And Home Followed With Us // И дом последовал за нами

      Я наблюдал за сном Рокки пять часов и печатал чрезвычайно подробные заметки по биологии, которой он со мной поделился. Я отмечал все мельчайшие привычки и черты личности, которые успел заметить. Эти «жуки» будут набиты под завязку, и если мне было что сказать по этому поводу, то я не собирался оставить хоть что-то незадокументированным. У нас уже были записи с веб-камеры наших разговоров с Рокки, и я собирался продолжать в том же духе. Мы не будем единственными людьми, встретившимися с эридианцами, возможно, пройдёт сотня лет, но это случится, и им нужно будет знать, насколько они удивительны. Земля будет спасена, чёрт возьми, и ценой этого будет необходимость прочитать каждую мелочь, что я запишу. Моя новая миссия — сделать так, чтобы тот, кто прочитает журналы «жуков», просто возненавидел меня.       Я открыл ноутбук Илюхиной, когда Рокки начал шевелиться, расправляя ноги.       — Привет. Спать хорошо. Готов отправляться к четыре планета.       — Ага, мы тоже.       — Хорошо хорошо хорошо! Грейс идти на корабль, я изменю туннель.       — Окей. Нам всё равно нужно поесть, — кивнул я.       — Грейс в порядке, вопрос?       Чёрт, у него был чрезвычайно развит не только умственный, но и эмоциональный интеллект. Это было нечестно.       — Эм, ага. Просто голоден, — солгал я. — Ворчливый с голоду.       — Грейс не ел, чтобы смотреть, как я сплю, спасибо спасибо спасибо. Забери остальные вещи из туннель, чтобы я мог работать, и иди есть. Я вернусь, чтобы проверить навигация расчёты с Ли-Джи, прежде чем мы улетим, и я убрать туннель. Не потому что мне не нравятся его расчёты, а потому что я уже быть у четыре планета, — уточнил он.       — Без проблем. — Я показал ему палец вверх, и он показал мне палец вниз. Я улетел обратно с матрасами и сумкой наших инструментов и электроники. Закрыл за собой шлюз, чтобы он мог сделать те модификации, о которых говорил. Возможно, улучшенный механизм герметизации, чтобы мы могли легче стыковать и расстыковывать корабли без металлического суперклея.       У меня был буррито с говядиной и овощами, который я не доел, и Яо выглядел очень разочарованным по этому поводу. Я устал от буррито. Я подумывал о том, чтобы порыться в корабельных запасах в поисках чего-то другого, как это сделала Илюхина, но у меня не было ни сил, ни аппетита. Яо и Илюхина вернулись на командную палубу, чтобы проверить навигационные системы, а я попытался вздремнуть. Это у меня тоже не получилось, так что через некоторое время я присоединился к ним.       Я бегло просмотрел расчёты Яо и показания навигационного компьютера, но я не особо разбирался в управлении кораблём, так что мне всё казалось правильным.       — У нас достаточно топлива, чтобы добраться до Тау Кита e и вернуться к «Объекту А»?       — Да, — сказал Яо. — Есть небольшой запас для корректировки курса или удержания позиции на орбите.       — Ладно. Рокки сказал, что вернётся в туннель, чтобы проверить навигацию, прежде чем мы все отправимся в путь. Убедиться, что мы правильно наметили маршрут. Второй поворот направо после Марса и всё такое.       — Звучит неплохо, — сказала Илюхина.       Я полетел в лабораторию, чтобы снова чем-нибудь себя занять, напевая: «Surfin' on a sound wave, swingin' through the stars».       Не успел я далеко зайти в своих унылых экспериментах с невесомостью, как услышал знакомый звук шипения воздуха за пределами шлюза. Я поднялся обратно через командный люк.       — Похоже, он вернулся. Он говорил, что будет модифицировать туннель-..       Тук, тук, тук.       — Нетерпеливый малый, — Илюхина подплыла к двери.       — Ну, он ждал пятьдесят лет, — сказал Яо.       Илюхина забиралась в скафандр внутри шлюза; единственный способ открыть внешнюю дверь — это физически стоять в герметичном шлюзе и поворачивать люк. Рокки снова всё разгерметизировал, чтобы работать над туннелем, так что кому-то нужно было надеть скафандр и заново восстановить давление на нашей стороне.       Тук, тук, тук.       Это... было громко для звука, проходящего через стены туннеля. Он не должен был быть таким громким, если на нашей стороне был вакуум.       — 𝅘♩♬!!!       Так, это было прямо за дверью. Я схватил ноутбук Илюхиной.       — Здесь земная атмосфера!!! — он практически кричал. Наш слух был не настолько плох. — Не нужен скафандр, Олеся!!!       Это... породило больше вопросов, чем ответов. У него был запас кислорода? Как он мог быть так близко к двери, если там земной воздух... ах, робот постучал за него. Илюхина пожала плечами: мы доверяли этому парню, так что давайте сделаем это. Она помогла мне отключить механизм вентиляции шлюза. Ему это совсем не нравилось — тут же заорали все сирены. «Эй! Идиот! Ты собираешься выстрелить себя из воздушной пушки, как футболку на бейсбольном матче! Только толпа — это холодный смертельный вакуум космоса! Тебе действительно стоит пересмотреть это решение!»       После долгих нажатий кнопок Илюхина наконец открыла дверь. Никакого потока воздуха или чего-то драматичного, просто как открыть входную дверь. Сам туннель выглядел не сильно иначе: только прозрачная стена на полпути между кораблями стала прозрачной шлюзовой камерой, примерно такого же размера, как наша, и занимала всю окружность туннеля. Алюминиевая обшивка Рокки всё ещё покрывала его сторону туннеля, даже мои лампы всё ещё были приклеены к стене, хоть и были выключены.       — Привет!!!       Я посмотрел вниз. Рокки был прямо за дверью, паря ниже уровня пояса. В шаре. В прозрачном ксенонитовом шаре для хомяков. Ну, это была уже не сфера, больше похоже на неровный икосаэдр — это для тех, кто шарит в настолках, и пусть никто не говорит, что я был не разносторонним гиком. На нём был маленький рюкзак в дополнение к сумке для инструментов: тонкая металлическая коробка, лежащая на верхней части панциря, с ремнями из того же бежевого материала, что и сумка, которые проходили под двумя его плечами. Вот над чем он работал.       — Я сделать шар, чтобы не умереть в земная атмосфера, я войду внутрь сейчас, вопрос?       — Эм... что, — сказал я очень умно.       — Мы лететь к четыре планета вместе, узнать, как убить астрофагов. Отправляться сейчас. Я не могу взять мой корабль, нужны дни, чтобы сделать больше радиационной защита в комнате, где находится управление пилота. Объём вашего корабль слишком мал, чтобы вместить площадь алюминия, мне нужно полная защита для мой корабль. Поэтому вместо этого я буду использовать своих астрофагов, как делает человеческий корабль. Это всё равно требует время. Могу починить мой корабль, но починю позже, когда у нас будет ответ и я вернусь на корабль. Человеческий корабль в безопасности сейчас, лететь сейчас. Это нормально, вопрос?       — Эм... к-конечно, — сказал Яо. Он тоже был ошеломлён. У нас были гости на космическом корабле. Это всё ещё считалось вторжением инопланетян, если он спросил разрешения? Подождите, палец вверх-.. он был межпланетным автостопщиком!-.. ох, перестань паниковать.       — Счастлив счастлив счастлив! Я принести инструменты и ксенонит, чтобы поделиться с Олесей, — он указал конечностью направо, и я высунул голову за порог, чтобы увидеть несколько... бежевых сумок, парящих вокруг. Он действительно переезжал. Так что насчёт соблюдения дистанции...       — О, мой Бог, да, да, да, — заликовала она. — Инопланетный Морозко.       — Грейс показать мне человеческую науку и технологии на корабль, нужно увидеть всё. Человеческая наука о жизни более потрясающая, чем эридианская.       — Экскурсия по лаборатории! Да! ...А как ты будешь двигаешься, если не можешь коснуться земли?       — Добрался до шлюза с помощью магнитов, — он указал на металлические перила вдоль туннеля. — Ваш корабль не магнитный. Ты нести, пока корабль не ускорится, потом я двигаться в гравитации. Спасибо.       Илюхина пошла забирать свои подарки, а я по просьбе Яо подтолкнул Рокки к нему, и они некоторое время проверяли навигационные расчёты и управление кораблём. Его шар был очень хорошо изолирован — не теплее меня, хотя внутри была настоящая печь. Я спустил его в лабораторию с немного большим трудом. По сути, Рокки не был тяжёлым — гравитации не было, чтобы он весил — но он всё ещё был из металла, что означало безумную инерцию. Требовалось усилие, чтобы сдвинуть его, а потом он уже не останавливался. Я приложил слишком много силы, и его шар с ужасным грохотом влетел в лабораторный стол.       — Прости... — я вздрогнул.       — Ещё раз.       Я подавил смех.       — Я рад, что тебя это веселит. Но я могу разбить лабораторное оборудование, если сделаю это снова... Какая у тебя масса?       — Сто шестьдесят восемь килограммов.       — Воу! А на Эриде гравитация вдвое сильнее земной. — Он весил 800 фунтов на своей планете — как рояль, не спрашивайте, откуда я это знаю. — На Земле я вешу 200 фунтов-.. эм, то есть 90 килограммов.       — У Грейса нет массы. Логично, у вас есть плотность воды, кислорода и углерода.       — Верно.       — Показать мне человеческие научные инструменты!       — О, тебе не стоило этого говорить...       Мы говорили о лабораторной науке четыре часа. Рокки был материаловедом и инженером, прямо как Илюхина. Он рассказал мне об эридианском научном оборудовании, с которым был знаком, а это было много, но он почти ничего не знал о биологии, кроме своей собственной. Справедливо, у каждого есть своя специализация, и его не была наукой о жизни, зато он знал о ракетостроении и физике больше меня. Мы много говорили. Его двигатели работали аналогично нашим спин-двигателям, хотя могли создавать даже большую тягу, потому что эридианские тела могли выдерживать более высокие перегрузки в течение длительного времени. Им потребовалось три года, чтобы добраться сюда, и это даже не на полной мощности двигателей, потому что его команда по пути занималась космической съёмкой, астрономией и другими экспериментами в условиях низкой гравитации. К сожалению, у его корабля не было запасных двигателей, как у нас, некоторые сломались за пятьдесят лет, что он пробыл в Тау, и он не мог их починить, потому что не мог покинуть корабль. Но работающих двигателей всё ещё было достаточно, чтобы вернуться домой быстрее, чем занял путь сюда, заверил он меня.       Время от времени Илюхина пролетала через лабораторию по пути в общежитие с очередной сумкой Рокки. Он принёс с собой кучу барахла. Основную часть составляли инструменты, но был и жидкий ксенонит для изготовления и ремонта, упакованная эридианская еда (инопланетное мясо, они были хищниками!!), одежда с ремнями и металлом, а также много баллонов с его сжатым воздухом и астрофагами. Я старался не думать о том, что баллоны с воздухом находились под таким давлением, что по сути были бомбами.       — Спасибо за относить всё, извинение, не могу помочь, — пропел Рокки.       Илюхина отряхнула руки после того, как оставила последнюю сумку в хранилище.       — Без проблем, пока что они ничего не весят. Для чего нужны астрофаги?       Рокки указал на свой странный металлический рюкзак:       — Астрофаги всегда 96,415 градуса. Моё тело нагревать мой воздух, астрофаги в устройстве охлаждать Рокки. — Точно, его внутренняя температура была почти 600°F. Астрофаги могли бы сварить нас, но для него это был прохладный свежий кондиционер. — Эридианский воздух, астрофаги и ксенонит для системы жизнеобеспечения в туннеле внутри человеческий корабль, чтобы Рокки мог выходить из шар и передвигаться. Только если команда-друзья согласны. Мне нужно меньше места, чем вам, я сделаю туннель маленький и близко к потолок. Вы не можете ходить по потолок в гравитация, верно, вопрос?       — Верно, мы не можем лазить по стенам, как ты, — сказал я. И это было справедливо, я бы тоже не хотел сидеть в шаре следующие несколько недель.       — Меня устраивает, — пожала плечами Илюхина. — Но как ты будешь входить и выходить из туннеля и шара без утечки воздуха?       — Шар соединится с туннель, полная герметизация ксенонитом, как туннель на корпусе корабля. Я останусь в туннель на время полёта, отсоединю шар, когда нужно будет покинуть корабль. Олесе придётся построить для меня туннель, я не могу использовать руки внутри шар. Я объясню, чтобы помочь, и я могу создать вакуум и заполнить воздух сам. Снова вакуум после того, как я уйти, замена на кислород для вас и разобрать туннель. Возможность построить шлюз после строительства туннеля, как шлюз в другом туннеле, — он махнул рукой в сторону нашего шлюза наверху. — Для обмен предметами. Я могу сделать и это.       — Надёжный план, — кивнула она. — Мне не нравится, что в этом долбаном гробу становится ещё меньше места, но работа с ксенонитом это компенсирует.       — Олеся говорить это слово много-..       Я перебил:       — Эй, Рок, я уже показывал тебе 3D-принтер?       — Нет! Волнение! Показать сейчас.