Коль солнце пляшет в доме Пса, луна приходит к дому Волка

Глава 4

⌑≫─━━━┉┅∎⋉⋇⋊∎┅┉━━━─≪⌑

- Не дергайся, - Ван Хань надавил ему между лопаток, придерживая, а другой рукой нанес на глубокие царапины остро пахнущую мазь, от которой аж свербило в носу. - Мальчишки-то друг другу спины залижут, а ты что делать собрался? Сиди. Сяо Чжань тяжело вздохнул и послушно замер. Руки у аптекаря были маленькие, теплые, мягкие, но сильные и абсолютно беспощадные. Впрочем, Ван Хань ему явно симпатизировал, иначе, пожалуй, и не стал бы предлагать свою помощь. Сонджу и Вэньхань временно затихарились, занятые осознанием неожиданного проигрыша. Сяо Чжань понимал, что выиграл лишь одну битву, а не целую войну, но дальше должно было стать проще. По крайней мере, молодые альфы наконец-то прониклись к нему неким уважением, и вроде бы не собирались откровенно препятствовать ухаживаниям за омегой - лишь намеревались убедиться, что Ибо не достанется какому-то недостойному неудачнику-пустозвону, который разобьет ему сердце. Это было нормально. Окажись Сяо Чжань на их месте, он делал бы точно то же самое, и, может статься, еще похлеще. - Господин Ван, - дождавшись, пока мужчина закончит с его спиной, Сяо Чжань обернулся и благодарно поклонился. - Мне нужно покинуть скалу и посетить Вэйфан. - Хм-м? - Ван Хань зазвенел пузырьками с лекарствами, упаковывая их обратно в специальную сумку. - Да, погода довольна хороша для прогулки. Я хотел послать мальчишек на рынок, продать партию готовых лекарств, и заодно прикупить кое-что нужное. Думаю, они - ну, или как минимум кое-кто из них - не откажутся от твоей компании. Подожди, не одевайся сразу - позволь мази впитаться. Хотя бы минут пять. Сяо Чжань кивнул, откладывая рубаху и устраиваясь поудобнее. Аптекарь закончил собирать свою сумку, но уходить не торопился, и он решил воспользоваться случаем. - Вы могли бы рассказать мне о поселении подробнее? Кто главный, какие местные правила, куда ходить безопасно, а куда не стоит. Где всегда можно найти работу? - Мог бы, мог бы, отчего же нет, - ответил Ван Хань, усаживаясь напротив и подпирая голову кулаком. - Люди там живут разные, в основном хорошие, гостеприимные и душевные, а вот правит ими, как это часто бывает, тиран-сумасброд. Имя его Шао Го-цзы, и поговаривают, он не то бастард императора, не то сын бастарда императора - в общем, капля благородной крови в нем имеется, но сердце его ничего общего с благородством не имеет. - Ха, - невесело усмехнулся Сяо Чжань. - Наверняка еще и прайм? - Естественно, - подтвердил мужчина. - Бета-прайм, но под началом у него ходят альфы и немало. Ох и много людей пострадали от их грязных лап. Мальчишкам тоже досталось - и месяца не прошло, как он их заприметил и однажды просто подошел и швырнул кошель с медяками Сонджу в лицо - говорит, это вам за спектакль, а омегу я забираю. - Вот же гнусный мерзавец! - возмутился Сяо Чжань, невольно сжимая кулаки. - Не то слово, - вздохнул аптекарь. - Мой дорогой друг Цянь Фэн был свидетелем этой безобразной сцены. Они тогда убежали, и к счастью, удача привела их ко мне, но с тех пор они очень осторожны, чтобы не столкнуться с Го-цзы. Благо, этот напыщенный ублюдок обычно передвигается по селению с помпой и фанфарами, так что все заранее знают, откуда он появится. Следовательно, самое главное местное правило - быть начеку и по возможности избегать встречи с ним и его людьми. Что касается остального… Ходить не стоит к лачугам нищих и в дома удовольствий - пятнает репутацию и чревато всякой липкой заразой. Что ты еще спрашивал?.. Работа? - Да, - альфа подался вперед. - Мне нужны деньги. - Для чего, позволь спросить? Здесь с тебя никто платы не берет. - Взгляд Ван Ханя сделался хитроватым. Он не позволил губам расползтись в улыбке, но от внешних уголков глаз к вискам разбежалась сеточка характерных лучиков-морщин. Сяо Чжань решил, что врать или умалчивать о своих планах не имеет смысла. Мужчина и так знал о его намерениях по отношению к омеге, потому что… ну, это было сложно не заметить, и более того, ему нужно было завоевать расположение лао дагэ. - Для Ибо, - спокойным и уверенным тоном ответил альфа. - И частично, для всех вас тоже. Я должен показать, что могу и буду в достатке содержать свою семью. Хочу его порадовать, приодеть, вкусно покормить, сделать его жизнь лучше, чем сейчас. Я умею зарабатывать деньги, мне не нужна помощь. Однако это сэкономит мне время, если я буду знать, куда идти. - Вот как, - морщинки вокруг глаз аптекаря стали как будто глубже. - Что ж, должен признать, мне нравится твой настрой, Сяо Чжань. Приятно встретить альфу, который осознает свои ответственность и обязательства, а не кидается бездумно метить первого попавшегося симпатичного партнера, чтобы позже, как только спадет романтический флер и улягутся гормоны, отступить перед неизбежно возникающими сложностями и упорхнуть искать счастья с другими. Очень немногие в наши дни сохраняют моногамию. - Темный взгляд Ван Ханя стал пытливым, словно просвечивал Сяо Чжаня насквозь. - Ибо - исключительно прелестное создание, не так ли? Сяо Чжань энергично закивал, опасаясь, что если начнет отвечать вслух, то не сможет сдержать фонтан комплиментов, которые хотелось сказать о юноше. - Да, - продолжил Ван Хань, словно озвучивая его кивок, и вздохнул печально, немного тревожно. - Казалось бы, какие для омеги могут быть минусы в обладании яркой привлекательной внешностью и неотразимым природным обаянием? Разве не должно это являться гарантированным залогом успеха и светлого будущего? К сожалению, эти качества делают его очень желанной добычей для многих альф и праймов. Безусловно, есть среди них и достойные, но гораздо больше недобросовестных, опасных, ведомых только эгоизмом и похотью, готовых только брать и присваивать, не давая ничего взамен. Знавал я людей и перевертышей, которые относились к своим омегам хуже, чем к портовым шлюхам, хуже, чем к скоту. Я очень беспокоюсь за Ибо, - признался мужчина, вскидывая на хмурящегося Сяо Чжаня внимательный взгляд. - Мне было бы гораздо спокойнее, прими он метку от Вэньханя или Сонджу. Но, в отличии от большинства омег, А-Бо весьма своенравен, самостоятелен и очень упрям. Он сказал, что не хочет - и значит, бесполезно пытаться его уговорить. А еще он частенько бывает по-детски наивен и доверчив, у него огромное сердце и ранимая душа, и это делает его уязвимой мишенью для негодяев и ловеласов-подлецов. Ты понимаешь, о чем я говорю? Сяо Чжань снова кивнул, на этот раз тяжело и медленно, с трудом сглотнул вставший в горле комок. Да, он отлично представлял себе все, о чем говорил пожилой аптекарь. - Ван-иши, я думаю, только моих слов будет недостаточно, чтобы успокоить Ваше сердце. Вы не знаете меня достаточно хорошо - пока что, я надеюсь исправить это в будущем - чтобы понимать, какой я человек. Но я готов своими действиями показать и Вам, и всем, кому будет угодно, что я не бросаю слов на ветер. Я готов заботиться об Ибо. Я готов защищать его, ставить его интересы превыше своих, делать все, что потребуется, для благополучия его и нашей семьи. Я никогда не посмею поднять на него руку, нарочито обидеть или принудить к тому, чего он явно не желает. Я люблю его. Уголки губ Ван Ханя дрогнули в намеке на улыбку. Он сложил ладони у груди и коротко поклонился, молчаливо выражая благодарность, готовность с радостью убедиться в сказанном и надежду. Сяо Чжань поспешил поклониться в ответ. Он, и даже его волк, уже чувствовали к старшему бете глубокое уважение. Это был мудрый и добрый человек, полный хороших побуждений и искреннего сопереживания. Сяо Чжань невольно задавался вопросом, что же привело такого, как Ван Хань, на эту одинокую изолированную скалу, вынудив жить в отшельничестве. Он скорее казался тем, кто до последнего помогал бы людям и раздавал рис нищим, даже если бы его жизнь была под угрозой. Но, вероятно, задавать такие личные вопросы было пока рановато. Некоторое время они посидели в тишине. Сяо Чжань надел обратно и завязал рубаху, повел плечами - в носу больше не свербило, а боли от царапин как ни бывало. Аптекарь превосходно знал свое дело. - Я полагаю, у тебя есть собственная стая, Сяо Чжань? - спросил Ван Хань, поднимаясь, чтобы уйти, но остановившись, не сделав и двух шагов. - Да, - ответил он, догадываясь, к чему был задан вопрос. - Я делаю все, что в моих силах для ее процветания. Они замечательные, отважные, трудолюбивые и верные. Они очень мне дóроги. - Хм-м, - отозвался мужчина, - сейчас мне пора идти, нужно дать задание мальчишкам, иначе на рынок идти будет уже поздно - возвращаться на скалу в темноте рискованно. Но я думаю, нам еще много есть о чем поговорить, не так ли? - дождавшись от него подтверждения, Ван Хань продолжил, - зайди ко мне как-нибудь вечером, и мы все обсудим. У меня есть чувство, что наши судьбы отныне связаны. Ты уже доказал, что являешься достойным человеком, когда спас беспомощного ребенка и вернул его близким, несмотря на то, что раненый малыш был обузой в дороге. Многие прошли бы мимо. Некоторые спасли бы его, чтобы позже продать на невольничье- а! Вот и ты, - вдруг воскликнул Ван Хань, отвлекаясь, и поманил заглянувшего в комнату омегу внутрь. - А-Бо, подойди, расскажу, какие мази использовать, чтобы раны Сяо Чжаня зажили как можно скорее. Ибо с любопытством посмотрел на них обоих, словно понял, что обсуждали его, и зашел в комнату, внимательно выслушав инструкции. Сяо Чжань уже привычно обласкал его взглядом, взял за руку, коснулся губами тыльной стороны ладони. Аптекарь притворно строго погрозил им пальцем, наказал юноше поскорее собрать всех и подойти к нему в башню за ожидающим продажи товаром. - Идем в деревню? - оживленно переспросил омега. - Ура! А то что-то мы засиделись тут, стало скучновато. Я сейчас всех позову! Чжань-гэ, хочешь с нами? Сяо Чжань, конечно, хотел. Дождавшись, когда Ван Хань выйдет, он затянул юношу к себе на колени и поцеловал, наслаждаясь ощущением полного права на это и прикосновением мягких пухлых губ к своим. К сожалению, долго упиваться лаской не вышло - время поджимало. Ибо неохотно выскользнул из его рук и упорхнул созывать своих братьев, а Сяо Чжань принялся одеваться и тихо вздыхать над становящимся по-настоящему болезненным, раз за разом игнорируемым напряжением в паху.

⌑≫─━━━┉┅∎⋉⋇⋊∎┅┉━━━─≪⌑

Глаза ему снова завязали - явно чисто из вредности, потому что подвесной мост Сяо Чжань и так уже видел, исследуя местность, а тайный проход… пусть его он еще не рассмотрел, но навыки следопыта и волчья сущность и вслепую позволяли ему прекрасно запоминать дорогу. Ван Ибо пытался возмутиться и образумить братьев, но альфа убедил его, что такая ерунда ссоры не стоит. Если всем остальным так будет спокойнее - пожалуйста. Когда повязку с глаз сняли, он сразу узнал окрестности. - Так чья то была яма? В которую я упал? - спросил он, проходя мимо подозрительно знакомых елей, растущих тесной группой. - Одного из приспешников Шао Го-цзы, по имени Мо Дуань, - скривился Сынён. - Здоровый такой, злобный, вонючий альфа-прайм, заведует егерями. В этой части леса повсюду его ловушки, одно время даже зверье почти пропало, столько переловил. Мы и все, кто регулярно по лесу ходят, знаем эти места, ломаем капканы или ставим предупреждающие знаки, но вот пришлые все равно попадаются часто. Сяо Чжань задумчиво помычал. - А как вообще народ? Доволен властью, или… не очень? - Смеешься? - фыркнул Исюань. - Да все просто мечтают от них избавиться. Большинство женщин и вообще все омеги их ужасно боятся. Прям как в сказках - правитель выходит на прогулку, а матери прячут детей и молятся Небу. - Восстания были? - А как же, - снова подхватил Сынён. - Дважды, и оба раза закончились неудачно и повлекли за собой длительный кровавый террор. Последнее было около четырех лет назад - кстати, тогда лао дагэ и бежал от преследования в проклятые разва… ой! Наверное, я не должен был это говорить? - он хлопнул себя по губам и завертел головой, вопросительно глядя на братьев. Альфы дружно закатили глаза, Исюань удрученно вздохнул, а Ибо пожал плечами и махнул рукой. - Нет ничего такого в том, что Чжань-гэ будет знать это. Хань-гэ ему уже доверяет, раз послал с нами, и я ему полностью доверяю, разве этого недостаточно?! - под конец голос омеги стал громче от возмущения. Ему явно не нравилось, что его братья до сих пор не признали альфу своим. Сяо Чжань поймал его руку и переплел их пальцы, успокаивающе пожимая прохладную ладошку. Вопросы доверия никогда не решались быстро, и бесполезно было пытаться искусственно форсировать важный процесс. - Сегодня утром я разговаривал с Ван Ханем и как раз думал о том, что же заставило его покинуть селение. Не волнуйтесь, со мной тайна его прошлого останется тайной. - примирительно сказал Сяо Чжань, - но если вы считаете, он не хотел бы рассказывать мне, то ничего страшного. Я сам спрошу его лично позднее. - Да на самом деле, наверное, и правда ничего такого… - задумчиво забормотал Чжоу Исюань. - Ты собираешься стать частью семьи, так что все равно узнаешь, и скорее раньше, чем позже. Лао дагэ не был зачинщиком, но он скрытно помогал им и при необходимости укрывал у себя в лавке. У него тогда была большая лавка, очень популярная, он слыл лучшим аптекарем на много ли кругом, люди специально ехали в Вэйфан из соседних деревень, чтобы проконсультироваться у него и приобрести целебные средства. Шао Го-цзы и его прихвостни, естественно, тоже чуть что шли к нему и при этом требовали к себе привилегированного отношения. Не обращали внимания на очередь, могли вообще разогнать всех и даже силой отобрать лекарства у людей, если до их прихода те успели раскупить последние. Ван Хань всегда конфликтовал с ними из-за этого. Его неповиновение терпели, потому что он и правда был лучшим, незаменимым. Но однажды подручные Мо Дуаня проследили за бунтовщиками и узнали, что они скрываются у него. Бета ненадолго прервался, потому что вся их компания вышла из чащи леса на ведущую к деревне тропу, и один участок прямо перед ней оказался сложным - крутым и обледенелым, поросшим хрупким колючим кустарником. Баночки и склянки зазвенели в сумках юношей, когда они сосредоточенно пыхтя полезли наверх. Сяо Чжань обогнал всех и поторопился помочь омеге - у Ибо сделалось презабавное выражение лица. Он явно разрывался между тем, чтобы расцвести от проявленного внимания, и тем, чтобы заявить альфе, что вообще-то может справиться сам. Сяо Чжань разрешил его дилемму, обезоруживающе улыбнувшись и чмокнув юношу в покрасневший от холода кончик прелестного носа. Ибо невольно разулыбался в ответ и трогательно мурлыкнул, коротко потеревшись гладкой щекой о его щетину. Лезущий следом Сынён издал демонстративный тошнотный звук. - Развели тут телячьи нежности… - Не бухти, - осадил его Исюань. - Как с диди у печи валяться и спать в обнимку, так ты первый. Парни разворчались, покидая лес, и лениво пререкались вплоть до того, как тропинка вывела их к окружающей Вэйфан защитной стене. Сяо Чжань слушал их в пол уха, но мысли его были заняты тем, что он узнал ранее. По всему выходило, что Ван Ханя обвинили в измене и, несомненно, приговорили к смерти, но все-таки тому удалось сбежать. Однако, почему отшельничество?.. - Исюань? - окликнул Сяо Чжань старшего бету. - Что случилось с Ван-иши дальше? - А, - печально вздохнул тот, отвлекаясь от запихивания Сынёна в сугроб и начиная идти вдоль стены следом за Вэньханем и Сонджу. - Как ты уже наверняка догадался - ничего хорошего. Мо Дуань со своими подручными сожгли его лавку и дом. В огне погибли не только мятежники, но и его жена и сын. Его заставили смотреть. Ибо подозрительно хлюпнул носом, ткнувшись Сяо Чжаню в плечо, и тот мгновенно прижал омегу к своему боку, чувствуя, как страшное знание грузом оседает на сердце. Он... мог себе представить, какую боль пережил пожилой аптекарь. Тем временем, их компания, кажется, наконец достигла точки назначения. Вэньхань прислушался, убеждаясь, что по другую сторону ограды никого нет, немного расчистил снег и отодвинул в сторону пару фиктивных досок, освобождая тайный лаз. - Старшая дочь лао дагэ осталась в живых, - тихо сообщил Ибо, поднимая на Сяо Чжаня блестящие грустные глаза, пока его братья один за одним протискивались в щель. - Она тогда только-только вышла замуж и переехала к супругу в соседний город. Но он постарался замести следы, и чтобы защитить ее, пустил слух, что она тоже погибла. Сейчас об этом знаем только мы - и теперь, ты тоже. Это очень важный секрет, ты понимаешь, Чжань-гэ? - Разумеется, щеночек, - ответил Сяо Чжань, серьезно глядя на него. - Спасибо, что рассказали мне. Теперь я лучше понимаю, что к чему, и с кем в перспективе мне придется иметь дело. Но у меня остался еще один, последний вопрос - позволишь? - Конечно, - омега моргнул немного удивленно. - Ты можешь спрашивать у меня все, что угодно, гэгэ. Только что ты имел в виду, когда сказал, что тебе придется иметь с ними дело?! - Ох, не волнуйся, - поторопился успокоить его Сяо Чжань. - Это я так. На будущее, всегда лучше заранее знать врага в лицо. Пожалуйста, не думай об этом, я… оговорился. Меня интересует, как Ван Ханю удалось сбежать от прайма? Несколько секунд Ибо пристально смотрел на него, словно пытаясь углядеть зарождающиеся планы мести и новой попытки переворота, но, видимо, Сяо Чжань хорошо умел держать лицо, потому что затем омега снова хлюпнул носом и расслабился. - Они не хотели убивать его, лао дагэ очень ценный специалист. Они взяли его в плен и заставляли работать на себя. Он пытался отравить мучителей, но яд никогда не доходил до того, кому предназначался - Шао Го-цзы и Мо Дуань заставляли прислугу и рабов пробовать все лекарства, прежде, чем пить самим. Тогда Хань-гэ сменил тактику. Ему удалось добавить дурман-траву в уже опробованную настойку от похмелья для стерегущего его тюремщика, и когда тот на время лишился ясного разума, заставил его выпустить себя. Он забрал его меч и прорубил себе путь наружу, а когда за ним кинулась погоня, даже ранил Мо Дуаня, представляешь? Хань-гэ отрубил мерзавцу целых два пальца и мочку левого уха! Сяо Чжань присвистнул, действительно впечатленный. Далеко не каждый среднестатический бета мог бы подобраться к враждебно настроенному прайму на расстояние вытянутой руки и не только пережить это, но и нанести тому существенные увечья. Внешне Ван Хань никак не походил на воина, и оттого вдвойне поразительнее было узнать, на что он способен. Это… странно обнадеживало. - Эй, вы идете? - окликнул их Сонджу. - Ибо, малыш, ты вообще помнишь, зачем мы сюда пришли?.. Хватит болтать. Омега смущенно ойкнул и ловко проскользнул в дыру, едва задев ее неровные края краем объемной аптекарской сумки. Сяо Чжань хмыкнул, снял со спины колчан, подобрал плащ, перевесил ножны дальше на бок и пролез следом с несколько большим усилием. Пока молодые альфы снова заделывали забор, Ибо поспешил договорить: - В общем, так как Хань-гэ все-таки был уже немолод, он не смог бы бежать от них слишком долго. На его счастье начинало темнеть, повылазила нечисть, и, петляя по лесу, ему удалось немного оторваться от погони. Ходячие мертвецы и прочая пакость невольно помогли спутать его следы. Сам он не боялся умереть - очень горевал о семье… Но сдаться - значило бы оставить зло неотмщенным, поэтому лао дагэ решил попробовать временно скрыться на слывшей проклятой и неприступной скале, что находилась неподалеку. Вот, в общем-то, и вся история. Его удача на полную сработала в тот день, помогла ему отыскать скрытый проход и избежать самых опасных тварей. - Ван Хань многое пережил, - угрюмо сказал Исюань. - Поначалу было очень тяжело. Но здесь, в Вэйфане, остались его верные друзья, которые всегда готовы помочь, даже рискуя собственной шкурой. Немало народу знает, от кого мы лекарства носим… никто не произносит этого вслух, но спрос говорит сам за себя. И кстати, пора бы приступать к делу, а то так весь день толковать можно. - Да, - оживился Сынён. - Мы с Сонджу тогда пойдем разносить заказы по домам, а вы идите на рынок. Встретимся здесь, как начнет смеркаться? - Договорились, - кивнул Вэньхань. - Берегите себя. Не забудьте прикрыть лица! - с этими словами он повязал тонкий платок вокруг своей головы, скрывая все ниже глаз, и остальные последовали его примеру. Вместе с Ибо, Исюанем и Вэньханем, Сяо Чжань дошел до рынка, энергично крутя головой и осматривая окрестности. Он вдруг понял, что Ван Хань так и не сказал ему, где в первую очередь можно было бы поискать работу, но, впрочем, это не было проблемой - типичная для большинства городов и поселков доска объявлений была заметна даже издалека. Альфа дождался, пока юноши найдут себе свободное местечко среди многочисленных прилавков, и несколько минут понаблюдал за процессом - дело сразу пошло бодро, а Ибо оказался хоть и непривычно замкнут с незнакомцами (даже здороваться первым не решался), но очень хорош в подборе нужных средств и подробных консультациях, когда ему задавали конкретный вопрос или описывали симптомы. Сяо Чжань чмокнул его в висок, пообещал возвратиться к ним до наступления сумерек, чтобы вместе вернуться на скалу, и отправился по своим делам. Вэйфан и правда был очень большим поселением, удивительно было, что ему до сих пор не присвоили статус города. Сяо Чжань немного походил вокруг, прислушиваясь к разговорам и сплетням, рыкнул на какого-то грубияна, наступившего ему на ногу, затем принялся изучать висящие на доске объявления. Первым в глаза бросился раздел “куплю”, и он оторвал себе бумажку с контактами человека, который готов был купить шкуру оленя и барсучий жир. В ближайшие дни, пока снова не ударят морозы, он мог бы пойти поохотиться. Еще требовались плотники, помощники кузнеца и ювелира, ткачи, гончары, прислуга в богатые дома. Все это с большим или меньшим энтузиазмом альфа мог бы рассмотреть, будь у него неограниченное количество времени. Но времени было мало, и Сяо Чжань перешел к разделу “разыскивается”, который обещал быстрые и относительно легкие деньги. Некоторые лица на портретах были подозрительно интеллигентными, их он решил не трогать, догадываясь, что люди в розыске могут быть не столько повинны в приписываемых им преступлениях, сколько попросту являться противниками действующего деспотичного режима. Как Ван Хань. Альфа ни за что бы не хотел случайно поймать и отдать на растерзание подобного человека. Поэтому он выбрал несколько отъявленно криминальных рож, за поимку которых обещали приличную награду, и развернул свою потрепанную карту, помечая предположительное местонахождение негодяев. Задумчиво покусал губы. Разброс был приличным - за один неполный день и с двумя никак не управиться, даже будь у него крылья. Раз этих людей не могла поймать местная стража, значит скрывались они более-менее успешно. Сяо Чжань с тоской посмотрел на прилавок, полный разнообразных сверкающих украшений, в сторону, где оставался Ибо с братьями, на разносчика, торгующего сладостями, тряхнул головой и решительно направился в противоположную сторону. В первую очередь - дело.

⌑≫─━━━┉┅∎⋉⋇⋊∎┅┉━━━─≪⌑

То ли ему несказанно повезло, то ли местные стражники были поразительно тупы и ленивы, но первого разыскиваемого Сяо Чжань поймал спустя всего несколько часов, неподалеку от Вэйфана, там, где особо и не ожидал его увидеть - намеревался лишь поискать следы. Мелкая шайка разбойников беззаботно жарила мясо на костре и громко обсуждала награбленное накануне, так что и напрягаться-то особо не потребовалось. Люди дружно подскочили, когда меткая стрела с красным оперением вонзилась в лоб их главарю - крупному одноглазому бета-прайму, убивая того на месте, и Сяо Чжань почти ожидал, что они кинуться в рассыпную, но они похватали короткие мечи и топоры и встали спина к спине, судорожно оглядываясь в поисках невидимого врага и выкрикивая пустые угрозы. Альфа тихо вздохнул, чуть сдвигаясь в своем укрытии для удобства и наложил на тетиву две стрелы разом, спустя секунду укладывая еще пару бандитов. Кто-то из оставшихся четверых заметил, откуда стреляют, и с яростным воплем кинулся в его сторону - очень тупой поступок, когда у тебя нет большого щита или настоящей брони, и не хватает рефлексов, чтобы отбить стрелу на подлете. Еще минус один. Сяо Чжань достал было меч, чтобы расправиться с остатками банды вручную и немного размяться, но те, едва завидев среди деревьев его высокую фигуру, таки попятились, развернулись и кинулись прочь, вопя от страха. Волк азартно взрыкнул, соскучившись по охоте, даже хвост и клыки наружу выпустил, понукая человека броситься в погоню. Сяо Чжань промедлил лишь краткое мгновение, задаваясь вопросом о целесообразности этого и возвращая челюсть в нормальное состояние, но все же не выдержал и рванул вперед, заражаясь возбуждением зверя и его кипучей хищнической энергией. - Извини приятель, сегодня не твой день, - сказал он жилистому широкоплечему разбойнику, пришпиливая его к земле и одним выверенным движением перерезая тому горло. Запах страха и горячей крови поверженного противника был по-своему волнующим и соблазнительным - он соврал бы, если бы сказал, что совершенно не любит его. Но все-таки слишком увлекаться не стоило. Он помнил истории об альфах, которые слетали с катушек и становились настоящими монстрами, если слишком часто поддавались животной жажде убийства. Этому миру и так хватало разнообразных опасных тварей. Не стоило пополнять их нестройные ряды собой. Помимо ответственности перед стаей и почившими предками, теперь у него было кого любить и баловать, о ком заботиться и в чьей компании наслаждаться жизнью. Оставшимся двоим Сяо Чжань позволил сбежать. Он прошелся по лагерю бандитов, собирая стрелы и ценные вещи, затушил костер, пошарил по карманам мертвецов - не пропадать же добру, с главаря снял плащ и завернул в него уродливую одноглазую голову. В объявлении о розыске не было сказано, что тело преступника нужно принести целиком, и он не собирался тащить его обратно в Вэйфан на своем горбу по заснеженной скользкой дороге. * Дневной свет уже начал убывать, когда он остановился перед зданием стражи и швырнул куль с отрубленной головой им под ноги. Охранники засуетились, называя его наглецом, сверяя мертвое лицо с портретом в объявлении и параллельно с подозрением косясь на статную фигуру не встречаемого прежде альфы. Сяо Чжань смотрел на них спокойно, чуть сощурившись. Это были люди Мо Дуаня, и он помнил, что не далее как этим утром ему настойчиво советовали держаться от них подальше. Но он не был каким-нибудь рядовым простолюдином или неуверенным в своих силах юнцом без солидного багажа опыта по выживанию за спиной. Он был искусным воином, он был главой крупной стаи, и он планировал поселиться рядом с этой деревней, приходить сюда со своим партнером и будущими детьми, а значит, должен был сделать ее настолько безопасной, насколько это вообще возможно. Сяо Чжань не собирался всю жизнь лазить в дыру в заборе, скрывать лицо и бояться оставить омегу одного даже на минуту. Деспота и его прихвостней следовало изучить прежде, чем он начнет что-то предпринимать для исполнения своей мечты о светлом будущем, и сейчас был подходящий момент, чтобы начать. - Ты кто такой? - спросил его один из одетых в темное стражников, и Сяо Чжань небрежно сдул со лба выбившуюся из конского хвоста прядку, кладя ладонь на рукоять меча. - Всего лишь усталый странник и простой искатель приключений, который иногда берется за грязную работенку, чтобы было чем оплатить комнату, даму на вечер и хорошее вино, - легко ответил он. - Кстати, этот прайм был не один. Я сократил поголовье разбойников в этих краях, разве за это не полагается надбавка? - он требовательно вытянул руку вперед, ожидая вознаграждения за поимку преступника. - Нет морды на доске розыска - нет надбавки, - сварливо рявкнул один из стражей со знаком отличия на шлеме, и неохотно уронил в его ладонь увесистый мешочек с монетами, делая знак подчиненным унести куда-нибудь мертвую голову. - Где именно ты их разыскал, чужак? - Нет надбавки - нет точного местоположения тел, - легко отпарировал Сяо Чжань и подкинул мешочек на ладони, затем убирая его за пазуху. - Будет пир зверям да воронью. Что ж, спешу откланяться, господа. - Куда-то торопишься? - кисло спросил тот же стражник. - Красавицы давно уж заскучали и пыль дорог горит под сапогами, душа рвется к бескрайним просторам полей и вершинам белых гор! - частично пропел он, неопределенно махая рукой. - Мало ли мест в этом мире, где только меня и ждут? - Проваливай, - выплюнул стражник и отвернулся, заканчивая разговор. - Чудило… Понаехали тут… Сяо Чжань на мгновение поджал губы, недовольный, что не удалось выманить на шум самого Мо Дуаня, но еще раз махнул рукой и направился прочь. Невнимательные они - жуть, и как вообще таких на службу берут?.. Ну, ему же лучше. На ближайшее время и приятные планы вырученных денег хватит сполна, а затем он просто поймает рыбку покрупнее, и шанс поболтать с более значимыми представителями власти у него еще будет. Рынок стремительно сворачивался. Многие прилавки уже опустели целиком, другие - наполовину, и торгаши копошились, укладывая непроданный товар в корзины и сумки, чтобы припрятать на ночь. Обеспокоенный тем, что задержался слишком сильно, Сяо Чжань заторопился на поиски омеги и его братьев, но невольно затормозил перед витриной с побрякушками, запримеченной ранее. Средних лет бета уже убрал серьги и браслеты, но… - Подождите, добрый господин, - окликнул продавца Сяо Чжань, подскакивая к нему. - Я хотел бы кое-что купить, это недолго. - О, и что же? - отозвался бета, отвлекаясь от сбора украшений и возвращаясь за прилавок. Перед ним оставались заколки, гребни и кулоны, и взгляд Сяо Чжаня заметался между разноцветными камнями - о, он хотел бы подарить Ибо нефрит, драгоценный, самый прекрасный и чистый, такой же, как сам юноша, и достойный ненавязчиво подчеркивать его красоту, но к сожалению для покупки этого благородного камня требовалось заработать много больше, да и на обычном рынке такие изделия почти никогда не продавались. Нужно было выбрать из чего-то попроще, чего-то в наличии, но все же, камень должен был быть подходящим… Сердолик?.. Нет, при всех своих чудесных свойствах, темно-рыжий камень никак не ассоциировался у Сяо Чжаня с прохладной красотой Ибо и нежностью жасмина. Может, горный хрусталь?.. На первый взгляд казался тем, что нужно, но тоже нет - в стремительно надвигающихся зимних сумерках камень казался абсолютно прозрачным, бесцветным, слишком простым. Тогда, может, агат?.. Яшма? Или гребень с яркими капельками бирюзы? - Могу помочь выбрать, - поторопил его продавец, потихоньку убирая лежащие сбоку кулоны и гребни, на которые его припозднившийся клиент, вроде бы, не обращал внимания. - Вам для кого? Сяо Чжань начинал чувствовать отчаяние. Что он должен был ответить, “для любви всей моей жизни”? И как это поможет? Продавец убрал с прилавка еще пару украшений, и что-то блеснуло из-под приподнятого им крупного кулона, будто долгожданная юная зелень ранней весны и свежий вечерний ветерок несущий прохладу после знойного августовского дня, шум кристально чистого, ледяного горного ручья и заснеженные острые пики - ищущие глаза Сяо Чжаня остановились на изящной заколке из зелено-голубого халцедона. Ибо подвязывал волосы выцветшей лентой, либо закалывал простой деревянной шпилькой, и альфа мог бы… - Это, - слегка охрипшим голосом произнес он, указывая на заколку. - Я возьму это. Продавец настоял на том, чтобы упаковать подарок в резную шкатулку, и Сяо Чжань не нашел в себе желания этому препятствовать. Шкатулка тоже была красивой, и времени упаковка вроде заняла чуть... Практически убегая от прилавка с украшениями он выцепил еще и торговца аппетитными танхулу, и к тайному ходу в окружающей селение стене - на рынке Ибо и его братьев уже не оказалось - подлетел запыхавшись, практически запинаясь о собственные ноги. - Чжань-гэ, наконец-то! - воскликнул Ибо, кидаясь ему на шею, пока Чжоу Исюань, последний остающийся по эту сторону ограды, кроме самого омеги, протискивался в дыру. - Небо, я так волновался! Где ты пропадал?! Это… это что, кровь?!! - Не моя, - поспешил уверить его Сяо Чжань, крепко обнимая юношу свободной рукой и прижимаясь губами к макушке. - Просто... работал. Прости, что задержался, немного не рассчитал время, но я торопился изо всех сил. Все в порядке, надеюсь, вы не долго ждали? - Как будто мне бы позволили, - жалобно хныкнул Ван Ибо, отстраняясь от альфы и обиженно толкая его. - Иди давай! Кем ты, гуй тебя подери, так долго работал? Я чуть с ума не сошел, думал, вдруг что-то случилось..! - Сначала ты, - настойчиво сказал Сяо Чжань, проигнорировав восклицания и вопросы, и заставил омегу первым пролезть в щель. - Я сразу за тобой, детка, не переживай. - Гляньте, какие люди, - хмыкнул Сынён, когда альфа следом за всеми оказался снаружи деревни. - Мы уж думали, тебя какой-нибудь хуньтунь сожрал. Сонджу согласно хмыкнул с таким выражением лица, будто во рту у него оказался целый лимон, и принялся прилаживать доски на место. - Не слушай его, - поджал губы Исюань. - Он постоянно глупости говорит. Мы рады, что ты вернулся, а то кое-кто жутко беспокоился и всех нас изводил. Вместе спокойнее, правда? Пойдемте домой. - Старший бета развернулся и направился вдоль забора по узкой протоптанной ими ранее тропинке. - Охотником за головами он работал, да, Сяо Чжань? - неожиданно сказал Вэньхань, с ног до головы окидывая его нечитаемым взглядом. - Ну-ну. Понятно теперь, откуда у тебя такие... навыки. - Из твоих уст это звучит как что-то плохое, - поморщился Сяо Чжань. - Но ловить преступников и подозреваемых - это честный способ зарабатывать деньги. - Я не сказал, что это плохо. Просто многое объясняет в твоем поведении. - Г-гэ… - растерянно заикнулся Ибо, не понятно к кому обращаясь и переводя несчастный взгляд с одного на другого. - Пожалуйста, давайте не будем ссориться? - Мы не ссоримся, - хором ответили Сяо Чжань и Вэньхань и свирепо посмотрели друг на друга. Воздух опять загустел от выделяемых альфами феромонов. Но прежде, чем градус их беседы мог бы подняться еще, случилось то, что заставило их всех инстинктивно пригнуться и замереть. За оградой заплясали тени, отбрасываемые факелами, и раздались ритмичные чеканные шаги, громкие грубые разговоры - вдоль стены проходил патруль. Первым порывом Сяо Чжаня было схватить омегу и спрятать, укрыть собой, но он с трудом сдержался, понимая, что в этом не было реальной необходимости, лишнее резкое движение наоборот могло бы привлечь к ним нежелательное внимание. Судя по крайне напряженным лицам Вэньханя и Сонджу они испытывали аналогичные затруднения. Находясь чуть впереди их всех, Исюань отчаянно замотал головой и прижал палец к губам. - Чет как-будто кем-то воняет, - задумчиво произнес один из охранников, остановившись по другую сторону забора прямо напротив их замерших фигур. - Не чуешь? - Это ты воняешь, мыться чаще надо, - насмешливо ответил другой. - Ой, заткнись! Да не… правду говорю, альфачьи феромоны, и снег вытоптан, коль нос бесполезен, глаза-то разуй?.. - Он всегда тут утоптан, потому что мы тут ходим, болван! И крестьяне еще, тут много кто рядом живет. - Ну… - Здесь сплошная стена, что ты пристал? Подумаешь, может кто подрался до нашего прихода. А щас нет тут уже никого. Пошли, я жутко замерз, выпить надо. Стражники ушли, продолжая пререкаться, а Сяо Чжань, наконец, смог облегченно выдохнуть. Опасность миновала. Похоже, им и правда везло - среди патрульных не было следопытов, и они явно были туповаты. Но продолжать в том же духе было нельзя, так как любое везение имеет неприятное свойство заканчиваться в самый неподходящий для этого момент. - Давайте быстрее, - зашипел на них Сонджу, выпихивая Ибо и Вэньханя вперед, вслед за Исюанем, и толчками подгоняя Сынёна. - Мы и так уже сильно задержались, по лесу в темноте придется шарахаться. * В остальном обратный путь прошел без приключений. На всякий случай Сонджу до самой чащи шел позади всех, с помощью своей по-особому свернутой накидки заметая остающееся в снегу следы. К сокрытому проходу, который вел в храм, они добрались уже в полной темноте, и хотя оборотни даже в человеческом обличьи неплохо справлялись со скудным освещением убывающей луны, никто не вспомнил о том, чтобы снова завязать Сяо Чжаню глаза. Тот с интересом оглядел уникальную оптическую иллюзию, которую создавали хитрым образом расположенные скальные глыбы. Если не знать, что здесь есть ход, куда встать и под каким углом смотреть, его невозможно было заметить даже с расстояния всего в несколько шагов. Очень впечатляюще. Едва они миновали следующую за проходом пещеру, у подвесного деревянного моста их встретил встревоженный Ван Хань с зажженным масляным фонарем в руке. Пожилой бета обеспокоенно отругал их за непредвиденную задержку, и тут пришло время Сяо Чжаню удивляться что никто - никто! - не обвинил в этом его. Юноши просто виновато покивали, извинились, тут же похвастались, что продали все-все лекарства и закупили необходимые травы для новых, и стройным гуськом направились за лао дагэ домой. Сяо Чжань ощутил себя действительно виноватым - самую капельку, но все-таки. В этот момент он понял, что слишком привык быть один в своих странствиях, легко менять планы на ходу, если была таковая нужда, и не ориентироваться на связанную с ним группу людей. Пришла пора менять привычки. Теперь ему нельзя было подводить не только свою собственную стаю, но и семью Ибо. * Пока Исюань и Сонджу готовили ужин, прогнав всех остальных из зоны, выделенной под кухню, Сяо Чжань уличил момент чтобы поймать омегу и увести в уголок, за разделяющую большую комнату на части перегородку. Ибо все еще немного куксился из-за того, что альфа чуть не опоздал, но у Сяо Чжаня была идея, как поднять ему настроение. Даже парочка идей. - У меня для тебя кое-что есть, детка, - произнес он, едва оторвавшись от зацелованных им нежных розовых губ. - Ах? - взгляд Ибо был уже совершенно поплывшим, темным до черноты, и он, кажется, не до конца уловил смысл сказанных слов, заласканный и податливый в кольце рук альфы. - Подарок, - улыбнулся Сяо Чжань, и не в силах устоять снова поцеловал приоткрытый соблазнительный рот, крепко, но коротко. - Хочешь посмотреть? - О, - наконец оживился омега и завозился в объятиях. - Да, гэгэ, конечно хочу! Сяо Чжань чуть отстранился и достал резную шкатулку, отдал, с затаенным дыханием наблюдая за выражением лица Ибо. Он даже не знал, почему вдруг заволновался. Вроде бы мелочь… даже если омеге не понравится, он мог купить еще, практически любое украшение, которое тот захочет, но почему-то казалось важным… Глаза юноши расширились от восхищения, и он тихо выдохнул, легонько прослеживая кончиками пальцев затейливый объемный узор. - Как красиво… - Это просто шкатулка, - хрипловато ответил Сяо Чжань и нетерпеливо тронул крышку, ногтем чуть подцепляя ее сбоку. - Открой. Ибо любопытно посмотрел на него и послушно заглянул внутрь. Его влажно поблескивающие губы тут же сложились в беззвучное “о!”, и Сяо Чжань как завороженный смотрел на расцветающий перед ним чистейший щенячий восторг. Сердце дрогнуло и застучало быстрее, горячей радостью заливая грудь. - Чжань-гэ!!! - М-м? - Гэгэ! Это… это... - Ибо даже подпрыгнул на месте от переизбытка чувств, презабавно пискнул и осторожно поднял заколку ближе к лицу. - Вау... Такой чудесный цвет… Такая изящная... - Нравится? - Она потрясающая! Конечно нравится, как же иначе?! Ох, роскошная… гэ, такая красивая, это правда мне? - А кому ж еще? - тихо фыркнул Сяо Чжань, с неизъяснимой нежностью наблюдая за счастливым юношей перед собой. Он протянул руку и аккуратно вынул заколку из пальцев омеги, взглядом указывая на его волосы. - Позволишь? Ибо кивнул, но вместо того чтобы замереть и чуть опустить голову, обвил руками его шею и крепко обнял, осыпая лицо пылкими беспорядочными поцелуями, пока альфа не рассмеялся и не обхватил его за талию, немного приподнимая над полом. - Щеночек, ну что ты… - ласково прошептал он в маленькое порозовевшее ухо, наслаждаясь ощущением плотно прижатого к своей груди гибкого тела. - Я же обещал, что все будет по традиции, будет, как надо. - Мне никогда еще ничего подобного не дарили… гэгэ… у меня слов нет... - Привыкай, - улыбнулся Сяо Чжань, покачивая его из стороны в сторону. - Я буду осыпать тебя подарками каждый день, если ты всегда будешь так мило реагировать. - Не надо каждый день, - мотнул головой омега и лизнул его в уголок губ. - Это слишком дорого, и ты меня разбалуешь. Я стану требовательным и капризным. - Что если я хочу тебя баловать? - горячо выдохнул Сяо Чжань, наконец опуская его на пол и чуть отстраняясь, чтобы заглянуть в прекрасные сияющие глаза. - Хочу и буду, потому что ты достоин этого, и жизнь слишком коротка, чтобы ограничивать себя в маленьких радостях. - Чжань-гэ… - Ибо. - Экхем, - вдруг выразительно прокашлялся Исюань, появившись у альфы за спиной. - Ребята, я все понимаю, и очень счастлив за вас, честное слово, но мы тут собираемся поесть?.. Я дверь на улицу не могу закрыть из-за ваших ароматов. Омега смущенно прикрыл рукавом горящее лицо. - Прости, гэ, мы уже все, правда-правда. Я постараюсь себя контролировать... - Дай нам еще пару минут, - попросил бету Сяо Чжань. - Потом мы к вам присоединимся. Обещаю, сильных запахов больше не будет, я… увлекся. - Ладно, - кивнул Исюань и развернулся, чтобы уйти. - Давайте, Сынён уже накрывает на стол. - Постой! - альфа внезапно вспомнил, что до сих пор таскает с собой мешочек с нанизанным на палочки засахаренным боярышником, поспешил отвязать его от пояса и отдать бете. - Возьми, здесь сладости на всех. Но если кое-кто решит, что принимать от меня угощение ниже их достоинства, то чур, лишние порции для меня и для Ибо. Исюань рассмеялся, забирая лакомство. - Хорошо, я тебя понял. Но не думаю, что кое-кто настолько гордые, сладости у нас редкость. Спасибо тебе! Едва парень вышел, Сяо Чжань снова обратил все свое внимание на омегу и поднял к его лицу халцедоновую заколку. - Да, - счастливо улыбнулся Ибо. - Пожалуйста, сделай это. - Он с готовностью опустил голову и замер, покусывая губы и взволнованно теребя шнурок у горловины туники. Альфа аккуратно развязал удерживающую каштановые волосы ленту, бережно пригладил и подсобрал растрепавшийся за день пучок, закрепил его новой красивой заколкой. Она чарующе поблескивала даже в тусклом неровном свете масляных ламп, гармонично сочеталась с утонченной внешностью омеги и вообще смотрелась правильно. Сяо Чжань удовлетворенно вздохнул. Волк утробно, довольно урчал. Так-то лучше. - Ну как? - тихо спросил Ибо, поднимая лицо и глядя на альфу с трогательно-открытым и уязвимым выражением. - Великолепно, - искренне сказал Сяо Чжань. - Ты великолепен. Юноша одарил его широкой лучезарной улыбкой и схватил за руку, потянув за собой. - Пойдем всем покажем, они сейчас ка-а-к обалдеют!

⌑≫─━━━┉┅∎⋉⋇⋊∎┅┉━━━─≪⌑

К свиданию Сяо Чжань подготовился заранее. Еще раз сходил в поселение и разузнал, в какой таверне вкуснее всего кормят, где продают самое лучшее вино, а где наливают самый ароматный чай, в какой лавке шьют хорошую одежду по вменяемым ценам и по каким улицам можно спокойно гулять, не опасаясь лишний раз наткнуться на людей Го-цзы. Поспрашивал народ, не намечается ли в ближайшее время каких-нибудь интересных представлений или ярмарки. Несколько человек сказали ему, что очень смешные сценки и интересные акробатические номера ставят пятеро каких-то симпатичных бродяжек, которые то появляются в деревне, то исчезают. Ха. Сяо Чжань готов был поспорить, что знал этих ребят. Это навело его на определенную мысль, и он заглянул в лавку, торгующую бумагой. В свободное время Сонджу, Исюань и иногда Вэньхань собирались вокруг стола, обкладывались свитками и что-то писали. Сяо Чжань не особо интересовался, потому что его в основном привлекало общество одного единственного человека, а не членов его стаи, но теперь он, кажется, догадался, что юноши могли сочинять песни и сюжеты для своих сценок. Бумага была дорогой. Он купил два десятка листов, предполагая, что такой жест будет оценен. Не хотелось, чтобы это выглядело так, будто он пытается купить их расположение, но с другой стороны, он и молодые альфы едва-едва уживались на одной небольшой территории, терпя общество друг друга только ради Ибо, и с выражением собственной доминантности важно было не переборщить. Да, потом, когда Сяо Чжань построит для себя и омеги отдельный дом, и им не будет нужды ежедневно сталкиваться лицом к лицу, проблема должна будет по большей части рассосаться сама собой, но все-таки... Жизнь бывала абсолютно непредсказуемой, и хотя всем членам семьи не обязательно было прямо-таки любить друга друга, но доверять и признавать лидерство в какой-нибудь экстремальной ситуации - необходимо для выживания. Ван Ибо и Чо Сынён стихов не сочиняли, зато в любое время, когда Сяо Чжань не занимал внимание омеги собой, активно бесились и тренировались в ловкости. Он пару раз попробовал присоединиться к игре в ласточку, и с удивлением вынужден был признать, что уступает мальчишкам. Те, казалось, могли часами подбрасывать и пинать волан, по-разному крутясь и кувыркаясь, при этом не роняя его на землю. А если они не делали это, не карабкались на развалины, деревья, и не кидали мячик набитый песком, то просто носились кругами, играя в догонялки и валяли друг друга в снегу, пытаясь бороться. Сяо Чжань был очень рад и горд узнать, что силы Ибо и Сынёна практически равны. Омега был довольно выносливым, бойким, очень ловким - не чета его размазне-бывшему и еще некоторым знакомым. Да, любой прайм и среднестатический альфа все равно мог бы при должном желании придавить и удерживать его “одной левой”, но для начала проворного юношу требовалось поймать; а Ибо даже и не пытался отпарировать прямые удары - против недюжинной пробивной силы альф это было бы бессмысленно и опасно, но зато крутился юлой, словно танцуя, уклонялся и подныривал под руки, больно щипался, метко пинался, тычками целился в глаза, и Сяо Чжань подозревал, что кажущийся на вид игрушечным кинжал он носит за поясом не просто так. В общем, чем дольше альфа за ним наблюдал, тем сильнее влюблялся, и иногда ему казалось что его вот-вот разорвет от количества испытываемых к омеге эмоций. Он пару раз даже оборачивался волком и сбегал в лес, страстно охотясь на любую попавшуюся дичь, просто чтобы выпустить куда-то вихрь кипящей в нем энергии и желаний. Накануне назначенного дня Сяо Чжань поработал еще немного - продал добытые оленью и заячьи шкуры, отдал скупщику забранные у бандитов “грязные” ценности сторговавшись на весьма приличное количество монет, подсобил местному кузнецу в тяжелой для одного работе и заодно приобрел простенькие дверные петли для старого сарая, про которые забыл в прошлый раз. Позже их будет не жалко заменить на что-то посолиднее. Когда он вернулся на скалу, опять в сумерках, Ибо встретил его у моста, приветливый и ласковый, счастливый его возвращению. Крепко обнимая его и голодно целуя, Сяо Чжань подумал, что благодаря омеге, это место уже начинает ощущаться как дом. Пока не готовый и временно не очень комфортный, но, главное, свой, родной, где его любят и ждут. Чувство было потрясающим, особенным. Его стая тоже всегда радостно приветствовала его, по нему скучали, и он скучал по ним, но это никогда не бывало так. Ибо спросил, не устал ли он, не хочет ли сначала поесть, и когда Сяо Чжань сказал, что не очень, взял его за руку и потянул за собой, не на мост, но в сторону по тропе в два шага шириной, которая, казалось, вела в никуда, разве что к густо поросшему деревьями и кустарником крутому, почти отвесному склону. - Лао дагэ сказал, тебе пора узнать, что нам тут приходится регулярно делать, - пояснил Ибо на его вопросительный взгляд. - Сегодня моя очередь этим заниматься, так что… в общем, сейчас увидишь. Сяо Чжань, заинтригованный, шел следом, пока его уши вдруг не уловили жуткие, протяжные потусторонние завывания и стоны, от которых вдоль позвоночника пробежал табун мурашек, и все мелкие волоски на теле встали дыбом. Он резко дернул омегу назад, задвигая к себе за спину, и меч в его руке оказался быстрее, чем тот успел моргнуть. - Гэ! - воскликнул Ибо, почему-то с тихим смешком. - Нет, гэгэ, не волнуйся, все в порядке! - Я так не думаю, - напряженно ответил он, изо всех сил всматриваясь в сгущающуюся темноту между толстыми стволами старых деревьев. Такие звуки могли издавать самые разные злокозненные существа-дзями, и ни одно из них не было безвредным. - Да нет же, Чжань-гэ, послушай, это лао дагэ придумал, на самом деле ничего опасного там нет! Отпусти меня, и я все тебе покажу. Вот, зажги лучше фонарь, не люблю, когда темно… Сяо Чжань выполнил его просьбу, но смог выдохнуть и расслабиться только тогда, когда собственными глазами увидел то, о чем пытался сказать ему омега. Источником жутких звуков оказались подвешенные к ветвям специальные трубки разнообразных размеров и причудливых форм. Они покачивались на порывистом горном ветру и завывали на все лады, имитируя голоса нечисти и неупокоенных злобных духов так хорошо, что издалека даже волчий слух не мог отличить такую подделку от голосов реально обитающих в этих краях тварей. Ибо объяснил, что с этого склона открывается вид на Вэйфан, и ветер здесь почти всегда дует в сторону деревни, а значит, в ночной тиши доносит туда и якобы потусторонний вой. - Нужно держать их в тонусе, - сказал юноша. - А то реальную нечисть мы здесь почти полностью изничтожили, а у Шао Го-цзы иногда возникают дурные идеи отправлять сюда своих людей, чтобы испытать их смелость и заодно посмотреть, не наложить ли лапы на эту скалу и остатки храма. Склон очень крутой, без специфических умений и приспособлений не залезешь, но они все равно пытаются. Так что мы периодически устраиваем тут “представления”, чтобы было поменьше желающих. А то если поймут, что тут на самом деле никого нет… Со мной обычно Вэньхань или Сонджу ходят, но я сказал, что сегодня ты мне поможешь… поможешь ведь? - Естественно, - мгновенно ответил Сяо Чжань. - Детка, тебе не нужно меня о таком спрашивать. Покажи, что нужно делать, и я целиком к твоим услугам. Следующий час, а может и чуть больше, прошел весьма увлекательно. Раньше Сяо Чжань лишь мельком слышал о таком, в каких-то старинных былинах и полузабытых историях о неравных битвах, но процесс оказался простым и при этом довольно занятным. Из неглубокой пещеры они достали и установили на самом краю обрыва гибкие, особым образом сконструированные большие рогатые чучела, которые угрожающе мотались на ветру и как припадочные размахивали конечностями; зажигали и переносили с места на место разноцветные мелкие фонарики, которые время от времени гасли, совместно с хаотично развешанными светящимися гнилушками создавая эффект блуждающих огней; гремели специально оставленной здесь и собранной в кульки старой посудой, создавая дополнительный шум, а еще изображали зловещий демонический хохот, соревнуясь в громкости и ужасности, а потом долго-долго целовались среди всей этой какофонии и хаоса, не в силах оторваться друг от друга, даже чтобы дойти до теплого дома. В какой-то момент Сяо Чжань не выдержал и притиснул Ибо к наклонному стволу старой сосны, приподнимая и практически укладывая на него, и омега тут же обхватил его руками и ногами, выгибаясь навстречу и позволяя тереться о себя, и трогать абсолютно везде. Плотная зимняя одежда мешала ужасно, и альфа зарычал от досады, когда непосредственный доступ к телу быстро получить не удалось. - Гэгэ… - простонал Ибо ему на ухо, когда его пальцы в очередной раз запутались в слоях ткани и удерживающих ее завязках. - Пойдем в гнездо, пожалуйста пойдем, ты же хочешь, и я хочу, давай не будем дольше ждать… Сяо Чжань сделал глубокий вдох, медленный выдох и прислонился своим разгоряченным лбом ко лбу омеги, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце, утробно урчащего волка, и немного прийти в себя. Рассудок подсказывал ему, что каким бы соблазнительным это предложение ни было, на самом деле поддаваться порыву не стоило. Во-первых, в каменной башне было чуть ли не холоднее, чем на улице, запас дров хранился неблизко, печь сначала требовалось почистить, а омеги в целом, и часто кашляющий Ибо в частности, не отличались лошадиным здоровьем. Во-вторых, хоть там и хранились на постоянной основе некоторые вещи юноши и его братьев, которые формировали, собственно, гнездо, в данный момент там не было ни белья, ни воды, ни полотенец, вообще ничего для элементарной гигиены. И наконец в-третьих, меньше всего он хотел бы случайно сделать своей омеге щенков при таких неподходящих обстоятельствах, а потом еще и исчезнуть на несколько месяцев, не имея ни малейшего понятия что с ним происходит, и оставив его в максимально деликатном, эмоционально нестабильном и уязвимом положении. Это было бы попросту подло. Серьезные отношения так не строились. Поэтому он сменил тактику, снова целуя Ибо, но уже не страстно и напористо, а неспешно и ласково, ловя губами жалобное тихое поскуливание, шепча нежности и клятвенные обещания, оставляя в покое его одежду. Им обоим нужно было прийти в себя и осознать, что сейчас было не время и не место для первой по-настоящему интимной близости. Сяо Чжань не хотел превращать важный древний ритуал по формированию не только физической, но и глубокой эмоциональной связи в обычный перепих на волне охватившей обоих мимолетной похоти. Он знал, что как только они останутся наедине, как только он увидит перед собой обнаженного возбужденного омегу, то не сможет удержаться и обойтись только руками и ртом, знал, что не сможет не оставить на нем свою метку. И если метка спровоцирует течку, что бывало нередко, он хотел быть уверен, что никто и ничто не помешает им заниматься любовью до изнеможения, что он сможет как следует позаботиться об Ибо. И лучше бы чувства юноши в этот момент не омрачала перспектива неизбежного скорого расставания, а чувствительный нос Сяо Чжаня не раздражали пусть и легкие, но назойливые запахи других альф. Сейчас, каким мучительным бы это ни казалось, лучше было подождать. К тому же, несмотря на разгоревшийся в штанах непредвиденный пожар, на этот вечер у него были запланированы другие необходимые дела. Сяо Чжань держал в объятиях и размеренно гладил омегу до тех пор, пока не убедился, что Ибо успокоился, понял все правильно и чувствует себя хорошо, затем помог закончить притворное буйство нечисти, отвел его в дом, чьи окна в зимних сумерках светились уютным желтым светом, а сам направился к стоящей в стороне одинокой башне - ему еще очень многое необходимо было обсудить с Ван Ханем и прийти к консенсусу как можно скорее.