В полночь ветры не дуют

      Дни то летели с бешенной скоростью, то тянулись невыносимо медленно. Время будто меняло свой ход по желанию или мановению чей-то руки. И Ши Цинсюань, запутавшись в этих временных петлях, совсем потерял счет дням. Он не знал, прошла ли всего неделя или уже минуло семь лет. Время исчезло, испарилось, оставляя лишь какую-то пустоту. Мысли о том, как достичь того, чего тебе не подвластно, поселились в сознании и теперь перед глазами была лишь цель и возможные способы её достижения.       Ши Цинсюань не знал, как демоны достигают своего пика духовных сил. Но он пытался практиковать разные способы: медитацию, тренировку тела. Вокруг не было ни одной живой души, да и не живой тоже встретить так и не удалось, и если бы не скрипучий голос, появляющийся время от времени, то бывший небожитель и вовсе бы подумал, что одинок в этом странном месте, выхода из которого не было.       Когда Ши Цинсюаню казалось, что он наконец нашёл выход и сможет покинуть это место, то перед ним появлялась гора. Поиски другого выхода не сулили успеха, а сжатье тысячи ли в этих местах не действовало.       Или у бывшего Повелителя Ветров просто не хватало духовных сил на это использование.       Смешно-смешно. Слабый демон.       Ши Цинсюань ударил кулаком по стволу дерева, оставив там вмятину и едва сдержался от желания выругаться.       Вокруг него лес и горы, появляющиеся словно из неоткуда. Смешно и до ужаса не приятно.       Младшему Ши казалось, словно он проверил все возможные пути, но так или иначе он все равно возвращался к тому месту, откуда пришёл. Словно кто-то наложил печать и неизвестно сколько времени ходит кругами.       Смешно! Смешно!       Ши Цинсюань так слаб и никчемен! Если бы он выбрал путь заклинательства, то наверняка никогда бы в жизни не сформировал золотое ядро, на службе лженебожителем он продвинулся столь высоко, лишь потому что у него был покровитель, его старший брат.       Смешно! Смешно!       Ши Цинсюань вновь начинает смеяться. Это безысходность. Её нужно принять.       Его собственные мысли сейчас напоминают шёпот божка-пустослова, только сейчас ему никто ничего не шепчет — он думает об этом сам, принимает это и смеётся.       Смеётся от того, что это лишь тяжёлая правда. Смеётся, чтобы не обращать внимание на дорожки слез, стекающие из глаз, смеётся, чтобы осознать, что он больше не жив.       Истерика прекращается столь же быстро, как и началась. Демон стряхивает пыль с белых одежд и шагает вперёд, не разбирая дороги, ведь, в конце концов, какая разница куда дорога его приведёт, если он застрял в этом месте. Наверняка, вернётся туда же, где некогда очнулся.       Он смотрит лишь под ноги, считает камни со скуки, пока, совершенно неожиданно для себя, не обнаруживает, что деревья остались позади. Он дошёл дальше, чем до этого. Он вышел из леса.

*

      — Что это за место?       — Тут так грязно!       — Это что, жидкий огонь?       — Не трогайте ничего!       Громкие возгласы разбудили заснувшего Ши Цинсюаня. Демонам не нужен сон, но в последнее время бывший Повелитель Ветров все чаще проваливался в сон, словно на него что-то действовало, какой-то артефакт. Этот сон был подобию плутания меж деревьев и натыкания на горы. Или одну и ту же гору.       Ши Цинсюань потёр глаза и сел на камне. По правую руку от него текла огненная река, в которой, вознося руки к небесам плыли каменные духи. Весьма жуткое зрелище.       Он посмотрел в сторону, откуда доносились голоса. Рядом с огненной рекой, в которой стенали души сгоревших заживо, стояла компания зрелых мужчин, по одеянию которых демон решил, что они, вероятно, разбойники. Их воровитые налитые кровью глаза с опаской озирались по сторонам. И Ши Цинсюань решил, что они попали сюда не иначе, как по чьему-то мановению руки, ведь если бы они оказались тут по собственному желанию, то наверняка их лица не были бы испуганными.       Демон не спешил обозначать свое присутствие тут. Ему было все равно на людей, оказавшихся в этих местах. Ему лишь хотелось завершить свой путь, закончить свои незавершенные дела и попытаться уйти на перерождение. Если у него получится. Или просто раствориться в небытие.       Усталым взглядом Ши Цинсюань наблюдал за людьми, пока кто-то из них не заприметил его, юношу с распушенными вьющимися волосами в белых, траурных, одеждах.       — Эй, ты! — бросил один из людей, обнажая клинок, висящий на поясе. — Если тебе жизнь дорога, то ты выведешь нас отсюда!       — А? — Ши Цинсюань неспешно повернул голову в сторону говорящего. Его действия были медленными, словно он нарочно желал увидеть, как эти люди будут злиться. Будучи небожителем, он бы величаво вздернул подбородок и пригрозил, будучи человеком, поклонился бы и попробовал убежать, но сейчас он не были ни небожителем, ни человеком. Нить его жизни оборвалась. Теперь он не живет, а лишь существует.       — Ты не расслышал, юнец?! Мы повторять не будем! — начал хорохориться второй человек.       — Из собачьей пасти не жди слоновой кости, — вздохнул Ши Цинсюань таким тоном, будто то, что происходило вокруг, его не касалось.       — Не нравится мне это место, вдруг тут водятся демоны? — зашептал третий человек, нервно теребя волосы, заплетенные в длинную косу.       Ши Цинсюань усмехнулся и поднялся на ноги. В его глазах полыхнул опасный огонек.       — И правда, — кивнул он. — Тут водятся демоны.       — Хватит! Либо ты выводишь нас, либо… — взвился первый человек.       — Да что с ним якшаться! — рявкнул второй, вырывая клинок из рук первого и вонзая его в ногу Ши Цинсюаня.       Над местностью горы Тунлу повисло молчание. Ветер стих, ничтожная живность затаилась, не рискуя издать ни звука. Единственным громким звуком было дыхание людей, которые с широко распахнутыми глазами смотрели на пронзенную клинком ногу молодого юноши в белом. Ожидая того, что на белых одеждах появится пятно алой крови, они увидели прямо противоположное. Они не увидели ничего. Лишь испорченные одежды.       Ши Цинсюань усмехнулся.       Он вынул меч из ноги и чуть поморщился. Кость не была задета, но он прекрасно помнил, что некогда именно эта нога была у него сломана. Казалось, будто это было очень давно. Словно прошла целая жизнь. Или это было только вчера?       Демон взвесил клинок на ладони.       — Дрянь, а не оружие, — наконец сказал он.       — Д-д-д… — пытался что-то сказать мужчина с длинной косой. — Он демон! — наконец взвизгнул он и отшатнулся ближе к огненной реке.       Духи, обитающие там, словно этого и ждали. Они с визгом протянули руки к такому сладкому лакомству, оказавшемуся рядом с краем, и схватили его за лодыжки.       Истошный вопль, сорвавшийся с губ мужчины, пронесся по округе, заставляя животных, обитающих здесь, переполошиться и повторять его крик снова и снова. Каждый на свой лад и манер.       Ши Цинсюань слишком спокойно смотрел на то, как умирает человек, как он исчезает в огненной реке, как его затягивают неупокоенные души, как он сгорает заживо. И лишь только тогда, когда крики прекратились, он удостоил своим взором остальных людей.       Страх в их глазах внезапно стал самым сладким лакомством. В глазах мелькнул огонек жажды крови.       В этот момент Ши Цинсюань не чувствовал себя, словно инстинкты, до этого спящие, пробудились. Стоило ему увидеть смерть, как вдруг показалось, что одной смерти мало. Этих людей не было жалко, Ши Цинсюань был уверен, что эти люди ничего хорошего в своей жизни никогда не совершали.       Он рассмеялся. Ему было смешно, как они пытаются убежать, как бегут в разные стороны, совершенно не догадываясь, что от ветра они не убегут, что каждый их шаг чувствуется, ощущается. И испуганное дыхание, и учащенное сердцебиение.       Ши Цинсюань оказывается перед тем, кто проткнул его ногу слишком быстро, человек не успевает затормозить и врезается в него.       — Хвала Небожителям, молодой господин, помогите покинуть это место, тут… там… демон! — лепечет он, хватаясь за одежды демона.       Бывший Повелитель Ветров усмехается, показывает свое лицо мужчине, и он начинает истошно кричать.       — Ваши жизни всего лишь куриные перья и чесночная кожура, — усмехается Ши Цинсюань, прежде чем замахнуться мечом и разрезать тело несчастного пополам.       Брызнувшая кровь окропила одежды и лицо Ши Цинсюаня. Его демоническая ци внезапно стала разрастаться, ветер начал завывать, а в глазах демона блистал безумный огонек.       Кровь. Мало крови. Все еще мало крови.       Ши Цинсюань бросил клинок на землю и посмотрел на свои руки. У него были длинные ногти, которые, скорее, напоминали когти. Он ведь демон. Зачем же ему оружие, когда он может убить тех, кто нуждался в смерти своими собственными руками.       Крики над горой стихли быстро.

*

      Кровавая пелена перед глазами спала так же неожиданно, как и появилась. Ши Цинсюань пару раз моргнул и огляделся вокруг. Он стоял на пустом, выжженном клочке земли. Его белые одежды были испачканы пятнами крови и, если бы сердце Бывшего Повелителя Ветров сейчас билось, то оно в ужасе замерло бы, ведь сейчас его руки были по локоть в крови.       Ши Цинсюань осел на землю.       — Что же… что же я наделал?