#kinktober2024

— Ну что, сам разобрался? — насмешливо спросил Серафим, стоя за его спиной и одной рукой прижимая за поясницу к столу. Вздрогнув от очередной волны вибрации, прошившей все тело, Глеб обернулся через плечо и зыркнул недовольно-возбужденным взглядом, пытаясь испепелить парня на месте. — Я с тобой сейчас… с-сука, — фразу прервал громкий, отчаянный стон из-за пробки, которая сместилась и теперь давила вибрацией и своей тяжестью точно на простату. — Что-что? Не слышу, повтори пожалуйста, — бессовестно издевался Серафим, в кармане незаметно переключая режим и возвращая руки на красную, горячую кожу ягодиц. — Пошел ты, — выдохнул Глеб, роняя голову на скрещенные на столе руки и пытаясь абстрагироваться от нескончаемой вибрации, сводящей с ума. Сзади раздался смешок и в комнате на несколько секунд воцарилась тишина, нарушаемая лишь хриплым дыханием Глеба и едва слышной вибрацией. Тишину прорезал громкий звук шлепка и вскрик. Ладонь задела основание пробки и вогнала её глубже, упирая самой широкой частью прямо в прострату. Задрожав всем телом, Глеб пытался не сойти с ума от слишком яркой стимуляции, пробирающей насквозь и заставляя тонкую нитку предэякулята срываться с головки на пол. Огладив нежно, невесомо взмокшую поясницу, Серафим расставил его ноги чуть пошире, наслаждаясь жалобными стонами от двинувшейся внутри пробки, и продолжил осыпать красную кожу ударами, прикрывая глаза от безостановочных стонов-хрипов-скулежа и наслаждаясь предоргазменной дрожью мокрого тела. От мест удара по всему телу распространялось обжигающее тепло, а вибрация внутри беспощадно плавила мозги, вынуждая прогнуться и всхлипнуть от ощущения близости оргазма. — Сим, Сима, Сима, — как в бреду проскулил Глеб, жмурясь и напрягаясь всем телом, из последних сил сжимая в пальцах край стола. Склонившись, Серафим оставил мокрый поцелуй на его спине и поднял вибрацию до максимума, отвешивая последний шлепок по малиновым ягодицам, слыша отчаянный вскрик и как в прострации наблюдая за капающей с головки спермы, брызги которой украсили пол и край стола. Подхватив соскальзывающего Глеба, он прижал его к себе, позволяя почти повиснуть и пытаться отдышаться. — Ну как, справился сам? — не удержался от насмешки Серафим, целуя ласково мокрый висок и перебирая в пальцах мягкие кудри. — Пошёл нахуй.