Письма Чарли/Letters to Charlie

День 3 — Дай-ка мне свою сумочку, — сказал Чарли, протягивая руку. Через час они должны были отправиться в Новую Зеландию, и Гермиона проверяла, всё ли взяла с собой. Им предстояло лететь ночью, и, хотя она боялась лететь на драконе, ей не терпелось отправиться в путь. Последние два дня она провела в заповеднике с Чарли, помогая ему ухаживать за больными драконами и общаясь с его друзьями. Они целовались, но после той ночи под звёздами к более активным действиям не возвращались. Не то чтобы она не хотела, — просто очень уставала после целого дня тяжёлой работы. Не говоря уже о боли, которая её мучила. Работая с Чарли, она поняла, почему у него такая мускулистая фигура, хотя он никогда не занимался с гантелями. В своей жизни она не делала ничего более изматывающего. — Зачем она тебе? — спросила Гермиона, но всё же протянула ему свою маленькую бисерную сумочку. — Ты не сможешь лететь на Шейле с той сумкой, которую принесла. За неё будет трудно держаться во время полёта. А эта — маленькая, и мы можем зачаровать её, чтобы влезло всё что угодно. — Чары незримого расширения регулируются Министерством и не допускаются к использованию в личных целях, если только они не наложены на предметы, произведённые Министерством в соответствии с... Чарли прервал её, подняв руку: — Хорошо, что мы не в Англии. Здесь, в Румынии, таких правил нет. И можно спокойно привезти зачарованный предмет домой, главное, чтобы чары были наложены не там. Она с восхищением наблюдала, как Чарли заколдовал её маленькую сумочку, а затем засунул в неё руку по плечо. Она читала об этих чарах и испытала их на себе, когда жила в палатке на чемпионате мира, но ей всегда нравилось смотреть, как прямо перед ней творится новая магия. Чарли взмахнул палочкой над сумкой ещё два раза, что-то бормоча, и вернул её обратно. — Вот. Всё готово. — Что это были за последние заклинания? — спросила она. — Облегчающие чары и чары утоньшения, — объяснил он. — Чтобы ты могла нести большой вес. А если когда-нибудь понадобится спрятать сумку под одеждой, никто не заметит выпуклости. — Я никогда не слышала о чарах утоньшения. — Фред и Джордж изобрели их некоторое время назад. Им нужен был способ спрятать от мамы грязные журналы, которые они держат под одеялами. — Это гениально. Мерзко, но гениально. Собрав вещи, они вернулись в гнездо Шейлы. Гермиона понятия не имела, как это происходит, но дракониха, казалось, понимала слова Чарли, когда он говорил с ней об их предстоящем путешествии. Накануне они уже надели на Шейлу упряжь, чтобы при необходимости контролировать её полёт, и Гермиона смотрела, как Чарли накидывает её на спину драконихи и затягивает ремни. Это была специально разработанная упряжь, и её магия поражала Гермиону. Опаловые Антиподы могли летать гораздо выше обычных драконов — около шести тысяч метров, — поэтому на такой высоте им требовалась защита. Эффекты этих чар создавали что-то на подобии салона самолёта. Воздух вокруг них автоматически создавал нужное давление, чтобы они были в безопасности и могли дышать, как бы высоко она ни взлетала. Чары также поддерживали комфортную температуру и защищали от ветра. Они будут сидеть в седле, но как только Шейла оторвётся от земли, упасть с него будет невозможно, даже если она перевернётся вверх тормашками. Чарли был так любезен, что проверил эту особенность упряжи, пока Гермиона каталась на Шейле, чтобы привыкнуть к полёту. Ему повезло, что Гермиона ещё не умела колдовать за пределами школы, — иначе она бы его за этот трюк прокляла. К счастью, седло, хоть и выглядело как обычное лошадиное, было таким же удобным, как диван, так что после полёта у них ничего не затечёт. Гермиона достала карту мира, которую дал ей Чарли, и стала изучать её, пока он проводил последние проверки, сверяясь с планом их путешествия. Она нашла мигающую точку, показывающую, что сейчас они находятся в центре Румынии, и провела пальцем по маршруту. Если Шейла будет чувствовать себя хорошо, они доберутся до Ирака ещё до утра, а возможно, и дальше. У них было десять дней, чтобы добраться до Новой Зеландии, но Чарли думал, что они управятся за пять — такая энергичная у них Шейла. — Ты готова? — спросил он. — Думаю, да, — ответила Гермиона, оглядываясь, чтобы убедиться, что ничего не выложила из сумки. Чарли забрался в седло и протянул руку, чтобы помочь ей подняться. Как только она взяла его за руку, она почувствовала, как Шейла ткнулась мордой в её ногу. Дракониха взволнованно фыркала, поэтому Гермиона отпустила Чарли и приблизилась к её голове. — Что случилось, девочка? — рассмеялась Гермиона, когда Шейла зубами вытащила из гнезда её старый свитер и помахала им у неё перед лицом. — Ах да, ты же не хочешь забыть свой свитер. — С ней всё в порядке? — спросил Чарли. — Да. — Гермиона запихнула старый свитер в сумку и снова потянулась к руке Чарли. — Видимо, она не хотела, чтобы я забыла свой свитер. Гермиона устроилась в седле, прижавшись спиной к груди Чарли, и Шейла начала подниматься в воздух. — Я её не виню, drаga mea, от тебя так вкусно пахнет. День 5 Шла вторая ночь их перелёта в Новую Зеландию, и Шейла уже показывала отличное время. Они уже некоторое время летели над водой, но вдалеке показались огни. Гермиона достала карту и увидела, что они находятся у южного побережья Индии. До рассвета оставалось ещё пара часов, так что, похоже, этот день они проспят на Шри-Ланке. — Жаль, что мы не можем задержаться во всех этих странах, над которыми пролетаем, — сказал Чарли, вторя её мыслям. — Я только что думала о том же. Но мы летим достаточно быстро, так что у нас будет время побыть в Новой Зеландии. — У меня есть друг, у которого домик в Австралии — на пляже в Перте, если хочешь, можем туда съездить. Он делает татуировки. — Чарли постучал пальцем по её бедру. — Я всегда хотела съездить в Австралию. Мне только нужно купить купальник. — Один из тех маггловских, которые в основном из верёвочек? — Только если ты наденешь что-нибудь подобное. — Drаga mea, я хоть голым выйду на пляж, если ты захочешь. Гермиона повернула голову и поцеловала его. Своим постоянным флиртом Чарли заставлял её чувствовать себя самой сексуальной женщиной на свете. Она не собиралась ходить по пляжу голой, но если он хотел увидеть её в бикини из верёвочек, она не стала бы ему отказывать. Его рука соскользнула с её бедра и просунулась в брюки, уводя её мысли от пляжа к мужчине, который её обнимал. Он остановился на верхней части её трусиков. — Можно? — Ты можешь трогать меня, Чарли. Они оба застонали, когда его грубые пальцы впервые скользнули между её влажных губ. Его пальцы — большие и мозолистые — ощущались совсем не так, как её собственные. Она откинула голову ему на плечо и повернулась, чтобы поцеловать его в подбородок, пока его пальцы продолжали ласкать её. — Ты такая влажная для меня. Тебе хорошо со мной? — Да, Чарли. Очень хорошо. Потрогай мою грудь, пожалуйста. — Раз уж ты так вежливо просишь. Его свободная рука скользнула под её футболку и приподняла её. Готовая предстать перед ним, Гермиона наклонилась вперёд и сняла футболку, а затем расстегнула переднюю застёжку лифчика. Стянув его, она запихнула обе вещи в бисерную сумочку, которая висела у неё на груди. Она всхлипнула, когда рука Чарли выскользнула из её трусиков, но улыбнулась, почувствовав, как он снимает свою футболку и кладёт её рядом с её одеждой. — Я хочу чувствовать твою кожу своей, — объяснил Чарли. Его кожа была горячей на её коже, когда она откинулась на него. Он положил её голову себе на плечо, одной рукой снова скользнув между её бёдер, а другой начал ласкать её грудь. — Так ты ласкаешь себя, когда остаёшься одна? — спросил он, пощипывая её сосок. — Можно, я открою тебе секрет? — спросила она, но не стала дожидаться ответа. — Когда я получала твои письма, я читала их в постели. Я задёргивала полог и раздевалась догола, прежде чем сломать печать. Я читала твои слова, поглаживая свою киску. — О черт, Гермиона. Каждый раз? — Каждый раз. Я держала пергамент прямо над лицом, чтобы одновременно мять свою грудь. — Покажи мне, пожалуйста. — Ну, раз ты так вежливо просишь, — поддразнила она, повторяя его слова. Она подняла руку и сжала свою освободившуюся грудь, начав катать сосок между пальцами. Как только она это сделала, Чарли повторил её движения на другой груди. Вторую руку она засунула в брюки и отвела его пальцы от клитора. Он опустил их ниже и, дождавшись её кивка, ввёл один палец внутрь. — Твой палец намного толще моего. Мне нравится это ощущение. — Я хочу, чтобы ты кончила на мою руку, drаga mea. Ты сможешь это для меня сделать? Гермиона начала тереть клитор в такт с тем, как Чарли вводил и выводил свой палец из неё. Она чувствовала, как его эрекция упирается ей в спину, и отчаянно хотела прикоснуться к нему, но держала руки на своём теле, как он и просил. Грязные словечки срывались с губ Чарли, пока его палец двигался всё быстрее. — Мне нужно больше, Чарли, — взмолилась она. Он вынул палец из неё, но прежде чем она успела потребовать, чтобы он вернул его обратно, она почувствовала, как её тело растягивается, когда он ввёл в неё два своих толстых пальца — глубже, чем раньше. Он коснулся места внутри неё, до которого она никогда не могла дотянуться сама, и её мир словно взорвался. Резкая боль пронзила её, когда Чарли впился зубами в её плечо, и она почувствовала, как по спине расползается влага. — Я кончаю в штаны, как подросток, когда я с тобой, ведьма, — сказал он, прежде чем его магия омыла её, устраняя последствия их близости. — Ты сам это начинаешь, — запротестовала она. — Вот так трогаешь моё бедро. — Ты бы предпочла, чтобы я держал руки при себе? — Даже не смей, драконище. День 6 Они приземлились на маленьком островке у берегов Индонезии прямо на восходе солнца после третьей ночи в воздухе. Это была их последняя остановка перед тем, как на следующее утро они прибудут на Южный остров Новой Зеландии. Гермионе было грустно, что полёт подходит к концу. Конечно, приятно будет снова оказаться на земле, но она будет скучать по Шейле и долгим разговорам с Чарли. Она никогда не встречала человека, с которым могла бы так разговаривать. Он был невероятно умён, и, хотя их интересы не всегда совпадали, ему было интересно то, что она говорила, и он понимал бо́льшую часть того, о чём она рассказывала. За несколько часов она узнала от него о магических существах больше, чем за два года занятий у Хагрида. Одной вещью, которая удивила её, было то, как сильно ей нравилось слушать его рассказы о квиддиче. Когда об этом говорили Рон, Гарри или Джинни, она невольно отключалась. Чарли же говорил с такой страстью и так терпеливо отвечал на её вопросы, что она поймала себя на мысли, что с нетерпением ждёт следующего матча. Когда она выразила желание посмотреть, как он играет, он пообещал устроить товарищеский матч с другими укротителями драконов, как только они вернутся в заповедник. Она смотрела, как Чарли устанавливает защитные чары вокруг места, где они собирались разбить лагерь. Большинство из них она узнала по урокам Билла после четвёртого курса, но одно было ей незнакомо. Когда она спросила, Чарли смущённо признался, что это чары для защиты от солнца. По его словам, ему было проще просто наложить их на всю территорию. Несмотря на раннее утро, в их маленькой палатке под деревьями у самого пляжа было жарко. Чарли наложил несколько охлаждающих чар, и она вздохнула с облегчением, когда они подействовали. Земля задрожала — Шейла плюхнулась прямо перед пологом палатки, как обычно, — и Гермиона свернулась калачиком рядом с Чарли, позволив сну увлечь её за собой. Гермиона проснулась, когда на улице было ещё светло. Она взглянула на часы Чарли. Четыре часа дня — а значит, до заката оставалось около двух часов, а до темноты, достаточной для вылета, — около трёх. Они проспали уже восемь часов, и она по опыту знала, что Чарли скоро проснётся. Выскользнув из кровати, она направилась в ванную в палатке и в который раз возблагодарила магию. Она даже представить себе не могла, насколько неудобным было бы это путешествие, если бы ей приходилось прятаться в деревьях по нужде и не было возможности мыться каждый день. — Доброе утро, — поприветствовал её Чарли, когда она вышла из ванной. — Я заварил чай. — Доброе утро. Она улыбнулась, когда он направился в ванную. Чарли всегда заваривал чай первым делом с утра. Было обидно находиться в магической палатке и не иметь возможности колдовать. Она не могла даже вскипятить воду, потому что для этого нужна была палочка. К счастью, Чарли хорошо готовил и не отказывался кормить их обоих. По крайней мере, она могла делать бутерброды, которые они ели в полёте, и она принялась за них, пока Чарли был в душе. — Как думаешь, здесь безопасно купаться? — спросила она, когда он вышел. — Наверное, но я думал, у тебя нет купальника. Вода у их палатки была кристально чистой, и, когда они пришли, она с удовольствием окунула в неё пальцы ног, радуясь, что вода тёплая. — А он мне нужен? — Она рассмеялась, когда у него отвисла челюсть и он попытался что-то сказать. — Я просто поплаваю в бюстгальтере и трусиках, чтобы не слишком тебя искушать. — Женщина, — сказал Чарли, обнимая её, — ты будешь искушать меня, что бы на тебе ни было. — Составишь мне компанию? Гермиона стояла по грудь в воде и смотрела, как солнце садится над Индийским океаном, а Чарли держал её в объятиях. Последний час они играли в воде, и Гермиона не хотела, чтобы этот момент заканчивался. Волан-де-Морт и Министерство были за целый мир отсюда, и она не была уверена, стоит ли вообще возвращаться в Англию. Ей хотелось просто остаться здесь и быть счастливой. Но она не могла. Гарри нуждался в ней. — Нам нужно привести себя в порядок, — сказал Чарли, но по его тону было ясно, что он не хотел уходить не меньше, чем она. Они зашли в палатку, и Гермиона велела Чарли принять душ первым, пока она принесёт что-нибудь попить. Она дала ему пять минут, чтобы привести себя в порядок, а потом постучала в дверь и открыла её. Он стоял за прозрачной душевой занавеской с открытым ртом, явно потрясённый, с твёрдым членом в руке. Она ничего не сказала, просто зашла в душ вместе с ним. Не дав ему опомниться, она взяла его член в руку. — Гермиона? — Пожалуйста? Позволь мне это сделать? Он кивнул, и она усмехнулась, опускаясь на колени и проводя языком снизу вверх по его члену. Она старалась сохранять невозмутимое выражение лица, осыпая его поцелуями и нежно посасывая, но это было трудно. Она никогда не видела пенис так близко, но даже она понимала, что Чарли — очень удачливый мужчина. Поцеловав головку его члена, она скользнула ртом по его стволу, пока не почувствовала, что он упёрся в её горло. Под звуки его стонов она задала ритм: проводила языком по нему, сильно посасывала кончик и позволяла ему глубоко проникать в её рот. Его руки запутались в её волосах, но он не направлял её движения. Она подняла руки — одной обхватила ту часть члена, до которой не могла дотянуться ртом, а второй играла с его яичками. — Я сейчас кончу, — сказал Чарли, и руки на её голове начали оттаскивать её. Гермиона воспротивилась его рукам и толкнула его член глубже в рот, пока не взяла его целиком. Она почувствовала, как его член начал подрагивать, а яйца напряглись, прежде чем его сперма наполнила её рот. Она проглотила всё, стараясь ничего не пролить. Чарли вытащил член у неё изо рта и поставил её на ноги. Как только она выпрямилась, его губы прижались к её, и он просунул язык в её рот. Гермиона открылась ему, позволяя почувствовать вкус его же спермы на её языке. Он отступил и начал опускаться на пол, но она остановила его. — Я хотела сделать это только для тебя, — сказала она. — Но я тоже хочу, — сказал Чарли. — Я знаю, но у нас мало времени. Потом? — Потом. Примечание автора: Если тебя никогда не лапали верхом на драконе — можно ли считать, что ты вообще жила?