Бездна

      Руби совсем не удивилась, когда мать на утро стала расспрашивать, откуда у её дочери следы от удушья. Также, как и Лора совсем не удивилась, что дочь ей не ответила. Это было не впервые и почти вошло в привычку. Вот только не все привычки являются хорошими или вообще, хотя бы адекватными.       Две недели брюнетка прогуливала колледж и эти дни дались ей нелегко. Трудно было признать, что теперь она ходила на учёбу не только для того, чтобы отвлечься и повидать друзей. Ей так хотелось встретить, хотя бы ненароком, мисс Уокер и она сама не понимала, отчего такая тяга. Не могла же она быть лишь от единично оказанной помощи.       Лишь, когда синяки полностью сошли с бледной кожи шеи, Руби решилась вернутся. Друзьям она врала, что заболела. Они верили, как и всегда. По их мнению ничего здесь странного не было, ведь Руби такая хрупкая, совсем ничего не ест, иногда курит, вот и иммунитет слабый. — Мисс Харисс, — окликнул кто-то девушку.       Брюнетка обернулась на зов. Мужчина среднего роста, возраста сорока лет, с серыми глазами и неприятной улыбкой. Элиот Томпсон, преподаватель основ инженерии ей сразу не понравился. Такой лицемерный, напыщенный, что Руби от одной мысли, хотелось отдалится от него, как можно дальше. Вот и сейчас, она преодолела массу усилий, чтобы просто подойти к мужчине. — Вас вызывают к куратору, — его рот исказился в неприятной улыбке, — мисс Уокер ждёт вас в своём кабинете.       Грудная клетка Руби неприятно сжалась от чувства тревоги. Всё это время ей хотелось увидеть женщину, но теперь, когда появилась возможность, брюнетку же, лишь бросило в неоправданную панику. Как назло Чарли и Кэвина рядом не было, да и переживать она не привыкла. Было время лишь на то, чтобы поубавить напряжение, пока она шла к кабинету кураторши, но вместо этого оно только нарастало.       Дверь была приоткрыта. Руби сделала несколько тяжёлых вдохов и выдохов, затем постучала, и вошла. Сосредоточенная голова преподавательницы взглянула на источник звука и отложила тетради, которые проверяла. Маленькое, но отчаянное и храброе сердце девушки застучало чаще, при виде строгих карих глаз, взгляд которых был устремлен на неё. — Здравствуйте, мисс Уокер, — тихо, почти шёпотом произнесла Руби, потирая место, где заживала рана на голове, нанесенная две недели назад.       Женщина ничего не ответила, лишь кинула взгляд на руку ученицы, которую она перебинтовывала в последний день перед прогулами. — Иди сюда, — безэмоционально проговорила мисс Уокер и отвернулась в сторону окна.       От неожиданности Руби немного опешила, но всё же выполнила просьбу. Удивилась брюнетка и от того, что обратилась к ней преподавательница на ты. Вот только, возле мисс Уокер ей стало как-то душно и жарко, а руки стали дрожать. От самой же себя Руби нахмурилась и отвернулась, чтобы не смотреть на женщину и вовсе. Её дико удивляли свои же реакции. Мисс Уокер перестала смотреть в окно и аккуратно взяла руку студентки, посмотрев на свежий рубец, и недовольно поглядев на студентку. Тяжело вздохнув, женщина отпустила её. — Почему не перебинтована? Рана же ещё не зажила.       Теперь же Руби точно вошла в ступор. Она была убеждена, что сейчас её накажут за прогулы, а теперь тоже наказывают, но за совершенно неожиданные вещи. — Э... — мямлит Руби, наспех вспоминая все возможные и подходящие отмазки и оправдания, — да, как-то времени не было, спешила.       Девушка сталкивается с недовольным взглядом преподавательницы и сразу же отворачивается, делая вид, что её очень заинтересовали собственные ноги. — Ладно... Вообще я не поэтому тебя вызвала. Ты же понимаешь, что прогулы в высшем учебном заведении - это очень строгое нарушение, — строгий взгляд карих глаз за очками казалось, стал ещё холоднее, — какая причина отсутствия? — У меня были проблемы в семье, — холодно отчеканила Руби, сама удивляясь своему тону. Она не хотела врать, но и дословно говорить не собиралась. Маме было наплевать, ходит её дочь на учёбу или нет, как было всё равно, от куда у Руби следы от удушья на шее.       Мисс Уокер надолго заглянула в глаза студентки, будто выискивая настоящий ответ. Руби уже чувствовала румянец на своих щеках, но продолжала упрямо отвечать на взгляд женщины. В конце-концов, через какое-то время она тяжело вздохнула и снова отвернулась в сторону окна. — Я понимаю, что в семье действительно могут быть проблемы, — говорила мисс Уокер, продолжая смотреть в окно, — надеюсь, что ты не врешь мне и не прогуливала чисто из своей же прихоти. Но перед этим, пожалуйста предупреждай хотя бы меня, а я уже донесу о твоём отсутствии администрации и так далее.       Руби благодарно кивает и обещает в следующий раз предупредить, хоть и не уверена, что сдержит обещание.       Девушка всегда умела ждать и терпеть, особенно, если дело касалось мести, вот только мысль о том, что её снова могут изнасиловать, снова побить и бросить в коридоре, как скота, выводила её. Поэтому сделав вывод, что мамин дружок или как Руби любила называть — йобарь, не такой уж и важный и исчезновения его никто и не заметит, брюнетка выждала момент пока мама уснёт, в отключке после выпитого алкоголя и начала собираться. Она знала, что нужно всем мужчинам, которые хоть раз к ней домогались и знала, как их заманить. Вот только, была одна проблемка. Дом насильника, Роберта, находился почти в центре города, где бурлила студенческая жизнь. Но Руби быстро нашла решение. В их районе находилось много баров, где никто не знал друг друга по имени и даже сам бармен пил и был всегда наготове. Заранее договорившись встретится в одном из таких баров с Робертом, намекнула на нескромную встречу, брюнетка откинула телефон и лениво стала собираться. На самом деле Руби имела очень даже красивое лицо и прямые черты лица. Вот только избегая лишнего внимания вокруг себя, она привыкла одеваться, как серая мышка. Именно поэтому, ей всегда было трудно собираться на убийство к насильникам. Она красилась, распускала волосы, надевала мини юбку, оголяя красивые длинные ноги, хоть и не без синяков, которые у неё не получалось закрасить не тональником, не тенями, не ещё чем-нибудь.       Руби пришла раньше. Нервничала, когда каждый раз ловила на себе жадный и дикий взгляд разных, казалось бы, алкашей. — Здравствуй, — улыбнулся Роберт, бесстыдно заглядывая в декольте девушки. Он поцеловал её руку, от чего Руби стало противно. Она взглянула на часы. Время близилось к двенадцати. — Здравствуйте... — Что будешь пить, красавица? — То же, что и вы, — пожала она плечами.       Пузатый отошёл к барной стойке и вернулся с двумя бокалами пива, которые брюнетка с интересом оглядывала. В одной из них ей нужно было всыпать снотворное и пока оно не начало действовать, вывести Роберта в лес. — Ну что ты так на вы, да на вы, давай уж ко мне без формальностей, — мужчина отпил алкоголя, вытирая с пухлых губ остатки пены. Руби прикусила губу.       Она приподнялась, наклонилась к уху Роберта, который пользуясь случаям, пялился в её грудь. — Как скажешь, — прошептала она ему на ухо, — хочешь, чтобы я называла тебя папочкой, когда мы будем трахатся?       Руби села обратно, довольно улыбаясь, ведь Роберт так и не понял, что за это время пока смотреть в декольте, брюнетка подсыпала ему в пиво вещество, через сорок минут приёма которого, он уже будет спать сладким сном. Девушка посмотрела по сторонам. На них никто не смотрел. — А ты та ещё шлюха, — задорно улыбаясь, сказал мужчина, облизнув губы, после чего щедро отпил пива. Руби же заулыбалась ещё больше. Всё шло по плану. Сама же девушка к бокалу и не притронулась. — Вот только у меня есть одна просьба, — Руби стала водить пальцем по горлышку бокала, за которым Роберт наблюдал, как завороженный. Брюнетка понимала, что он уже возбудился, поэтому и хлещет пиво, как верблюд, чтобы побыстрее вставить в девушку свой член, — знаешь, ну... я всегда хотела попробовать сделать это в лесу, ну так сказать, воссоединится с природой.       Грюк. Мужик подорвался. Одним глотком опустошил стакан и жестом показал, чтобы его спутница вставала. Руби немного разозлилась. Нужно было просидеть ещё минут десять и она уж никак не хотела, чтобы ей действительно пришлось заниматься сексом с йобарем мамы. — А мы не заблудимся? — настороженно спрашивает Роберт. — О, не переживай, я знаю лес, как свои пять пальцем, — коварно улыбаясь, отвечает Руби.       Ночью было не так уж и темно. Звезды и яркая луна освещали им путь в лес. Похоже Роберт был так возбужден, что думать головой ему совсем не хотелось и он шёл на поводу у своего полового органа, который уже давно упирался головкой в его штанах. Они шли минут пятнадцать, хрустя ветками, которые царапали Руби ноги. — Ну всё, достаточно, — прильнув к девушке, мужик, стал её лапать. — Нет! — как-то нервно вскрикнула Руби и Роберт недовольно отпрянул, — нужно ещё немного пройти, я знаю одно место...       Мужик пырхнул, но продолжил идти. Брюнетка снова посмотрела на часы. Ещё совсем немного, нужно дотерпеть, дотянуть.       Проходя ещё минут пять, Руби выдохнула, когда заметила, как походка насильника ослабела и шёл он теперь каким-то насмешливым зигзагом. В конце-концов он упал куда-то на ветки, смешно скрутившись в позу эмбриона. Девушка подошла к нему, пнула ногой и сделала вывод, что он не проснётся ближайшие часа два точно. Время ещё было, так что Руби осмотрела местность и поняла, что это не далеко от места, где она спрятала свои принадлежности.       Вернулась девушка быстро, не прошло и сорока минут. Мужик продолжал спать, громко похрапывая, от чего, казалось, все дикие животные разбежались. Руби устала и долго возится с Робертом ей не хотелось, так что разобраться с ним она решила быстро. Это была необходимость, а не месть. — Ну что, йобарь , понравилось тебе вставлять свой гнилой член в мой рот?       И она сделала единственный и решающий удар топора о голову мужика, который тут же перестал храпеть. Брызги крови испачкали всю одежду и лицо Руби, но благо, что она успела переодеться.