Выжить?

Ми На, не обращая внимания на присутствующих, продолжала рычать и обнюхивать предметы на столике, оставляя после каждого своего движения склизкий, всепоглощающий страх. Её мутные, почти белые глаза, безумно вращались в орбитах, не фокусируясь ни на чём конкретном. Внезапно она замерла, резко вскинув голову. Из её горла вырвался протяжный, пронзительный вой, от которого кровь стыла в жилах. Схватив со стола рамку с фотографией, Ми На со всей силы разбила её об пол. То же самое случилось и с ноутбуком. Затем она повернулась к Нам Гю и Таносу, и на её лице, или точнее, на том, что от него осталось, появилось некое подобие улыбки. Танос, до этого момента сохранявший спокойствие, напрягся. Он крепче сжал руку Нам Гю, молчаливо отвечая на его немой вопрос. В воздухе повисла тяжёлая, зловещая тишина, которую нарушало лишь хриплое дыхание Ми На и стук собственных сердец Нам Гю и Таноса, отбивающих тревожный ритм. Инстинктивно понимая, что сейчас произойдет нечто ужасное, Танос всем телом загородив собой Нам Гю, и приготовился к атаке. Ми На издала утробный рык, словно готовилась к прыжку, но ещё не была готова до конца. — Как только я толкну тебя на кровать, — прошипел Танос, не теряя зрительный контакт с обезумевшей Ми На, — убегай. — Это зомби! Она же убьёт тебя! – голос Нам Гю дрожал от страха. Каким бы эгоистом он не был — бросить друга один на один с этим монстром он бы не смог. Только не Таноса. — Если ты не убежишь, — процедил Танос сквозь зубы, а на лице его появилось выражение отчаянной решимости, граничащей с безумием, — я убью тебя сам. Его слова, как удар хлыста, вывели Нам Гю из ступора. Он понял, что спорить бесполезно. Танос не отступит, и, оставаясь здесь, он только помешает ему. В глазах друга он увидел не безумие, а холодный расчёт и железную волю. Это был взгляд человека, готового на всё, чтобы защитить того, кто ему дорог. Если быть честным, до этого дня Нам Гю не думал, что Танос был способен на нечто подобное. Ми На сделала шаг вперёд, её гниющая плоть трещала и шевелилась, словно ею, как куклой, управлял какой-то неумелый кукловод. В глазах монстра горел безумный огонь, а изо рта капала густая, тёмная жидкость. Битва была неизбежна. Сильный толчок Таноса отправил Нам Гю в короткий полёт. Он неуклюже приземлился на кровать, сделал резкий кувырок и, собравшись с духом, выскочил в прихожую. Но он так и продолжил стоять там, сжимая в руках статуэтку и не находя в себе сил вернуться. В тот же миг Танос, быстро пригнувшись, молниеносным движением схватил бегущую на него Ми На за ноги и с яростным криком швырнул её пол. Он отчётливо почувствовал, как изменилось тело Ми На – стало неестественно лёгким и дряблым, словно мешок с гнилыми тряпками. От этого ощущения по его коже пробежали мурашки, а в желудке неприятно похолодело. Зомби-Ми На брызжала неизвестной гадкой слизью и так отчаянно пыталась вцепиться в кожу парня, словно это было единственным, что она желала, её истинным предназначением. Танос всё ещё находился в одном белье, поэтому он был в риске выйти из этой битвы с покусанными конечностями. Если верить фильмам о зомби да и самой концепции этого явления — то драться с подобным существом без какой-либо защиты на теле было самоубийством. Ми На прыгнула на кровать, зашипела, извиваясь всем телом, словно пойманная змея. Танос срочно заблокировал любые её движения, надавив ногами на тело девушки и сжав руки Ми На мёртвой хваткой. Её гниющие конечности судорожно дёргались, а из горла вырывался булькающий хрип. Она пыталась перевернуться, тянулась к Таносу, целясь укусить его в лицо. Почерневшие конечности оставляли грязные борозды на простыне. Танос, действуя инстинктивно, схватил ближайшую подушку и с силой прижал ею лицо Ми На, преграждая путь к своей шее. На мгновение показалось, что это сработало. Движения зомби ненадолго стали менее активными, но вдруг, с неожиданной для своего состояния силой, Ми На выхватила руку. Затем, резким рывком, она навалилась на Таноса, скидывая того на пол и садясь сверху. Её гниющие губы растянулись в ужасной улыбке, обнажая жёлтые, заострённые зубы, которые стремительно приближались к его плечу. Нам Гю, до этого парализованный ужасом, наконец обрёл способность действовать. В его руках всё ещё была та самая статуэтка – приз Таноса "За лучшую песню для какого-то супер популярного фильма 2021 года". С безумным, отчаянным криком он бросился к кровати, оттолкнув Ми На от Таноса. Не давая зомби опомниться, Нам Гю с размаху обрушил статуэтку на её голову. Удар был настолько сильным, что череп Ми На с мерзким хрустом проломился. Нам Гю продолжал бить, раз за разом обрушивая тяжёлый приз на голову зомби, вкладывая в каждый удар всю свою боль, злость и отчаяние. Под ударами статуэтки голова Ми На превращалась в кровавое месиво, кости трещали и ломались, а гнилая плоть разлеталась во все стороны. Комнату наполнил тошнотворный запах разложения, смешанный с металлическим запахом крови. Нам Гю бил до тех пор, пока от головы Ми На не осталась лишь бесформенная, пульсирующая каша. Его руки и майка были забрызганы кровью и фрагментами черепа, но он не останавливался, движимый первобытным ужасом и слепой яростью. Танос, бледный как полотно, дрожащими губами шептал неразборчивые слова, медленно подползая к Нам Гю, который застыл над телом Ми На, сжимая в руках окровавленную статуэтку. Достигнув друга, Танос осторожно, словно боясь спугнуть, забрал из его рук орудие убийства и отложил в сторону. Затем, крепко обхватив Нам Гю за плечи, начал легонько трясти, пытаясь вывести его из ступора. — Нам Гю, всё кончено, слышишь? – голос Таноса дрожал, но в нём слышались нотки облегчения. — Спасибо. Он притянул парня к себе, крепко обнимая, хотя сам всё ещё находился в состоянии шока. В этом объятии было всё: страх, пережитый ужас, и безмерная благодарность за то, что они оба остались живы. Тело Таноса мелко тряслось, но он старался держаться, понимая, что сейчас Нам Гю нуждается в его поддержке больше, чем когда-либо. — Давно хотел сделать это, — прошептал Нам Гю, глядя куда-то в пустоту. Его голос был хриплым и безжизненным, словно он совершил это с чистой головой и заранее готовил план убийства. От этих слов по спине Таноса пробежал холодок. — Что? — пробормотал он, безумно выпучив глаза и отстраняясь от Нам Гю. Нам Гю словно не услышал вопроса, медленно опустил взгляд на свои дрожащие, забрызганные нечеловеческой кровью руки. — Я не рассказывал тебе, но... — начал он, с трудом подбирая слова. — Однажды я заметил, что Ми На роется за нашим столом. Я сделал вид, что сплю, и тогда она достала мои таблетки и подменила их своими. Эта сука точно хотела убить меня, выставив всё как передоз. Ужас, читаемый в глазах Таноса, сменился недоумением. Он с трудом мог поверить в услышанное. — Что ты такое говоришь? – выдавил он, хватая Нам Гю за плечи и пытаясь заглянуть ему в глаза. — Почему ты мне не рассказывал? Hey? Нам Гю поднял на него пустой, безразличный взгляд. Казалось, он говорит не с Таносом, а с самим собой. — И ещё один случай, — он нервно сглотнул, облизнув пересохшие губы. – Помнишь тот слитый ролик, где ты голый под кайфом бегаешь по улице и проклинаешь весь мир? Знаешь, как именно он оказался в интернете? Внутри у Таноса всё похолодело. Кровь отхлынула от лица, оставив после себя лишь ледяную пустоту. Он молчал, не в силах произнести ни слова. Этот ролик стоил ему отменённых туром, вслед за которым пошли сильные убытки, ухудшение репутации и эти чёртовы видео с извинениями, которые он терпеть не мог. После этого Танос целый год пытался восстановить карьеру, что ему едва удалось сделать. — Эта дрянь ненавидела меня. Но если ты думаешь, что при этом она любила тебя, – прошептал Нам Гю, словно отвечая на невысказанный вопрос, — ты глубоко ошибаешься. — Что? Почему ты не сообщил мне?! – выкрикнул Танос, наконец обретя дар речи. — Блять, что было бы, если те таблетки...Если бы ты их выпил? Он вскочил на ноги и начал беспокойно ходить по комнате, запустив руки в волосы. Ярость и отчаяние боролись в нём с растущим чувством предательства. Он смотрел на окровавленные останки Ми На и понимал, что мир, который он знал, рухнул окончательно. Не то чтобы Ми На была для него близким другом, которому можно было довериться. Вообще нет. Просто Су Бонг не мог поверить, что подвергал Нам Гю и себя такой опасности, просто ради доступной близости от Ми На, которую она предоставляла ему в любое время. — Не бойся, Нам Гю. Ты сделал всё правильно. Ты понимаешь это? – Танос снова опустился рядом с другом, положив руку ему на плечо. Его голос, хоть и дрожал, звучал твёрдо и уверенно. Нам Гю медленно кивнул, но его взгляд оставался пустым и отстраненным. Он словно ещё не до конца осознавал произошедшее, находясь в какой-то прострации. — Оденься и быстро собери нужные вещи, – внезапно произнёс Нам Гю, словно очнувшись от беспокойного сна. Голос его был напряжен и наполнен тревогой. – Возможно, скоро сюда нагрянут такие же психи, как и Ми На. Не хочу подыхать раньше положенного. Су Бонг энергично кивнул и, стараясь не терять ни секунды, выполнил все указания друга. Он быстро оделся, собрал самые необходимые вещи, запихнув их в сумку, и, схватив кофту Нам Гю, буквально выволок того из квартиры. Внизу, у дома, стояла блестящая иномарка Таноса. Су Бонг втолкнул всё ещё находящегося в этом странном состоянии Нам Гю на заднее сиденье и, сам прыгнув за руль, рванул с места. Взвизгнув шинами, машина мчалась по призрачным улицам к дому Таноса, который он считал единственным безопасным местом. Ведь, к счастью, дверь его квартиры была невредимой, в отличие от той, что попалась под горячую руку Ми На. Внезапно Нам Гю, до этого смотревший в одну точку, резко выпрямился и издал сдавленный крик, из-за которого Танос остановил машину и громко выругался. На обочине дороги, среди мусора и брошенных машин, он увидел ужасную картину: окровавленный зомби, склонившись над бездыханным телом младенца, жадно обгладывал его крошечную ножку. Рядом, на коленях, сидела молодая женщина, мать ребенка, и беззвучно плакала, закрыв лицо руками. Нам Гю рванулся к ручке двери, пытаясь выбраться из машины, но рука Таноса резко вцепилась в его ногу. — Блять! Пусти! — кричал он, пытаясь открыть дверь. В этот момент зомби, насытившись детским телом, резко повернулся и бросился к женщине, впиваясь ей в горло. Она же, в свою очередь, совсем не сопротивлялась. Танос, снова выругавшись на всю ситуацию, схватил Нам Гю за одежду и, с трудом преодолевая его сопротивление, запихнул обратно на сиденье. Машина снова сорвалась с места, оставляя позади душераздирающую сцену. — Нам Гю, please! — говорил Танос, стараясь перекричать истерику друга, при этом не напугав его. — Ты ничего не мог сделать! Ничего! Нам нужно убираться отсюда, пока не стало слишком поздно! Понимаешь? Он слабо кивнул и больно закусил губу. Измученный бессонницей, пережитым ужасом и долгим отсутствием наркотиков в организме, Нам Гю наконец отключился. Его тело обмякло, голова безвольно упала на спинку сиденья, а дыхание стало ровным и глубоким. Танос, крепко сжимая руль, продолжал мчаться по опустевшим улицам города. Он немного успокоился, когда заметил, что пассажир уснул. Вокруг царила гнетущая тишина, нарушаемая лишь редкими стонами ветра и далёкими криками. Город, некогда кишащий жизнью, превратился в призрак самого себя. Он был удивлён этому. Где люди? Где многочисленные пробки из машин, брошенных на дороге? Наконец, показался жилой комплекс, где находилась квартира Таноса. Вокруг не было ни души: ни живой, ни мертвой. Танос въехал в подземный паркинг, и, убедившись, что поблизости никого нет, заглушил двигатель, подождав ещё несколько минут, прежде чем решиться на выход. Так не хотелось покидать машину, зная, что может ждать их впереди. Выйдя из машины, он осторожно открыл заднюю дверь и, бережно подхватив Нам Гю на руки, направился к лифту. Тот был неожиданно тяжёлым, но Танос, стиснув зубы, нёс его, стараясь не потревожить сон измученного парня. В лифте он нажал кнопку своего этажа и, прислонившись к стене, вздохнул с облегчением. Пока они медленно поднимались наверх, Танос оглядывал спящего Нам Гю и думал о том, как были странно пустынны улицы. Где все? Куда делись люди? Почему, кроме Ми На, неизвестного зомби и той несчастной женщины с ребёнком им не встретилось ни души? Даже брошенных машин было на удивление мало, будто все разом испарились. Неужели укрылись? Но где? И что случилось с теми, кто не успел спрятаться? Неужели это какой-то вирус? Эта мысль леденила кровь, но Танос не хотел додумывать до конца, пугая самого себя возможным исходом событий. Он чувствовал, как нарастает тревога, смешанная с непониманием. Все эти вопросы, словно рой назойливых насекомых, кружились в его голове, не давая покоя. Он понимал, что им с Нам Гю нужно держаться вместе, чтобы выжить в этом новом, страшном мире.

***

Нам Гю проснулся с ощущением сухости во рту и легкой пульсацией в висках. Он приоткрыл глаза и несколько секунд непонимающе смотрел в белый потолок, пытаясь вспомнить, где он находится и что вообще произошло. Постепенно память начала возвращаться, наполняя его сознание обрывками ужасных картин последних дней. Ми На… кровь… зомби… младенец… Он резко сел на кровати, сердце бешено заколотилось в груди. Оглядевшись, Нам Гю понял, что находится в квартире Таноса. Теперь нахлынули и воспоминания об их с Таносом инциденте, произошедшем за пару минут до прихода бешеной Ми На. Просторная, светлая спальня создавала ощущение спокойствия, что сильно контрастировало с ужасом, который он пережил совсем недавно. Огромные панорамные окна открывали захватывающий вид на город, залитый багрово-красными красками заката. Огней небоскрёбов было мало. Так мало, что Нам Гю заметил это почти сразу же. Где-то горел огонь или виднелся дым, а вечернее небо, расчерченное огненными полосами, казалось, тоже горело, создавая одновременно красивую и тревожную картину. Он увидел парочку теней где-то в переулке, однако не смог точно понять, люди это были или те монстры. Заметив, что справа постель была совсем нетронута и идеально заправлена, Нам Гю почувствовал укол тревоги. Где Танос? Неужели он ушёл, оставив его одного в этой пугающей тишине? Паника, холодной волной, захлестнула его. Сердце забилось ещё сильнее, дыхание стало частым и прерывистым. В голове пронеслись самые страшные мысли. Вдруг с Таносом что-то случилось? Вдруг его нашли… зомби? Он остановился посередине комнаты, оглядывая её в поисках хоть какого-нибудь оружия. Возле небольшого кофейного столика стояло некое подобие табуретки. Это импровизированное оружие придало ему немного уверенности. Он осторожно вышел из комнаты и начал продвигаться по квартире, напряженно вслушиваясь в каждый шорох. "Танос!", – хрипло позвал он, но ответа не последовало. Страх, словно липкая паутина, опутывал его все сильнее. Пройдя по коридору, Нам Гю вошёл в просторную гостиную, совмещённую с кухней. Тут он и увидел Таноса. Друг сидел на полу, прямо перед огромным плазменным телевизором, внимательно всматриваясь в застывшее изображение на экране. На паузе были остановлены новости – судя по всему, Танос просматривал повторы эфира, пытаясь понять, что происходит в мире. — Эй, — тихо произнёс Нам Гю, стараясь не напугать друга. Табуретка в его руках казалась теперь нелепой и лишней. — Что случилось? Танос резко вздрогнул и обернулся на звук. Его лицо было бледным, глаза расширены от ужаса. Он явно был потрясен увиденным в новостях, но старался не показывать этого Нам Гю. — О, ты проснулся. Тебе уже лучше? — произнёс Су Бонг, выдавливая из себя подобие улыбки. Он отводил взгляд, нервно теребя пульт от телевизора. — Зачем тебе… табуретка? Нам Гю смущённо поставил табуретку на пол и, поджав губы, опустился рядом с Таносом. Пол был тёплым, с подогревом. Танос поправил упавшую на лоб Нам Гю прядь волос и сглотнул, тяжело глядя ему в глаза. Взгляд его был полон боли и какой-то безысходности. — Всех эвакуировали, — тихо произнёс он, словно боясь собственных слов. — Это что-то типо лихорадки, nobody knows yet. Врачи изучают эту штуку, но пока ничего неизвестно. Эти слова ударили Нам Гю в самое сердце, словно удар под дых. Мир вокруг него снова пошатнулся. — Как? А мы? Как это произошло? Почему мы пропустили?! — закричал он, не веря своим ушам. Паника, которую он с трудом подавил, снова нахлынула с новой силой. Танос крепко сжал его ладонь, пытаясь успокоить. — В районы... — он замялся, но хотел сказать всё как есть, — ...отдалённые от центра не поступал сигнал эвакуации. Он был срочным и единоразовым. Я не знаю, как это произошло… Всё случилось так быстро, — голос Таноса немного дрожал. Он отвёл взгляд, не в силах смотреть в глаза Нам Гю. — Эти уроды, считающие себя правительством, просто кинули таких как я? – прошептал Нам Гю, уже не надеясь услышать положительный ответ. Голос его был хриплым, будто он долго и отчаянно кричал. Танос лишь пожал плечами, не в силах вымолвить ни слова. Они сидели рядом на тёплом полу, крепко сжимая ладони друг друга, словно ища поддержки и утешения в этом молчаливом жесте. Тишину нарушал лишь тихий гул работающего кондиционера. В воздухе повисла тяжелая, гнетущая атмосфера. Паршиво. Непривычно. Ещё вчера их жизнь была совершенно другой, наполненной нескончаемым вечеринками, алкоголем, препаратами и весельем. А теперь… Теперь они остались практически одни в опустевшем городе, отрезанные от мира. Неизвестность пугала больше, чем рыскающие по улицам зомби. Что будет дальше? Как им выжить в этом новом, враждебном мире? Эти вопросы, словно тяжёлые камни, давили на грудь, не давая дышать. Нам Гю почувствовал, как по его щеке скатилась слеза. Он не пытался её вытереть. Сейчас ему вдруг пришло осознание никчёмности его жизни и этого мира, который так быстро рухнул. Теперь он не желал скрывать свои эмоции. Рядом был Танос, и это было единственным, что имело значение в этот момент. Крепко сжав ладонь Таноса, Нам Гю прислонился к его плечу, ища поддержки и защиты в его молчаливом присутствии. — Я ничего не помню. Как мы попали к тебе домой? — спросил вдруг Нам Гю, выключив телевизор. Яркий экран раздражал глаза и смотреть на застывшее лицо репортёра ему совсем не хотелось. — Ты уснул. Пришлось нести тебя на руках. Нам Гю потёр глаза, пытаясь избавиться от усталости и растерянности, овладевавших им. Раньше они часто проводили время вместе, но сейчас всё изменилось, и понимание этого сильно давило на его сердце. — Ты должен был разбудить меня, — пробормотал он, испытывая смешанные чувства — стыд и благодарность. Танос сглотнул, его уверенность расплывалась, как тень. — Не делай вид, будто не понравилось спать у меня на руках, — ответил он с лёгким юмором, но в голосе его не было той решимости, присущей харизме яркого рэпера. На мгновение тишина в комнате стала приятной. Нам Гю почувствовал непривычное тепло и поддержку, исходящие от Таноса, но одновременно его сердце сжималось от страха и недоверия. Каждый раз, когда он думал о том, что чувствует к своему другу, его терзали сомнения. — Нам нужно срочно найти место, куда эвакуировали население, — начал Нам Гю. — Если мы останемся одни, то сдохнем здесь. Нас убьют либо зомби, либо ломка. Танос засмеялся, его смех, словно молния в шторме, звучал ярко на фоне этой тишины. — Думаю, ты бы смог подраться с толпой мертвецов ради одной таблетки обезбола. Но...что бы ты предложил мне, если бы эта таблетка оказалась у меня? — эмоции Таноса изменились. Это был флирт? Или шутки? Нам Гю не мог понять. — Хотя, знаешь, Нам Гю, вчера нам и без наркоты было хорошо. Нам Гю хмыкнул, хоть и чувствовал, как его сердце забилось быстрее от этого поддразнивания. Танос наклонился ближе, его голос готов был стать ещё более манящим. — Ты меня соблазняешь или издеваешься? — спросил Нам Гю с ухмылкой, но тут же опомнился. Танос замер, глаза его сверкали дерзостью. Он встал на колени, глядя на Нам Гю с игривой улыбкой, отчего его дыхание стало горячим и тяжёлым. — Первое, — бросил он, а затем его взгляд невзначай скользнул по губам Нам Гю. — Ты знаешь, как разгонять адреналин в моменты, когда нужно отвлечься? На мгновение всё вокруг них замерло. Нам Гю почувствовал, как его сердце забилось быстрее, а в груди всё запылало. Смешанные чувства переполняли его: страх, возбуждение и недоумение от того, что происходит между ними на фоне настоящего апокалипсиса. — Чего ты хочешь, Танос? — спросил он, стараясь, чтобы голос не дрожал от эмоций. — Кажется, вчера я... — Верно. Вчера ты не ответил мне, а я всё ещё жду, — перебил его Танос, проводя большим пальцем по губам Нам Гю, осторожно проникая внутрь. Он смотрел на него сверху вниз, и это было чертовски горячо. — Слушай, Гю. Нам Гю замер, его мысли путались. Зачем Танос назвал его так? В эту секунду весь ужас вокруг них будто исчез. Оставался только Танос, и эта их близость казалась Нам Гю самым едким наркотиком — когда понимаешь, что это опасно и безрасудно, но в то же время так маняще и привлекательно. — Что-то мешает мне довериться тебе. Я ведь знаю. Ты как фейерверк, — выдохнул Нам Гю, не в силах удержать эмоции. — Возможно, я такой же. Но, Танос, ты — чёртова бомба замедленного действия. Танос усмехнулся, но в этих его ехидно смеющихся глазах появился тот самый блеск, от которого в Нам Гю всё вдруг загорело ярким пламенем. — Я совсем не тот, кем был. Этот мир рушится, и мы — последние свидетели. Я буду дерзким ради тебя. Ради нас, — его голос стал низким, полным страсти. Он немного отстранился, чтобы посмотреть в глаза Нам Гю. — Я тебя так просто не отпущу. Нам Гю замер, вновь не зная, как ответить, и Танос, будто почувствовав это, поднялся на ноги, протянув руку к другу. — Ты дашь мне шанс? — Су Бонг посмотрел на Нам Гю, и в его глазах отражалось целое море отчаяния и надежды. — Хорошо, — ответил Нам Гю, облегчённо выдохнул и взял руку Таноса, с которым он был готов шагнуть в неизвестность. Танос и Нам Гю обменялись взглядами, и время, казалось, остановилось. В воздухе витала напряжённость, смешанная с ожиданием и страхом. Их сердца колотились в унисон, словно призывая друг друга сделать этот шаг вновь. Наконец, Танос, не отрывая взгляда от Нам Гю, наклонился ещё ближе. Словно в дурмане сильного опьянения, Танос медленно прикрыл глаза и коснулся губами губ Нам Гю. Это было нежно, осторожно, как будто оба боялись разрушить этот момент. Нам Гю осторожно вёл пальцем вверх по татуировке парня — от плеча до зоны за ухом. Когда Танос понял это, он ошарашенно отстранился, а затем обнял Нам Гю, притягивая его к себе ещё ближе. Нам Гю расслабился, позволяя себе отдаться чувствам. Он возобновил поцелуй, открываясь Таносу, а в голове его уже не проносилось множество мыслей, что были прежде. Этот чёртов мир будто исчез, оставив только тягостно сладкий момент, когда два сердца, полные боли и тайны, наконец слились воедино. Поцелуй длился всего миг, но казался вечностью, напоминая им, что даже в этом хаосе между ними существует эта дикая связь. — Ладно, тогда давай немного постараемся, прежде чем весь мир превратится в закуски для зомби, — с улыбкой произнёс Танос, усмиряя в себе то, что Нам Гю вызвал этим мучительно возбуждающим поцелуем. — Эм... — сказал Нам Гю, затем кашлянул, пряча руки в рукава кофты. — В интернете наверняка есть информация, куда люди были эвакуированы? Туда и поедем. – Сети нет, — ответил Танос, указывая на окна, за которыми слепящая яркость уличных фонарей пробивалась сквозь свет. — Думаю, всех эвакуировали за город. Но прежде чем туда выдвигаться, давай попробуем выйти из комплекса и проверить обстановку. Кстати, неплохо было бы тачку заправить и потаскать из супермаркета всяких ништяков. Обмен взглядов между ними стал интригующим, и он словно наполнил эту комнату электричеством. Несмотря на опасность, в воздухе витал дух приключений и новых совместных историй. — Кстати, ты бы мог записать трек о зомби, когда выберемся отсюда, — предположил Нам Гю, стягивая с себя одежду и направляясь в ванную. Танос расхохотался, щёлкнув пальцами. — Зомби-рэп! Это будет fantastic! — пропел он, приняв раздевание Нам Гю за эстафету. Расстегивая ремень, он с диким восторгом побежал вслед за парнем, по пути скидывая майку куда-то на пол. — Let's do it!