный Не Минцзюэ потребовал реванша.       Их мечи звенели на ветру, и металлический звон их двух клинков перекрывал рёв толпы. Многие из зрителей теперь болели за то, чтобы наследник Не выиграл хотя бы один из поединков. Но Цзян Чэн и Не Минцзюэ, казалось, ничего не слышали, их внимание было полностью сосредоточено друг на друге.       И когда Цзян Чэн победил в седьмой раз, то нахмурился.       - Твоя левая сторона, когда ты парируешь атаку сверху, - просто сказал он.       Не Минцзюэ поджал губы, по-видимому, не желая воспринимать критику. Но, наконец, он коротко кивнул и снова занял позицию.       А мгновение спустя наследник Не сумел защитить свой левый фланг после того, как Цзян Чэн атаковал его сверху, и оба юноши выглядели одинаково довольными этим прогрессом. Хотя Не Минцзюэ явно не одержал верх в этих боях, он, казалось, учился с головокружительной скоростью, и каждая новая битва становилась немного длиннее и немного менее лёгкой для Цзян Чэна.       Когда, наконец, после десятков раундов Не Минцзюэ удалось нанести прямой удар по ноге наследника Цзян – подвиг, который ему до сих пор не удавалось свершить – вся толпа разразилась аплодисментами.       И все вокруг Цзян Фэнмяня, казалось, были немного разочарованы, увидев, что поединки подошли к концу, потому что на тренировочное поле явились несколько учеников Вэнь и объявили, что ужин начнётся примерно через пятнадцать минут в главном зале.              * * *       В последующие дни Цзян Фэнмянь не часто видел своего сына. Если Цзян Чэн не разговаривал с каким-то главой Ордена, то Не Минцзюэ монополизировал его время, чтобы они могли сражаться на мечах, а другие младшие ученики с удовольствием наблюдали за их поединками.       И когда глава Ордена Оуян заметил, что его сын почти более популярен, чем он сам, Цзян Фэнмянь не был уверен, воспринимать ли это как шутку или нет.              * * *       Цзян Фэнмянь знал, что Вэнь Жохань начал вести опасную игру. Особенно с учётом того, что он выкинул на последней конференции несколькими месяцами ранее. И с тех пор действительно появились признаки того, что глава Вэнь, возможно, стремится к доминированию.       Но Цзян Фэнмянь никогда бы не поверил, что Вэнь Жохань зайдёт так далеко.       Цзян Фэнмянь только что закончил читать шокирующую новость, когда Цзян Чэн ворвался в его кабинет, напугав его.       - Я видел письма из Гусу. Что случилось? - сразу спросил он, и его поза была настороженной, как будто он уже что-то знал.       Сидя за низким столом с письмом от Лань Цижэня в руках, Цзян Фэнмянь колебался. Он не был уверен, что рассказывать младшим ученикам о трагедии, которая только что произошла в Облачных Глубинах, - хорошая идея. Он боялся вызвать ненужную панику.       Но Лань Цижэнь также отправил письмо, предназначенное Цзян Чэну, и у Цзян Фэнмяня сложилось чёткое впечатление, что учитель Лань всё равно собирался поделиться с ним этой новостью. Более того, Цзян Чэн выжидающе смотрел на него глазами, которые говорили, что он не хочет ничего, кроме правды.       Поэтому Цзян Фэнмянь не стал ничего не скрывать:       - Облачные Глубины были сожжены Орденом Вэнь на прошлой неделе.       Тяжёлая тишина воцарилась в комнате, пока Цзян Чэн в шоке и замешательстве смотрел на своего отца.       - Что?! - воскликнул он, наконец, и пошёл ближе к столу.       - Старший сын Вэнь Жоханя, Вэнь Сюй, отправился в Облачные Глубины и обвинил Цинхэн-цзюня в «неправедных действиях», - объяснил Цзян Фэнмянь. - Конечно, это была чепуха, поэтому Лани выступили против него и его отряда. Произошла битва. Большая часть Облачных Глубин была сожжена.       - Но… - обеспокоено произнёс Цзян Чэн. - Но они должны были знать! Учитель Лань должен был ожидать нападения!       Цзян Фэнмянь нахмурился.       - Действительно, Лань Цижэнь, судя по всему, был проинформирован одним из своих внешних контактов, - удивлённо проговорил он. - Откуда ты это знаешь?       Цзян Чэн проигнорировал его вопрос:       - И зная это, они всё равно позволили сжечь свой Орден? Учитель Лань проигнорировал предупреждение?       - Напротив, он говорит в своём письме, что послушался совета, - возразил Цзян Фэнмянь, всё ещё с подозрением глядя на сына. Откуда тот узнал о незнакомце, который предупредил Лань Цижэня? Сказал ли ему сам Лань Цижэнь? – Учитель Лань приказал эвакуировать жителей, которые не могли сражаться, и всех несовершенствующихся, а ученики были готовы к нападению. Он также опустошил всю свою библиотеку и спрятал рукописи до прибытия Вэнь Сюя. Но... кажется, это имело свои последствия. Насколько я понимаю, Вэнь Сюй специально стремился уничтожить обширные знания Ланей, нацеливаясь в первую очередь на их библиотеку. Ему не понравилось, что он не нашёл ни одного свитка... Лань Цижэнь говорит... что Вэнь Сюй дал волю своему гневу из-за этого и резко напал на Орден.       Услышав слова отца, Цзян Чэн широко распахнул глаза. Затем он перевёл взгляд на пол, сосредоточив свои мысли на чём-то другом, и выглядел он при этом странно встревоженным этой новостью.       Похоже, на него очень повлияло то, что случилось с Облачными Глубинами. Помимо Лань Цижэня, с которым, как знал Цзян Фэнмянь, его сын хорошо ладил, глава Ордена не мог припомнить, чтобы Цзян Чэн рассказывал ему о каких-либо других друзьях-Ланях, которых он встретил во время учебы там. Но опять же, его сын в последнее время был довольно замкнутым, поэтому, возможно, он беспокоился о некоторых друзьях, о которых его отец не знал.       - Было много жертв? – через мгновение спросил Цзян Чэн.       На лице Цзян Фэнмяня появилось сожалеющее выражение:       - Немного, согласно письму, поскольку они были готовы к нападению. Лань Цижэнь думает, что без предупреждения у них было бы больше потерь. Но, к сожалению, мы потеряли Цинхэн-цзюня. Вэнь Сюй убил его. На глазах у всех.       Цзян Чэн побеждёно провёл рукой по лицу, бормоча тихое: «твою мать». Цзян Фэнмянь обычно посоветовал бы ему следить за своей речью, но на этот раз он пропустил ругательство мимо ушей.       - А что насчёт его племянников? - настойчиво уточнил Цзян Чэн. - С ними всё в порядке, не так ли?       - Лань Ванцзи и Лань Сичэнь живы и здоровы и всё ещё находятся в Гусу.       - Подожди, значит, Лань Сичэнь не сбежал?       Цзян Фэнмянь не был уверен, почему из всех людей именно Лань Сичэнь должен был сбежать и покинуть свой Орден, но нет, он по-прежнему был со своей семьёй посреди их разрушенных Облачных Глубин.       Цзян Чэн моргнул и пробормотал:       - Правда, если не было книг, которые нужно было сохранить, это имело смысл.       И снова, как это часто случалось, Цзян Фэнмянь, казалось, был отодвинут на второй план, в то время как его сын размышлял и бормотал предложения, которые не имели особого смысла.       - Они продолжат действовать, - после долгого молчания сказал Цзян Чэн и поднял голову. - Я имею в виду Вэней.       Цзян Фэнмянь кивнул:       - Да, в конце концов, шанс есть.              * * *       «В конце концов» произошло намного быстрее, чем ожидал Цзян Фэнмянь.       Месяц спустя, под предлогом того, что их Ордены не дают нужного образования, главный заклинатель приказал отправить в Цишань младших учеников из всех Орденов и кланов для прохождения надлежащего обучения, в том числе и наследников, если им не исполнилось двадцати лет. Эти дети должны были стать не больше и не меньше чем заложниками.       Цзян Чэн без колебаний заявил, что пойдёт. И, к большому сожалению Цзян Фэнмяня, Вэй Усянь также сказал, что отправится со своим братом.       Цзян Фэнмянь не собирался лгать. Он предпочёл бы, чтобы его воспитанник оставался с ним в безопасности. У Цзян Чэна не было выбора, поэтому его отец ничего не мог с этим поделать, но Вэй Усянь не должен был подвергать себя такой опасности.       Однако он ничего не сказал о выборе Вэй Усяня. Мальчик был храбрым по натуре, поэтому его желание пойти не удивило. Даже Мэн Яо, услышав об идеологической обработке, решил сопровождать Цзян Чэна и Вэй Усяня.       Итак, через несколько дней после приказа трое юношей отправились в Цишань Вэнь, чтобы встретиться с другими наследниками Орденов и кланов.       Юй Цзыюань была в ярости, и на этот раз её гнев не был направлен на мужа.       Ну, по крайней мере, так было в первые два дня.       Но всё вернулось на круги своя довольно быстро.       - Разве ты не видишь, что пытается сделать этот подонок Вэнь Жохань?! - Юй Цзыюань набросилась на своего мужа за ужином. - Почему ты так спокоен? Почему ты не собираешься ничего предпринять? Разве ты не видел, что случилось с Облачными Глубинами?!       Цзян Фэнмянь не хотел ничего делать, потому что это могло ухудшить и без того непростую ситуацию. Особенно зная, что Облачные Глубины только что сожгли.       Если повезёт, Вэнь Жохань, в конце концов, успокоится, и мир со временем вернётся. Во всяком случае, Цзян Фэнмянь на это надеялся.       А мальчики были находчивыми. Он доверял им.       Но три недели спустя, когда один из старших учеников ворвался в его кабинет и сообщил, что группа младших учеников, отправленных в Цишань Вэнь, была обнаружена возле Дуо Шаня, Цзян Фэнмянь подумал, что, возможно, всё прошло не так гладко, как он надеялся. И он вместе с пятнадцатью старшими учениками поспешил на поиски детей.       Оказавшись в лесу, глава Цзян и его спутники были шокированы, увидев, по меньшей мере, пятьдесят младших учеников из разных Орденов, которые выглядели не очень хорошо. Обеспокоенный Цзян Фэнмянь быстрым шагом направился к большой группе. На лицах некоторые из младших учеников проступило огромное облегчение, когда они увидели взрослых, а старшие ученики Цзян рассредоточились, чтобы помочь им.       Цзян Фэнмянь подошёл к Цзян Чэну, Мэн Яо и Вэй Усяню, которые возглавляли группу. Все они выглядели измученными.       Цзян Фэнмяня обеспокоенно оглядел их и обратился к своему воспитаннику:       - Что случилось? Почему вы все здесь и в таком состоянии?       Он бегло осмотрел тело Вэй Усяня и сосредоточил своё внимание на его левой руке, которую тот прижимал к груди. Всё его запястье было смесью синего и красного цветов. Он был ранен. Цзян Фэнмянь протянул руку к воспитаннику, но тот покачал головой и попятился.       - Дядя Цзян, со мной всё в порядке, - сказал он немного расстроенным голосом и посмотрел на Мэн Яо и Цзян Чэна. - Но А-Чэн ранен.       Цзян Фэнмянь распахнул глаза и посмотрел на сына.       На правой руке, плече и животе Цзян Чэна были повязки, явно сделанные из различных кусков порванных одежд. Мэн Яо и ещё один ученик Цзян держали его за оба запястья и передавали ему энергию. Цзян Чэн, кстати, выглядел крайне раздражённым этим, когда стряхнул их пальцы одним резким движением.       - Я в порядке, - прорычал он.       Цзян Фэнмянь подошёл к сыну:       - А-Чэн, ты тоже ранен? Дай-ка посмотреть.       - Это ерунда, - заверил его Цзян Чэн и указал на других раненых учеников. – Вот те, кто действительно нуждаются в помощи, прежде чем в их раны попадёт инфекция.       - Ван Линцзяо пыталась выжечь на мне клеймо калёным железом, - вставил Вэй Усянь, - Цзян Чэн вмешался и обжёг себе руку в процессе.       - Маленький глава также был пронзён двумя стрелами, когда спасал других учеников, - мрачно добавил один из учеников Цзян, стоящий рядом с наследником.       Цзян Чэн сердито посмотрел на них:       - Я же сказал: со мной всё в порядке!       - А я думаю, ты склонен забывать, что твоё тело ещё не стало неуязвимым, молодой господин, - сухо заметил Мэн Яо.       Цзян Чэн перевёл на него свой тёмный взгляд, но тот выдержал его, даже не дрогнув.       С тех пор, как Мэн Ши полностью выздоровела, через несколько недель после конференции в Цишане, по какой-то странной причине Мэн Яо, казалось, возложил всю свою благодарность на Цзян Чэна и стал особенно его защищать. Цзян Чэн также ослабил своё подозрительное отношение к Мэн Яо. Цзян Фэнмянь всё ещё не знал, правильное ли использовать слово «друзья» для описания их отношений, но в каком-то смысле они явно стали ближе.       Но это не мешало тому факту, что иногда оба мальчика не сходились во взглядах, как сейчас.       - Ни одна из моих травм не опасна для жизни. Вы все просто беспокойные люди, чёрт возьми! - рыкнул Цзян Чэн и перевёл взгляд на отца. - Папа, я не единственный раненый. Вэй Усянь сломал запястье, помогая нам выбраться из пещеры.       Это было то, чего боялся Цзян Фэнмянь. Он бросил последний взгляд на своего сына и, когда увидел, что Мэн Яо и несколько других учеников Цзян запугивают его, заставляя принимать больше энергии, повернулся обратно к своему воспитаннику. И с удивлением обнаружил, что младший племянник Лань Цижэня, Лань Ванцзи, стоит рядом с ним и также делится энергией, чтобы ускорить его выздоровление.       - А-Сянь, тебе нужно лечение, - подтвердил Цзян Фэнмянь. - Некоторым из вас нужен уход. Пошли.       И все они направились к Пристани Лотоса. Среди младших учеников было ещё двое серьёзно раненых, поэтому двое старших учеников Цзян, которых Цзян Фэнмянь привёл с собой, несли их на мечах. Остальные пошли пешком, и глава Ордена снова спросил, что же произошло.       - Эти ублюдки Вэни, - прозвучал немного позади знакомый голос. Цзян Фэнмянь узнал Цзинь Цзысюаня, и тот продолжил говорить. - Они заставили нас сражаться с Черепахой-Губительницей и пытались убить нас в процессе!       - Однако молодой господин Цзян и молодой господин Мэн предупредили нас, что мы можем охотиться на такого зверя, - сказала девушка из Ордена Тиншань Хэ, выглядела она слегка потрясённой. - Мы были готовы, но всё оказалось гораздо хуже, чем мы могли себе представить.       Цзян Фэнмянь и его старшие ученики выглядели ошеломленными. Черепаха-Губительница? Действительно ли Вэнь Жохань пытался убить младших учеников других Орденов и кланов?       - Вэнь Чао руководил охотой, - спокойно проговорил Лань Ванцзи, стоявший рядом с Вэй Усянем. - У нас было несколько стычек. Он был недоволен. После этого он и другие Вэни попытались нас убить.       Имя Вэнь Чао вызвало невыразимый гнев у всех младших учеников, и из поднявшегося ропота множества голосов, зазвучавших одновременно, Цзян Фэнмянь понял, что у заложников конфисковали мечи, и они были уязвимы перед Черепахой-Губительницей. Но, как объяснила другая девушка, Цзян Чэн предупредил их об опасности этой охоты, и они заранее тайно попрактиковались в устранении гиганта Яо. Более того, Вэй Усянь, очевидно, заранее создал талисманы для этой ночной охоты. Итак, когда они все оказались в пещере, благодаря тактическому таланту Мэн Яо, лидерским качествам Цзян Чэна, талисманам Вэй Усяня и совместным талантам совершенствования Цзинь Цзысюаня и Лань Ванцзи им удалось вместе сразиться с Черепахой-Губительницей и победить её с небольшими потерями.       Но перед этим они, очевидно, поссорились с Вэнями, и Вэнь Чао запер их всех в пещере в надежде, что все младшие ученики будут сожраны. А после того, как один из талисманов Вэй Усяня взорвал заблокированный вход, как только чудовище было побеждено, Вэнь Чао был особенно взбешён, увидев почти всех живыми. После этого им удалось сбежать, и большинство младших учеников теперь хотели остаться с Цзян Чэном.       - Победить зверя удалось совместными усилиями, но Цзян-сюн спас нас, когда мы вышли из пещеры, - сказал Не Хуайсан. - Без него Вэни убили бы нескольких из нас. Однако нам всё равно пришлось сражаться, потому что после этого они погнались за нами. Цзян-сюн заставил нас отбиваться от них.       Поэтому многие не захотели в одиночку возвращаться в свои Ордены и кланы. Они предпочли остаться под руководством Цзян Чэна, что, по их мнению, было более безопасным вариантом, даже несмотря на то, что сначала нужно было сделать большой крюк, чтобы попасть в Пристань Лотоса.       Цзян Фэнмянь бросил на сына впечатлённый взгляд.       Но прежде чем он успел что-либо сказать, Цзян Чэн серьёзно посмотрел на него и сказал:       - Нам нужно поговорить.              * * *       - Вэни собираются атаковать Пристань Лотоса менее чем через две недели, - заявил Цзян Чэн своим родителям в кабинете Цзян Фэнмяня, как только они вернулись в Пристань Лотоса и Цзян Чэн посетил целителя. - Нам нужно подготовить всех к этой атаке. И я имею в виду сейчас.       И подумать только, Цзян Фэнмянь надеялся, что мир скоро будет восстановлен.       Это было глупо с его стороны.