Consume-mation | Соблазнён и поглощён

      Космо до конца не уверен, что думать о Раззле и Даззле. С одной стороны, их выходки явно развлекают, но с другой – немного надоедают, когда всё их внимание сосредоточено исключительно на нём.         Хотя, если задуматься, это даже логично – с их тонкой интуицией и любовью к драме быть артистами им подходит идеально. Вот только Космо невольно задаётся вопросом: где заканчивается их игра и начинается реальность?         Он украдкой наблюдает за близнецами, замечая, как плавны и неторопливы их движения. Раззл тихонько напевает незнакомую мелодию – лёгкую, завораживающую, будто давно забытую, но от этого не менее приятную.         Первым нарушает молчание Даззл – его голос почти тонет в гуле окружающих людей:         — Ты занимаешься каким-нибудь искусством, Космо? Живопись? Скульптура?         Космо задумчиво чешет затылок, слегка поджимая губы:         — …Нет, — бурчит он, не зная, как объяснить подробнее.         — Да ладно?! — Раззл вдруг вскидывается, заставляя обоих вздрогнуть. — Я даже не представляю, как можно жить без этого! Тебе что, не скучно?         — Ух… — Космо пожимает плечами. — Дел у меня и так хватает, да и денег на такие вещи особо нет.         — Даже мне трудно представить себя в такой ситуации… — вздыхает Даззл с оттенком сожаления в голосе. — Может, научим тебя рисовать? У нас как раз есть запасной холст.         — О, отличная идея! — Раззл тут же оживляется, глаза его вспыхивают от предвкушения.         — …Я подумаю, — слабо усмехается Космо, невольно поддаваясь их энтузиазму. В этом смехе слышится что-то похожее на облегчение. Близнецы переглядываются, после чего одновременно улыбаются, в их облике появляется лёгкость, которой не было раньше.         — Ну, как будешь готов, — Раззл лукаво подмигивает, — мы здесь. Может, даже кисти для тебя припасём.         Даззл молча кивает, на этот раз улыбка на его лице выглядит куда более искренней.         — Всегда полезно пробовать что-то новое. Пусть даже ради опыта.         Космо улыбается, ощущая, как внутри разливается приятное тепло, хоть где-то на задворках сознания ещё тлеет лёгкое беспокойство.       — Может быть. Посмотрим.       По мере того как они продолжают идти сквозь шумный рынок, их окутывает комфортная тишина. Узкую улицу обрамляют ряды лавок, каждая из которых пестрит яркими красками и благоухает свежими фруктами, выпечкой и пряностями. В воздухе разносится гул голосов – торговцы наперебой расхваливают свой товар, монеты звенят, переходя из рук в руки.         Некоторые прилавки завалены спелыми фруктами: лимоны, апельсины и гранаты переливаются под солнечными лучами. Другие предлагают охапки ароматных трав, их терпкие запахи смешиваются с тёплым ветерком. Повсюду витает лёгкий древесный аромат резных безделушек и плетёных корзин – в каждом уголке чувствуется дыхание жизни.         Космо рассеянно оглядывает прилавки, его взгляд скользит по тонким гобеленам, трепещущим на ветру, их замысловатые узоры сплетены с особой тщательностью. Близнецы, увлечённые движением вокруг, идут лёгкими, но быстрыми шагами, ловко уворачиваясь от случайных прохожих.         Внезапно Раззл и Даззл чуть не сталкиваются с ребёнком, который вихрем пролетает между лавками. Ему не больше пяти-шести лет, он сияет широкой улыбкой и сжимает в руках яркую игрушку.         Раззл резко отшатывается, его глаза вспыхивают игривым удивлением, а Даззл ловко отходит в сторону, едва касаясь плеча ребёнка в рефлекторном жесте. Близнецы обмениваются коротким, понимающим взглядом, а затем тихо хохочут, наблюдая, как малыш исчезает в толпе, даже не заметив опасного столкновения.         — Было близко, — усмехается Раззл, его голос звенит от веселья.         — Ловко бегает. — кивает Даззл, всё ещё с лёгкой улыбкой провожая взглядом убегающего ребёнка.        Космо наблюдает за ними с лёгкой улыбкой, позволяя себе на мгновение ощутить простое спокойствие. Оживлённая суета рынка резко контрастирует с напряжённостью, которая витала между ними совсем недавно.         — Ты весь вспотел, Космо. Может, снимешь уже этот старый шарф? — Раззл наклоняет голову, лукаво усмехаясь. — Хотя должен признать, ты уже начинаешь немного попахивать...         — Попахивать!? — Космо ошарашенно замирает и поспешно смотрит на себя.         — Ах, в хорошем смысле! — Раззл смеётся, отмахиваясь. — Это… хм, Даззл, тебе ничего не напоминает?       Космо напрягается, когда Даззл чуть подаётся вперёд, его пронзительный взгляд сузился в задумчивости.       — Знаешь… чем-то похоже на запах из той маленькой пекарни Бобетты, в деревне, где мы были в прошлый раз. Она кладёт слишком много сахара.       — Можем мы не обсуждать, как я пахну!? — Космо чуть не давится воздухом.       — Можно сказать, это одно из наших странных свойств. — Раззл весело хихикает, явно наслаждаясь его смущением. — У нас довольно обострённое чутьё.       Космо мгновенно скрещивает руки на груди, словно это как-то защитит его от их «анализа». — Отлично. Именно этого мне не хватало – человеческие ищейки.       — Скорее, кошки. — Даззл задумчиво кивает, чуть склонив голову набок.       — Точно! Мы ведь любопытные создания. Да и кошек мы любим! — подхватывает Раззл с энтузиазмом.       — Мне всё равно, кем вы себя считаете, — устало вздыхает он, проводя рукой по лицу, — только хватит обнюхивать меня, как будто я пирог с начинкой из неизвестного мяса.        — Ох, Космик, — Раззл надувает губы, легонько тыкая Космо в мягкую щёку. — Мы просто не хотим, чтобы ты от жары в обморок свалился!       Космо уже готов ответить что-то колкое, но прежде чем он успевает открыть рот, Раззл легонько дёргает его шарф. Совсем чуть-чуть. Но этого хватает.       Даззл замечает первым. Его взгляд скользит к открытому участку кожи, где виднеется синяк. Он тут же отводит глаза, но выражение лица остаётся непроницаемым. Или, возможно… смущённым.       Раззл же слишком увлечён хохотом, глядя на возмущённое лицо Космо, чтобы что-то заметить.       — Пф-ф-ф! Что за выражение?! Будто я тебя вообще раздел!       — В-вы…! — Космо запинается, с такой силой натягивая шарф обратно, что едва не душит сам себя. Лицо пылает; больше от стыда, нежели чем от жары.       Даззл, до этого молчавший, вдруг склоняется к брату и что-то ему шепчет. Голос его настолько тих, что Космо едва различает сам факт разговора.       Смех Раззла обрывается. На мгновение его глаза расширяются, но он тут же прячет это выражение за привычной лукавой улыбкой.       — О-о-о? — Он наклоняет голову, снова глядя на Космо с новым, пристальным интересом. — Теперь мне ещё любопытнее.       Космо застывает, чувствуя, как сердце начинает бешено колотиться. Что на этот раз? Какую кроличью нору они собираются вырыть прямо под ним? Близнецы явно уловили перемену в его настроении. А это только подстёгивает их азарт.       — Не хотел тебя сегодня так допрашивать, но… — Раззл приподнял бровь, задумчиво постукивая пальцем по подбородку. — У тебя кто-то появился, Космо?  — в голосе его звучала игривая насмешка, но в глубине скользил оттенок настоящего любопытства.         Космо почувствовал, как лицо заливает краска, и нервно прикусил губу.         — Нет… может быть? — пробормотал он, сам не зная, что сказать. Если ответить прямо, он рискует выглядеть как шлюха. Хотя, учитывая, что он инкуб, это почти что часть его натуры.         Раззл тут же подметил замешательство и ухмыльнулся шире, явно наслаждаясь его неловкостью.         — Ого, «может быть»? Интересный ответ. Значит, что-то там у тебя намечается, да? — Голос его звенел от озорства, будто он смаковал раскрывающуюся перед ним загадку. Раззл довольно хмыкнул, в глазах вспыхнула игривая искорка. — Хм! Хм! — повторил он, многозначительно глянув на брата, словно они вдвоём только что раскопали какой-то тщательно спрятанный секрет.         Даззл, куда более сдержанный из близнецов, слегка наклонился вперёд. Его взгляд был пристальным, почти изучающим.         — Хм… интересно, что он в тебе нашёл? — протянул он, словно размышляя вслух. Но тон его был таким, что у Космо внутри что-то неприятно сжалось.         Он ощутил, как участилось сердцебиение, мысли лихорадочно метались в поисках ответа. Но стоило ли вообще отвечать? В голосе Даззла было что-то неуловимое, какой-то скрытый смысл, который он не мог разгадать.         — Ха-ха… О ком это вы вообще? — выдавил Космо, пытаясь обернуть всё в шутку.         Близнецы снова переглянулись – без единого слова, но их немой диалог был почти ощутимым. Космо чувствовал, как его всё больше затягивает в их паутину любопытства. Они снова уставились на него, изучая каждую тень его смущения.         Он моргнул, внезапно осознав, что чувствует лёгкое головокружение. Их взгляды… В них было что-то странное, тягучее, будто невидимая сила втягивала его в себя. Космо ощутил, как тело налилось тяжестью, дыхание стало поверхностным. Мозг вопил: двигайся! Но он не мог.         Как вдруг…       — У вас тут всё в порядке? — Чужой голос прорезал напряжённую тишину.         Спраут. Голос звучал спокойно, даже легкомысленно, но в нём чувствовалось что-то… предупреждающее.         Близнецы мгновенно обернулись на звук. Космо резко вдохнул, осознав, что всё это время даже не дышал.         Не то чтобы он собирался отвечать на их вопрос – впрочем, это уже и не имело значения. Раззл и так его опередил.         — А вот и наш старый друг Спраут! — Раззл выпрямляется, его ухмылка широкая и насмешливая. Даззл молчит, явно не желая подливать масла в огонь, который его брат пытается разжечь.       — Для вас – отец Спраут, — спокойно отвечает тот, вежливо улыбаясь, но в его голосе скользит едва уловимое оскорбление. — С каких это пор мы друзья...?       — Даже прикинуться не можешь? — Раззл фыркает. — За нами, между прочим, наблюдают.       Глаза Спраута на мгновение мелькают в сторону Космо, затем вновь встречаются с медленно кренящейся ухмылкой Раззла. Вздохнув, он качает головой.       — Надеюсь, у вас нет планов доставлять беспокойство моим жителям. Я, конечно, ценю, что ваша труппа приехала выступить на фестивале искусств, но вам стоит покинуть деревню как можно скорее.       Слова Спраута повисают в воздухе, оставляя после себя напряжённую тишину. Друзья ли они на самом деле? Космо может и не отличался остротой восприятия, но чувство здравого смысла у него всё же было. Возможно, они поссорились. Он не уверен, но в их отношениях что-то не так. А может, близнецы просто лгут?       Даззл закрывает глаза, показывая полное безразличие, но его уши напряжённо ловят каждое слово. Раззл же фыркает со смешком.       — Ну, наш новый дружочек Космо точно не один из твоих жителей, так что мы вольны делать, что захотим! Верно, Космик?       Космо широко распахивает глаза и, почесав затылок, растерянно отвечает:       — Ну, в этом ты прав. Я ведь тоже всего лишь гость…       Он ожидал, что-то подобное может случиться, но не предполагал, насколько Раззл любит подстрекать других.       — У тебя есть на чём уехать? — внезапно спрашивает Раззл. — Можешь присоединиться к нам, когда наше выступление закончится... Раз уж отец Спраут так рвётся нас выпроводить из его милой деревеньки.       — Космик, — резко перебивает Спраут, его голос напряжённый, будто он стиснул зубы, — останется до конца фестиваля. Он уже так долго здесь гостит, будет обидно, если он пропустит всё самое интересное. — Он складывает руки и натягивает вымученную улыбку. — Наш фестиваль – поистине интересное зрелище, которое стоит увидеть. Было бы несправедливо лишать его полного опыта, не так ли?       — Ого? — Раззл приподнимает бровь, явно забавляясь. — Гляньте-ка на него, такой гостеприимный. И не знал, что ты так заботишься о чужом благополучии.       Спраут продолжает улыбаться, но в его взгляде сверкает что-то острое.       — Моя обязанность – следить за тем, чтобы гости чувствовали себя комфортно… и чтобы вовремя покинули деревню, когда придёт срок.       — А к нам почему такое отношение, а? — Раззл чуть подаётся вперёд, ухмылка не сползает с его лица.       Выражение Спраута остаётся неизменным, но пальцы едва заметно сжимаются на рукавах.       — Потому что вы не гости. Вы артисты, — его голос звучит легко, даже игриво, но вес этих слов не оставляет сомнений. — Вы приехали сюда работать, а не отдыхать.       Даззл вздыхает и снова потирает виски, словно пытаясь унять головную боль. Он уже жалеет, что позволил этому разговору зайти так далеко.       Игра в перетягивание каната продолжается, и Космо – тот самый канат. Спраут, всегда собранный, прячет раздражение за вежливой улыбкой, а Раззл с явным удовольствием нажимает на его больные точки, просто чтобы увидеть, когда тот треснет.       — Ну, э-э... — Космо прочищает горло, пытаясь разрядить обстановку, — я не против остаться на фестиваль. Пока что... интересно.       Даззл благодарно на него смотрит, но Раззл театрально вздыхает, вскидывая руки.       — Ах, Космик, как же ты жесток! Я уж было подумал, что у нас есть особая связь!       Спраут пользуется моментом, чтобы плавно вставить своё слово, его взгляд остаётся непоколебимым.       — Видите? Он сделал свой выбор.       — Раззл, отстань. — Наконец решил вмешаться Даззл, кладя ладонь поверх руки брата. — Нам ещё выступление нужно подготовить, помнишь?       Тот дуется, но в итоге уступает, цокая языком.       — Да-да, как угодно. Хотя ещё не вечер. — Потом, склонив голову набок, он обращается к Космо: — Кстати, а где ты сейчас остановился?       Неожиданный вопрос заставляет Космо напрячься – его плечи едва заметно застывают. Спраут же просто отводит взгляд, делая вид, что его внезапно заинтересовало что-то вдалеке. Космо чувствует, как кровь отливает от лица. Ну конечно, этот тип даже не собирается его выручать!       Даззл приподнимает бровь, замечая их синхронную реакцию. Не теряя ни секунды, он по привычке толкает локтем Раззла, хотя всегда старался оставаться «нейтральным близнецом». Видимо, гены берут своё – даже когда он пытается держаться в стороне, его действия говорят громче слов.       Космо прочищает горло, заставляя себя говорить непринуждённым тоном:       — А с чего вдруг такой интерес?       — Просто тут гостиниц мало, а гостей много. — Раззл задумчиво постукивает пальцем по подбородку. — Интересно, где тебе удалось найти место? А вдруг нам тоже пригодится? — Он чуть наклоняется вперёд, в глазах вспыхивает лукавый огонёк. — Хотя, судя по твоей реакции... ты поселился в каком-то интересном местечке, да? Может, по особому предложению?       Космо натянуто усмехается и отмахивается:       — Ничего особенного.       Даззл тихо фыркает, пристально следя за их беседой. Он наклоняется к Раззлу и шепчет:       — «Ничего особенного», но Спраут даже в его сторону не смотрит? — Он скользит взглядом по священ, чей взор по-прежнему упрямо устремлён в никуда. — Подозрительно. — На что Раззл хитро ухмыляется, толкая брата локтем:       — Очень подозрительно! — Затем он резко поворачивается к Космо, картинно замирая. — Подожди... Только не говори, что...       — Кажется, ваш жёлтый друг что-то ищет, — вдруг произносит Спраут, его голос остаётся таким же спокойным. — И выглядит он весьма обеспокоенным.       — Не пытайся меня отвлечь, я знаю этот трюк! — Раззл закатывает глаза, явно не впечатлённый, — ты и в прошлый раз так выкрутился.       Даззл недовольно бурчит, теребя кисточки на своей одежде:       — Давай не будем об этом.       Спраут приподнимает бровь, его взгляд становится пронзительным и оценивающим.       — Я просто констатирую факт, — он делает короткую паузу, а уголки губ чуть поднимаются в едва заметной усмешке. — Смотрю, вы оба поумнели... хотя совсем чуть-чуть. Поздравляю.       Раззл бросает на него острый взгляд, но решает не реагировать. Он потягивается, лениво разминая плечи.       — Ладно-ладно, проверим, что ему надо. Доволен, святой отец?       Даззл переводит взгляд с Раззла на Спраута, чувствуя нарастающее напряжение, затем кивает.       — Хотя он не ошибся. Луи и правда выглядит встревоженным.       — Ну что ж, пойдём посмотрим, из-за чего весь сыр-бор. — Раззл фыркает, отмахиваясь от темы, — Только без твоих нотаций, Спраут.       Глаза Спраута мелькают в сторону Космо, прежде чем он отвечает ровным голосом:       — Я не читаю нотаций. Делайте что хотите. Просто имейте в виду мои слова. — После этого он поворачивается, отпуская их лёгким кивком.       Космо наблюдает за их разговором, чувствуя, как напряжение в его плечах чуть ослабевает. Но он не может отделаться от ощущения, что между этими троими натянут канат, готовый лопнуть в любую секунду.       Раззл напоследок потягивается и направляется туда, где их ждёт приятель.       — Всё, хватит. Пошли, — говорит он беззаботным тоном, словно ни один из предыдущих комментариев его даже не задел.       Даззл замешкался, бросая на Космо задумчивый взгляд.       — Береги себя, — тихо произносит он, и в его глазах промелькивает что-то неуловимое, скрытое между строк.       — Только без приключений, ладно? — с лукавой улыбкой добавляет Раззл, в глазах снова загорается озорной огонёк. Он уходит вместе с Даззл, оставляя после себя ощущение лёгкого хаоса.       Однако Спраут задерживается. Его взгляд на мгновение останавливается на Космо – неуловимо долгий, чуть проницательнее, чем должен быть.       — Хорошего дня, — говорит он тихо, его голос едва заметно понижается, как будто в этой простой фразе скрыто нечто большее.       Он молча протягивает Космо сложенный лист бумаги. Знакомая форма, измятые края – у Космо внутри что-то сжимается. Он узнаёт это. Чёртов буклет из сада. Тот самый, который он смял и выбросил.       Глаз Космо нервно дёргается, но он ничего не говорит.       Спраут разворачивается и уходит, а Космо выдыхает с облегчением, но странное ощущение остаётся в воздухе – словно между ними заключено молчаливое соглашение, о котором никто не решается заговорить.       В горле пересохло. Напряжение всё ещё висит над ним, пока он бредёт к ближайшей торговой лавке. Ему всё равно, что взять – лишь бы хоть как-то заглушить пустоту внутри. Гул голосов и смех детей, нанизывающих чётки, постепенно растворяется, когда он опускается на крошечный деревянный стул, явно предназначенный для малышей. Его спина сутулится от усталости, всё накопленное напряжение наваливается на него с удвоенной силой.       Космо хватает первый попавшийся стакан с соком, даже не утруждая себя тем, чтобы посмотреть, какого он цвета, и залпом выпивает содержимое, жадно, словно от этого зависит его жизнь. Сначала сладкий вкус освежает, но это длится лишь мгновение – капля в бескрайнем, ненасытном океане. Во рту всё так же сухо. Это чувство не уходит.       Он ставит пустой стакан на стол с приглушённым стуком и нахмуривается. Жажда остаётся. Голод тоже, но не тот, что утоляется едой. Он засел глубже, чем должен был, жжёт изнутри, но Космо не может до конца понять, чего ему не хватает. И всё же он знает, что это не просто физический голод. Он смотрит на опустевший стакан, а тягостная мысль сверлит его сознание.       Что он делает не так? Может, он вообще не инкуб, если так сильно идёт против своей природы?       Из горла вырывается тихий, едва слышный всхлип, и он опускает голову в ладони, пальцы сжимают виски.       — Почему я такой? — глухо бормочет он, ощущая, как внутри закипает странная смесь разочарования и растерянности.       Четвёртый день праздника святого, а Космо едва держится на плаву. Всё вокруг: яркие прилавки, сладкие запахи, заразительный азарт толпы – сливается в бесформенную, утомляющую картину. Этот праздник должен приносить радость, но для него это просто бесконечный отсчёт времени, где каждый час приближает к неизбежной головной боли.       Половина фестиваля позади, а он так и не продвинулся ни на шаг. Ни на миллиметр. Он старался, правда, изо всех сил. Но каждый раз, когда ему казалось, что цель вот-вот окажется в пределах досягаемости, происходило что-то новое – очередная помеха, ещё одна случайность, – и теперь он стоит на том же месте, что и в первый день, ни на шаг не приблизившись к тому, чтобы забрать душу этого чёртового священника.       Может, просто оставить всё как есть? Может, ему не суждено добиться успеха? Уже сейчас в голове пульсирует тяжесть, грозящая разорвать его на части. Напряжение, неопределённость – слишком много всего. Может, священник подождёт. Или, возможно, Космо найдёт другую душу.       Пальцы вцепляются в край стула, он глубоко вздыхает, чувствуя, как груз последних дней давит всё сильнее. Мысли звучат в голове, эхом отдаваясь в сознании.       Что я делаю не так?       Его плечи опускаются, голова всё ещё слегка кружится. Шум и суета рынка больше не кажутся оживлёнными – теперь это просто гулкое, давящее море звуков.       — Может… может, мне просто сдаться, — бормочет он, едва слышно. — Всё это слишком.       Он смотрит на пустой стакан перед собой, испытывая слабое желание просто выбросить его и уйти. Но в глубине души знает – не уйдёт. Потому что, сколько бы он ни хотел сбежать, что-то удерживает его здесь. Эта проклятая миссия. Этот священник, чья душа всегда ускользает, оставаясь вне досягаемости.       Честно говоря, попасться Роджеру сейчас было бы даже заманчивее, чем продолжать эту нелепую миссию! По крайней мере, тогда всё стало бы ясно – никакой неопределённости, никаких вопросов. Только резкая, неоспоримая реальность последствий. В частности, холодное лезвие в сердце.       Космо лениво оглядывается по сторонам, взгляд скользит от одной торговой лавки к другой, с едва уловимой надеждой, что этот чёртов охотник на демонов появится и избавит его от мучений. Но нет. Толпа продолжает двигаться, шум всё так же гудит в ушах, а он всё ещё здесь – застрял в этой бесконечной миссии, которая больше напоминает наказание.       Тяжело вздохнув, Космо начинает машинально мять смятый буклет в руках, лениво проводя пальцем по его краям. Он без особого энтузиазма перечитывает строки, написанные там, но слова расплываются, сливаясь в монотонный, ничего не значащий набор звуков. Каждое предложение кажется пыткой, напоминанием о том, в какую передрягу он вляпался. Он щёлкает бумагой, потом ещё раз. Ни капли просветления.       — Да будет благословлен пламень, что горит во чистоте. Светом своим озаряя заблудших и изнемождённых… и бла-бла-бла, — бурчит Космо, погружаясь в кресло ещё глубже.       — Космик! А вот и мы! — голос Раззла раздаётся прямо у него в голове, заставляя Космо вздрогнуть.       Он подавляет стон, даже не пытаясь подняться. Он чувствует их присутствие ещё до того, как те появляются в поле зрения – Раззл искрит энергией, а Даззл, как всегда, смотрит так, будто видит его насквозь.       — Всё ещё киснешь, Космо? — Раззл радостно плюхается рядом, не дожидаясь приглашения. — Ну ты даёшь! В разгар фестиваля сидишь тут с таким видом, будто сейчас взорвёшься.       Космо лениво бросает на него взгляд из-под полуприкрытых век.       — А что мне ещё делать? Я здесь. Я застрял. И, — он качает в руках буклет, скривив губы, — читаю этот бред. — Космо тяжело вздыхает, потирая виски. — Как там ваш друг? Нашел, что искал?       — У Луи просто… запор. — медленно кивает Даззл, прикрывая глаза с легкой усмешкой. — Туалет не смог найти.       Раззл тихо хихикает за ладонью, явно с трудом сдерживая улыбку. Близнецы устраиваются рядом с Космо, хотя они в детские стулья едва помещаются.       — Так… — протягивает Раззл с явно игривыми нотками в голосе. — Ты и священник?       Даззл стонет, даже не дав Космо шанса отреагировать, и тут же сверлит брата испепеляющим взглядом.       — Раззл, не при детях.       — Да что такого в моем вопросе? — Раззл лишь фыркает, совершенно не смутившись.       — Само обсуждение священника в таком ключе уже… — тот продолжает смотреть на него с явным раздражением, — сомнительно.       — Даззл, да ладно тебе! В нашей деревне хоть что-то интересное случается раз в сто лет! А вдруг это оно? — Раззл хнычет, не переставая тыкать брата в щеку. Даззл просто отмахивается.       — Если Космо не хочет участвовать в твоем балагане, то не будет. — Голос Даззла звучит твердо, но уголки его губ слегка подрагивают, будто он пытается не рассмеяться.       Как по расписанию, Раззл тут же поворачивается к Космо, делая самые жалостливые «щенячьи глазки». Космо чувствует, как его загоняют в угол этим взглядом.       Он неловко ерзает на месте, оглядывается, а потом снова встречается взглядом с печальной мордашкой Раззла.       — У меня сначала вопрос.       — Ну? — Раззл тут же оживляется.       — Вы хоть нашли, где остановиться на ночь?       Близнецы синхронно наклоняют головы, их зеркальное движение выглядит слегка жутковато. Космо внутренне сжимается, мгновенно жалея, что вообще открыл рот.       Он быстро бормочет:       — Просто… я как раз собираюсь менять жилье…