Мечтатель

Что он собирается сделать? Убить, избить, просто покалечить? Это ожидание пугало и сводило Цвиркунова с ума. Он осматривал комнату свою. Вроде все вещи лежат на местах, но беспорядок в комнате не только из-за грязных следов ботинок на полу. С тех пор, как здесь появился Саша, он как-то всё резко изменил. Всё стало непривычным, неудобным для него. В комнату повалил дым. Не обильно, конечно, но его присутствие заметно. Яков с первого его попадания в легкие понимает, что дым сигаретный. Парня передёрнуло — очень противный запах, и взяться ему не откуда, если, конечно Саша не вернулся в квартиру. Эти летающие силуэты приведений, что виднеются на дорожке того дыма, пугают. Серая, витающая в воздухе, почти ровная дорожка доводит до дрожи. Это состояние усугубляют воспоминания. Возле школы всегда так пахло, там, где избили его однажды. Юноша закрывает нижнюю половину лица рукавом свитера своего, чтобы не слышать запах и пассивно не употреблять. Александр, очевидно, специально надымил и в этой комнате, показывая свою независимость перед хозяином квартиры. Теперь хозяин здесь он. Яша услышал хлопок двери. Такой громкий и резкий, что кудрявый подпрыгнул от неожиданности. Снова пошел пить, гулять и отдыхать от жизни, которая, как кажется, никак его не затрудняет. От чего он отдыхает — одному Богу известно… До вечера все было нормально, по-сравнению с предыдущими событиями. Яков долгое время плакал, он плакал почти целый день и лишь только пару раз останавливался, чтобы банально воды попить, или по квартире походить. К концу дня слезы просто надоели, и их хотелось больше никогда не чувствовать на своем лице, но они снова и снова текли по щекам. Ощущались уже тяжёлой, надоевшей, пыльной маской на лице его. Шаги скоро становятся громче, но скорость их разная, потому что они разной длинны — Саша пьян. Яша лежал на кровати на одном боку, повернувшись лицом к стене. Шаги вскоре стали совсем громкими, а потом остановились. Ненадолго Яков замер в ожидании. Страх сковывал тело и сжимал сердце в кулак. Сейчас он не мог дышать, просто лежал с закрытыми глазами, мысленно моля о пощаде. Но зря он надеялся, потому что в следующую же минуту в спину его ударили коленом, заставив выгнуться очень круто. Кудрявый вскрикнул, но как-то глухо, потому что дышится теперь не так легко. Он остался бы лежать в таком положении и скулить, но Балунов взял его за волосы и притянул к своему лицу. Он пригрозил, что если так кричать, то можно схлопотать по шее. Возмущение овладевало Яшей, он понемногу даже начал злился. Говорил блондин отчетливо, как будто и не пьяный вовсе, взял и отбросил Цвиркунова снова лежать на кровати, а сам закопошился, расстегивая свой ремень. Непонятно было, что происходит и к чему весь кипиш опять… Он сильно испугался, когда всё же дошло, с кровати подскочил и ринулся прочь. Саша, как расстегнул свои штаны, пошел за ним. Шёл он уверенно и спокойно, ведь Яше некуда бежать — квартира на ключе, окно на шестом этаже, соседки полумёртвые бабули. Его даже не услышат. Младший заперся в ванной комнате и забился в угол, обнимая свои колени. Сейчас ему было еще страшнее. Наверное, было бы лучше, если бы Саша просто избил его до полусмерти, но никак не это. Александр стучал в дверь и угрожал, но Яков закрыл уши руками и зажмурился. Опять все тело его дрожит и нет никакого выхода из ситуации. «это сон, я сплю это сон, я сплю это просто кошмар…» Вдруг грохот биения кулаков о деревянную дверь прекращается, Цвиркунов убирает руки от головы своей и смотрит на эту хоть и хрупкую, но преграду. Тишина. Стало совсем тихо, и Саша не говорит никаких угроз, но почему? Через секунду это спокойствие разрушается, так как замок в двери ломается, и отворяется она сама, чуть не слетев с петель. Яша вновь заключает голову свою в защитный купол от рук, но это никак ему не поможет. Громкий грубый голос сверху поведал о том, что убегать было ошибкой. Да только, чего она ему стоила? Балунов опускается на корточки перед досмерти напуганным парнем, что дрожит, как стиральная машина времён СССР. Тонкая рука его хватает Цвиркунова за голову и приносит к углу ванной после чего голова разбивается в кровь. Удар получился очень точным и Яша на несколько минут потерял сознание.Честно говоря, Саше нравилось смотреть как он беспомощно сопротивляется, демонстрируя свою слабость. Но так будет проще. Пока тот в отключке его можно раздеть не порвав при этом одежды. Раздеть не для того, чтобы посмотреть на его юное чистое тело, а просто чтобы еще как-то унизить. Но тело Цвиркунова действительно привлекает. За эти несчастных десять минут кудрявый видит сон длиною в жизнь. Он гуляет по ромашковому полю с любимым парнем, срывает цветы. Вокруг все светло и солнечно, слышно пение птиц, а чистое голубое небо вздымается над их головами. Он бы не хотел прерывать этот прекрасный кадр. Остаться во сне не получится. Яков открывает глаза и видит над собой блондина. — Как же я хочу, чтобы тебя сбило машиной, — сквозь слезы дрожащим голосом произносит он. — Что?! Почему же ты раньше мне этого не сказал?! Я бы не затруднялся, не ехал бы к тебе, — с этими словами Саша ударяет обидчика по щеке. Да если бы я только знал, что ты — такая же мразь, как и остальные! — подумал Яков, но не сказал. Не сказал, потому что понимал, что дело не в остальных плохих людях, а в нём. Это он виноват в своих страданиях, он самый ужасный и немощный человек среди них. Острая боль пробуждает его и он бодрится. Саша сжал изрезанную руку его на запястье. — Чего молчишь, Яшенька? — на этот раз Балунов произнес вопрос с наигранной нежностью, а после повернул парня к себе спиной. Пока еще рано сдаваться страху с потрохами, кудрявый изо всех сил отталкивается от плиточного пола, чтобы встать. Тяжелое колено придавило его к земле, затронув то место, куда его били до этого. Ребра ударяются, и сжимают легкие, в следствие чему Яков прохрипел. — Ты похоже не расслышал меня. Я сказал, что убежать у тебя не получится. Александр погладил парня вдоль позвоночника. Цвиркунов замолк, хоть ему хотелось кричать. От боли и обиды кричать хочется до потери голоса. Слезы наверное кончились, или просто сил рыдать нет. Парень зол как никогда. На себя, в основном. — Вы все пидоры с женской фигурой, или только ты? — безуспешно Саша старался вывести его на диалог. Колено он убирает со спины, но все еще держит жертву за плечо. Вскоре Яше все равно пришлось заговорить, причем очень громко. Саша проник в его тело своим, но сделал это не со всей своей злости. Хотел он первый заход совершить резко и быстро, но поза не самая удобная, потому пришлось замедлиться. Кудрявому всё равно было больно и невыносимо стыдно. — Отвали от меня! — завопил лежачий, все больше стараясь высвободиться. За плохое поведение его наказали более усиленным толчком. Юноша начал скулить, зажмурил глаза. Движения, которые делает Саша его доводят до дрожи, только вот в хорошем смысле. Когда тот поцарапал ногу его, он не смог сдержать стон наслаждения, повезло, что он был тихим. Балунов решил, что он продолжает ныть. — Плачь, плачь, сука, — он явно ухмылялся, это даже спиной было видно. Яша бы взбесился из-за его грубых слов, так как сейчас он по неясным причинам осмелел. Но он не произнес ни слова, кровь его прилила к мозгу, и к ещё одному месту, а возбуждение одолевало целиком и полностью. Он пригнул голову и открыл рот, а плитка запотевала от его горячего дыхания. Всхлипов и мольбы сжалиться Александр не услышал, чему был немного удивлён. Парень всеми силами сжимал его плечо, другой рукой избивал и царапал младшего, но никак не мог добиться банальных слёз. Последнее, что он придумал, это укусить его нежную кожу. Оставить побольше увечий было его главной целью. Блондин вонзился в тело его своими зубами. Член его вздымался все выше, Яков все это чувствовал. Когда кровь потекла вниз по спине, оставляя красную дорожку, цепляя маленькие чуть заметные светлые волоски на ней, кудрявый трепетнулся и вновь сладко простонал, запустив в лёгкие воздух холодный, а выпустив горячий пар. Саша стал ненавидеть себя во-первых, за то, что это все нравится педику, который под ним, а во-вторых, за то, что это точно так же нравится и ему самому. В попытках уничтожить любовь к мужчинам у этого молодого человека, он сам вляпался в эту грязь, в которой теперь утопает. Еще один ошеломляющий удар по кудрявой и без того истекающей кровью голове был сделан уже не чтобы причинить ему боль, а чтобы уничтожить все человеческое в себе. «не кончил — не пидор» — решил Саша у себя в мыслях и поспешно отстранился от измученного тела. — Я тебя ненавижу, — последнее, что они сказали друг-другу, прежде, чем Александр покинул квартиру в очередной раз.