Непредвиденные перемены

Цзинь Гуаншань с отвращением наблюдал за детьми, носившимися по залу. Что нашло на его жену — пригласить их на его мероприятие? Он бы возразил, посоветуйся она с ним. Но она не стала. Она всё устроила сама и разослала свои приглашения, прежде чем он успел хоть что-то узнать, а потом было уже поздно отказываться. Однако даже так он не ожидал, что присутствие детей коснётся его лично. Он думал, они будут тихо сидеть с родителями. Будут вежливыми, будут говорить, только когда к ним обратятся. Будут почтительными. Он считал, что Цзинь Гуанъяо зря волновался, утверждая, будто у детей есть потребности, отдельные от родительских. Теперь же он видел: дети определённо не просто маленькие взрослые. Он сжал кулак, когда какой-то мальчик врезался в подставку с очень ценной вазой, и едва её не сбил. Раз уж люди заводят детей, почему они не могут держать их взаперти? Он никогда не позволял собственному сыну так бесчинствовать на людях. До чего же раздражает. — Орден Гусу Лань прибыл. Цзинь Гуаншань нацепил улыбку, услышав объявление, и направился встречать Лань Сичэня, но куда важнее для него был Вэй Усянь, стоявший позади. Ни одна из прежних уловок, чтобы переманить Вэй Усяня, не удалась, но, быть может, на этот раз всё сложится иначе. Может быть, здесь, в Башне Кои, Вэй Усянь наконец увидит выгоды союза с таким могущественным Орденом, как Ланьлин Цзинь. — Добро пожаловать, добро пожаловать. Он почувствовал, как маленькие — и почти наверняка липкие — руки ухватились за его мантию. Намереваясь оттолкнуть надоедливого ребёнка, он вспомнил, что всё ещё надеется использовать отца мальчика, и угодливо улыбнулся. — И я вижу, вы привели своих очаровательных детей. Как замечательно. Он усмехнулся и потрепал Лань Бо по голове. Лань Бо сморщил нос и отодвинулся. — Отец, папа… он странно пахнет. — Мальчик провёл рукой по тому месту, которого коснулся Цзинь Гуаншань. — Не трогай А-Бо. Цзинь Гуаншань вытаращил глаза. Ему, должно быть, послышалось? Вэй Усянь подхватил сына на руки. — А-Бо, невежливо указывать человеку, что он странно пахнет. Лань Бо пожал плечами. — Ладно, не буду говорить. Но он, правда, пахнет. Он пахнет как те красивые красные сестры. Глаза Вэй Усяня расширились. Единственные «красные сёстры», которых встречал его сын, — это девушки из борделя в одном из городов, которые они посетили. Борделя с небольшой проблемой: там задержался дух бывшего клиента. Вэй Усянь и Лань Ванцзи разобрались с этой проблемой, пока девушки играли с мальчиками, чтобы занять их. Они были добры, давали детям сладости и игрушки, так что Лань Бо их, конечно, запомнил. Вэй Усянь незаметно принюхался — и да, Цзинь Гуаншань и впрямь пах пьянящими духами, какие часто используют куртизанки. Неужели он предавался плотским утехам перед банкетом? Отвратительно. Вэй Усянь переместился так, чтобы оказаться между Цзинь Гуаншанем и своими детьми. — Отец, смотри, мы поиграем? — Лань Юань показал туда, где другие дети играли в прятки. — Да, бегите, мальчики. Веселитесь. — Вэй Усянь отпустил их, а затем повернулся к Цзинь Гуаншаню. — Так любезно с Вашей стороны включить детей в приглашение, глава Ордена Цзинь. — Конечно, конечно. Я надеялся таким образом укрепить связи между Орденами. — Цзинь Гуаншань продолжал улыбаться, стараясь не морщиться, когда какой-то ребёнок снова врезался в подставку с вазой. К несчастью, на этот раз безвкусная ваза не пережила столкновения. — Орден Юй прибыл. Все снова обернулись. Вэй Усянь весело помахал рукой, когда клан Юй вступил в зал с самым настоящим табуном маленьких детей, которые с визгом бросились присоединяться к игре. Они пронеслись мимо Цзинь Гуаншаня, едва не сбив его с ног в своей погоне за весельем. Цзинь Гуаншань неискренне усмехнулся, мысленно проклиная свою жену. * * * Не Хуайсан стоял за колонной и с интересом изучал рассадку гостей. Цзини, разумеется, сидели в центре, Цзинь Гуаншань возвышается над всеми. Обычное дело. Менее обычным было расположение Цзянов. Они утратили значительное влияние из-за своих многочисленных трудностей — начиная с нападения Вэней и заканчивая договором, который Баошань Саньжэнь вынудила их подписать. По праву они должны были сидеть дальше по залу, а Лани и Не — по бокам от Цзиней. Но нет. Они сидели по правую руку от Ланьлин Цзинь, рядом с ними — Юй, Не — слева, а Лани — по другую сторону от них. Даже с учётом ожидаемого объявления даты свадьбы Цзинь Цзысюаня и Цзян Яньли это был разрыв с установленным порядком. Судя по самодовольному выражению лица Цзинь Гуаншаня, это явно была его идея. Его способ поквитаться с Ланями за то, что на их празднике они не посадили его там, где он, по его мнению, заслуживал. Его способ умалить их, поставив Цзянов на более видное место, чем Ланей. Если это и впрямь было его намерением, затея провалилась. Большинство перешёптываний, которые улавливал Не Хуайсан, были возмущённым осуждением того, как Цзини проявили неуважение к Ланям. Что до самих Ланей, то им было всё равно. В очередной раз Цзинь Гуаншаню не удалось прочесть обстановку. Полное отсутствие у этого человека чутья на людей заставило Не Хуайсана презрительно усмехнуться. — Чему это ты так радуешься? Не Хуайсан подпрыгнул от голоса за спиной и обернулся с раздражённым хмурым взглядом. — Юй Сян. Опять подкрадываешься к людям? — Только к тебе. Ну так что, чему это ты лыбился, как дурак? — Я не лыбился… — Он увидел её усмешку и пренебрежительно фыркнул. — Ты невыносима. Я улыбался с лёгким презрением, а не лыбился, как дурак. — Ладно-ладно. Почему ты улыбался с лёгким презрением? — Посмотри как рассажены гости. — Ну и?.. О, он попытался оскорбить Гусу Лань. Вот придурок. — Знаю. Ланям всё равно, и это выставляет его либо некомпетентным, либо мстительным. — Почему он злится на Ланей? Что они ему сделали? — Я слышал, он был недоволен своим местом на банкете, который они устраивали. — Но разве он не сидел наверху? — Ах, но он сидел слева. — О господи… серьёзно? И из-за этого он так разозлился, что совершил такую грубую ошибку? Повторюсь: вот — придурок. Не Хуайсан рассмеялся. — К сожалению, да, Цзинь Гуаншань и впрямь такой ничтожный. Юй Сян оттащила Не Хуайсана в сторону как раз вовремя, чтобы его не затоптали возбуждённые дети. — Ха, посмотри на лицо этого свина Цзиня. Он ненавидит, что здесь столько детей. — Кстати о детях: Юй пришли с огромным их количеством. Я знаю, твоя мать говорила, что твои сёстры и брат приведут своих, но они вообще здесь? — Одна моя сестра, которая замужем за главой Ордена Хэ, приехала с младенцем, а вот другая сестра и мой брат восприняли предложение бабушки привести детей как возможность устроить себе выходной. К тому же бабушка привезла всех остальных детей Юй, чьи родители хотели передохнуть. — Зачем она это сделала? — Могу я перенаправить твоё внимание на недовольство Цзинь Гуаншаня сложившейся ситуацией? — Она сделала это, чтобы… как ты выразилась? Досадить Цзинь Гуаншаню? — Сделала. — Превосходно. Полагаю, поэтому она также позволяет им бесчинствовать? — Увидев кивок Юй Сян, он в изумлении покачал головой. — Мне так нравится твоя бабушка. Восхитительно озорная. — Озорная? Ей понравится. — Юй Сян рассмеялась, когда одна из её племянниц, Лань Бо и Лань Юань заставили главу Ордена Яо покачнуться, спрятавшись за ним во время чересчур активной игры в салочки. Она подтолкнула Не Хуайсана. — Ты видел? Этот пустоголовый чуть не упал. Не Хуайсан усмехнулся. — И всё потому, что Вэй Усянь и Лань Ванцзи не захотели надолго расставаться с детьми. — Верно, но на празднике у Ланей тоже были дети, и они не были такими непослушными. — Ну, для них устроили подходящие развлечения в течение дня, так что к моменту банкета они слишком вымотались, чтобы доставлять хлопоты. К тому же, я думаю, дети Ланей рождаются сдержанными. В этот самый момент Лань Бо пронзительно завопил, когда его сбил с ног какой-то маленький ребёнок из Юй. Юй Сян указала на него, приподняв брови. — Большинство детей Ланей, — поправился Не Хуайсан. Юй Сян рассмеялась. — Так вы с Вэньнином пойдёте на охоту? Не Хуайсан помрачнел. — Старший брат сказал, что я должен хотя бы притворяться, что охочусь, даже если всё, что я буду делать, — это бродить по окрестностям. — Думаешь, тебе не понравится? Я имею в виду, теперь у тебя есть боевой веер и Цзыдянь. Не Хуайсан вздохнул. — Это помогает, что не нужно таскать с собой саблю, но я никогда по-настоящему не полюблю ночные охоты. Я предпочту рисовать или читать книгу. А ты? Ты и твоя сестра присоединитесь? — Присоединимся. А почему бы нам не устроить своё собственное соревнование? Синьи и я против тебя и Вэньнина? — Ты говоришь так только потому, что знаешь — мы проиграем. — Я не говорила, что соревнование должно быть связано с ночной охотой. Не Хуайсан заинтересованно повернулся к ней. — А с чем же? — Кто больше всех досадит Цзиням, тот и победил. Не Хуайсан рассмеялся. Это и правда звучало забавно. — Договорились. Только не трогайте Цзинь Цзысюаня. Он этого не заслужил. — Ладно. Не Цзинь Цзысюаня. Любой другой из Цзинь подходит. Не Хуайсан протянул руку, и они скрепили уговор рукопожатием. Удар гонга возвестил начало банкета. Они кивнули друг другу и разошлись, каждый направился к своему месту, прежде чем церемония началась. * * * Вэй Усянь подавил очередной зевок. Это никогда не кончится. Цзинь Гуаншань красовался уже почти полчаса. Время от времени он делал паузу, давая главам Орденов Яо или Оуян возможность вставить свои раболепные восхваления. А потом снова продолжал. Взглянув на остекленевшие лица, нетрудно было понять: Вэй Усянь не единственный, кому невыносимо скучно. К несчастью для Цзинь Гуаншаня, которого прежде ни разу не прерывали во время хвастливых монологов, присутствие маленьких детей изменило привычный ход вещей. Откуда-то из зала донёсся тоненький голосок с жалобой: — Мама, скучно. Вэй Усянь усмехнулся и посмотрел вниз, где его собственные дети играли со своими игрушками. При этих словах они подняли головы. Лань Бо тотчас решил высказать свои чувства: — Нам тоже скучно, отец, папа. — Мы хотим есть, — добавил Лань Юань. — Где еда? Лань Ванцзи засунул руку в рукав, достал мешочек с семечками и несколько кунжутных шариков и передал их Лань Юаню. Лань Юань с визгом взял угощение, мгновенно вскочил и побежал между всеми, кого знал, чтобы поделиться. Лань Бо запрыгал рядом. Вэй Усянь на мгновение задумался, не стоит ли их удержать, но решил не делать этого. Хорошо, что они хотят делиться, неправильно было бы ограничивать их щедрые порывы. Со стороны клана Юй послышались требования о перекусе. Лань Юань услышал это, и они с Лань Бо кинулись через зал, чтобы предложили немного своих закусок. Это словно открыло плотину, и вскоре многие детские голоса заявили о скуке и желании сладостей. Где-то заплакал младенец. Цзинь Гуаншань нахмурился, выражая и недовольство, и неверие. Госпожа Цзинь, пытаясь скрыть удовлетворённую усмешку, поднялась. — Возможно, пора перейти к объявлениям? Ты не согласен, Гуаншань? Цзинь Гуаншань был не согласен. У него оставалось ещё много чего сказать о своей щедрости в организации столь замечательного мероприятия. Он попытался продолжить, но жена наклонилась к нему и сердито прошептала: — Сядь, дурак. Ты выставляешь себя на посмешище. Цзинь Гуаншань прорычал своё раздражение. Попытавшись изобразить, будто переход к объявлениям был его идеей, он махнул рукой гостям: — Мы перейдём к объявлениям. * * * Объявлений оказалось немного. Неудивительно — с прошлой встречи прошло всего четыре месяца. Пока не настала очередь великих Орденов. Лань Сичэнь поднялся первым. Он всё ещё был бледноват после предыдущих откровений. Избегая смотреть на Цзинь Гуанъяо, он вежливо поклонился залу. — Уважаемые главы Орденов. Рад видеть вас снова так скоро, и замечательно, что здесь присутствует так много юных. — Это вызвало смешки и несколько лукавых взглядов в сторону Цзинь Гуаншаня. — Поскольку многие из вас присутствовали на праздновании в Облачных Глубинах по случаю бракосочетания моего брата и его мужа, вы, должно быть, уже догадались, что я сейчас объявлю. По залу пробежал заинтересованный шёпот. Слухи о том, чем занимались Вэй Усянь и Лань Ванцзи последние несколько месяцев, уже давно распространились. — Как вы, наверное, помните, Бессмертная Баошань Саньжэнь потребовала от Ордена Цзян компенсации за то, как они обошлись с её внуком, моим деверем, Сиван-цзюнем. Я рад сообщить, что соглашение достигнуто. Составлен договор, подписанный всеми заинтересованными сторонами. Цзян Фэнмянь побледнел, слушая его выступление, а Юй Цзыюань покраснела. Оба пытались найти способ сохранить условия в тайне, но, не повалив Лань Сичэня на пол, это было невозможно. Лань Сичэнь бросил взгляд на стол Цзянов, прежде чем продолжить. — Часть этого соглашения гласит, что земля от реки до Илина, ранее принадлежавшая Юньмэн Цзян, должна перейти под контроль Сиван-цзюня. Кроме того, все, кто попадает под юрисдикцию этой новой территории, получают бесплатное пользование водными путями Цзянов. — Правда ли, что ученики Цзян могут уйти, если недовольны обращением с ними? Лань Сичэнь замолчал, не уверенный, кто заговорил. Он не собирался раскрывать эту часть соглашения. Будет ли это сплетнями, если он сделает это сейчас, или он предотвратит сплетни, подтвердив то, что, кажется, уже известно? Дилемма, но, в самом деле, он ничего не должен Цзянам после того, как они обошлись с Вэй Усянем. Он принял решение. — Это правда. Любой ученик Цзян может искать место в другом Ордене, если пожелает. — Он поднял руку, чтобы заглушить волну реплик. — Сиван-цзюнь хотел бы сделать собственное объявление. Он сел, и Вэй Усянь встал. Вэй Усянь сначала поклонился, а затем, поднимаясь, слегка помахал рукой. — Спасибо, Цзэу-цзюнь. Итак, я уверен, вы все слышали, что с полного одобрения моей бабушки, Баошань Саньжэнь, я планирую основать представительство Ордена Небесной Горы в Илине. В связи с этим, помимо земли, полученной от Цзянов, я намерен забрать себе Илин и Могильные курганы, ранее принадлежавшие Вэням и какое-то время остававшиеся без защиты. Если у кого-то есть возражения относительно этого требования… Цзинь Гуаншань мгновенно вскочил, придерживая полы мантии, полный самомнения. — Я вынужден возразить. Просто так заявлять права на землю — возмутительно. Вэй Усянь повернулся к нему, склонив голову набок. — Почему? Вы защитите людей от опасностей, исходящих от Могильных курганов? Цзинь Гуаншань нахмурился. Он, разумеется, не стал бы. — Не в этом дело. Юй Кэсин тоже встала. — Тогда в чём Ваше дело, Цзинь Гуаншань? Могильные курганы создают проблемы десятилетиями. Сиван-цзюнь уже запечатал их, к великому облегчению тех из нас, чьи Ордены находятся куда ближе к ним, чем Ваш. Не должны ли мы быть благодарны ему за то, что он взял на себя ответственность за давнюю проблему мира заклинателей? Дальше по залу поднялся Цинь Цанъе, чтобы добавить: — Лично у меня нет возражений, но не должно ли это быть решением Совета заклинателей? На мой взгляд, это именно та ситуация, для которой он был создан. — Совершенно верно, — согласилась Юй Кэсин. — Все ли согласны подчиниться решению совета? Даже Цзинь Гуаншань не посмел ничего сказать. Юй Кэсин кивнула. — Тогда мы проведём голосование. Я — за. Цзэу-цзюнь? Лань Сичэнь, что неудивительно, тоже сказал: — За. Следующим был Не Минцзюэ. Он даже не встал, только махнул рукой, объявляя: — За. Глава Ордена Цзян? Юй Цзыюань так сильно толкнула Цзян Фэнмяня, что тот едва не свалился с подушки. Он сердито посмотрел на неё. Эта ситуация и так была достаточно вредна. Неужели она не видит, что возражение только выставит их в ещё более худшем свете? Все хотят, чтобы с Могильными курганами разобрались, но никто другой не желает браться за эту задачу. Но, с другой стороны, если он проголосует за, жена сделает его жизнь невыносимой. Он пожал плечами. — Цзяны воздерживаются. Цзинь Гуаншань сжал кулаки. Он хотел сказать «нет», но какой в этом смысл? У Вэй Усяня уже было три голоса «за» и одно трусливое воздержание. Всё, что он скажет, уже ничего не изменит. Он прорычал: — За. Юй Кэсин одарила его широкой улыбкой. — Превосходно. Итак, мы согласны: Илин и Могильные курганы будут включены в территорию Ордена Небесной Горы. Продолжим? Чифэн-цзунь, я знаю, у вас есть кое-какие объявления. С ухмылкой она села. Не Минцзюэ, вставая, усмехнулся в ответ. — И впрямь есть. У Не есть две помолвки, которые нужно объявить. Мой брат, Не Хуайсан, — с Юй Сян, и мой брат, Вэньнин, — с Юй Синьи. — Он сделал паузу, дожидаясь, пока поздравления стихнут. — Мы все восхищены этим союзом между Не и Юй и, разумеется, одинаково рады принять двух дочерей госпожи Юй в нашу семью. — Последний раз поклонившись клану Юй, он сел. Цзинь Гуаншань, поднимаясь, раздражённо вздохнул. Он был недоволен союзом Не и Юй. Ему хотелось возразить — теперь Юй Кэсин станет родственницей двум главам великих Орденов, двум другим членам Совета заклинателей. Но затем он вспомнил, что объявление, которое он собирался сделать, также сделает его родственником клана Юй. Он попал в ловушку. Он нацепил вкрадчивую улыбку. — Уважаемые главы Орденов, я счастлив объявить о помолвке между моим сыном, Цзинь Цзысюанем, и единственной дочерью клана Цзян, Цзян Яньли. Выбран благоприятный день — через шесть месяцев. Все вы, разумеется, будете желанными гостями. Он сел под аплодисменты, но удивился, когда его жена поднялась вместо него. Она ничего ему не говорила об объявлении. Если бы сказала, он бы позволил ей выступить первой, чтобы ему самому быть последним. Эта женщина слишком много о себе возомнила. Госпожа Цзинь поклонилась, улыбаясь. — Уважаемые гости, я ценю ваше терпение в ожидании нашего пира. — Она дала мгновение, чтобы смешки стихли. — Я уверена, все заметили, что к этому собранию добавились самые юные члены мира заклинателей. Поэтому, пока взрослые завтра отправятся на массовую охоту, я организовала для детей особую охоту — их собственную. — Она сделала паузу для драматического эффекта. Когда внимание всех было приковано к ней, она продолжила: — Охоту за сокровищами. Сокровища спрятаны в моём личном Цветущем саду: книги, игрушки, сладости. Все дети могут участвовать вместе со своими воспитателями. Это вызвало самые громкие одобрительные возгласы — все радовались, что их детям устроят такое весёлое приключение. Лань Юань и Лань Бо, потерявшие интерес ещё во время объявлений, подняли головы при упоминании игрушек и сладостей. Лань Бо потянул Вэй Усяня за рукав. — Отец, нам дадут игрушки? Вэй Усянь обнял его. — Завтра вы сможете сами охотиться за игрушками. Разве это не будет весело? — Найти игрушки? — Лань Юань хотел точно понять, что произойдёт. — Мм. — Лань Ванцзи подтвердил. Он склонил голову в сторону госпожи Цзинь. — Добрая госпожа устроила это для вас. Лань Бо вскочил, взбежал по ступеням и бросился обнимать госпожу Цзинь за ногу. Лань Юань через мгновение последовал за ним, обнимая её за другую ногу. Дети Юй оказались тут же, а затем дети со всего зала подбежали присоединиться к этой кучке. Через мгновение госпожу Цзинь окружали счастливые, благодарные дети. Она моргнула, глядя на них, и смахнула слезу, погладив столько голов, до скольких смогла дотянуться. Цзинь Гуаншань продолжал сидеть, недовольный, всеми игнорируемый и одинокий. * * * Вэй Усянь вытер рот и похлопал себя по животу. — По крайней мере, еда была хорошей. Лань Ванцзи едва заметно фыркнул. — Сносно. — Лань Чжань, как ты беспощаден! — восхитился Вэй Усянь и нахмурился, глядя на человека, который приближался к их столам. — И чего, думаешь, ему надо? Цзинь Цзысюнь остановился перед Лань Сичэнем — в одной руке глупый маленький золотой кувшин, в другой — крошечная золотая чаша. Он чувствовал себя храбрым, потому что был в собственном доме и в присутствии дяди. Он чувствовал себя защищённым. Его улыбка была самодовольной. — Цзэу-цзюнь, Ханьгуан-цзюнь, давайте выпьем за вас двоих. Он кивнул в сторону Лань Ванцзи, сидевшего позади Лань Сичэня, полностью игнорируя Вэй Усяня рядом с ним. Цзинь Гуанъяо поспешил к ним. — Цзысюнь, Цзэу-цзюнь и Ханьгуан-цзюнь из Облачных Глубин. Три тысячи правил, высеченных в камне. Вместо того чтобы предлагать им вино, тебе, возможно, следует… Цзинь Цзысюнь поднял руку, издавая негодующий звук, чтобы остановить его, затем повернулся обратно к Лань Сичэню. — Мы, Орден Ланьлин Цзинь и Орден Гусу Лань, хорошие друзья. Если ты не выпьешь, это будет означать, что ты смотришь на меня свысока. Цзинь Цзысюнь протянул чашу Лань Сичэню. Лань Сичэнь выглядел неловко, но Вэй Усянь не был уверен, оттого ли это, что Цзинь Цзысюнь груб, или из-за вмешательства Цзинь Гуанъяо. Он отвернулся от обоих, пытаясь сделать вид, что ничего не происходит. Один из приспешников Цзинь Цзысюня выкрикнул, восхваляя его как прекрасный образец того, каким должен быть аристократ, хотя почему попытка заставить не желающего человека пить делает его образцом хоть чего-то, кроме подлого, мелочного задиры, было выше понимания Вэй Усяня. Человек, расхваливавший Цзинь Цзысюня, быстро замолчал, когда Лань Ванцзи обратил на него ледяной взгляд, но было поздно. Цзинь Цзысюнь усмехнулся, когда призыв к Лань Сичэню выпить подхватили другие по всему залу. Большинство из них понятия не имело, что происходит, что к Ланям проявляют неуважение. С надменным хихиканьем Цзинь Цзысюнь снова протянул чашу. — Давай, Цзэу-цзюнь, мы же не чужие. Один простой вопрос. Будешь пить или нет? Рядом с Цзинь Цзысюнем Цзинь Гуанъяо продолжал выглядеть огорчённым. Когда Лань Сичэнь встал, он снова попытался вмешаться с примирительной улыбкой. — Цзысюнь, охота завтра… — Одна чаша вина этому не помешает. — Цзинь Цзысюнь сделал широкий жест, оглядывая собирающуюся вокруг него толпу. По его мнению, он был героем — слишком пьян, чтобы понять, что одобрительные взгляды он получал только от тех немногих друзей, что ещё оставались у Цзинь Гуаншаня, или от собственных прихвостней. Он продолжил: — Да я могу выпить восемь кувшинов вина и всё равно преуспеть на охоте. Глава Ордена Яо рассмеялся, показывая на Цзинь Цзысюня и качая головой, будто это была величайшая шутка. Цзинь Гуанъяо, выглядя расстроенным, обратил беспомощный взгляд на Лань Сичэня. А Лань Сичэнь слабо улыбнулся, взял чашу и выпил. На этом всё должно было закончиться. И закончилось бы, не будь Цзинь Цзысюнь полным идиотом. Но он им был, так что не закончилось. Цзинь Цзысюнь забрал чашу и снова наполнил её. — Ханьгуан-цзюнь, теперь твоя очередь. Лань Сичэнь закрыл глаза, покачав головой. Вэй Усянь был почти готов разозлиться на него. В очередной раз стремление Лань Сичэня сохранить мир поставило его Лань Чжаня под удар. Он подумал вмешаться самому, взять чашу и выпить за мужа. Но он сдержался. Ему хотелось посмотреть, что сделает Лань Ванцзи. Лань Ванцзи проигнорировал протянутую ему чашу, едва повернув голову. Не Минцзюэ был готов вмешаться, но лёгкое покачивание головы от Вэй Усяня остановило его. Цзинь Цзысюнь начал беспокоиться, оглядываясь в поисках помощи, но все ждали, что будет дальше. Он нервно усмехнулся. — Ну же, Ханьгуан-цзюнь, неужели ты оскорбишь Цзиней, отказав мне? Лань Ванцзи встал. — Не всех Цзиней. — Он повернулся и слегка кивнул в знак признательности Цзинь Цзысюаню. Цзинь Цзысюнь дрогнул, чаша задрожала, вино расплескалось, когда его рука дёрнулась. — Ханьгуан-цзюнь, конечно… Всё ещё не глядя на Цзинь Цзысюня, Лань Ванцзи с презрением скривил губы. — Ты недостоин говорить со мной. Не Минцзюэ вытаращил глаза и взглянул на Вэй Усяня, который широко ухмылялся. И снова на этом должно было всё закончиться. И снова не закончилось. На этот раз в основном потому, что Цзинь Цзысюнь был слишком потрясён, чтобы отступить, а Лань Ванцзи не желал позволить ему сбежать, даже если бы тот попытался. Цзинь Цзысюнь стоял с чашей в руке, открывая и закрывая рот, как карп кои, в честь которого был назван его дом. Цзинь Гуанъяо попытался увести его. Но было поздно. Лань Ванцзи взял чашу, вылил вино, уронил чашу на пол и раздавил её ногой, превратив в лепёшку. — Я принимаю. Цзинь Цзысюнь перевёл взгляд с расплющенного золотого кружка, который когда-то был чашей, на бесстрастное лицо Лань Ванцзи. — Принимаешь что? Ты… ты… — Я принимаю твой вызов. — Лань Ванцзи снова сел и, взяв свой чай, сделал глоток. Встревоженный Цзинь Цзысюнь сделал то, что делал всегда, когда пугался. Он повернулся к Цзинь Гуаншаню. Цзинь Гуаншань всё это время сидел на своём золотом троне, хихикая при виде того, как Ланей унижают. Но теперь всё пошло не так. Он махнул рукой, издав нервный смешок. — Ну-ну, Лань Ванцзи. Не слишком ли ты своеволен? Я уверен, ты не хотел бы опозорить свой Орден. Лань Ванцзи, приподняв бровь, посмотрел на своего брата. Лань Сичэнь вежливо повернулся к Цзинь Гуаншаню. — Как я уже говорил в Безночном городе, мой брат волен вызывать — или в данном случае принимать вызов Вашего племянника — если пожелает. — Не было никакого вызова! — взревел Цзинь Гуаншань. — По мне, так похоже на вызов, — заметила Юй Кэсин, подошедшая посмотреть, что происходит, когда Цзинь Цзысюнь только приблизился к столам Ланей. Лань Ванцзи, продолжая пить чай, добавил: — Если бы глава Ордена Цзинь участвовал в кампании «Выстрел в Солнце», он мог бы лучше понимать последствия вызывающего поведения. Не Минцзюэ отрывисто рассмеялся. Рядом с ним Не Хуайсан постучал веером по губе. — Разве прежний вызов Ханьгуан-цзюня всё ещё не в силе? Я полагаю, он позволил молодому господину Цзиню уйти с условием, что если произойдёт ещё какой-либо конфликт, вызов возобновится. Сегодняшний инцидент, несомненно, можно считать таким конфликтом. — Совершенно верно, — согласился Не Минцзюэ. — В самом деле, молодой господин Цзинь, если Вы не хотите, чтобы вызов оставался в силе, не следовало провоцировать Ханьгуан-цзюня. — Я… я не… я… — Мальчик, ты пытался заставить его отказаться от своих убеждений. — Юй Кэсин указала на расплющенную чашу. — И ты сделал это публично. Я тоже считаю, что Ханьгуан-цзюню следует дать возможность ответить на это оскорбление. Все те, кто ещё недавно с радостью стоял за спиной Цзинь Цзысюня, пока он насмехался над Лань Ванцзи, теперь молчали. С другой стороны, те, кто сражался вместе с Лань Ванцзи, вышли вперёд, все соглашаясь, что это, действительно, вызов. Цзинь Цзысюнь попятился. Он не знал, что делать. Он умоляюще посмотрел на Цзинь Гуаншаня, который тоже растерялся. Это был его дом. Как он мог так полностью потерять контроль над ситуацией? — В самом деле, Лань Ванцзи… — Ханьгуан-цзюнь. — Лань Ванцзи поставил свою чашку с чаем. — Ты не имеешь права обращаться ко мне столь фамильярно. Ты будешь использовать титул, который я заслужил, когда, в отличие от тебя, глава Ордена Цзинь, сражался в кампании «Выстрел в Солнце». Не Хуайсан спрятался за веером. В самом деле, поразительно, как часто Лань Ванцзи удавалось ввернуть в разговор отсутствие Цзинь Гуаншаня на войне. Цзинь Гуаншань нахмурился. — Ханьгуан-цзюнь, я не позволю тебе нарушить ход массовой охоты. У тебя не будет времени сражаться с моим племянником. — Мне много времени не понадобится. — Лань Ванцзи налил себе ещё чая. Юй Кэсин радостно расхохоталась. — Ханьгуан-цзюнь, мы все были свидетелями вызова. Если Цзинь Цзысюнь будет уклоняться от тебя во время массовой охоты, вызов останется открытым, пока твой противник не решит встретиться с тобой. Лань Ванцзи склонил голову. — Мм. Я буду готов. — Он отпил чай. * * * После этого Цзинь Цзысюнь каким-то образом исчез с банкета, в то время как все остальные вновь общались со старыми друзьями. Сплетничали, рассказывали друг другу о том, что случилось, будто сами не были тому свидетелями. Вэй Усянь рассмеялся, прислонившись к Лань Ванцзи. — Лань Чжань, это было так смешно. Я думал, Цзинь Цзысюнь сейчас в штаны наложит. — Мм. Не Хуайсан присоединился к ним. — Ты, правда, его убьёшь? — Когда обстоятельства позволят. — Ты будешь искать его во время массовой охоты? — спросил Не Минцзюэ. — Нет. Не Минцзюэ рассмеялся. — Значит, ты не будешь напрягаться в его поисках, но если он попадётся тебе на пути? — Тогда. — Лань Ванцзи кивнул. Вэй Усянь рассмеялся. — Лань Чжань. Он будет оглядываться через плечо всю оставшуюся жизнь. Всю свою короткую оставшуюся жизнь. Мне было бы почти жаль его, если бы он сам не навлёк это на себя. * * * В тенях наблюдал человек Цзинь Гуанъяо. Он получил указания, но пока не представилось ни одной возможности. Затем он увидел ребёнка, бегущего обратно к своим отцам. Это было то, чего он ждал. Он вышел и встал на пути бегущего мальчика. * * * Лань Бо было так весело. Он хотел рассказать своему отцу и папе обо всех новых друзьях, которых нашёл, поэтому он бежал. И всё же он увидел внезапно возникшие перед ним ноги и попытался остановиться. Ему это не вполне удалось, он врезался в человека, появившегося из ниоткуда. Он пискнул и отскочил назад, не уверенный, стоит ли плакать. Ему не было больно, но это всё равно был шок. Тем более когда он увидел, что каким-то образом ему удалось повалить человека, в которого он врезался. Он стоял на месте, сложив руки, и наблюдал, как вокруг него разворачивается хаос. * * * Человек рассчитал всё идеально. Ребёнок почти смог остановиться, но, к счастью, всё же врезался ему в ноги. Не сильно, но достаточно, чтобы его падение выглядело естественным. Он наклонился набок, с грохотом уронив поднос, который держал. * * * Вэй Усянь вздрогнул от шума и от вина, которое забрызгало его одежду. Лань Ванцзи, мгновенно обеспокоенный, потянулся к нему. Вэй Усянь поднял руку и слегка рассмеялся. — Я в порядке, в порядке. Это просто вино. Позаботься об А-Бо, пока он не расплакался. Слуга, упавший рядом с ним, суетливо отряхивал его руки и спину. Вэй Усянь попытался успокоить его. Бедняга, наверное, боялся, что его накажут за неловкость. Он протянул руку, чтобы помочь человеку подняться. — Нет, правда, я в порядке. * * * Человек продолжал извиняться, принимая протянутую ему руку. Идеально. Его цель сама всё облегчала. Клык был хитро спрятан между его пальцами. Просто сделать маленькую царапину на руке, протянутой, чтобы помочь ему встать. Как и ожидалось, его цель даже не заметила, слишком занятая уверениями того, кого он принял за невинного слугу, что тот не попадёт в беду. План был безупречен. Человек поднялся, всё ещё кланяясь, и поспешил прочь. * * * Вэй Усянь покачал головой, глядя, как слуга кланяется и торопливо уходит. — Бедняга. Лань Чжань, надеюсь, он не попадёт в беду. Это ведь правда была не его вина. Лань Ванцзи опустился на колени рядом с ним, успокаивая Лань Бо. Он нахмурился, глядя на удаляющуюся спину. — Он не должен был упасть. Вэй Усянь повернулся и с удивлением посмотрел на мужа: — Что? Но это была не его вина. А-Бо в него врезался. При звуке расстроенного возгласа Лань Бо Вэй Усянь быстро опустился на колени рядом с ним и Лань Ванцзи. — Нет-нет, А-Бо. Это не твоя вина. Просто несчастный случай. — Вэй Ин. — Лань Ванцзи всё ещё хмурился. — А-Бо не упал при столкновении, а взрослый мужчина упал? Это неразумно. — Что? Но… я не понимаю, что ты имеешь в виду под этим неразумно? Он упал. Может, он уже был не в равновесии или… — Вэй Ин, ты ранен. — Нет, не ранен. Лань Ванцзи указал на каплю крови на тыльной стороне его ладони. Вэй Усянь посмотрел на неё и округлил глаза: — Хм. Не помню, чтобы это случилось. Может, кувшин был разбит, и я задел его или что-то в этом роде? — Вэй Ин. — Лань Чжань, это крошечная царапина, смотри, она уже почти зажила. Пожалуйста, не придавай этому значения. Я не хочу, чтобы того бедного слугу наказали только за то, что он упал из-за нашего сына. — Я ничего не скажу. Его муж, вероятно, был прав. Просто несчастный случай. И всё же Лань Ванцзи не мог до конца прогнать чувство тревоги от этого происшествия. * * * Человек направился прямо к Цзинь Гуанъяо и достал флакон — змеиный клык, внутри которого хранилась капля крови Вэй Усяня. Он с поклоном забрал плату и исчез в ночи. Цзинь Гуанъяо осторожно положил на флакон сохраняющий талисман и довольно улыбнулся. План сработал. У него была кровь Вэй Усяня, и никто ничего не заподозрил. * * * После этого вечер естественным образом подошёл к концу. Родители уложили детей спать. Пока некоторые продолжали пить и разговаривать, большинство отправилось в постели, готовясь к предстоящей на следующий день охоте. * * * Цзинь Гуанъяо стоял вместе с отцом, наблюдая за процессией с трибун. Ордена вереницей входили на арену в порядке значимости. Зрители приветствовали участников криками, махали им руками и бросали цветы. Цзинь Гуаншань нахмурился. Это было совсем не то, чего он хотел. Да, это было впечатляюще, но живые мишени были бы лучше. — Никто не будет об этом говорить. В этом нет ничего особенного. Цзинь Гуанъяо вздохнул. — Отец, тот факт, что так много людей пришли на Ваше мероприятие, что все они будут участвовать в охоте на Вашей земле, в охоте на демонических тварей, которых вы привезли сюда для их развлечения, — вот что сделает этот день запоминающимся. Цзинь Гуаншань хмыкнул, не убеждённый, затем нацепил улыбку и продолжил важно махать заклинателям внизу. * * * Лань Бо и Лань Юань взобрались на скамейку, чтобы видеть поверх барьера. — Это весело, — объявил Лань Бо. — Мм. Когда мы увидим отца и папу? — спросил Лань Юань у Вэньцин, которая стояла рядом, поддерживая возбуждённых детей. Она указала на Орден Гусу Лань, который только входил на арену. — Вон они. Видите? Оба мальчика вытянули шеи, а затем радостно завопили, когда их отцы показались внизу. Они замахали и закричали. Лань Ванцзи поднял взгляд, подтолкнул Вэй Усяня, и тот мгновенно начал махать в ответ. — Отец и папа видят нас! — пронзительно закричал Лань Бо, размахивая ещё сильнее и подпрыгивая. Вэньцин обхватила рукой его талию, чтобы он не упал, когда высунулся как можно дальше. Закончив махать, Лань Бо повернулся обратно к Вэньцин. — А теперь нам дадут игрушки? Вэньцин рассмеялась, гадая, будет ли её собственный ребёнок таким же целеустремлённым. — Нужно подождать, пока все войдут в охотничьи угодья. Она сама подалась вперёд, когда мимо прошли Не, и бросила цветок. Не Минцзюэ поймал его на лету. Улыбнувшись жене, он спрятал цветок у себя в мантии. Вэньцин слегка покраснела, а затем раздражённо вздохнула, когда снова вынуждена была смахнуть слёзы. * * * Арена была заполнена, все Ордены с нетерпением ждали входа в охотничьи угодья. Цзинь Гуаншань вышел вперёд и торжественно поднял руки. — Друзья мои, дичь была привезена со всего Ланьлина для вашего удовольствия. Никогда прежде такая огромная территория не предоставлялась и столько негодующих тварей не было поймано для одной ночной охоты. Он сделал паузу, с благодушным видом наблюдая за аплодирующей толпой. Вот это уже больше походило на правду. Все Ордены смотрят на него с обожанием. Это был естественно верный порядок вещей — он, Цзинь Гуаншань, на вершине. Он открыл рот, чтобы сказать ещё пару фраз, но не успел — огромные ворота распахнулись. Участники зааплодировали ещё более воодушевлённо и устремились внутрь, им не терпелось начать охоту. Цзинь Гуаншань посмотрел на них с досадой, затем резко развернулся к Цзинь Гуанъяо и притянул его ближе за воротник. — Почему ворота открыли без моего приказа? Я не закончил. — Прошу прощения, отец. Я велю наказать привратника за то, что он опередил Ваши команды. — Проследи, чтобы так и было. Позади него госпожа Цзинь закатила глаза. За какого же нелепого мужчину она вышла замуж. Она хлопнула в ладоши, привлекая внимание. — Всё для детей готово, следуете за мной. Угощения разложены. Мы можем устроить собственное празднество, пока охота не закончится. С этими словами она повела всех за собой, напоследок оглянувшись на мужа, который стоял и хмуро смотрел, как пустеет арена.