Его Высокопреосвященство

      — Это весьма опасно, господин, — обратился к Олегу Кирк, — Такое предложение…неожиданное и весьма несвоевременное.       Олег сидел за столом в своей келье погруженный в мысли. Он созвал своего рода небольшой совет, куда вошли Элберт и Кирк, двое его самых доверенных слуг, за неимением других, но ему хотелось выслушать, что они скажут. Однако, септон понимал, что решение уже принято, что бы они не сказали, да и к тому же, от таких предложений не отказываются. — Семеро благословят меня на этот поход, — устало повторял вновь и вновь Олег. Путешествие с Тарта до Скорбящего городка далось ему тяжело. Ему казалось, что тут и там за ним наблюдают тысячи глаз, словно он в одночасье стал значимой фигурой.       Всё это, конечно, ложь. Никаким значимым человеком он не стал, лишь выдавал желаемое за действительное. Ответ крылся в лорде Баклере. Услышав об успехах сына, он решил претворить свой план в действительность и намекнул Ренли, как увеличить влияние штормовых лордов в Королевской гавани. Так по крайней мере думал сам Олег.       Кирк ходил по келье, явно не понимая, почему Олег должен бросать их и уезжать в Королевскую гавань, когда он вполне успешно проповедовал и здесь. Олег готов был с ним согласиться. Всё это было слишком поспешно, но другого шанса может и не представиться. — Это судьба, которую мне уготовили боги, — наконец произнёс Олег, уперев руки в поверхность стола и поднявшись, — Лорд Ренли — брат короля, и если он считает, что ему нужен советник из нашей святой веры, то волен требовать любого септона подле себя.       Элберт всё это время сидел тише воды, ниже травы. Он тоже, подобно Кирку, не понимал почему его господин должен покинуть их. Он ещё не знал, что Олег не собирался оставлять такого верного слугу в захолустье и оставаться без поддержки в неизведанном ему месте.       Ему требовался слуга, который безропотно выполнит любой его приказ, и Элберта он видел таковым. — Лорд Ренли явно не любит ждать, — смягчил их спор Олег, — Я подумаю ещё, но ответ, который будет мной дан, вы должны принять оба.       Кирк и Элберт кивнули. Они ушли, а вместо них в келью вошёл Джой. Кирк сумел уговорить родителей мальчика отдать того на обучение в септу. Он продолжил обучение своего служки, давая ему возможность в равной мере учиться и наслаждаться свободой, которой дома у него не было. — Что-то прикажите, господин? — Джой был в серой робе, чем-то напоминающей мейстерскую, но всё же волнистые узоры и звезда на шее говорили о том, что мальчик посвящён в таинство Семерых и в будущем может стать септоном. — Мне нужно подумать, — отозвался Олег, переходя на свою скрипучую и неудобную, но всё же такую родную кровать, по которой он успел соскучится за время своего пути. Он и представить себе не мог, что путешествовать на лошади ужасно неудобно. Он отбил себе все ягодицы: септонская роба совершенно не защищала от подобных испытаний его святейший зад, — Зайди через какое-то время и разбуди меня, а также стол накрой, я буду голоден.       Джой кивнул и скрылся за дверью. Мальчик к каждому из жителей септы относился по-разному. К Кирку, который последние два месяца обучал его в отсутствие Олега, он проникся ученическими чувствами, самого септона он тоже уважал, но это было уважение, совмещённое с легким трепетом. Олег не сказал бы, что он внушал некий страх в сердца людей, но его пламенные речи вселяли нечто в сердца черни, на рыцарей и лордов они пока не действовали, возможно потому что к нему в септу одни заходили редко, а вторые не появлялись вовсе.       К Элберту Джой относился как к своему младшему брату, хотя первый служка и был его старше, он всё же не смог до конца пройти обучение и стать в дальнейшем септоном, но Элберт не жаловался. Джой помогал ему по церкви и в конюшне, когда тот просил, а в свободное от обязанностей время они могли позволить себе сыграть в некую игру, правила которой Олег так и не понял.       Улегшись на кровать, септон медленно закрыл глаза. Вера уже плотно вошла в его жизнь, и он, скорее по привычке, нежели почему-то ещё, прошептал короткую молитву, прежде чем очутиться в царстве снов.

***

— Значит, решили уехать, — голос Кирка был спокоен и уже не излучал того недовольства, которое он выразил своему господину пару часов назад, — Но что будет с септой?       Олег улыбнулся. Кирк определённо был хорошим и способным септоном, и он готов был доверить ему эту должность, но с одним условием. — Вряд ли эта септа будет скучать по такому как я, — тяжело вздохнул Олег. Он выдал столько разочарования к самому себе, что сам этому удивился, — Если бы не Семеро, я бы продал всё. Теперь мне предстоит продолжить искупление в руках надежных господ. Слуга понимающе кивнул. — И всё же, — Олег продолжил, — Ты прав, эта септа — всё что у меня было, я отдал ей часть своей жизни и не смогу забыть её. А мои прихожане, эти люди заслуживают того, чтобы слово Семерых и дальше было направлено в их сердца.       Кирк слушал затаив дыхание. Ещё бы, ведь в этот момент решалась его судьба. Решать её конечно же будет септон, коим и был Рей. Парнишка в первый день ещё сомневался, что сможет служить у человека с репутацией пьяницы и расточителя, но септон Рей показал себя с лучшей стороны. — Ваша воля для меня закон, подобно тому, как говорят Семеро, я приму любое ваше решение. — Семеро не желают, чтобы такой хороший слуга, как ты, исчез где-то в трущобах, — хмыкнул Олег, спрятав руки в широкие рука робы, — Кроме того, я не зря столько работал на то, чтобы восстановить хозяйство.       Он сделал паузу. Стоит ли говорить ему о том, что он думал, а точнее — знал. — Там, куда я отправлюсь, мне будут не рады, — таинственно произнёс септон, наклонившись к самому уху служки, — Я вряд ли вернусь, но всё же ты должен знать, что я отправляюсь не для того, чтобы потешить свое самолюбие.       Кирк слушал. Речь Рея становилась всё тише и тише. Вскоре, ему пришлось напрячь весь свой слух, чтобы хоть немного слышать, что ему говорит его господин. — Лорд Ренли знает, что в столице всё пропитано гнилью и неверием, люди давно отошли от Семерых, да и чего врать самому себе, некоторые служители нашей святой веры также уже не способны видеть истину. Лорд Ренли верит, что я смогу помочь ему и восстановить доброе имя нашей прекрасной церкви. — Это большая честь, мой господин, — одухотворенно произнес служка, — Если бы я мог отправиться с… — Ты не можешь, — наконец-то подвёл в итог Олег, ему нравилось, что он получит ниточку, за которую можно будет дергать и в случае чего иметь запасной вариант, где можно будет получить кое-какие средства, — Поэтому ты и станешь новым септоном этой прекрасной септы.       Кирк еле сдержался, чтобы не обнять Рея. Это септон видел отчётливо. Молодой служка не мог поверить, что он прошёл испытания и теперь имеет собственную септу. — Благодарю…господин! — Боги так желают, — пожал плечами Олег, — Но ты должен знать, что именно этим ты и будешь помогать мне наводить порядок в столице. Готов ли ты? — Готов! Только скажите, и я примчусь к вам!       Олег хитро улыбнулся. Именно это ему и требовалось. Верный и покорный септон, вдали от жабьего гнезда, где каждый думает только о себе. Конечно, его могут заподозрить, а некоторые даже начнут искать его покровителя, коим будет невзрачная септа на краю Скорбящего городка, но до этого момента пройдет слишком много времени, а он сможет придумать, как защитить своих людей. — Надеюсь, что это не потребуется, — сказал Олег, слегка приобняв Кирка, — Мне нужны будут твои способности здесь. Насколько ты знаешь, каждый септон имеет право использовать свой приход для поддержания своих…определенных нужд. Я хочу, чтобы ты продолжал укреплять хозяйства нашей септы и присылать мне часть тех средств, которые выручишь от наших септонских земель.       Если у Кирка и возникли сомнения относительно подобной просьбы, он быстро их отмел. Всё же, он верил в то, что Олег едет действительно защищать Семерых и искоренять ересь в столице, а он становится его доверенным слугой. — Кроме того, я надеюсь, что ты продолжишь учить, как это делал я. Чем больше мы наставим людей на истинный путь, тем проще в дальнейшем будет нам…шпи… следовать заветам Семерых, — быстро поправил себя септон. Он увлёкся, уже предвкушая, как будет дергать за ниточки. Следовало быть осторожным и остудить свой юношеский пыл. Игра, в которую он забрался, была опасна и на кону стояла его жизнь, а также жизни Кирка и Элберта, если второй служка отправится с ним. Не хотелось, чтобы от его ошибок пострадали невинные. — Я сделаю всё, что вы скажете! — наконец-то кивнул Кирк. — Замечательно. И ещё, — Олег огляделся и, удостоверившись что никого рядом нет, сказал, — Я заберу с собой Элберта, он служил со мной давно и знает меня лучше, кроме того, он уже прекрасно разбирается в том, что требуется септе. — А он об этом знает? — Пока нет, вот я прямо сейчас иду к нему, — солгал Олег.       Пару часов ранее. — Вы зовете меня с собой?! — пораженно пропыхтел Элберт, натирая бока лошади.       Подобного предложения он точно не ожидал. Его не было с Олегом во время разговора с Ренли, поэтому известие о том, что его господин намерен покинуть их, служка воспринял довольно болезненно. Септону предстояло вернуть слугу в строй, и нет ничего лучше, чем вновь продемонстрировать ему свое безграничное доверие. — Мне нужен верный слуга, тот кто верил в меня подобно тому, как я верю в Семерых, — вновь включил свои ораторские способности Олег, — Когда я продал почти всю септу, ты не оставил меня, а продолжал ухаживать и помогать мне. Не бросил ты меня и после моего просветления.       Элберт смущённо зарделся, выронив щётку из рук. Таким одухотворённым своего господина он ещё не видел. — Если только вы прикажите, — произнёс он, выпрямляясь на столько, на сколько позволяла его сгорбившаяся спина. Олег видел, с каким усердием старается служка, чтобы оправдать подобное доверие, а потому поднял руку и похлопал своего верного слугу по плечу. — В этот раз я не собираюсь приказывать, — покачал он головой, — Лишь попрошу тебя сунуться со мной в логово змей. Нас там не ждут и не любят, но мы сделаем всё, чтобы со временем у нас было и то, и другое. И мне было бы проще, будь со мной человек, которому я могу безгранично доверять.       Элберт откровенно расплакался. Таких слов он вряд ли слышал от Рея, тот не шпынял своего слугу, но и похвалы от него не слышалось. От всхлипов служки, кони вздрагивали и пыхтели, выражая свое недовольство, но Элберту было не до них. — А-а… Кирк? Он знает? — Конечно, я его уже предупредил, — уклончиво произнёс септон, — Мы двинемся через неделю, в этот момент, я надеюсь, мы проведём всю подготовку, и мне понадобится твоя помощь.

***

      Олег не собирался рваться в Королевскую гавань без разведки. Он направил пару писем лорду Ренли, в котором вновь подтвердил своё желание присоединиться к свите Баратеона. В нём же он также попросил взять с собой одного из слуг, дабы ему не отвлекать людей лорда Ренли.       Сидя за столом и выводя очередную букву, Олег немного пожевал кончик пера. Ему также следовало попросить что-то, дабы сохранить свои тылы и не потерять то немногое, что он сумел приобрести за полтора года своей службы в септе Скорбящего городка. Кирк был подходящий кандидат, но напрямую просить о его назначении он не мог. Немного подумав, Олег написал: «Подобно тому, как меня призвали Семеро к службе в Красном замке, я прошу принять мой совет к сведению, милорд. В округе нет человека, способного сохранить всё, что я смог восстановить для своей славной септы. Мой слуга Кирк внимал каждому моему слову, и он знает, как тяжело мне давалось искупление моих грехов. Кроме того, он служит в Штормовых землях верой и правдой ради ваших поданных и будет верен вам также, как верен Семерым. Я не могу взять его с собой, но будучи обученным он мог бы приглядеть за септой до нахождения достойного кандидата на должность септона. Однако, я уверен, что его мудрости хватит на то, чтобы продолжить мою службу Семерым в славной септе Скорбящего городка и в мое отсутствие. Полагаю, что Штормовой септон найдёт мои слова правдивыми».       Письмо вышло складным, но в тоже время немного запутанным. Ренли не был глупцом и должен был понять, на что намекал Олег. Прямо просить о назначении Кирка септоном он не решился. В случае если его план не удастся, Олег оставил кое-какие указания Кирку. Так или иначе, до того момента, как Олег прибудет в Королевскую гавань, Кирк успеет какое-то время поруководить септой, а дальше…что ж, жизнь служки не так и плоха.       Олег отдал письма Элберту и притянул свою новую книгу. Он назвал её «Правдивое слово». В ней, Олег размышлял о том, как с помощью слов и наставлений сплотить чернь и обычных крестьян, дабы те правильно понимали учения Семерых и добровольно шли к септонам и септам.       Также, Олег прописал в ней несколько своих проповедей, расписав несколько притч из своего мира, и приводил примеры, в каких направлениях их следовало применять во время церковных служб.       И ещё. Олег настоятельно советовал септонам не бросать чернь и простых людей. Зазывать их в септы в минуты опасности и просто ради того, чтобы показать им истинный путь Семерых.       «Через добро и учения, увидят они свет Семерых. Тогда и в септы потянутся и доверие придёт».       Олег не верил, что одной книгой он сможет сагитировать септонов открывать школы, но о его небольшой школе слава разлетелась по местным деревням. Некоторые уже приходили и просили взять своих детей на обучение. Те, кто понимал зачем это, могли получить грамотных помощников в своем ремесле, а те, кто нет, планировали пристроить голодный рот в столовую его септы.       Олег пока боялся принимать такую ораву, поэтому Кирку он приказал брать не больше пяти учеников: троих детей ремесленников и двоих детей крестьян. Не следовало обделять их, иначе он мог растерять паству, пусть даже он не будет здесь больше жить. О нём должны говорить и упоминать даже после его отъезда.       «Правдивое слово» Олег отдал Кирку и потребовал в кратчайшие сроки переписать его. Это было нужно для его дальнейшего плана. Элберту такое дело он поручить не мог. Хоть служка и научился писать, он делал это медленно, криво и допускал много ошибок. В то время как Кирк писал довольно быстро.       Олег позволил своему будущему преемнику, по крайней мере он надеялся, что так и будет, работать по ночам в его келье. И уже к концу недели копия книги была готова. Она не была толстой, это всё, что Олег успел написать за тот срок, что был в походе на Тарт, но он планировал дополнить её. Также, он хотел написать ещё парочку трактатов, но времени на них у него пока не было. — Твоя книга, — сказал Олег, передавая копию своей книги Кирку. Он сделал для неё мягкую обложку из овечьей шерсти и аккуратно сшил, — Ты знаешь, что делать? — Держать при себе, — произнёс Кирк, — Если стану септоном, продолжать переписывать, если нет, то двигаться дальше и нести ваше учение. — Могу на тебя рассчитывать? — Книга необычная, — вместо прямого ответа произнес служка, — Именно этому и учат нас Семеро, лишь вместе мы преодолеем невзгоды. Я сделаю всё, чтобы так думало как можно больше людей.       Олег кивнул.       Ближе к вечеру прибыл Элберт. Он принес письмо от Ренли, в котором тот благодарил Рея за согласие, а также разрешал взять с собой всё, что септон посчитает нужным, в том числе и слугу. На намек назначить Кирка септоном, Ренли отвечал уклончиво, говоря, что его власть не распространяется на священнослужителей Семерых. Там же была приложена печать Штормового септона, где под печатью отчётливо было заметно несколько точек. Так септон указал, сколько он хочет получить за правильное назначение. — Ублюдок, — выругался Олег, сжимая письмо и кидая его в камин, — Отправь ему деньги, — махнул рукой Олег. Рисковать он не намеревался. Пока он был септоном, он все ещё имел право распоряжаться средствами своей септы напрямую. — Роба готова, — кинул напоследок Элберт и указал на толстый сверток, лежавший на кровати.       Олег заранее приказал слуге заказать себе новую робу. Ему хотелось показать, что он не простой септон, а тот, кто имеет определённый взгляд на свою службу, и при этом планировал выделиться на фоне остальных служителей веры Семерых. — Не Верховного септона, но это даже лучше, — произнёс он вслух, развернув свою новую робу. Она была сшита из плотной ткани коричневого цвета. На воротнике были вышиты звёзды, а на рукавах шли полосы, с небольшими ликами всех Семерых, в том числе и Неведомого, хотя Элберт утверждал, что портной, которому он заказал эту робу, сначала не желал изображать его, но в итоге сдался.       Кроме того, Элберт починил обувь Олегу. На Тарт он выехал в сапогах, хотя это и не подходило ему, он не хотел простудится. В септе он носил сандалии, которые также заказал себе. Хотел он этого или нет, но прошлая жизнь давала о себе знать, а Олег привык к определённому комфорту. — Сегодня последняя проповедь? — вздохнул Кирк, заходя в келью. Олег грустно улыбнулся. Ему так и хотелось остаться здесь. В его уютной септе, где после долгих пьянок, он наконец-то смог завоевать любовь и уважение местных, но, попав в этот мир, он дал себе обещание, что даже такое положение направит на благо. Себя или других, неважно. Как выйдет. — Да.       Выйдя в зал, он окинул взглядом прихожан. Их было море. Настолько много, что некоторые даже стояли за дверьми септы и вглядывались, пытаясь увидеть преподобного Рея. — Сегодня, я рад видеть всех вас в этой замечательной септе…       Так начал Олег свою последнюю проповедь в септе Скорбящего городка.

***

      Весь свой путь, который Олег проделал вместе с Элбертом, он старался сделать запоминающимся. Не только для себя, но и для некоторых встречных людей. Он взял с собой столько еды, чтобы ему хватило на раздачу.       Крапинка еле тащила телегу, в которую Элберт по приказу Олега загрузил мешки с зерном и пару бочонков вина. Того самого, что долгие месяцы хранился в подвалах септы. Они останавливались в бедных крестьянских деревнях, где септон благословлял людей, рассказывал им истории и притчи, а также делился едой. Мешки с зерном кончились спустя три остановки. Бочка с вином осталась в таверне, в котором Элберт и Олег остановились на ночлег. По его распоряжению, вином напоили странствующих рыцарей, а один бочонок отдали уже хозяину таверны.       Рыцари от такого подарка готовы были проводить их хоть до столицы, но Олег с улыбкой отпустил их, хотя и боялся за свою телегу. Как оказалось, боялся не зря.       Уже недалеко от Штормового Предела, колесо слетело с телеги, и бедная Крапинка чуть было не сломала ногу. Как они не старались, но вернуть колесо на место у них не вышло. Будь с ними люди, они могли бы нагрузить мощных рыцарских коней своими мешками, но их с ними не было. Телегу было не починить, а их лошади уже выдохлись. — Оставим их здесь, — пришлось приказать Олегу. К тому же, уже темнело, а ему не хотелось стать добычей разбойников. Глупая будет смерть, погибнуть перед замком своего сюзерена.

***

      Ренли встретил его всё той же шикарной улыбкой. При свете солнца, Олег наконец-то смог разглядеть его получше. В книгах Мартина говорилось, что он чуть ли не точная копия молодого Роберта Баратеона, но Роберта Олег не видел, поэтому сравнение провести не мог.       Хоть Ренли и призвал его в столицу с собой, весь путь они не разговаривали. Мастер над законами проводил все время в кругу своих друзей и рыцарей и лишь изредка звал септона со слугой на обед или ужин. В палатке он сидел недалеко от Ренли, но тот лишь спрашивал, нравится ли ему еда и как ему палатка лорда.       Олег старался отвечать вежливо и в тоже время скромно, поддерживая свой образ недалёкого септона, который действительно следует всем заветам Семерых. — Скажите, Рей, до меня дошел слух, что вы обучаете молодых детишек черни неким тайнам. Неужели вы решили забыть законы Цитадели? — спросил однажды Ренли на одном из привалов.       Олег усмехнулся. Видимо, кто-то всё-таки решил попытаться убрать его из свиты Ренли таким вот глупым способом. Неужели они действительно думали, что то, чему учил Олег, могло быть нарушением запрета Цитадели на обучение? — Мой господин, — начал Олег, — Разве существует запрет на то, чтобы мои слуги умели читать и писать? Мои знания распространяются лишь на вопросы веры, но я, будучи когда-то сыном лорда, научился определённой грамоте, а чтобы восстановить хозяйство моей септы, мне потребовались грамотные слуги.       Ответ Ренли определенно понравился. Он что-то шепнул своему мейстеру, и тот, долгое время сидевший угрюмый, наконец-то улыбнулся и даже кивнул Олегу.       Остаток пути они провели без каких-либо конфликтов. Олег благословлял завтрак, обед и ужин, когда требовалось. Проводил время в прогулках по королевскому лесу вместе с Элбертом и рассказывал ему, что он будет делать, как прибудет в столицу.       В одну из остановок, когда Олег сидел за своей книгой на пеньке, к нему подошёл мейстер Ренли. Он представился как Галан. Старик явно не любил длительные походы. На его длинной и тонкой шее выступила жилка, а сам он был белый словно мел. Тем не менее, говорил он твёрдым и решительным голосом. — Мой господин просил передать вам, что вам уготована служба в септе Красного Замка. Этого Олег не ожидал. Он думал, что его определят в одну из септ нижнего кольца города, где он бы полновластно наводил порядок. — Септа королевского замка? — переспросил Олег, не веря своим ушам. — Она самая, — подтвердил Галан, лёгким кивком, — Насколько мне известно, ей руководит септон Дарион, под его руководством находится десять слуг и двое септонов, вам предстоит стать третьим. Но это вам, конечно же, известно. «Нет, конечно!» — взметнулась шальная мысль, но Олег унял её и дрожащим голосом произнёс, — Д-да, но я полагал… — Лорд Ренли знает, но вы должны быть благодарны. Служить в септе Красного замка весьма почётно.       «Золотая клетка», — догадался Олег. Скорее всего, эти септоны принимают молитвы у благородных лордов и девиц, каждый из которых ещё может исповедаться в том, как грешит своей жене или мужу с другим, а ему предстоит просто кивать и говорить, что Семеро их простят. — Не этого я ожидал.

***

      Королевская Гавань встретила их всеми благовониями, которые только могли существовать. Такой вони Олег не помнил даже в своем родном городе. Они въехали в Драконьи ворота, но даже отсюда септон ощутил ужасный запах. Кроме того, здесь было душно.       В отличии от обдуваемых ветрами Штормовых земель, в столице было жарко, шумно и весьма тесно.       На холме он заметил величественный Красный Замок. Им предстояло пройти через все бедняцкие и торговые кварталы, прежде чем они окажутся внутри замка. Олег раздумывал, стоит ли ему начинать выделяться уже сейчас. И пришел к выводу, что медлить нельзя.       Нагнав Элберта, он всучил ему мешочек с серебром и приказал спуститься. Ренли заметил это и замедлился. Слуга септона спешился и взял свою лошадь за поводья. Повесив на пояс мешочек, он встал рядом со своим господином и двинулся уже пешим, высматривая в толпах бедняков.       Олег нахмурился. Бедных здесь хватало. Многие сидели на грязной, мокрой земле, выставив вперед руку и бормоча что-то себе под нос. — Вон, — Олег слегка свесился с лошади и ткнул пальцем в слепого, который размахивал пустой шляпой, прося подкинуть ему пару медяков, — Пять.       Элберт отсчитал пять оленей, и они со звоном упали в шляпу бедняку. — Септон Рей благословляет тебя, — негромко, но чётко произнёс Элберт, Олег для видимости торжественно махнул рукой, — Да защитят Семеро тебя и твою семью. Слепой сначала не сообразил, что произошло, а потом неожиданно хрипло ответил: — Семью? Да была бы она, — устало сказал он, прежде чем облокотиться спиной на столб, — Большое спасибо, господин, проживу ещё пару дней.       Олег немного поник. Люди Королевской гавани оказались не простыми крестьянами Скорбящего городка. Конечно, и там хватало наглых и злобных людей, но столица была наполнена ими. Все, от мала до велика, считали, что им просто обязаны выдавать хлеб и монеты, когда они этого просят, даже если дает септон.       Ренли рассмеялся: — Ваше сердоболие похвально, — улыбнулся Ренли и, достав один дракон, кинул в шляпу слепому, — Но вашу помощь он не оценит. — Семеро говорят, что если ты способен помочь нуждающемуся, так сделай это, — ответил септон, — Я не мог пройти мимо. — Вы не всемогущи Рей, — серьёзно ответил Ренли, — Даже имея всю казну королевства, вы не сможете их прокормить и обеспечить, им всегда будет мало.       С этим трудно было поспорить. Однако Олег делал это не для них, а для себя. Рано или поздно, это возымеет эффект, а пока что он продолжит играть свою роль.       Возле ворот Красного Замка они заметили людей в красных цветах Ланнистеров. — Они наши враги? — поинтересовался Элберт слишком громко, чтобы многие рыцари Ренли повернули на них головы. Олег шикнул. Не хватало, чтобы на них ещё обратили люди королевы. — Пока нет, — тихо произнес септон, — Но и друзьями я их не назову. — Они весьма плотно здесь обосновались, — заметил Элберт, немного сбавив тон. — Весьма плотно? — спросил рыцарь, подскочив поближе, — Я бы сказал, что их последний визит был весьма яркий для города. «Он имеет в виду восстание Роберта», — догадался Олег. — Это какой же? — поинтересовался Элберт. — Когда Ланнистеры были здесь последний раз, стены домов Королевской Гавани можно было красить кровью, — довольно жёстко ответил Олег вместо рыцаря. Он помнил, что когда Безумный король поверил Пицелю и приказал открыть ворота для Тайвина Ланнистера, тот учинил в городе резню, и никто и глазом не повел. — Грубо, но эффективно, — только и сказал рыцарь.       Ворота в Красный замок были открыты. На страже стояло несколько десятков золотых плащей, держа в руках высокие пики и копья. Их доспехи действительно сияли золотом, но Олег не сомневался, что это лишь позолота, настоящие золотые доспехи были бы не столь эффективны, да и слишком дорогие. — Септа находится прямо за мостом, — произнёс Ренли, — Хорошей службы, септон Рей. Однажды я прибуду к вам за благословением, — Баратеон рассмеялся, и вскоре он покинул их.       Олег остался вместе с Элбертом посреди двора замка. Он почувствовал себя неуютно, и казалось, что все взгляды устремлены прямо на них. — Нам надо идти.       В отличии от септы Скорбящего городка, септа Красного Замка была выше, красивее, ровнее и вообще во всем роскошнее его септы. Олег также знал, что в городе располагается Великая Септа Бейлора, но из-за удалённости в Красном замке было свое место молитв. Также, здесь была и богороща, но она явно уступала своим собратьям на Севере, насколько Олег помнил. — Это действительно дом Семерых! — восхищённо произнёс слуга, рассматривая великолепную мозаику на стене септы.       Олега же больше впечатлил витраж. Рисунок был поистине великолепным. Окно над дверьми септы было разрисована всеми цветами, какими только можно. Оно делилось на семь отделов, каждое из которых изображало тот или иной лик. В этот момент, новый септон Красного замка почувствовал себя неуютно. Он боялся, что его одежды и вообще внешний вид, покажется вычурным, но теперь сообразил, что никто его усилий по привлечению внимания даже не заметил. — Нам предстоит здесь жить?       Олег не ответил. Он вдруг понял, что, возможно, переоценил себя. Играть Ренли будет не просто, но прямо сейчас лорд Штормового Предела начинал играть в свою игру, и если он не разберётся в своём плане, то навсегда останется пешкой, которую Ренли не побоится разменять ради своей победы.