Последний дракон

Дни складывались в недели, недели – в месяцы. Каждое утро солнце привычно поднималось на востоке и каждый вечер неизменно садилось на западе. Пробивалась из-под земли трава, зеленели листья на деревьях, распускались и увядали цветы. Её не прогоняли. Напротив, гномы, кажется, искренне привязались к Анки и считали её полноправным членом отряда, а уж Балин и маленький хоббит и вовсе души в ней не чаяли. Гендальф тоже не возражал, хоть иногда и поглядывал на неё то ли задумчиво, то ли укоризненно. Порой она ловила на себе изучающий взгляд командира отряда. Торин не противился её присутствию, но относился словно бы настороженно и слегка отстранённо. Лишь однажды спросил: - Зачем ты идёшь с нами? - Должна же я была когда-то перестать бесцельно скитаться по миру, – она чуть склонила голову на бок и усмехнулась. – Хотя бы ненадолго. А ваш поход – прекрасный повод. - А чем плохи бесцельные скитания? Кажется, раньше они тебя устраивали. - Слишком долго. И слишком одиноко. - Сколько тебе лет? – в очередной раз не выдержал гном. Это уже превратилось у них в одно из самых увлекательных походных занятий – выяснить хоть что-то об этой девчонке. Но на все вопросы она лишь умело отшучивалась и переводила разговор, и большинство уже давно оставили бесплодные попытки. Однако иногда кто-то всё-таки спрашивал, надеясь, что ему повезёт хотя бы в этот раз. - Много будешь знать – скоро состаришься. Ну да, конечно, что же ещё она могла сказать! *** - Отпускайте лошадей, – поторопил их Гендальф, отчего-то беспокойно оглядывая небольшой отряд. Гномы снимали вещи со спин чёрно-белых лошадок, которых им одолжил Беорн, и те одна за другой скакали прочь от границы леса, обратно к хозяину. Доверия лес, через который нужно было идти, прямо скажем, не внушал. Тёмные деревья, на которых почти не было листвы, стояли плотными рядами, и лишь в одном месте можно было войти в чащу. Там, между двух неведомо кем и когда поставленных каменных столбов, вилась и уходила в лесную темноту неширокая тропа. - Гендальф? – вдруг непонимающе окликнул волшебника хоббит, заметив, что тот не торопится спускаться с лошади. – Ты идёшь? - Я остался бы, если б мог, – покачал головой маг. - Ты нас бросаешь?! – ни на шутку возмутилась Анки. - Подойди ко мне, – Гендальф, несмотря на облик седого старца, вполне легко спрыгнул с седла. Видя, что девушка не торопится исполнять сказанное и стоит, нахмурившись и скрестив руки на груди («Ну вылитый Торин.» - мелькнула мысль), негромко добавил: – Пожалуйста. Анки помедлила, но затем всё же отделилась от отряда и направилась к нему. - Не хотелось бы тебя упрекать, Гендальф, но от этого леса прямо-таки несёт опасностью и какими-то тварями, и присутствие волшебника нам бы сейчас очень не помешало! - Я понимаю, Анки, – тихо ответил тот. – Но не могу остаться. - Ты собираешься выяснить, кто поселился в Дол Гулдуре? Гендальф прищурил глаза. Порой даже его поражала её проницательность. - Всё-то ты знаешь. - Берегись его, маг. Он не то, чем кажется. – Настойчиво произнесла девушка, которая, сама того не ведая, почти в точности повторила слова Галадриэль, сказанные той волшебнику перед самым его уходом из Ривенделла. - Как и ты. Он не знал, кто она такая. Никто не знал. Даже мудрейшие из эльфов – Леди Галадриэль и Лорд Элронд – терялись в догадках. Это уже говорило об очень, очень многом – кем нужно быть, чтобы годами (десятилетиями? веками?) так успешно скрывать своё истинное лицо от самых мудрых существ Средиземья? Большинство гномов из отряда и хоббит считали её дочерью Радагаста; простые эльфы, с которыми она была знакома – лесным духом; люди, которых она встречала – полукровкой. Гендальф прекрасно понимал, что ни один из этих вариантов не может быть правдой. Да, у него были догадки на её счёт, но ни опровергнуть, ни подтвердить их он не мог. И не хотел подтверждать. Никогда. - Как и я, – неожиданно легко согласилась Анки. – Мы оба – тени собственного прошлого, но я, в отличие от… этого существа не пытаюсь кого-то убить, не пытаюсь сеять зло вокруг. - Ты знаешь его? – неожиданная догадка заставила волшебника ещё пристальнее впиться в неё взглядом. Девушка молчала. Долго. А потом медленно, едва заметно покачала головой. Гендальф тяжело вздохнул. - Береги их, Анки, – тихо попросил он. – В этом лесу они могут надеяться только на тебя. – И уже громче прибавил, обращаясь к остальным. – Я вернусь, как только смогу. Встретимся на склонах Эребора. Но не вздумайте заходить в гору без меня! Маг повернулся и всё с той же неожиданной лёгкостью вскочил в седло. Она хотела броситься вперёд, догнать, схватить, не пустить… Она стояла. А затем медленно развернулась и зашагала обратно, к ждавшему её отряду. - Идём, – негромко бросила Анки, на ходу подхватывая небольшую сумку – всё, что у неё было – и направляясь вперёд. – И не сходите с тропы. Что бы ни случилось, не сходите с тропы! Первым шёл Торин. Эльфийская тропа вилась под ногами, едва различимая в вечной лесной полутьме. Гномы нестройной вереницей тянулись следом за своим предводителем. Воздух здесь был буквально пропитан каким-то дурманом. При каждом вздохе она едва заметно морщилась. Нервы были натянуты, словно тетива лука, и при любом подозрительном шорохе Анки вздрагивала и начинала вертеть головой в поисках опасности, не столько приглядываясь, сколько прислушиваясь и принюхиваясь. Пожалуй, из всей компании дурман меньше всего действовал именно на неё. Что ж, неудивительно. - Торин! - спустя какое-то время окликнула она командира отряда, но, так и не дождавшись ответа, оттеснила плечом гномов, которые загораживали ей путь, и положила руку Торину на плечо. Он остановился, обернулся и посмотрел на неё затуманенными глазами. – Встряхнись. Это лес, здесь всё пропитано какой-то дрянью… Да очнись же ты! Гном завертел головой и часто-часто заморгал. Кажется, тот факт, что его так бесцеремонно трясут, ему очень не понравился. - Что ты… - Привал, - безапелляционно заявила девушка. – Они дальше не пойдут. Торин оглядел отряд и понял, что она права. - Привал! – скомандовал он, и гномы затрясли головами и непонимающе стали оглядываться вокруг, вырванные из оцепенения голосом предводителя. – Огонь не разжигать, с тропы не сходить. Гномы практически сразу повалились там же, где находились. Сил даже на еду ни у кого не было. - Спи, - кивнула Анки Торину, увидев, что тот привалился спиной к ближайшему дереву и, видимо, приготовился лично нести дозор. – Я посторожу. - Разбуди меня к утру, - тихо попросил гном и лёг там, где и стоял, у корней дерева. Он почти мгновенно забылся и даже успел проспать какое-то время, но из душного, вязкого сна его неожиданно вырвал её голос. - Вставайте!