Непредвиденные перемены

Цзинь Гуанъяо редко терял дар речи, но это оказалось за пределами даже его способности выдать за нечто положительное. Он попытался придумать, как преподнести всё так, чтобы сохранить свою скромную ауру. Найти нужные слова, обернуть ситуацию в свою пользу, но — серьёзно — о чём только думал его отец? Он взмахнул рукой, указывая на жалкую группку людей, замерших в страхе в кабинете Цзинь Гуаншаня. – Ты из ума выжил? Самодовольная усмешка Цзинь Гуаншаня сменилась хмурым взглядом, но заговорил первым Цзинь Цзысюнь. Он скрестил руки на груди, глядя на Цзинь Гуанъяо свысока. – Это великолепно. Все будут говорить об этом ещё долго. – Да. И по совершенно неправильным причинам. – Цзинь Гуанъяо закрыл лицо руками, пытаясь взять себя в руки. – Отец, ты же наверняка видишь, что это невозможно? Цзинь Гуаншань фыркнул. – Не вижу. Цзысюнь прав. Это то эффектное открытие, которое я искал. Цзинь Цзысюнь, стоявший рядом, усмехнулся. – Ты просто завидуешь, что не придумал этого первым. Цзинь Гуанъяо перевёл взгляд на мужчин и женщин, выстроившихся перед ним. Крайне маловероятно, что они действительно были воинами Вэнь, несмотря на плохо сидящую на них форму павшего Ордена. Он не уловил ни одного золотого ядра. Он покачал головой. – А они вообще Вэни? Цзинь Гуаншань пожал плечами. – Разве это важно? Люди будут верить в то, во что я велю им верить. А я скажу им, что эти люди – опасные преступники из клана Вэнь, пойманные и привлечённые к справедливости. Сделав глубокий вдох, Цзинь Гуанъяо попытался заставить отца понять, насколько ужасной ошибкой это обернётся. – Если говорить прямо, отец, ты намерен выставить группу простых горожан, – он поднял руку, когда отец, казалось, собрался возразить. – Да, отец, они поймут, что это гражданские, ведь ни у одного из них нет золотого ядра. Цзинь Гуаншань нахмурился и скрестил руки. Цзинь Гуанъяо ещё мгновение смотрел на него, затем вернулся к сути. – Продолжу. Ты приведёшь этих невинных людей к главам всех Орденов, чтобы они служили живыми мишенями. Для развлечения. Ты сделаешь это перед теми, кто присутствовал, когда тебе ясно дали понять, что ты не имеешь права выслеживать оставшихся Вэней. И ты сделаешь это, чтобы… что? Какова твоя цель? Ты ожидаешь, что они будут аплодировать тебе, похлопывать по спине и говорить: «хорошая работа»? Потому что этого не случится. Ты забыл, что Не Минцзюэ женат на женщине из Вэней? Что, если она узнает кого-то из них? Что, если она поручится за их невиновность? А что касается Ханьгуан-цзюня – ты действительно хочешь снова дать ему возможность указать на твоё неучастие в кампании «Выстрел в Солнце»? Цзинь Гуаншань свирепо посмотрел на него. – Он не посмеет. Не в моём собственном доме. – Он совершенно точно посмеет. – Цзинь Гуанъяо покачал головой. Как его отец всё ещё мог быть таким невежественным? – Ханьгуан-цзюнь будет делать и говорить то, что считает правильным. Ему нет дела до условностей. Цзинь Цзысюнь усмехнулся. – Тогда давно пора поставить его на место. Цзинь Гуанъяо усмехнулся ещё сильнее. – И кто это сделает? Ты? Ты забыл свой поспешный побег из Безночного города, чтобы избежать его вызова? Цзинь Цзысюнь фыркнул и отвернулся. Не сводя глаз с Цзинь Цзысюня, Цзинь Гуанъяо продолжал. – Если бы не твои действия, когда ты напал на невинных, Цзысюнь, тогда, возможно, у Цзиней всё ещё было бы право разбираться с остатками Вэнь. Но теперь его нет. Отец, ты знаешь это. Если ты продолжишь этот абсурдный план, единственным возможным исходом будет унижение для тебя. Более того, возникнут вопросы о том, откуда взялись эти люди. Вопросы – не заключил ли ты в тюрьму других невиновных. Что ты будешь делать, если Не Минцзюэ, если кто-либо, потребует обыскать наши темницы? Темницы, где ты спрятал Сюэ Яна, пока он практикует демоническое совершенствование по твоему приказу и для твоей выгоды? – Они не посмеют… – Посмеют. – Почему его отец не мог этого понять? – Они посмеют, потому что они едины. Не, Лани, Юй и теперь недавно основанный Орден Небесной Горы. Что, если Баошань Саньжэнь придёт с Вэй Усянем? Как ты остановишь её, если она решит сама разобраться в ситуации? – Мы не знаем, придёт ли она, – протянул Цзинь Гуаншань. – Мы не знаем, что она не придёт. – Цзинь Гуанъяо пожал плечами. – Придёт она или нет, если остальные члены совета потребуют ответа, у тебя не будет выбора, кроме как подчиниться. Более того, уже проблематично позволять Сюэ Яну продолжать его эксперименты, когда Вэй Усянь, судя по всему, может обнаруживать энергию обиды с помощью Тигриной Печати Преисподней. Как только слова сорвались с его губ, Цзинь Гуанъяо понял, что упомянуть Печать Вэй Усяня было ошибкой. Конечно, одно только упоминание о ней встревожило бы Цзинь Гуаншаня. Он внутренне вздохнул, когда в глазах отца зажёгся огонь алчности. – Тигриная Печать Преисподней! Почему этот маленький безумец до сих пор не смог её воспроизвести? – Потому что у него нет для этого всего необходимого. Я объяснял это, отец. – У него есть иньское железо, – настаивал Цзинь Гуаншань. – У него есть его кусок иньского железа, полного обиды. А согласно объяснению Не Хуайсана, ему потребовалось бы чистое, незапятнанное иньское железо. Он уже сказал, что не может очистить тот кусок, что у него есть, а даже если бы смог – оно тогда стало бы бесполезным как инструмент для использования в демоническом совершенствовании, как ты того желаешь. – Откуда же этот Вэй Усянь взял своё иньское железо? Почему мы не можем получить его оттуда же? – Мы знаем, что он создал Печать с помощью Баошань Саньжэнь. Возможно, чистое иньское железо пришло с Небесной Горы. Он должен был знать. Цзинь Гуанъяо сжал кулаки, когда его слова снова заставили отца переключиться на его другое наваждение. – Сюэ Ян нашёл способ обойти те защитные печати? Бессмертные не будут вечно отсутствовать на Небесной Горе. Нам нужно попасть туда как можно скорее, особенно если там можно получить ещё больше иньского железа. – Он работает над этим. Я уверен, что решение скоро появится. – Цзинь Гуанъяо ни в чём таком не был уверен. Он понял, что Сюэ Ян так же самоуверен в своих способностях, как и Цзинь Гуаншань. И всё же у него были некоторые навыки. Возможно, он всё же найдёт способ. – Хмф. – Цзинь Гуаншань свирепо посмотрел на всё ещё съёжившихся пленников. – Как хочешь. Уведи этих людей обратно в наши темницы. Подумав, я решил не использовать их на церемонии открытия. И скажи этому никчёмному Сюэ Яну, чтобы принёс мне что-нибудь полезное. Идём, Цзысюнь. Он задрал нос и ушёл вместе со своим племянником. Цзинь Гуанъяо посмотрел на людей, с которыми его оставили, покачал головой и увёл их. * * * Когда пленники вернулись в свои клетки, Цзинь Гуанъяо пошёл к Сюэ Яну. Как всегда, этот человек хихикал себе под нос, нервный и тревожный. – Сюэ Ян. Сюэ Ян поднял взгляд и одарил гостя безумной усмешкой. – Цзинь Гуанъяо. Снова опускаешься до меня? Или тебе нужно было уйти, прежде чем ты убил своего отца? – Довольно. Как продвигается твоя работа? – Хорошо, хорошо. Но серьёзно – почему Цзинь Гуаншань всё ещё жив? Как ты выносишь то, как он с тобой обращается? – Мой брат – его наследник, а после него – мой двоюродный брат. Они должны умереть первыми, и так, чтобы это выглядело как несчастный случай. Чтобы ничто не указывало на меня. – Может быть, кто-то из моих лютых мертвецов сбежит? Как ты говоришь – несчастные случаи случаются. Цзинь Гуанъяо подумал об этом, но нет, это не сработает. – Они поймут, что это был ты, а значит, и я. Если бы кто-то ещё использовал демоническое совершенствование, возможно, можно было бы отвести подозрения, но такого нет. – Разве этот дурак до сих пор не верит, что Вэй Усянь им занимается? Ты мог бы свалить это на него. – Мой отец, возможно, и поверил бы, но кто-то другой – нет. У Вэй Усяня слишком много сторонников. Слишком много могущественных людей, которые будут сражаться за него, включая его Бессмертную бабушку. К тому же, теперь он почти что сам глава Ордена. – Как? Какого Ордена? – Баошань Саньжэнь объявила его своим наследником, и теперь у него есть своя территория. Он повсюду называет это ответвлением Ордена Небесной Горы. Он отменил налоги и предлагает бесплатное пользование водными путями. Он даже укрепил защитные печати вокруг Могильных курганов. Неудивительно, что он стал чрезвычайно популярен среди своих людей. Сюэ Ян лукаво улыбнулся ему. – Похоже, он лучше манипулирует людьми, чем даже ты. – Я бы, возможно, согласился, если бы он делал это, чтобы снискать расположение. Но это не так. Хотел бы я, чтобы это было так – тогда я мог бы найти способ противостоять его действиям. Но как я могу предсказать, что он сделает, если у него нет скрытых намерений? – Проблема. Ненавижу хороших людей. – Не в этом проблема. Хорошими людьми можно манипулировать, используя их доброту против них. Проблема возникает, когда они одновременно и умны, и неподкупны – тогда с ними невозможно иметь дело. Но я пришёл сюда не для того, чтобы говорить о Вэй Усяне. Ты нашёл способ обойти защитные печати Небесной Горы? Сюэ Ян достал несколько чертежей и разложил их на столе между ними. – Насколько это возможно, не видя их. Всё это способы обойти родовой замок. Конечно, было бы проще, если бы ты мог добыть мне немного крови Вэй Усяня. – И как, интересно, по-твоему, я мог бы это сделать? Сюэ Ян усмехнулся, ставя на стол стеклянную пробирку. Он достал из неё что-то похожее на клык и с пафосом положил его рядом. Цзинь Гуанъяо ткнул в него пальцем: – Что это? – Зуб змеи-яо. Идеально подходит для того, что нам нужно. Полый, чтобы доставлять яд. – Сюэ Ян рассмеялся, когда Цзинь Гуанъяо отдёрнул руку. – Не волнуйся, яд удалён. Всё, что тебе нужно, – это поцарапать Вэй Усяня. Даже не глубоко, достаточно одной капли крови. Сделай правильно, и он, вероятно, даже не заметит. Эта штука всосёт кровь, и мы сможем сохранить её с помощью талисмана. Это будет гарантированный способ проникнуть внутрь. Цзинь Гуанъяо взял зуб. Простая царапина. Это могло сработать. Вэй Усянь ожидался через несколько дней на массовую охоту. Вот их шанс. Он кивнул Сюэ Яну: – Возможно. Продолжай работать. Забрав пробирку, Цзинь Гуанъяо убрал змеиный клык. Понадобится план, но да, это определённо было возможно. * * * – Дядя, ты уверен, что не пойдёшь? Лань Цижэнь фыркнул. – Это охота, Сичэнь. Я больше не охочусь. Зачем мне туда идти? – Ванцзи будет там с Усянем и мальчиками. Ты мог бы провести с ними немного времени. – Я могу провести с ними время, когда они вернутся домой вместе с тобой. Сичэнь, ты женишься через четыре месяца. Может показаться, что это долгий срок, но это не так. Многое нужно устроить, и лучше, чтобы я остался здесь и проследил, чтобы всё прошло хорошо. Не говоря уже о пересмотре правил. – Разве это продвигается неудовлетворительно? – По большей части. Всё ещё есть некоторое сопротивление, особенно со стороны Лань Айго и его сторонников. Хотя Лань Ань более чем способен справиться с их возражениями, я предпочёл бы не уезжать, пока спор не утихнет. – Я понимаю тебя, дядя. И знаю, что ты ненавидишь такого рода вещи. – То, что я люблю или не люблю, не имеет значения. Моё решение основано на потребностях нашего Ордена. Лань Сичэнь отвернулся, чтобы скрыть улыбку. – Конечно, дядя. Есть ли какие-нибудь объявления, которые нужно сделать? Я знаю, ты подумывал обнародовать детали договора между Усянем и Цзянами. Лань Цижэнь задумчиво погладил бороду. – Обычно я бы не стал этого делать. Однако не должно быть никаких сомнений в том, что Усянь имеет полное право создать ответвление Ордена Небесной Горы в Илине и окрестностях. Нельзя позволять главе Цзян вмешиваться, и, как ни печально это говорить, нельзя доверять Ордену Юньмэн Цзян соблюдение условий, если они не будут широко известны. Лань Сичэнь вздохнул. – Ненавижу так думать о главе великого Ордена, но после того, что я видел, я вынужден согласиться. Мне стоит посоветоваться с Усянем по этому поводу? Лань Цижэнь снова погладил бороду. – Сначала с Ванцзи, затем с Усянем в присутствии Ванцзи. С Баошань Саньжэнь – тоже, если она решит посетить массовую охоту. Лань Сичэнь снова улыбнулся. Его дядя умел быть таким хитрым, когда речь шла о ком-то, кто был ему дорог. – Хорошее предложение. Интересно, что они приведут детей. Лань Цижэнь кивнул. – Неожиданно. Цзинь Гуаншаню это не понравится. – Возможно, и нет. Похоже, это договорённость между старшей госпожой Юй и госпожой Цзинь. Из письма Ванцзи следует, что они будут не единственными детьми там – всем Орденам сказали, что их дети желанны. Хорошее изменение обычая, я думаю. Хорошо, что следующее поколение получит возможность рано сформировать узы. – Согласен. Ты уезжаешь завтра? – После завтрака. Увижу ли я тебя до отъезда? – Я напишу объявление для тебя, чтобы ты сделал его относительно договора с Орденом Цзян. Приди ко мне перед тем, как ляжешь спать. Я приготовлю его для тебя. Лань Сичэнь смотрел, как его дядя уходит. У него было дурное предчувствие насчёт этой массовой охоты. Он мог лишь надеяться, что она пройдёт без происшествий. Он очень боялся, что его надежды будут напрасны. * * * Юй Цзыюань свирепо посмотрела на мужа. – Нет. Ты можешь идти, если хочешь. Я не пойду. – Госпожа, неужели ты не понимаешь, что мы обязаны присутствовать? – Я ничего такого не понимаю. Можешь извинить меня. Объясни, что после оккупации Орденом Вэнь наших земель нужно многое сделать. Цзян Фэнмянь потёр лицо. – Подумай, как это будет выглядеть, если госпожа великого Ордена не явится на такое событие. Это невозможно. – Я не поеду, чтобы быть объектом насмешек для мира совершенствования. Вот что невозможно. – Цзинь Гуаншань объявит о свадьбе нашей дочери. Я не могу дать никакого объяснения, которое оправдало бы твоё отсутствие в этом случае. Нам нужен этот союз. Я не позволю тебе поставить его под угрозу из-за твоих эгоистичных прихотей. Юй Цзыюань сжала кулаки. – Ты смеешь говорить со мной так? Прикажешь мне идти? – Ты оставляешь мне мало выбора. Я слишком долго стоял в стороне и позволял тебе делать всё, что тебе заблагорассудится. Я не позволю тебе и дальше вредить моему Ордену. – Вредить? – в ярости воскликнула Юй Цзыюань. – Не я солгала Бессмертной. Не меня принудили отдать земли и самостоятельность. Не я выставила нас дураками перед другими Орденами. Это был ты, Цзян Фэнмянь. Всё это был ты. Ты отвечаешь за положение, в котором мы оказались. Ты тот, кто заставил нас потерять лицо перед всеми, кто что-то значит. Цзян Фэнмянь посмотрел на жену с отвращением. Какой же ошибкой была женитьба на этой женщине. Он думал, что это будет хорошая партия в то время. Она была и красива, и сильным заклинателем. Как же он ошибался. Она была не чем иным, как занозой в боку с самого дня их свадьбы. У неё не было сдержанности. Что ещё хуже, их сын проявлял все признаки того, что будет таким же. Нет, не их сын, а скорее её сын, потому что, как бы ни не хотелось ему это признавать, Цзян Чэн вырос и превратился в копию своей матери. Ничего нельзя было поделать. Цзян Чэн был единственным наследником, которого он имел. Цзян Фэнмянь ответил жене свирепым взглядом. – Я не буду спорить об этом. Вы с А-Чэном приготовитесь к отъезду утром. Вы поедете, и вы будете вести себя подобающе. Ты будешь улыбаться и кланяться, когда ситуация потребует, а затем, когда объявят о свадьбе нашей дочери, ты будешь милостиво принимать поздравления. Если ты решишь не делать этого, тогда мне придётся пересмотреть наше положение. Собираясь дать презрительный ответ, Юй Цзыюань замолчала. – Что ты имеешь в виду? – Всё довольно просто. Если ты отказываешься выполнять свой долг как госпожа Пристани Лотоса, тогда, возможно, тебе больше не следует занимать эту должность. Потрясённая, Юй Цзыюань потребовала: – Ты разведёшься со мной? – Я сделаю то, что необходимо сделать, чтобы защитить мой Орден. Я не позволю тебе выставлять Орден Юньмэн Цзян на посмешище. Юй Цзыюань уставилась на него. Он серьёзно? Она никогда не думала, что он способен отстранить её, но что, если он сможет? Что, если он откажется от неё и выберет себе новую жену? Он был ещё достаточно молод, чтобы завести другого ребёнка. Чтобы заменить её А-Чэна. У неё не было выбора. Придётся ехать в Башню Кои. Не сказав больше ни слова, она развернулась и ушла. * * * Вэньцин взяла брата под руку. – Ты рад снова увидеть Юй Синьи, А-Нин? – Она уехала всего месяц назад, сестра. – И за это время ты написал ей пятнадцать писем и получил столько же от неё. Вэньнин покраснел. – Возможно, я немного скучаю по ней. – В ответ на поднятую бровь Вэньцин Вэньнин виновато ухмыльнулся. – Или сильно. Сестра, я знаю её так мало времени. Как она уже могла стать такой важной для меня? Вэньцин всхлипнула со слезами на глазах. – Мой маленький А-Нин влюблён. – Сестра, ты плачешь? Почему ты плачешь? – Он сглотнул, внезапно встревожившись. – Т-Ты ведь любишь Синьи, правда? – Конечно, люблю. Она милая девушка и идеально подходит тебе. – Тогда? – Я не знаю, почему плачу. Я счастлива, что ты счастлив. Прости, А-Нин, я просто становлюсь чувствительной. Видимо, это обычное дело, когда женщина беременна. Вэньнин облегчённо выдохнул. – Вэньцин, ты в порядке? – Не Минцзюэ поспешил к ней, выглядя встревоженным из-за её явного расстройства. – Мы не должны ехать в Башню Кои, если ты не хочешь. Она снова влажно всхлипнула. – Я хочу. Я имею в виду, никто никогда не хочет ехать в Башню Кои, но я хочу увидеть наших друзей. – Это из-за ребёнка, – объяснил Вэньнин. Не Минцзюэ мгновенно всё понял. Видеть свою прагматичную жену, так легко доведённую до слёз, поначалу было тревожно, но через шесть месяцев он привык к этому. Он протянул руку, чтобы притянуть Вэньцин в объятия. – Уже недолго осталось, Вэньцин. Всего три месяца. – Я знаю. Признаюсь, как бы я ни хотела этого ребёнка, я испытаю облегчение, когда он выйдет из меня и появится на свет. – Она нахмурилась, увидев, как Не Хуайсан маневрирует с откровенно нелепо большим сундуком вдоль коридора. – Что он задумал? Хуайсан, ты ведь знаешь, что мы планируем лететь в Башню Кои. Никаких повозок. Он весело помахал рукой. – Я знаю. Она указала на сундук. – Тогда это? – Ну, мы с Вэньнином поедем в Мэйшань сразу после массовой охоты. Я отправляю кое-какие предметы первой необходимости заранее, чтобы они были там, когда мы прибудем. Не Минцзюэ окинул взглядом его сундук. – Предметы первой необходимости? Похоже, ты упаковал туда половину своих пожитков. – Я буду встречаться с семьёй моей будущей жены. Мне нужно быть готовым. Вэньнин, если хочешь что-то отправить, подготовь это. Повозка уезжает, когда и мы. Вэньнин моргнул. – Сестра, мне стоит это сделать? Что мне взять? Я хочу, чтобы они меня полюбили, поэтому мне нужно произвести хорошее впечатление. Сестра, мне стоит взять подарки? Хуайсан, ты берёшь подарки? Не Хуайсан пожал плечами. – Подарки не проблема. У нас будет несколько дней в Ланьлине. Мы можем купить что-нибудь там. Вэньцин похлопала брата по руке: – И не нужно беспокоиться о том, чтобы произвести хорошее впечатление. Юй Хуэйфэнь и глава Ордена Юй уже любят тебя. Кто бы не полюбил? Ты душка. Теперь, не хочется этого говорить, но Хуайсан прав. Отправить кое-какие вещи в Мэйшань – хорошая идея. Ты пробудешь там, по крайней мере, месяц. Пойдём, я помогу тебе собраться. Мы не уезжаем в Башню Кои до завтрашнего утра. У нас есть время. Они ушли, а Не Минцзюэ посмотрел на брата. – Хуайсан, ты действительно согласен с этой помолвкой? Если нет, сейчас самое время что-то сказать, до того как мы объявим о ней на массовой охоте. – Правда, согласен, старший брат. Мне нравится Юй Сян. Хотя я никогда не захочу многого из того, что большинство людей ожидает от брака, я хочу, чтобы в моей жизни был кто-то особенный. Кто-то, на кого я всегда могу положиться. – Ты знаешь, что всегда можешь положиться на меня, младший брат. Не Хуайсан улыбнулся и сжал его руку. – Я знаю. Но ты теперь женат, и скоро у тебя будет свой ребёнок. У тебя есть обязанности, которые не включают меня. Я знаю, что ты всегда будешь заботиться обо мне, но Вэньцин и твои дети будут на первом месте – как и должны. – Он помолчал мгновение. – Ты тоже можешь положиться на меня, знаешь ли. Не Минцзюэ накрыл руку Не Хуайсана своей. – Я знаю. Раньше я не думал, что могу. Я знал, что ты умнее, чем притворялся, но ты отказывался использовать этот ум. Я никогда не понимал почему. Теперь я вижу, что во многом это была моя вина. – Старший брат, нет… – Да, так и было. Я всё время заставлял тебя тренироваться с саблей, никогда не признавая, что ты был совершенно не приспособлен к такому виду боя. Пожалуйста, знай, что я делал это только потому, что беспокоился о том, что с тобой случится, когда меня не станет. Я думал… но всё это изменилось. Тебя никогда не заставят занять позицию, к которой ты не готов. Хотя теперь я вижу, что ты мог бы сделать это легко. Я рад, что ты перестал прятаться – от меня и от мира. Я горжусь мужчиной, которым ты стал, Хуайсан. Я ценю помощь, которую ты оказываешь мне в управлении нашим Орденом. Не Хуайсан уставился на него, и на глазах у него выступили слёзы. – Старший брат, ну вот, ты заставил меня плакать. Не Минцзюэ рассмеялся. – Может, ты тоже беременный. Не Хуайсан присоединился к его смеху. – Что ж, я ведь действительно помолвлен. Всё ещё смеясь, Не Минцзюэ схватил брата за голову, растрепав ему волосы, пока Не Хуайсан не завопил от возмущения. * * * Они оставили Сяо Синчэня и Сун Ланя ответственными за строительство приюта. Всё шло хорошо. Они собирались начать принимать детей через месяц или два, хотя было решено, что не будет отказано ни одному из детей и до этого. Для них можно будет временно найти место в бывшем Надзорном пункте, который теперь был назначен филиалом Ордена Небесной Горы. Вэй Усянь очень хотел бы остаться, но это было невозможно. Их ждали в Башне Кои, а после этого им нужно будет вернуться в Облачные Глубины, чтобы помочь с приготовлениями к свадьбе Лань Сичэня. Брак главы Ордена – важное событие, в конце концов. Дети подбежали обнять Сяо Синчэня и Сун Ланя, к которым они сильно привязались с момента их прибытия, а затем они отправились в путь. Вэй Усянь вздохнул. – Как жаль, что мы должны ехать. – Старший брат не должен присутствовать в одиночку. – Я знаю, знаю. Какая удача, что Сяо Синчэнь и Сун Лань появились именно тогда, правда, Лань Чжань? – Удачно. Они компетентны. Преданы делу. – Не правда ли? Я принимаю, что технически являюсь наследником, но без них мы бы не справились. Это они будут здесь принимать повседневные решения. – Ты назначишь Сяо Синчэня главным учеником? – Думаешь, мне стоит? Но как же тогда Сун Лань? Лань Ванцзи задумался на мгновение. – Сяо Синчэнь – заместителем, Сун Лань – главным учеником. Вэй Усянь посмотрел на него. – Это может сработать. Думаешь, они согласятся? – Я полагаю, да, – ответил Лань Ванцзи, прежде чем посмотреть вниз, туда, где Лань Бо тянул его за рукав. – Да, А-Бо? – Папа, мы не полетим? – Отец и я должны кое-что решить. Мы полетим, когда наш разговор закончится. – Мы далеко летим? – Недалеко, А-Бо. – Верно. Будем там к вечеру, – добавил Вэй Усянь. – Тогда увидите дядю и сестрицу Цин, и много старших братьев. Лань Юань протянул красивый камень, который он нашёл. – А-Юань даст дяде камень? Вэй Усянь рассмеялся. – Я уверен, он будет дорожить любым твоим подарком, А-Юань. Лань Бо убежал, крикнув на бегу: – А-Бо найдёт ещё подарок для дяди. Вместо камня он вернулся с извивающимся червяком, которого триумфально поднял вверх. Вэй Усянь взял его и сморщил нос: – А-Бо, пожалуй, лучше оставить братца Червяка здесь, с его друзьями. – Не давать дяде? – Мы должны подумать о том, что лучше для братца Червяка. Что, если у него есть отец и папа, и старшие братья, которые будут скучать по нему, если он пойдёт с нами? Лань Бо разочарованно надул губы. Он вздохнул. – Ладно, я оставлю. Он отнёс червяка обратно туда, где нашёл, поискал немного, а затем вернулся с приемлемым камнем. – Этот хороший? Вэй Усянь кивнул. – Хороший. Дяде он понравится. Они пошли дальше, Вэй Усянь и Лань Ванцзи тихо говорили о том, что должно произойти в Башне Кои, пока мальчики счастливо играли вокруг них. * * * Лань Сичэнь поднимался по ступеням с широкой улыбкой, обращённой к Цзинь Гуанъяо, который ждал его наверху. – А-Яо, рад снова видеть тебя. Прошло слишком много времени. – Это так, Сичэнь. Ты хорошо поживал? – Да. Многое нужно сделать для подготовки к моей свадьбе. Когда мы выбрали дату, мне казалось, что она слишком далеко, но теперь я понимаю, почему мы не могли выбрать более раннюю. – Я уверен, всё будет прекрасно, Сичэнь. – Цзинь Гуанъяо быстро взглянул за спину Лань Сичэня, едва заметная морщинка прорезала его лоб. – Разве Ханьгуан-цзюнь не с тобой? Мы ожидали, что и он, и его супруг прибудут. – Они приедут прямо из Илина вместе со своими детьми. Пожалуйста, позаботься, чтобы их проводили в наши комнаты, как только они прибудут. – Их… детьми? – Ты не знал? Насколько я понял, старшая госпожа Юй связалась с госпожой Цзинь, и было решено пригласить всех детей глав Орденов. Думаю, причиной было желание укрепить более тесные связи между Орденами. Улыбка Цзинь Гуанъяо стала слегка натянутой. – Понятно. Нет, мне не говорили. Я поговорю с отцом, чтобы определить, какие приготовления необходимо сделать для маленьких детей. – О, друг мой, – Лань Сичэнь сочувственно сжал его руку, – надеюсь, я не вызвал конфликта. – Конечно, нет. Я рад, что узнал об этом. Спасибо, что сообщил мне. Пожалуйста, позволь мне проводить тебя в твои комнаты. Боюсь, мне придётся оставить тебя, так как, похоже, я скоро буду занят. Лань Сичэнь напоследок похлопал его по руке и последовал за слугой. Как только Лань Сичэнь ушёл, Цзинь Гуанъяо позволил своей улыбке исчезнуть. Будет много детей, некоторые почти младенцы. Ему должны были сказать. Его отец должен был сказать ему. Теперь, когда для младенцев не было сделано надлежащих приготовлений, винить будут его. Сжав кулаки, он отправился искать отца. * * * – Отец, почему мне не сказали, что главы Орденов собираются привезти своих детей? Цзинь Гуаншань поднял взгляд и хмуро посмотрел на Цзинь Гуанъяо. – А почему тебе должны были сказать? Цзинь Гуанъяо на мгновение уставился на него. Серьёзно? – Потому что я занимаюсь приготовлением помещений для проживания. И я также планирую меню. Если прибудут маленькие дети, для них нужно сделать особые приготовления. – Зачем? Я их не приглашал, это сделала моя жена. Пусть она и заботится об их нуждах. – А если она не будет? – Она не будет, и Цзинь Гуаншань это знал. – Что скажут родители, когда не будет подходящей еды для их малышей? Когда не будет предоставлено детских кроваток? Что, если один из этих детей пострадает, потому что за ними не будет должного присмотра? Орден Цзинь потеряет лицо. – Госпожа Цзинь заверила меня, что сделала надлежащие приготовления для их развлечения. Может, и сделала, но не для всех их нужд. Цзинь Гуанъяо вздохнул. – Есть ли список того, сколько детей, какого возраста и чьи именно прибудут? Цзинь Гуаншань порылся в бумагах на своём столе и выудил два запылившихся листа. Он бросил их в Цзинь Гуанъяо. – Вот, возьми и больше не беспокой меня. Я буду развлекаться до банкета. Цзинь Гуанъяо прошёл мимо двух проституток, когда выходил. * * * Вэй Усянь почувствовал скверну энергии обиды, даже не дойдя до первой ступени. Он посмотрел на Лань Ванцзи, и тот слегка кивнул ему. Да, его муж тоже чувствовал это. Такой уровень означал не только присутствие последнего оставшегося фрагмента иньского железа, но и активные эксперименты в демоническом совершенствовании. Их подозрения были верны. Сюэ Ян был где-то здесь. Лань Ванцзи закрыл глаза. – Лань Чжань? Лань Ванцзи поднял Лань Юаня, чтобы нести его по многочисленным ступеням. – Старший брат. Вэй Усянь посерьёзнел и подхватил Лань Бо. – Он будет опустошён. – Он доверяет Цзинь Гуанъяо. – Лучше, чтобы он узнал правду о нём сейчас, прежде чем всё зайдёт дальше. Прежде чем Цзинь Гуанъяо совершит какой-нибудь непростительный поступок, в котором могут заподозрить и брата Сичэня. По крайней мере, у него есть Цинь Су и предстоящая свадьба, чтобы отвлечься. – Мм. Даже так, мы должны быть мягки. Вэй Усянь взял его за руку. – Так и будет, Лань Чжань. Мы все заботимся о нём. На вершине лестницы их встретил кланяющийся слуга. – Ханьгуан-цзюнь, Сиван-цзюнь, Цзинь Гуанъяо приносит извинения, что не может приветствовать вас. Потребовались кое-какие последние изменения. – Он снова поклонился Лань Ванцзи. – Ханьгуан-цзюнь, Цзэу-цзюнь просил проводить вас в апартаменты Ордена Гусу Лань, как только вы прибудете. Пожалуйста, позвольте мне проводить вас. Лань Ванцзи кивнул, и слуга повёл их. * * * Как только они вошли, Лань Сичэнь с улыбкой поднялся из-за стола. Мальчики подбежали к нему, размахивая своими камнями. – Дядя, подарки. – Лань Бо протянул свой камень, Лань Юань положил свой в другую руку Лань Сичэня. – Боже мой, какие прекрасные камни. Это мне? – Мм. – Лань Юань кивнул. – Подарок. – Спасибо вам обоим. Это именно то, что мне нужно. Они будут стоять на моём столе, чтобы мои бумаги не разлетались. А теперь встаньте здесь, дайте я на вас посмотрю. Оба мальчика немедленно вытянулись по стойке смирно, ожидая суда дяди. Лань Сичэнь покачал головой в изумлении. – Не могу поверить. Вы так выросли с тех пор, как я видел вас в последний раз. – Мы теперь большие мальчики, – согласился Лань Бо. – Это точно. Чем это вас ваши отцы кормят? – Редиской, – серьёзно сказал ему Лань Юань. – Не только редиской, – рассмеялся Вэй Усянь. – Кто это у нас всегда требует сладостей каждый раз, когда мы идём на рынок? Лань Юань театрально пожал плечами, а Лань Бо указал на Лань Ванцзи. – Папа! Папа хочет сладостей. Что, звучало справедливо. У Лань Ванцзи действительно было пристрастие к сладкому, и он обычно всегда пробовал лакомства, которые они покупали для своих сыновей. – Только папа, А-Бо? Состроив невинное выражение лица, Лань Бо отвернулся, не отвечая. Лань Сичэнь рассмеялся. – Усянь, Ванцзи, ваши сыновья драгоценны. Вэй Усянь рассмеялся. – Они нам нравятся. Их прервал стук в дверь, и, открыв её, они увидели слугу Ордена Цзинь. – Цзэу-цзюнь, Ханьгуан-цзюнь, Сиван-цзюнь, Чифэн-цзунь приглашает вас на чай в апартаменты Ордена Цинхэ Не. Я могу показать вам дорогу, если вы последуете за мной? – Готовы увидеть тётю Цин и ваших дядей, мальчики? Мальчики радостно закричали и побежали за слугой, по пути забрасывая его вопросами. **** Лань Бо уставился на Вэньцин. Он повернулся к Вэй Усяню. – Отец, почему тётя Цин стала такой большой? Вэй Усянь рассмеялся. – Это не только она. У неё внутри ребёнок. Глаза Лань Бо расширились. Он попятился, хватая по пути Лань Юаня. Он затащил их обоих за занавеску, откуда послышалось взволнованный шёпот. Все сосредоточились на двух маленьких парах ног – это было всё, что видно от детей. Вэй Усянь подошёл и отдёрнул занавеску. Лань Бо посмотрел наверх с потрясённым вздохом. – Как ты нас нашёл? Сохраняя серьёзное лицо, Вэй Усянь пожал плечами. – Я отец. Я всегда найду вас. А теперь выходите и расскажите нам, что происходит. Держась за руки, Лань Бо и Лань Юань выскользнули, следя, чтобы их отцы всегда были между ними и Вэньцин. – Мы боимся, – громким шёпотом ответил Лань Бо. – Меня? – шокировано спросила Вэньцин. Лань Бо кивнул, а Лань Юань просто продолжал смотреть на неё широко раскрытыми глазами. Вэй Усянь опустился перед ними на колени и, протянув руки, взял их свободные ладошки. – А-Бо, А-Юань, почему вы боитесь тётю Цин? Лань Бо сглотнул, наклонился ближе, чтобы снова громко прошептать: – Отец сказал, что там ребёнок. – Он кивнул головой на живот Вэньцин. Вэй Усянь нахмурился. – Почему это должно вас пугать? Губа Лань Бо задрожала. – Что, если она всё ещё голодна? – произнёс Лань Юань и всхлипнул. Не Минцзюэ издал отрывистый смех, превратив его в кашель при виде обиженных взглядов детей, а Вэй Усянь прочистил горло, подавляя собственный смех. – А-Бо, А-Юань, тётя Цин не ела ребёнка. Лань Бо отпустил руку Лань Юаня и указал на Вэньцин. – Тогда как ребёнок там оказался? Не Хуайсан откровенно смеялся над испуганным лицом Вэй Усяня, которому пришлось объяснять своим собственным детям происхождение младенцев. Вэй Усянь быстро заморгал, глядя на сыновей. – Эм… ну… э-э-э… Лань Чжань? Лань Ванцзи занял его место перед сыновьями. – А-Бо, А-Юань, вы помните, как мы сажали редиску в Илине? Оба кивнули. – Редиска растёт, – заметил Лань Юань. Лань Ванцзи кивнул. – Хорошо, А-Юань. Она выросла. Она оставалась в безопасности в почве, пока не выросла. Младенцам нужно расти в безопасности, пока они не станут большими, но не в почве. Они растут внутри мамы. – Тётя Цин – мама? – нерешительно спросил Лань Бо. – Да. Она бережёт своего ребёнка, пока он не станет достаточно большим, чтобы жить в мире. Лань Юань задумчиво нахмурился. – А-Юань и А-Бо росли в маме? – А-Юань рос в маме А-Юаня, а А-Бо рос в маме А-Бо, – уточнил Лань Ванцзи. Лань Бо снова указал на Не Вэньцин. – Когда ребёнок выйдет? – Через три месяца, – сказал ему Лань Ванцзи. – Так долго. Вэньцин фыркнула. – И не говори. Лань Бо и Лань Юань подошли к ней. – Извини, что мы спрятались, – повинился Лань Бо. – Мы испугались, что ты нас съешь, – объяснил Лань Юань. – Всё в порядке, А-Бо, А-Юань. Я понимаю, что это сбивает с толку. – Она повернулась к Не Минцзюэ, который всё ещё хихикал. – Не знаю, чему ты смеёшься, Не Минцзюэ. Всё это нам только предстоит. Все рассмеялись, увидев ужас, отразившийся на лице Не Минцзюэ. * * * Чай был допит, и Вэньнин увёл Лань Юаня и Лань Бо играть на улицу, чтобы остальные могли без помех поговорить. Не Минцзюэ спросил первым: – Ну? Лань Сичэнь выглядел озадаченным. – Что? – Ах, он спрашивал нас, – объяснил Вэй Усянь, затем добавил: – Да, мы чувствуем здесь сильную энергию обиды. – Что? – снова спросил Лань Сичэнь, не понимая, что происходит. – Сичэнь, прости, но тебе нужно кое-что знать, и тебе это не понравится. – Не Минцзюэ печально посмотрел на друга. Лань Сичэнь оглядел серьёзные лица друзей и на мгновение закрыл глаза. – Говори. – Я рассказывал тебе, что случилось в Нечистом Царстве, почему я изгнал Цзинь Гуанъяо? – начал Не Минцзюэ. – Это касается А-Яо? Он объяснил мне это. Это был импульсивный поступок против того, кто над ним издевался. Не Минцзюэ покачал головой. – Сичэнь, я знаю, что он тебе небезразличен. Что ты хочешь верить в лучшее в нём, но, пожалуйста, сохраняй непредвзятость, пока я не закончу. – При неохотном кивке Лань Сичэня он продолжил: – Мы уже некоторое время подозреваем, что его настоящая причина для того поступка была в том, чтобы освободить Сюэ Яна для своего отца. – Нет, он говорил… – Сичэнь, ты обещал слушать. Пожалуйста, дай мне закончить. У Сюэ Яна был последний кусок иньского железа. Мы полагаем, что он использовал его для экспериментов с демоническим совершенствованием на благо Цзинь Гуаншаня. Вэй Усянь и Ванцзи могут обнаруживать энергию обиды, поэтому мы воздерживались от каких-либо заявлений, пока они не смогут подтвердить, что она присутствует здесь, в Башне Кои. Лань Сичэнь отчаянно посмотрел на брата. – Но вы можете ошибаться, не так ли? Я не знаю, может быть… – Сюнчжан, мы не ошибаемся. Поблизости есть иньское железо. – И это означает, что Сюэ Ян здесь. – Не Минцзюэ сжал руку Лань Сичэня. – Прости, Сичэнь. Единственный способ, которым это могло произойти, – это если Цзинь Гуанъяо привёл его сюда. – Он спас мне жизнь, Минцзюэ. – Я знаю. – Я думал… я надеялся… но ему нельзя доверять, да? – Нельзя. Мне жаль, Сичэнь. – Не Минцзюэ вздохнул. – Я тоже заботился о нём, когда-то, но он всегда слишком заботился о власти. – Я не могу… я поддержу всё, что вы решите делать, но, пожалуйста, не просите меня действовать против А-Яо. – Не будем, – согласился Вэй Усянь. – Мы можем оставить тебя в стороне, но ты должен был знать. Мы не хотели, чтобы всё стало для тебя шоком, когда Цзинь Гуанъяо будет разоблачён. А он будет разоблачён. Это необходимо. Он умён. Его присутствие делает Цзинь Гуаншаня более опасным. Лань Сичэнь снова закрыл глаза, затем встал. – Я знаю, что с этим нужно разобраться, но я не могу быть частью этого. Я пойду поиграю с детьми, пока вы строите планы. Простите, я просто не могу. И, пожалуйста, если есть способ спасти его? – Если его можно спасти, мы спасём, – пообещал Не Минцзюэ. Они смотрели, как Лань Сичэнь, опустив плечи, вышел. Вэй Усянь вздохнул. – И что теперь будет?