Колючие

Мишка хмуро глянул на припаркованную у забора машину. — Давно ты ключи нашел? — Запасные же, — пожал плечами Макс и виновато добавил: — Ну, а чё мне оставалось? Пешком я не дойду. — Такси бы вызвал, — мрачно предложил Мишка и скользнул на пассажирское сиденье. — Мы на суд экономим, — напомнил ему Макс. На это Мишке ответить было нечего. — Ничё, сцепление я нормально выжимаю, — сказал Макс, и реплика нелепо повисла в воздухе. Макс аккуратно выехал на дорогу, еще раз глянув через плечо на злополучное дерево. Понасажали под окнами, чем только думают? Мишка сосредоточенно сопел, изредка бросая на Макса косые взгляды. — Чё ты зыркаешь на меня? — спросил наконец Макс. — Ну, получишь по заднице, не конец света. Он тут же прикусил язык. Вот зачем было заводить этот разговор в машине? Мишка же того… Щас еще психанет и учудит. Но Мишка почему-то расслабился. Не полностью, но ощутимо. — Чё? — подозрительно спросил Макс. — Через плечо. — Так. Щас окажется, что ты там героически котят снимал, а я дебил, — еще подозрительнее сказал Макс. Из кабинета Селёдки он сбежал как можно быстрее, испугавшись ее цепкого взгляда, и теперь жалел, что отмахнулся от подробностей. Может, всё не так, как кажется? Но Мишка только плечом дернул: — Ничего я не снимал. Из окна вылез на спор, спустился по дереву и через главный вход зашел. — Бля. А с какого этажа? — без особой надежды спросил Макс. — С третьего, конечно. Со второго любой дебил сможет. Макс поперхнулся комментарием и припарковался. Выбраться из машины получилось с трудом, нога почему-то не очень хотела разгибаться. Мишка, уже стоявший на тротуаре, с подозрением смотрел на это шоу, и Максу вдруг показалось, что он рванет в неизвестном направлении. Ну, то есть можно надеяться, что к Сеньке, но… Но Мишка никуда не рванул. Он открыл дверь подъезда, терпеливо придержал ее, запуская внутрь Макса, и уже возле лифта проворчал: — Тебе так можно было шлюзы открывать… — Я же рассказывал, чем всё закончилось! — возмутился Макс. — Наспойлерил, а ты всё равно. — Я шлюзы не открывал, — пробурчал Мишка. — Да один хуй, Мишань. Мне чё, легче будет, если ты башку расколешь вдребезги, а не утонешь? — Ничего я и не расколол, — еще тише буркнул Мишка. — Угу, и чё теперь, мне еще спасибо тебе сказать? Мишка промолчал. — Я тут въёбываю, чтобы тебя у Андрюхи отбить, — сердито сказал Макс, — а ты… — Да и не надо таких жертв, я не просил! — тут же ощетинился Мишка. — Так, нехуй тут передергивать. Я говорю, будет обидно вбухать потом всё бабло в шикарный памятник. Ты башку-то включи, а? Мишка молча прошмыгнул в лифт. Макс вошел следом, нажал на кнопку, чувствуя себя виноватым. Понарассказывал историй и не учел, что это сейчас их вспоминать весело, а тогда… Нет, конечно, в большинстве своем забавы были безобидными, но та же эпопея с открытыми шлюзами могла кончиться печально. Или вот подводная рыбалка… — Мишань, только честно, моими мемуарами вдохновился? — Больно надо! Мишка негодующе фыркнул, и Макс вздохнул. Двери лифта нехотя разъехались в стороны. Мишка вышел и посторонился, давая Максу первым дойти до квартиры. Макс нащупал в кармане ключи, заставил себя не оборачиваться, хотя и боялся, что Мишка в последний момент дернет вниз по лестнице. Догоняй его потом… Едва дверь раскрылась, Мишка протопал в прихожую, подхватил на руки Степана, зарылся в него лицом и замер на пару секунд. Потом спустил кота на пол, разулся, снял куртку, грустно отряхнул порванную и уже далеко не белоснежную рубашку. — Ничё, новую купим, — тут же сказал Макс. Мишка помотал головой. — Так, чё за похоронный вид? — спросил Макс. Мишка пожал плечами, по-прежнему глядя куда угодно, только не на Макса. — Ну блядский суслик, — грустно сказал Макс. — Чё, думаешь, мне вот прям так хочется выдавать тебе по жопе? — Боишься, что опять тебе чё-нить порежу? — хмуро осведомился Мишка. — Не-а. Молчать на меня будешь, прятаться… Но с третьего этажа по дереву спускаться — это же хуй знает что! — Угу. — Чё угу? Угукает он мне тут. Ты вроде как моя ответственность и вообще… — Ну и откажись, — мрачно предложил Мишка. — Щас! Так, давай это самое, не это самое мне тут. — Макс мотнул головой в сторону своей комнаты. — Иди на диван, я щас. Когда Мишка скрылся за дверью, Макс принялся стаскивать с больной ноги ботинок. Связки голеностопа уже почти зажили, но вот колено громко возмущалось и отказывалось гнуться. Наконец разувшись, Макс похромал в комнату, стараясь не слишком явно подволакивать задубевшую ногу. — Квазимодо, блядь, — буркнул Мишка. — Ты чё делаешь-то? — спросил Макс, наткнувшись взглядом на ворох постельного белья на полу. — Чё, думаешь, я мордой в твой свинарник уткнусь? Ты там чипсы жрешь целыми днями, всё в крошках, — брезгливо сказал Мишка. — Штаны снимать? — Не надо. Теперь вся простыня липкая будет, я там фанту пролил, — вздохнул Макс и расстегнул ремень. — Да я тебе потом помогу перестелить свежее белье, — отмахнулся Мишка. — Давай уже шустрее, мне еще на репетицию.