Непредвиденные перемены

Не Хуайсан нашёл Вэнь Нина во внутреннем дворике, где тот наблюдал за подготовкой к празднованию. Два молочных поросёнка уже жарились на вертеле. К началу пира они будут готовы идеально. — Вэнь Нин, вот ты где. — Ты меня искал? — Я хотел убедиться, что ты в порядке после всего, что случилось. Вэнь Нин собрался было машинально ответить, что всё хорошо, но потом остановился, чтобы обдумать вопрос. Если Не Хуайсан спрашивает, значит, он хочет услышать честный ответ. — Честно говоря, всё какое-то поспешное. — Знаю. Мне бы хотелось устроить для них что-то получше, но я не уверен, что они сочли бы что-то более роскошное лучшим. Ни твоя сестра, ни мой брат не любители слишком большой торжественности. — Это правда. Я не против этого брака. Твой брат — хороший человек. — Так и есть. Можешь не бояться, что он будет плохо обращаться с твоей сестрой. — Знаю. Я уверен, что не будет. И ты можешь быть уверен, что она будет добра к нему. Думаю, я просто немного насторожен. Счастье моей сестры для меня важнее всего на свете. — Как и счастье моего брата для меня. — У тебя нет опасений? — Насчёт брака? Нет. У меня есть вещи поважнее, о которых стоит беспокоиться. Мы идём на войну, Вэнь Нин. Через несколько дней. И у моего брата... его ци нестабильна. Проклятие Не. Он думает, я не знаю, но я знаю. Все эти сражения сделают его только хуже. Я надеюсь, твоя сестра найдёт способ помочь ему. Вэнь Нин нахмурился. Его сестра некоторое время назад заперлась с Не Минцзюэ и Лань Сичэнем и очень скрытничала по этому поводу. — Думаю, она, возможно, уже помогла. — Правда? Замечательно. — Она сделала бы для него всё, что в её силах, даже если бы он не просил её выйти за него. — Уверен, что так бы и было, но так вашим людям действительно безопаснее. — Знаю. Я хотел поблагодарить тебя за то, что устроил для них этот праздник. Я знаю, они благодарны за то, что их включили, даже если они не могут быть в главном зале. — Это также и для наших людей. Это традиция Не. По великим случаям празднуют все — от главы Ордена до самого младшего ученика. — Это хорошо. В Безночном городе такого никогда не было. Я ненавидел это место. Мне всё время было страшно. Никогда не знаешь, какое настроение будет у дяди или что он может сделать. Какое облегчение — быть подальше оттуда. — Должно быть. Так что, больше никаких опасений? — Нет. Кроме... — Кроме? — Твой брат… Он сказал называть его старшим братом, и я не знаю, смогу ли, так что теперь вообще никак его не называю. Не Хуайсан рассмеялся. — Привыкнешь. Он говорил серьёзно, знаешь? Теперь ты его брат, и он будет относиться к тебе соответственно. — Я не знаю, почему. Я ведь ничего особенного из себя не представляю. — Ничего особенного? Вэнь Нин, оглянись вокруг. Ничего этого не было бы, если бы не ты. — Но это сестра приняла решение прийти. — Потому что ты убедил её, что это правильно. А ещё до этого. Когда ты решил помочь мне. Ты не обязан был, Вэнь Нин. Большинство людей не стали бы. — Но что ещё я мог сделать? — Ты мог оставить меня на произвол судьбы. Но ты решил помочь мне, и из-за этого мой брат решил помочь тебе. Так что да, это всё благодаря тебе. Потому что ты хороший человек, который следует своей совести. Старший брат не единственный, кто гордится тем, что называет тебя братом. Я тоже. И, как твой новый брат, я вынужден настоять, чтобы тебе оказывали всё подобающее уважение. Все, включая тебя самого. Вэнь Нин улыбнулся. — Я постараюсь. — Он снова посмотрел на бочки с пивом, которые выкатывали на двор. — Сколько у нас времени, прежде чем нужно будет переодеться для празднования внутри? — По крайней мере, час. Так что пойдём. Пойдём пообщаемся с твоими... с нашими людьми. Не Хуайсан взял Вэнь Нина под руку и под приветственные крики и Вэней, и Не вывел его на главный двор. * * * Не Минцзюэ посмотрел на все эти ожидающие лица, жаждущие услышать, что они празднуют. Он больше всего на свете хотел бы пойти на другое празднование, устроенное для его людей и Вэней. То выглядело весёлым. Это — не особо. Он взглянул на Вэнь Цин, которая теперь сидела рядом с ним. Она ободряюще кивнула ему. Не Минцзюэ встал, и всё внимание сразу же обратилось к нему. — Почётные гости. Благодарю вас всех за то, что празднуете вместе с нами очень важное для Не событие. Ранее сегодня госпожа Вэнь и я совершили свадебные поклоны. Прошу вас присоединиться ко мне и поприветствовать новую госпожу Не. Он протянул руку Вэнь Цин, пока по залу разнёсся удивлённый шёпот. Она поднялась, чтобы встать рядом с ним, и поклонилась гостям. — Я благодарна за честь этого союза. — Вы женились на представительнице Цишань Вэнь? — Это был глава Ордена Яо, потому что, конечно же, он не мог промолчать. — Да. Позвольте мне прояснить. Семья госпожи Не теперь — моя семья, и к ней будут относиться с подобающим уважением. Если у кого-то есть с этим проблема, он может заявить об этом сейчас или хранить молчание вечно. Глава Ордена Яо, есть ли у вас возражения, которые вы хотели бы выдвинуть относительно моего выбора невесты? Глава Ордена Яо побледнел и быстро сел. Больше никто не пошевелился. — В таком случае, наслаждайтесь пиром, который устроил мой брат. Не Минцзюэ сел и, наклонившись, прошептал Не Хуайсану: — Каковы шансы, что они подчинятся моему указу? — Те, кто нам дорог, примут. Большинство остальных не посмеют тебе перечить. Они, вероятно, попытаются игнорировать тот факт, что они когда-то были Вэнями. Я проинструктировал прислугу слушать болтовню и сообщать мне, как всё это воспринимается. — Это хорошо. Цзунхуэй говорит, что наши собственные люди уже в основном симпатизируют Вэням, так что были предрасположены принять союз. — Он прав. Вэни с момента прибытия были полезны. Кажется, один из дядюшек — эксперт по виноделию. Он привёз с собой много вина и стал чрезвычайно популярен. Вэнь Цин наклонилась. — Это должен быть Четвёртый дядя. — Она посмотрела туда, где этот человек оставил бабушку и, казалось, участвовал в какой-то питейной игре с группой буйных двоюродных братьев Не. — Он также эксперт по распитию своей продукции. Не Минцзюэ рассмеялся. — Тогда он должен отлично вписаться. Не Хуайсан посмотрел туда, где сидели Цзяны. Юй Цзыюань хмурилась на любого, кто смотрел в её сторону. — Если и будут неприятности, то от них. Они потеряли свой дом из-за Вэней, как и Яо. Им это совсем не понравится, и ты видел, как госпожа Юй вела себя с Вэнь Нином. Не Минцзюэ задумчиво кивнул. — Эту ведьму не так легко запугать, как главу Ордена Яо. Я удивлён, правда. Я думал, Вэй Усянь хорошо с ними разобрался. Ванцзи тоже. Я надеялся, унижение заставит их отступить. — С такими людьми это никогда не заканчивается. Я беспокоюсь об их учениках. Госпоже Юй не понравится, что они всё ещё вьются вокруг Вэй Усяня. Она может попытаться сорвать на них свой гнев. — Только не здесь, — заявил Не Минцзюэ. — Это не Пристань Лотоса. Мы на войне. Цзян Фэнмянь и его семья будут подчиняться командованию, как и все остальные. Поэтому мы и настояли, чтобы они полностью присоединились к нам. Никаких несанкционированных наказаний не будет. Я прослежу за этим. Вэнь Нин, если она или кто-либо ещё приблизится к тебе, немедленно скажи мне. — Я скажу... э-э... Старший брат? Не Минцзюэ усмехнулся. — Это вопрос? — П-правда ли можно называть тебя так? Это кажется... неуважительным, а я вовсе... вовсе не хочу быть неуважительным. Я у-уважаю тебя больше всех. Кроме сестры. — Я говорил серьёзно. Ты теперь ещё один мой младший брат. Вэнь Нин робко улыбнулся. Ему это понравилось. Ему нравился муж его сестры. Когда она сказала ему, что намеревается выйти за Не Минцзюэ, он немного беспокоился. Теперь нет. Его сестра была права. Не Минцзюэ — хороший человек. Он будет хорошо к ней относиться. Она может быть с ним счастлива. Не Хуайсан подтолкнул его и усмехнулся. Вэнь Нин усмехнулся в ответ. Да, это будет хорошо для них всех. Он был в этом уверен. * * * Вэй Усянь вздохнул и прислонился к Лань Ванцзи. — Я решил, что люблю свадьбы, Лань Чжань. Жаль, лаолао здесь нет. Она любит хорошие праздники. — Мн. — Лань Ванцзи повернулся к брату. — Пока мы жили на Небесной Горе, Баошань Саньжэнь искала любой повод для празднования. Вэй Усянь рассмеялся и обнял Лань Ванцзи за руку. — Не думаю, что это как-то связано с нашим там присутствием. Просто она такая. — Также обращаясь к Лань Сичэню, он добавил: — Лань Чжань говорил тебе, что он танцевал на нашей свадьбе? Лань Сичэнь радостно рассмеялся. — Не говорил. Ванцзи, ты танцевал? Я даже не знал, что ты умеешь. Лань Ванцзи сохранял исполненное достоинства молчание. Вэй Усянь — нет. Он радостно захихикал. — Умеет, умеет. Признаю, иногда это выглядело так, будто он отрабатывает формы с мечом, но всё равно так грациозно и так… так красиво. Он пользовался большим спросом как партнёр по танцам. Все тётушки, бабушки и дети выстраивались в очередь, чтобы он их покружил. И кто мог их винить? Мой муж превосходен во всех отношениях. — Вэй Ин. Вэй Усянь снова рассмеялся, всё ещё цепляясь за Лань Ванцзи. — Я лишь надеюсь, что Чифэн-цзунь и госпожа Вэнь, простите, госпожа Не смогут быть такими же счастливыми, как мы. — Их брак не по любви. — Даже так. Они хорошо подходят друг другу, тебе не кажется? — Я недостаточно хорошо знаю госпожу Вэнь, чтобы судить. Сюнчжан, ты проводил время и с ней, и с Не Минцзюэ. Каково твоё мнение? Лань Сичэнь улыбнулся. — Судя по тому, что я видел, Усянь прав. Она хорошая пара для Минцзюэ. У них одинаковые ценности. И та же прямота натуры. Вэй Усянь вздохнул. — Знаю. Мне так хотелось рассмеяться, когда они оба просто испытали облегчение, что всё закончилось. Брат Сичэнь, как думаешь, они могли бы влюбиться? Очевидно, сценарий Не-сюна был нелепым, но я имею в виду, если они так похожи, это возможно, не так ли? — Кто знает? Даже если нет, думаю, они смогут хорошо сработаться как друзья. Она сможет помочь ему в управлении Орденом, если не в чём другом. Она также могла бы помочь ему с проклятием сабли Не, но, конечно, он не мог сказать это вслух. — Это правда. — Вэй Усянь почувствовал, что кто-то пытается протиснуться между ним и Лань Ванцзи. Он посмотрел вниз и увидел, что маленький Вэнь Юань снова сбежал от бабушки и пробрался к ним. Он рассмеялся, подхватил малыша и посадил его себе на колени. — А-Юань, ты откуда взялся? Вэнь Юань указал назад на свою бабушку, а затем с интересом уставился на еду в их тарелках, тыкая пальцем в пельмень. Вэй Усянь оглянулся. Бабушка Вэнь начала вставать, поэтому он помахал ей, давая знать, что они с радостью подержат Вэнь Юаня ещё немного. Она кивнула в знак благодарности и вернулась к своей трапезе. Вэй Усянь обнимал Вэнь Юаня, пока Лань Ванцзи кормил его отборными кусочками с тарелок на их столе. Лань Сичэнь смотрел на них с тоской. Они выглядели как идеальная маленькая семья. Он был рад за них, но это всё ещё было так удивительно для него. Он всегда считал себя романтиком, тем, кто скорее всего женится. В самом деле, он никогда особо не задумывался, что его брат или лучший друг когда-нибудь найдут партнёров. Но вот они здесь. Ванцзи, оказывается, женат уже пару лет и даже думает о детях. А что касается Минцзюэ, как бы он ни называл это политическим союзом, было ясно, что между ним и его новой женой существует искренняя привязанность. Он будет делиться с ней своими проблемами, искать у неё совета. Всё то, на что он когда-то полагался в общении с Лань Сичэнем. Лань Сичэнь не завидовал ему. Он был рад, что рядом с ним есть кто-то настолько совместимый. Он не завидовал. Не совсем. Просто всё менялось, и Лань Сичэнь больше не был уверен, каково его место. Ванцзи всегда будет его братом, а Минцзюэ всегда будет его лучшим другом, но теперь в их жизни появился кто-то ещё. Тот, кого ищешь в первую очередь. А как же он? Обретёт ли он когда-нибудь такое? Он знал, что его дядя годами получал предложения о браке для него, но он никогда не обращал на них внимания. Даже смеялся над этой идеей. Теперь же Лань Сичэнь задумался об этом. Возможно, после окончания этой войны, когда всё уляжется, он мог бы рассмотреть такую возможность. Даже устроить несколько встреч. Да, возможно, пришло время подумать о том, чтобы остепениться. Лань Сичэнь улыбнулся и вернулся к своему супу. * * * — Я не буду молчать! Цзян Фэнмянь пытался сохранять улыбку, хотя на самом деле ему больше всего хотелось придушить свою жену. Он предоставил ей возможность остаться в своей комнате, как она, по её словам, и хотела, но осталась ли она? Нет, конечно же, нет. Как только она поняла, что он отправится на банкет независимо от её решения и возьмёт с собой детей, она мгновенно сменила тон. Начала отчитывать его за то, что он вообще посмел пойти без неё, потому что как это будет выглядеть? Госпожа Пристани Лотоса, брошенная своей семьёй? И теперь он очень боялся, что она натворит бед, которые им не по карману. Они должны были восстанавливать свою репутацию, а не наживать новых врагов. — Ты слышал меня, Фэнмянь? — Да, я слышал тебя, как и половина присутствующих здесь. — Как ты смеешь так со мной разговаривать! Ты ожидаешь, что я буду сидеть молча, пока кого-то из Вэней возвышают до того же положения, что занимаю я? Это невыносимо. — Матушка, может быть, они любят друг друга, и поэтому она перешла из Ордена Цишань Вэнь в Орден Цинхэ Не. — Вечно ты сентиментальна, А-Ли. Удивительно, что ты вообще моя дочь! Цзян Яньли смахнула слёзы, которые не просыхали на её глазах с тех пор, как Вэй Усянь оттолкнул её. Сама того не желая, она украдкой взглянула на Цзинь Цзысюаня и обнаружила, что тот смотрит на неё. Она быстро отвернулась, смущаясь, что он видит её расстройство, и попыталась снова успокоить мать. — Госпожа Вэнь, в конце концов, очень красивая женщина. Это возможно. Цзян Чэн фыркнул. — Ну и что с того, что она красивая? Она Вэнь. Очевидно, зачем Чифэн-цзуню она нужна, но зачем на ней жениться? Ему следовало просто взять то, что он хотел, а потом вышвырнуть её и её семью в пыль. Юй Цзыюань брезгливо нахмурилась. — Вы оба дураки. Как у меня могли родиться такие глупые дети? Не Минцзюэ никогда не интересовался подобными вещами. Здесь что-то большее. Что-то, о чём нам не говорят. Она должна что-то знать, что-то иметь, что ему нужно. Только этим и можно объяснить эту поспешную историю. Посмотрите на неё, сидит там, надо всеми нами, словно имеет на это право. — Довольно, госпожа моя. Теперь она первая госпожа Ордена Цинхэ Не. Ты слышала Не Минцзюэ. Проявишь к ней неуважение, и он воспримет это на свой счёт. А нам всё ещё нужна его помощь, чтобы вернуть Пристань Лотоса. Мы не можем позволить себе злить его. Юй Цзыюань усмехнулась: — Если бы ты не расторг помолвку А-Ли, Цзинь Гуаншань был бы обязан честью прислать нам помощь. Но нет, тебе нужно было расчистить путь для своего драгоценного А-Сяня, и даже с этим ты не справился. Теперь у нас ничего нет. Что теперь делать А-Ли? Кто возьмёт её теперь, после того как ты отказался от Цзинь Цзысюаня, а потом Вэй Усянь ясно дал понять, что она ему не нужна? Цзян Яньли всхлипнула, закрывая рот рукой. — Матушка... — Что ещё, девчонка? Немедленно прекрати. Ты выставляешь себя напоказ. Имей хоть каплю достоинства. — Я... Матушка, мне нехорошо. Пожалуйста, можно мне уйти? — Зачем спрашивать меня? Это твой отец настоял, чтобы мы пришли сюда, где на нас пялятся и судачат. Цзян Фэнмянь сверкнул на неё глазами и погладил дочь по волосам. — Потерпи ещё немного, А-Ли. Госпожа моя, ты правда думаешь, что кому-то есть до тебя дело? Это свадебный банкет. Если и судачат, то о паре, которая только что поженилась. Юй Цзыюань сверкнула глазами в ответ и со злостью впилась зубами в утиную ножку. Цзян Фэнмянь вздохнул и отвернулся. Стал бы кто-то его винить, если бы он пошёл и прикончил свою жену? * * * Цзинь Цзысюнь нахмурился, допивая очередную чашу вина. О чём думал Не Минцзюэ, женясь на женщине из Ордена Вэнь? Ещё и на племяннице Вэнь Жоханя. А теперь он должен относиться к этим собакам-Вэнь как к равным? Что ж, он не будет, что бы там ни говорил Не Минцзюэ. Все эти трусы сидят рядом и молчат, взирая на это безобразие. Он огляделся. Все остальные прекрасно проводили время, ели еду и пили это раздражающе хорошее вино. Все, кроме Цзянов. Те выглядели такими же недовольными этим развитием событий, как и он. Его двоюродный брат то и дело смотрел в ту сторону. В чём его проблема? Его освободили от ненавистной помолвки с девчонкой Цзян, а он всё ещё не счастлив. Он толкнул его локтём. — Цзысюань, чего ты всё время смотришь на Цзян Яньли? Она никогда не была тебе ровней, а теперь тебе и жениться на ней не нужно, так зачем уделять ей столько внимания? — Хватит, Цзысюнь. Разве мне нельзя посочувствовать ей? Она потеряла дом, а потом её родители так ужасно опозорились. — И что? Радуйся, что избавился от цзянской скверны. Ты ведь не жалеешь о расторгнутой помолвке? — Нет, но... что, если то, что сказал Вэй Усянь, было правдой? — Что именно? О том, что он внук Бессмертной? Признаю, в это немного трудно поверить. Цзинь Цзысюань нахмурился. — Что? Нет, почему в это трудно поверить? Все уже знали, что его мать была ученицей Баошань Саньжэнь, так что связь существовала. Кроме того, это объясняет, почему его золотое ядро такое сильное. Всё благодаря крови, что течёт в его жилах. Я имел в виду то, что он сказал о намерении Цзян Фэнмяня женить его на деве Цзян. Неужели именно поэтому он так стремился расторгнуть помолвку? — Кому какое дело? Всё кончено, и хорошо. Теперь ты можешь найти кого-то получше. Цзинь Цзысюань, чувствуя себя неуютно, снова посмотрел на стол Цзянов. Цзян Яньли тихо сидела между родителями. Казалось, она плакала или вот-вот готова была заплакать. Юй Цзыюань сердито говорила что-то над её головой Цзян Фэнмяню, пока Цзян Чэн хмуро смотрел в свою тарелку. Разве так уж плохо сочувствовать ей? Всю свою жизнь он думал, что однажды она станет его женой. Он ненавидел эту мысль, но не из-за неё. А потому что у него не было выбора. Мысль о том, чтобы в итоге стать похожим на своих родителей или на её, приводила его в ужас. Он посмотрел туда, где Вэй Усянь сидел с Лань Ванцзи за столом Ланей, и слегка нахмурился, заметив, что с ними ребёнок. Откуда он взялся? Неужели у них уже есть семья? Это казалось маловероятным, но не в этом дело. Они выглядели счастливыми, довольными обществом друг друга. Как и Не Минцзюэ с Вэнь Цин, а ведь это точно не брак по любви. У этих пар было то, чего хотел он. Кто-то, кто мог бы стоять рядом с ним на равных. Кто-то, с кем можно поговорить, кому можно довериться. Кто-то, кому можно верить. Он не думал, что Цзян Яньли могла бы быть таким человеком. Она была достаточно добра, благородного происхождения, но её совершенствование было слабым. Она никогда не смогла бы сравниться с ним в этом. Но всё же ему было жаль того, что случилось. Он вздохнул и уставился на свою еду. Цзинь Цзысюнь ещё мгновение посмотрел на двоюродный брата, затем потребовал ещё вина. Цзинь Цзысюань иногда бывал таким раздражающим. Неудивительно, что дядя попросил именно его, Цзинь Цзысюня, присылать отчёты, а не своего собственного сына. Ему нужно будет написать первый, как только закончится это пиршество. Столько всего нужно доложить. Так много уже случилось, а они ещё даже не покинули Нечистое Царство. Самодовольно усмехаясь при мысли о новостях, которые он пошлёт, Цзинь Цзысюнь осушил ещё одну чашу вина. Да, Цзинь Гуаншань будет очень заинтересован во всём, что произошло. * * * На следующий день Не Минцзюэ проводил свою молодую жену к тётушке. Очень крупная, очень суровая женщина ждала их. Стол был накрыт, чай заваривался. Глубокая хмурость на её лице делала её поразительно похожей на Не Минцзюэ. Она указала на стопку книг, сложенных рядом с чайным сервизом. — Всё здесь, госпожа Не. — Она почти выплюнула эти слова и, скрестив руки на груди, принялась постукивать ногой. — Я могу всё с вами обсудить в удобное для вас время. Не Минцзюэ усмехнулся. — Мы не за этим пришли, тётя. Вэнь Цин положила руку ему на запястье и робко улыбнулась разгневанной женщине. — Госпожа, мы с Минцзюэ хотели спросить, не согласитесь ли Вы продолжать заниматься делами, как и раньше? Я понимаю, что это большая просьба, и если Вы не хотите, тогда я... — Вы хотите, чтобы я осталась главной по хозяйству? — Если Вы готовы это делать, то да, я была бы Вам очень благодарна. Я целительница. Лечение пациентов будет занимать большую часть моего времени, поэтому для меня было бы бесценно иметь кого-то, кто готов взять на себя домашние обязанности. Не Дунмэй пристально посмотрела на неё, словно пытаясь понять, серьёзно ли Вэнь Цин это говорит. Внезапно она расплылась в широкой улыбке и захлопала в ладоши. — Милая, пожалуйста, зови меня тётей. А теперь, куда я положила те засахаренные фрукты? * * * Следующим местом их посещения был лазарет. Главный лекарь, Не Хаожань, встретил их широкой улыбкой. — Глава Не, госпожа Не, добро пожаловать. Госпожа Не, я много слышал о Вашем таланте целителя. Я слышал, Вас называют величайшим лекарем вашего поколения. Я очень надеюсь, что это не преувеличение. Вэнь Цин, немного смущённая такой высокой похвалой, не знала, что сказать. Да, она хороша. Отрицать свои способности было бы неправильно, но всё же ей не хотелось казаться слишком самоуверенной. — Вы очень добры, что говорите так. Дафань Вэнь были лекарями на протяжении поколений. Я училась у моих родителей, пока они были живы, а после их смерти — по их записям. Надеюсь, они гордились бы мной. — Уверен, что так и есть. Ещё до вашей свадьбы я спрашивал главу Не, не согласитесь ли Вы работать здесь с нами. Я так понимаю, Вы согласны? — Да. Я буду рада учиться у Вашей мудрости. Не Хаожань усмехнулся. — Хорошо сказано, но я подозреваю, что Вы уже знаете гораздо больше, чем я могу Вас научить. Не Минцзюэ наклонился и, понизив голос, проговорил: — Хаожань, госпоже Не известно о проклятии сабель Не. — Вы рассказали ей? Хорошо. Госпожа Не, Вы готовы помочь? — Да, но Вы должны знать, что именно мой дядя рассказал мне о нём. Не знаю, как он узнал или как давно он знает, но он знает. Я посоветовала Минцзюэ принять все необходимые меры предосторожности. — Вы уже начали лечение? Он приходил ко мне за тонизирующим средством для стабилизации ци. Это от Вас? — От меня. Я также начала иглоукалывание, пока Цзэу-цзюнь играет «Очищение». Не Хаожань бросил взгляд на Не Минцзюэ. Тот фыркнул. — Хаожань пытался убедить меня согласиться на «Очищение» даже дольше, чем Сичэнь его предлагал. И да, я был дураком, что не послушал. С этого момента я буду следовать каждому указанию моего целителя. — Поскольку этот целитель теперь Ваша жена, не думаю, что у Вас будет большой выбор. — Не будет, — согласилась Вэнь Цин. — О, я понимаю, как это теперь будет. Сговорились против меня. Я глава Ордена; где уважение? — И Ваша жена, и я достаточно уважаем Вас, чтобы желать Вам долгой жизни, глава Не. Госпожа Не, если Вы знаете о проклятии, то Вы знаете и то, какой вред может нанести война. — Я надеюсь, что лечение поможет. Я уже говорила с Цзэу-цзюнем. «Очищение» и иглоукалывание после каждого сражения как минимум. Чаще, если потребуется. Тонизирующее средство также должно снизить напряжение. — Тогда выходит, Вы тоже отправляетесь на войну? Полагаю, Вы возглавите лечебные палатки? — Да. Мой брат будет мне помогать. Если Вы согласны, мы будем отправлять раненых обратно сюда, чтобы Вы заботились о них. — Это должно сработать. Признаюсь, я облегчённо вздыхаю. Я беспокоился, что будет, так как не чувствую себя способным заниматься полевой медициной во время войны. Гораздо лучше, если эту роль на себя возьмёте Вы. Когда всё закончится, мы сможем обсудить, как действовать дальше. Со временем я надеюсь взять на себя меньше обязанностей. Хочу проводить время с внуками. Участвовать в конференциях. Может, даже путешествовать. — Как Вы и сказали, мы сможем обсудить, как лучше всё устроить, когда Вэнь Жохань будет побеждён. Не Хаожань усмехнулся, глядя на Не Минцзюэ, и кивнул в сторону Вэнь Цин: — Она мне нравится. Она будет Вам хорошей парой. Хорошей парой для нашего Ордена. — Знаю. — Конечно, знаешь. А теперь, госпожа Не, позвольте показать Вам наши кладовые. Мы можем составить список всего, что вам нужно взять с собой. Вэнь Цин согласилась и последовала за стариком, радуясь, что их утро прошло так продуктивно. * * * За два дня до того, как они должны были покинуть Нечистое Царство, Цзян Чэн побрёл на тренировочную площадку. Теперь, когда Саньду снова был с ним, ему следовало бы практиковаться ежедневно, но он не мог. Он постоянно чувствовал какое-то беспокойство и не понимал, что с ним не так. Может, Вэй Усянь будет там. Цзян Чэн мог бы даже поговорить с ним, если бы захотел. Ни он, ни его сестра до сих пор не имели такой возможности, несмотря на совет отца. Не из-за отсутствия попыток со стороны Цзян Яньли. Она постоянно искала Вэй Усяня, но куда бы она ни посмотрела, он всегда был в другом месте. Вэй Усянь избегал их. Это был единственный возможный вариант. Цзян Чэн должен был бы радоваться, что Вэй Усяня нет. Больше никаких невыгодных сравнений с ним. Теперь он мог бы показать, как он хорош. Люди наконец-то заметили бы его. Он нахмурился, увидев, как один из их собственных учеников резко сменил курс и зашагал в другую сторону. Собственные ученики избегали его. Он слышал, как они бегали за Вэй Усянем, но игнорировали его, своего наследника. Ничего, мать скоро поставит их на место, укажет им, кого они должны почитать. Цзян Чэн поднял взгляд и вдруг осознал, что всё больше и больше людей спешат из домов наружу и взволнованно собираются в группки. Он нахмурился, когда Цзинь Цзысюань и его двоюродный брат подошли и встали рядом с ним. — Что происходит? — Мы только что услышали, что Вэй Усянь и Лань Ванцзи собираются сражаться против Чифэн-цзуня и Цзэу-цзюня, — взволнованно сообщил ему Цзинь Цзысюань. — Люди до сих пор говорят о первой схватке Вэй Усяня и Лань Ванцзи, так что я хочу успеть занять хорошее место, чтобы не пропустить это. Ты идёшь? У Цзян Чэна от шока отвисла челюсть. Вэй Усянь собирается выступить против двух лучших бойцов в мире заклинателей? Даже с Лань Ванцзи на своей стороне у него не было шансов. Он усмехнулся. О, он собирался насладиться зрелищем того, как его бывшего боевого брата прилюдно унизят. — Не пропущу. Он собирался получить от этого огромное удовольствие. * * * Цзян Чэн не получил удовольствия. В основном потому, что то, на что он смотрел, не было избиением. Две пары были равны по силам. Он не мог этого понять. Да, Вэй Усянь был хорош, но он никогда не был настолько хорош. И ещё, откуда у него теперь два меча? Цзян Чэн смутно заметил их в ту ночь, когда Вэй Усянь так плохо повёл себя с матерью и отцом, но это не особо запечатлелось в его памяти. Теперь же запечатлелось. Потому что было ясно: Вэй Усянь умел использовать их оба одновременно, как и Лань Ванцзи. Вэй Усянь даже больше не сражался в стиле Юньмэн Цзян. Нет, у них с Лань Ванцзи был свой собственный стиль, и он был впечатляющим. Они кружились друг вокруг друга, постоянно меняясь местами и держа противников в напряжении. Он смотрел, как Вэй Усянь смеётся, перепрыгивая прямо через Лань Ванцзи, чтобы встретиться с Лань Сичэнем, в то время как Лань Ванцзи разворачивается, поймав Бася на свои скрещенные мечи. Цзян Чэна мутило. Он не знал, сколько простоял там, становясь всё злее и злее. Радостные крики и восхищённые возгласы ото всех вокруг совсем не улучшали его настроение. Даже этот болван Цзинь Цзысюань, казалось, был впечатлён. Дурак. А потом внезапно Вэй Усянь остановил бой и просто замер на мгновение. Что случилось? Он остановился, потому что понял, что вот-вот проиграет? Цзинь Цзысюнь подумал о том же. Он усмехнулся. — Похоже, он выдохся. Это послужит ему назиданием, чтобы впредь он не смел равнять себя с лучшими. Цзинь Цзысюань покачал головой. — Я так не думаю. Он не проигрывал. Даже не сбавлял темпа. Цзян Ваньинь, ты знаешь, что случилось? Конечно, он не знал. Откуда ему было знать? Цзян Чэн сказал себе, что ему всё равно. Он пожал плечами. — Может, твой двоюродный брат прав. Может, он больше не выдерживает. Цзян Чэн надеялся, что это так, но очень боялся, что сейчас последует какое-то новое, ещё более фантастическое откровение. * * * «А-Ин?» «Лаолао?» Не Минцзюэ нахмурился. Он давно так не наслаждался схваткой, но теперь что-то пошло не так. Вэй Усянь отступил, остановил бой и просто стоял там с отсутствующим видом. — Он ранен? — Не вижу, как он мог бы, — выдохнул Сичэнь. — Ванцзи, он? — Мн. Он разговаривает с Баошань Саньжэнь. «А-Ин, мне нужно, чтобы ты встал на большом открытом пространстве». Лань Ванцзи нахмурился, когда Вэй Усянь начал отходить. — Вэй Ин? Тот пожал плечами. — Не знаю. Лаолао сказала встать на открытом месте. Понятия не имею, что она задумала. Вэй Усянь встал в центре тренировочного двора. — Хорошо. Вокруг меня достаточно места. Что мне нужно делать дальше? Он услышал её смех. А потом воздух прорезала вспышка света, и вокруг него появились многочисленные ящики и мешки. Листы бумаги запорхали вокруг его головы, когда он потянулся, чтобы выхватить их из воздуха. «Лаолао, что это?» «Я же сказала, что пришлю вам припасы. Пришлю ещё, когда смогу. Будь в безопасности, А-Ин». «Лаолао, спасибо». А потом она исчезла. Вэй Усянь огляделся, затем пробрался между ящиками туда, где стояли Лань Ванцзи с Лань Сичэнем и Не Минцзюэ, к которым теперь присоединились Не Хуайсан и Вэни. Он усмехнулся, размахивая бумагами. — Моя бабушка прислала нам припасы. Вот, Не-сюн. Тут опись. Тебе стоит взять её. Не Хуайсан протянул руку, всё ещё глядя на неожиданный дар. — Баошань Саньжэнь прислала это? Как? — Не знаю. Должно быть, она разработала массив перемещения или, может, талисман. Если она хочет что-то сделать, она почти всегда находит способ этого добиться. Не Хуайсан покачал головой и начал проверять опись, становясь всё более взволнованным по мере чтения. — Вэй-сюн, это потрясающе. Рис, зерно, овощи, куры, гуси, яйца и три туши кабанов. Не Минцзюэ хрипло рассмеялся. — А ты говорил, еда не будет волшебным образом падать с небес, Хуайсан. Не Хуайсан пожал плечами. — Я не рассчитывал на помощь Бессмертной. О, сестрица Цин, медицинские припасы. — Что? — Она выхватила у него листок и бегло просмотрела его. — Это замечательно. Кровоостанавливающие, анестетики, бинты. Так полезно. Но откуда всё это? — Небесная Гора самодостаточна. Они сами выращивают еду, а в лесах есть дичь. Должно быть, они вырастили дополнительно для нас, — объяснил Вэй Усянь. Не Минцзюэ нахмурился. — За несколько недель? — Время, — напомнил Лань Ванцзи. — Именно. Всё дело во времени. Лань Чжань прав. Помните, мы рассказывали вам, что время на Небесной Горе течёт иначе? Они потенциально могут посадить, вырастить и собрать урожай за то время, что для нас будет считаться неделями, может, даже днями. Я не могу гарантировать, что в следующей партии будет столько же, сколько в этой. — В следующей партии? — с надеждой спросил Не Хуайсан. — Да. Это первая. Лаолао пришлёт ещё через несколько недель, но, как я сказал, может быть не так много. Или, предполагаю, может быть столько же. С ней никогда не знаешь. — И она может отправлять это прямо тебе? Даже если мы будем в пути? — снова спросил Не Хуайсан. — Да. Думаю, да? Я не совсем уверен, как она это сделала, но, похоже, это привязано ко мне. Поэтому ей нужно было, чтобы я переместился на открытое пространство — чтобы никто не пострадал от материализующегося волшебным образом риса. — Ха! Кому нужны линии снабжения, когда ты рядом. — Не Минцзюэ так сильно хлопнул Вэй Усяня по спине, что тот чуть не упал, а затем вышел вперёд, чтобы обратиться к толпе, повысив голос, чтобы все во дворе могли слышать. — Я только что узнал, что Бессмертная Баошань Саньжэнь будет регулярно присылать нам припасы, еду и лекарства. Давайте же все вместе выразим благодарность ей и её внуку, который сделал это возможным. Раздался громкий одобрительный крик. Люди выкрикивали благодарности Баошань Саньжэнь и Вэй Усяню. А затем начало передаваться новое имя… — Сиван-цзюнь, благословен будь Сиван-цзюнь (Господин, дарующий надежду). Вэй Усянь выглядел ошеломлённым. — Это... они имеют в виду меня? Лань Ванцзи улыбнулся и взял его за руку. — Ты дал им надежду. Подходящее имя. — Но это лаолао прислала всё это. Я ничего не делал. — Это не так, Вэй Ин. Она прислала это нам из-за тебя. К тому же, ты создал талисманы. Это полностью твоя собственная работа. Амулет содержит много твоих идей. Мы благословлены из-за тебя. Лань Сичэнь улыбнулся. — Ванцзи прав, Усянь. Ты заслужил эту честь. Прими то, что предлагают добровольно. Вэй Усянь оглядел лица своих друзей. Затем усмехнулся и, шагнув вперёд, встал рядом с Не Минцзюэ. Он расправил плечи и поклонился толпе, которая продолжала скандировать: «Сиван-цзюнь», снова и снова. Не все были довольны таким развитием событий. Цзян Чэн уж точно не был. Вэй Усянь снова отличился. Был первым. Был лучше. Как это возможно, что ему присвоили титул ещё до того, как они дали первый бой? Это было несправедливо. Как теперь Цзян Чэн мог с ним сравниться? Это было несправедливо. Он развернулся и в ярости ушёл. Ему нужно было рассказать об этом родителям. Цзинь Цзысюнь тоже был недоволен. Ему следовало повременить с письмом дяде, но они были так близки к выступлению, что он не думал, будто может произойти что-то значительное. Он ошибался. Цзинь Гуаншань захочет узнать об этом. Его дядя планировал быть тем, кто будет снабжать кампанию. Это был бы его вклад и причина, по которой он, в случае победы, смог бы претендовать на большую часть добычи. Он держал бы союзников, отчаянно нуждающихся в его помощи, в ежовых рукавицах. Но если они собираются получать припасы от Баошань Саньжэнь, это всё разрушает. Это было так досадно. Цзинь Цзысюню никогда не нравился Вэй Усянь. Приятно знать, что его неприязнь к нему была оправдана. Этот человек был просто раздражителем. Так бесит. * * * Цзинь Гуаншань в неверии отбросил письмо. Как могло столько всего случиться за такое короткое время? Сначала Вэй Усянь и Лань Ванцзи объявились не только живыми, но и обладающими оружием, достаточно мощным, чтобы победить Вэнь Жоханя. И талисманы? Талисманы считались в конечном счёте бесполезными, а не инструментами, способными переломить ход войны. Вэй Усянь явно был могущественнее, чем он думал. Неудивительно, учитывая другие новости от его племянника. Вэй Усянь, по-видимому, был родным внуком Баошань Саньжэнь. И Цзян Фэнмянь знал об этом, но держал это знание при себе. Цзинь Гуаншань и не догадывался, что у этого человека так развита предусмотрительность. Будь это общеизвестно, мальчика бы завалили предложениями. Но теперь Цзян Фэнмянь позволил Вэй Усяню ускользнуть у него из рук. Женат на Лане. Не на ком-нибудь, а на наследнике. А что касается Ланей в целом, если правда, что Лань Ань достиг Бессмертия, то теперь они будут невыносимы. Утешало одно: Цзысюнь сообщал, что Вэй Усянь не носит лобную ленту Ланей. Значит, он не вступал в брак с Орденом Гусу Лань, так что, возможно, его ещё можно убедить присоединиться к Цзиням. Это проучило бы этих до ужаса высокомерных Ланей. Цзинь Гуаншань хотел его, хотел этой связи с Бессмертной. Он не будет так беспечен с мальчиком, как Цзян Фэнмянь. Цзинь Гуаншань выяснит, чего хочет Вэй Усянь, и даст ему это. Возможно, даже удастся аннулировать этот брак с Ланем. Они молоды. Отношения, возникшие из-за невзгод, никогда не длятся долго. Он мог бы поработать над этим. Найти талантливую девушку, чтобы отвлечь его от этого бесчувственного Второго Нефрита. Наверняка Лань Цижэнь тоже будет возражать. Он ненавидел Цансэ Саньжэнь, и, судя по отчётам о лекциях Ланей, эта ненависть перешла на её сына. Что касается браков, должна быть какая-то тайная причина, по которой Не Минцзюэ женился на Вэнь Цин. Он отказывался верить, что этот человек вообще рассматривал бы возможность жениться на любимой племяннице Вэнь Жоханя, к тому же его личной целительнице, без скрытого мотива. Там должно быть что-то, о чём он умалчивает. Цзинь Гуаншань хотел знать, что именно, будучи уверен, что это то, что можно будет использовать. Ему придётся сказать Цзысюню, чтобы он выяснил это. Жаль, что Не так трудно подкупить. А всё их проклятая преданность. Он также хотел получить талисманы. Теперь, когда у него на службе этот маленький безумец, у него есть кто-то, кто сможет их скопировать. Мальчик вспыльчив, его трудно контролировать, но он талантлив. Цзинь Гуаншань усмехнулся, радуясь собственной хитрости: он очень вовремя переманил Сюэ Яна у Вэнь Жоханя. Он взял другое письмо. Его бастард преуспевал. Ему удалось втереться в доверие к Вэнь Жоханю и дослужиться до должности главного палача. Это было идеально. Конечно, любую информацию, которую его ублюдок извлекал из своих подопечных, он сначала отправлял Цзинь Гуаншаню, а затем тот говорил ему, что передавать Вэнь Жоханю, а что скрывать. Возможно, это будет способ обуздать Не? Они были самой большой угрозой для планов Цзинь Гуаншаня. Он ожидал, что кампания «Выстрел в Солнце» затянется на годы. Что к концу все остальные Ордены будут уничтожены, а их богатства истощены. И только Цзини будут стоять высоко. Теперь же такой исход был под угрозой. * * * — Это неприемлемо! — бушевала Юй Цзыюань. — Для моей дочери необходимо предусмотреть место! Фэнмянь, почему ты молчишь? — Моя госпожа... — При всём уважении, госпожа Юй, не имеет значения, что скажет или не скажет глава Цзян. У Не Хуайсана действительно не было времени на это. Они выступали через несколько часов, а теперь эта женщина настаивала на споре. При обычных обстоятельствах Юй Цзыюань привела бы его в ужас, но у него просто не было времени бояться. — Я уже объяснил Вам ваши варианты. Дева Цзян может ехать верхом, лететь на мече или передвигаться в обозных повозках с другими незаклинателями. — Я требую, чтобы вы предоставили для неё подходящую дорожную повозку. — Повторяю ещё раз: мы едем на войну, а не на пикник. Там не место дорожной повозке. Если Вас не устраивает то, что могут предоставить Не, я могу лишь предложить Вам организовать всё самостоятельно. — Моя дочь не поедет в телеге со слугами. Она дочь великого Ордена. Ваш долг... — Госпожа Юй. Мой долг — проследить, чтобы все припасы были готовы к транспортировке. Ваша дочь может остаться в Нечистом Царстве. Я, честно говоря, не понимаю, почему Вы вообще настаиваете, чтобы она ехала. — Я не оставлю А-Ли без присмотра. — Она будет в полной безопасности под опекой одной из моих тётушек. — Недостаточно хорошо. Если Вы отказываетесь что-либо делать, мне придётся заняться этим самой. Не Хуайсан вздохнул и пожал плечами. — Если Вы сможете найти каких-либо свободных тягловых лошадей, то Вы вольны их использовать. Он отвернулся, зная, что она ничего не найдёт. В этом он был уверен. Все тягловые лошади были задействованы для перевозки людей и грузов, но пусть тратит своё время на конюшне. По крайней мере, это будет не его забота. Юй Цзыюань сверлила взглядом его спину, пока он продолжал вычёркивать пункты из своего списка. Когда Не Хуайсан скрылся из вида, она издала раздражённый рык, схватила мужа и потащила прочь. * * * — Я с тобой разговариваю! Юй Цзыюань становилась всё более разъярённой, поскольку её игнорировали. — Где тягловые лошади для повозок? Один из работников Не остановился, держа в руке седло, и, нахмурившись, повернулся к ней: — Я не понимаю? Телеги уже подготовлены. — Я спрашиваю не о телегах. Мне нужны лошади. Ты идиот? — Моя госпожа... — Замолчи, Фэнмянь. Если не хочешь помогать, не мешайся под ногами. Мужчина, который говорил с ней, хотел вернуться к работе, но она схватила его за руку и развернула к себе. — Позволь мне объяснить проще. Я — госпожа Ордена Цзян. Ты — слуга. Ты будешь мне прислуживать. — Я не могу дать вам того, чего у нас нет, госпожа. Все доступные лошади уже запряжены в телеги. Всё, что здесь осталось — те, которых нужно седлать для всадников. — Тогда дай мне четыре из них. — Это не тягловые лошади. Сомневаюсь, что вам удастся запрячь их без серьёзного ущерба для повозки и для себя. — Бесполезно. Совершенно бесполезно. Если ты не в состоянии мне помочь, найди того, кто сможет. Мужчина вздохнул и ушёл. Некоторое время спустя он вернулся с Не Хуайсаном. — Молодой господин Не, эта госпожа недовольна. Не Хуайсан вздохнул. — Знаю. Продолжай свою работу. Госпожа Юй... — Нет. Я не буду иметь с Вами дела. Я хочу говорить с тем, кто здесь главный. — Это я. — Я доложу об этом неуважении Вашему брату. Всё. С Не Хуайсана было довольно. — Вы не сделаете ничего подобного. Мой брат собирается вести армию на войну, а Вы хотите беспокоить его по какому-то пустяковому вопросу логистики. Вы подписали договор. Вы член альянса, как и представители любой другого Ордена здесь. Вам не будет предоставлено никаких особых привилегий. Вам не будет предоставлено никаких особых условий. Цзыдянь затрещала на её запястье. — Ты! — А что я? С меня хватит этой ерунды. Если Вы посмеете мне угрожать, тогда это я пойду к моему брату. Вы либо займёте своё место среди других Орденов, либо я прикажу запереть Вас за неподчинение. Цзян Фэнмянь, разберитесь со своей женой и перестаньте донимать моих людей. Он зашагал прочь, пока Юй Цзыюань кипела от злости за его спиной. — Фэнмянь! — Он прав. Хватит. А-Ли может лететь на мече с одним из наших учеников. — Ты позволишь этому... никчёмному мальчишке так меня оскорблять? — Этот никчёмный мальчишка, как ты его называешь, — наследник Ордена Цинхэ Не. Ордена, который в данный момент нас приютил. Он здесь главный по приказу главнокомандующего кампании «Выстрел в Солнце». У нас нет выбора, кроме как подчиниться. Юй Цзыюань в неверии уставилась на мужа. Как до этого дошло, что она, хозяйка Пристани Лотоса, получает приказы, как какая-то никчёмная личность? С визгом ярости она развернулась и ушла. * * * Не Хуайсан долго смотрел на свой дом. Вот и всё. Два дня пути — и они будут на позициях для битвы. Его брат ехал во главе своей армии, Лань Сичэнь рядом с ним, а Вэй Усянь рядом с Лань Ванцзи позади них. Он сам возглавлял обоз. Он посмотрел на Вэнь Цин и Вэнь Нина. Они сидели на телеге с медицинскими припасами вместе с несколькими другими Вэнями, обладавшими познаниями в целительстве и решившими отправиться с ними. Ещё больше Вэней было в группе рабочих Не Хуайсана. Они желали предложить свои услуги людям, которые дали их семьям безопасность. Пока некоторые заклинатели ехали верхом вместе с армией, многие предпочитали лететь на мечах, паря вокруг пехотинцев и обоза. Он криво усмехнулся, увидев Цзян Яньли, стоящую позади одного из учеников Цзян. Значит, Юй Цзыюань была вынуждена подчиниться. Как приятно. Не Хуайсан будет брать свои победы там, где сможет их найти. Он охотно признавал, что был в ужасе от того, что должно было произойти. Он боялся за себя и за всех, кто был ему дорог. Но он ни капли не жалел о сделанном выборе. До этого момента его миссией было быть бесполезным. Быть избалованным молодым господином Цинхэ Не. Больше нет. События последних нескольких месяцев изменили его. Теперь он знал, что он способный. Он никогда не станет таким, как его брат, но он и не должен таким становиться. И он понял, что Не Минцзюэ не ждёт от него этого. Хотя брат и заставлял его практиковаться с саблей, это было только потому, что он заботился о нём. Потому что он хотел, чтобы Не Хуайсан был способен защититься в кризисной ситуации. И он был. Он дал отпор, когда был в опасности, когда кто-то, о ком он заботился, был в опасности. Не Хуайсан чувствовал разницу. Не только в том, как к нему теперь относились, но и в себе самом. Хотя уважение брата и учеников было приятно, уважение к себе самому давало ему смелость, которой он никогда раньше не испытывал. Он обнаружил, что хочет измениться. Он хочет быть полезным своему брату и своему Ордену. Раньше он, возможно, позволил бы отправить себя в Облачные Глубины, чтобы пересидеть войну в безопасности. Но не сейчас и никогда больше. Потому что организация и планирование — это то, что он мог делать и делал хорошо. Он будет полезен. Он сыграет свою роль.