Просто будь собой

Мебель привезли вечером. Часов до одиннадцати папа с друзьями перетаскивали весь наш нехитрый скарб, мама занималась организационной частью. Я же по большей мере старалась не мешать, так как не в моей власти было им помочь. Увы, это так. Я не обладала огромной силой или скоростью, не могла двигать предметы силой мысли, не видела будущего. Не спорю, всё это было бы не лишним, но я и так отличалась от обыкновенных людей. Что же я могла сделать? Если в общих фразах – управлять Стихиями. К примеру, заставить воду поменять температуру, объём, цвет, силу; могла превратить огромный валун в пыль, прикоснувшись к нему, заставить расти быстрей траву или увянуть сорняки; могла изменить направление и силу ветра, или при желании попросить его донести до меня шорох листьев дерева с соседней улицы или шёпот в соседнем доме; могла разжечь огонь, прикоснувшись к тому, что хотела сжечь, или же, наоборот, умерить его пыл. Мои способности не раз помогали мне спасти чужие жизни; я прекращала пожары, наводнения, ураганы, землетрясения, но подобное случалось довольно редко, поэтому так же редко прибегала к своим возможностям. Никаких глупостей я себе не позволяла и не разу не подняла своё оружие против невинного, а сделать я могла очень многое, у меня даже мурашки бежали по телу, когда я представляла себе, на что способна. К счастью, каждый раз, когда я прибегала к помощи Стихий, моя просьба была услышана, и если мой поступок не влёк за собой жертвы и разрушения, я творила свои маленькие дела. Я всегда уважала Стихии, каждую в отдельности и всех вместе, и никогда не требовала у них разрешения на применение силы. К тому же, то, что они могли управлять и следить за моими действиями, давало мне надежду, что я не столкнусь однажды с какой-нибудь трагедией, причиной которой стала сама. Но пора подумать о насущном. Я спустилась в садик. М-да, здесь всё находилось в запустении. Ну что ж, придётся этим заняться, сама же хотела. Я предварительно огляделась по сторонам; родители не знали о моих способностях, и я не собиралась раскрывать перед ними карты. Я пригнулась к земле и приложила к ней руку. Мне предстояло вторгнуться в жизнь Земли и её детей ради её улучшения, и я спрашивала разрешения. Я почувствовала тепло, это означало одобрение. Вот теперь пора заняться делом. Цветы были в плохом состоянии, многие из них уже давно завяли. Цвели лишь те, которым для жизни не нужны были ухаживания садовника. С деревьями всё обстояло немного лучше. Пора, давно пора было навести здесь порядок. Я подошла к ближнему увядшему кустику. Кажется, это была роза. Прикоснулась к одному из листиков рукой, он тут же заискрился тихим, ровным светом. Днём его даже не видно, но по ночам я радуюсь, что свет не слишком сильный – не хватало ещё, чтобы соседи подумали, что у нас пожар. От одного листика свет разошёлся по всему кустику; надеюсь, вы не подумали, что мне придётся прикасаться ко всем листьям в отдельности? Если так, то извиняюсь, что жестоко вас разочаровала. Мне пришлось бы до старости поднимать на ноги один небольшой садик. Я почувствовала тепло от ожившего куста и от того, что вновь подарила кому-то жизнь. Так, не спеша, я обошла все цветочные кусты и взялась за деревья. Через полчаса садик было не узнать, а на моих ручных часах была половина двенадцатого. В доме родители уже спали. Ну и хорошо. Я потихоньку пробралась в свою комнату и, не включая свет, легла в кровать. Через несколько минут в доме спали уже все. Когда в детстве я впервые ощутила свою силу и поняла, что могу управлять силами природы, меня обеспокоило лишь одно. Знаете, что? Я ведь создавала многое своими руками, поддерживая жизни плодов и животных. Но убивать и есть то, чему сама дала жизнь? Первое время я просто не ела, но уже через несколько дней почувствовала слабость и поняла, что скоро просто умру от голода и никому этим не помогу. Тогда я по очереди обратилась ко всем четырём стихиям, прося их освободить меня от чувства голода. С тех пор я больше ни разу в жизни ничего не пила и не ела. Поначалу маму обеспокоило моё ежедневное отсутствие за столом, но я успокоила её тем, что у меня свой режим и время принятия пищи. С того дня мне пришлось каждый день понемногу брать из холодильника продукты и раздавать местным бездомным животным, благо их всегда было много. За десять лет друзей среди братьев моих меньших у меня скопилось очень много, совсем недавно мы все вместе попрощались и проводили в мир иной моего самого старого друга – кота Ихтиандра. Мне было ужасно жаль оставлять их всех, ведь неизвестно, как повернётся дальше их судьба. Вот к чему точно я не была готова, так это увидеть у себя под окном, проснувшись на рассвете, всю мою дружную команду, состоящую из пяти собак, семи котов и двух голубей. Конечно, прокормить такую свору было тяжеловато, поэтому мне приходилось тратить свои карманные деньги, которые отец давал мне каждый день. По вечерам, выйдя за калитку и свистнув, я раздавала трофеи моим друзьям. За прошедшие годы состав менялся, но у нас в команде всегда поддерживались тёплые отношения. Стоит только вспомнить однажды забредшего по случайности на чужую территорию кота Майкла. Случилось это как раз под вечер, когда я кормила своих братьев меньших. Вопли Майкла слышала половина города. Следуя за вмиг сорвавшимися с места любимцами, я нашла его на пустыре. Майкла припёрли к стенке три больших и свирепо настроенных кота. Что тут было! Котов тут же как ветром сдуло, я еле успела заметить щель, в которую они сбежали. Пришлось обратиться к Земле за помощью, так как сородичи кота горели желанием отомстить за столь неприветливое отношение к их брату, да и псы не остались в стороне, заглушая мои оклики звонким и раскатистым лаем. Я выстроила перед щелью, в которую сбежали обидчики, и защитниками земляную стену и долго ещё посмеивалась над выражениями мордашек моих питомцев, когда их так грубо оборвали на процессе мести и неизвестно куда дели добычу. Но сейчас, стоя у окна, я задавалась вопросом: как они меня нашли? Долго думать не пришлось – скорее всего, голуби отследили поезд, в котором я ехала, и за ними потянулась вся ватага. А мой дом они нашли по запаху, благо недалеко живу, долго искать не пришлось. Питомцы были вымуштрованы мной на славу, и ни разу за десять лет родители не узнали, какие у меня друзья и как их много, а так же то, куда уходят продукты. Я тихо пробралась по дому. Не хватало ещё маме с папой увидеть меня в такую рань! Конечно, всё можно списать на бессонницу на новом месте, но как объяснить наличие целой своры животных под забором? Однако пробралась до ворот я без приключений. Мои питомцы обрадовались моему появлению: кто завилял хвостом, кто довольно мяукнул, кто распушил перья. Погладив всех, я пообещала вечером принести угощение. Животные поняли и, попрощавшись, отправились осваиваться на новой территории. Я же пробралась обратно в дом и наткнулась на проснувшуюся маму. – О, ты уже проснулась? – Да, ходила посмотреть на садик. Мама решила тоже посмотреть. Почти сразу же я услышала: – Ух ты, Ида, иди сюда! Я послушно пошла. При свете дня садик выглядел ещё лучше, чем вчера ночью. Я вместе с мамой законно восхитилась тем хорошим человеком, который приходил сюда и за всем ухаживал. Эта созданная мамой теория мне вполне подходила, и я не стала ничего уточнять. К примеру то, как человеку удавалось пройти через ворота, чтобы попасть во двор. Папа тоже успел проснуться, и мама занялась завтраком. Мне эта тема была неинтересна, и я поднялась наверх. Родители давно смирились с моим «режимом», как с неизбежным злом. Если бы я действительно морила себя голодом, уже давно бы сильно похудела, но моя фигура не менялась. В четырнадцать лет мой организм перестал дальше развиваться. Тело было довольно взрослым, и я сомневалась, что в будущем что-то изменится. Если быть точнее: рост – 160 см., вес – 45 кг, размер обуви – 37. Я радовалась своему телосложению – маленькая, незаметная мышка, меркнущая на фоне разряженных и накрашенных одноклассниц-моделей. Некоторые из них действительно зарабатывали себе на жизнь модельным бизнесом. Меня не смущало и не расстраивало равнодушие ко мне парней, я не считала для себя смыслом жизни завлечь в свои сети как можно больше представителей мужского пола. Любовь, конечно же, будет впереди, для каждого на этом свете есть своя половинка, но куда мне, собственно, торопиться? Я могу подождать ещё пять, десять, пятнадцать лет. Зато за это время успею встать на ноги, закончить школу, институт, найти работу. Я собиралась работать в заповеднике, защищать и лечить редкие, вымирающие виды животных. Папа пообещал найти подходящий институт, где этому обучают, а я пока что набиралась опыта, общаясь и заводя дружеские отношения со всеми встречающимися мне видами животных. В городе, из которого я уехала, мне кажется, уже навсегда, особого разнообразия природы не наблюдалось, и я надеялась обрести здесь новых друзей из тех пород, с которыми раньше не встречалась в живую. Ведь нужно же как-то занимать оставшуюся половину лета!

***

Это утро выдалось прохладным. Лёгкий туман ложился на улицы, волнуя водителей и пешеходов. Я решила, что до вечера, когда меня посетят мои питомцы, у меня ещё куча свободного времени. Поэтому стоит посетить пляж, в такую рань и при такой погоде там вряд ли кто-то будет. Запасшись картой, я двинулась в сторону леса. Если верить ей, попасть к пляжу можно двумя путями – обогнув лес и пройдя почти через центр города или пойдя прямо через лес. Я выбрала второй путь – лес привлекал меня больше, чем центр города, где наверняка будет куча людей, пусть даже ещё очень рано. В школе у меня нет выбора, но в своё свободное время я старалась держаться подальше от толп. В лесу было тихо… слишком тихо. Это насторожило меня. Обычно в лесу бывает слышна разная возня – муравьи, почти неслышно шуршащие под ногами, щебет неизменных птиц, редко подозрительный хруст в ближайших кустах, заставляющий тело сжаться в струну, и расслабиться, когда это окажется завозившийся барсук или спустившаяся на землю за припасами белочка. Но в этом лесу не было слышно ничего. У меня было всего два предположения – либо этих зверей когда-то выселило более сильное существо, либо… это существо заставило их замолчать, находясь здесь сейчас… Судя по карте, я скоро должна была попасть на пляж. И действительно – минуты через три я раздвинула перед собой мешающие мне двигаться вперёд листья и увидела долгожданную картину – медленно поднимающиеся и оседающие лазурные волны, молочно-белый песок, прохладный морской ветер. Впечатление лишь немного портил туман, не давая увидеть небо и полосу горизонта. Сразу при выходе из леса лежал небольшой песочный курган; если лечь и спрятаться за него, можно видеть весь пляж, а тебя любопытный взгляд не достанет. Я так и поступила – легла на спину и раскинула руки. Понемногу небо стало превращаться из серого в нежно-голубое; с востока потянулся белый атлас облаков, покрывая его и плывя, как лебедь по чистейшему ручейку. Я перевернулась на живот, чтобы посмотреть на пляж, однако туман ещё не успел покинуть его пределы. Перед моим взглядом тянулась широкая полоса ровного песка, заканчивающегося у самой кромки воды. Между курганом, за которым я спряталась, и бьющей о берег волной было около 20 метров. Я положила голову на сплетённые руки и закрыла глаза. У меня было время подумать. Несмотря на все мои способности, я была смертна и легко могла умереть от самого простого ранения. Однако мои способности часто спасали мне жизнь. Случались в моей жизни и довольно тяжёлые ситуации. Приходилось даже убивать, но лишь людей, и то в крайних случаях. Вспоминать об этом было довольно болезненно, и я старалась больше не попадать в такие ситуации, где выходом становилось лишь убийство. Но более болезненно воспринималась мной гибель животных. Даже несмотря на то, что их мысли я читать не могла, более сильное родство всё же испытывала к братьям своим меньшим. Люди же всегда вызывали у меня меньше эмоций. Возможно, я становлюсь сумасшедшей… но, знаете ли, меня это совершенно не волнует! Я тихо засмеялась, но почти сразу же оборвала свой смех. Со стороны воды послышался вой, превратившийся под конец в подобие человеческого стона. Я приподняла голову и вгляделась. Почти у самой воды из тумана выделялась фигура животного, очертаниями напоминающего волка. В живую волка я никогда не видела, в моём прежнем городе они не водились. Стоило использовать подобную выпавшую мне возможность, чтобы познакомиться с новой разновидностью дорогих мне зверюшек. Я тихо поднялась, показываясь из-за своего убежища, но не делая резких движений – волк мог оказаться нервным или даже бешеным. Ветер дул от меня в сторону воды, туман потихоньку рассеивался, и я убедилась, что вижу перед собой настоящего, большого и сильного волка. Это привело меня в радостное настроение и прибавило любопытства. Ветер почти расчистил пляж, и тут волк повернул в мою сторону морду, видимо, почуяв мой запах. Он тут же поднялся на все четыре лапы, а когда я сделала несколько шагов вперёд, оскалил зубы, зарычал и предупреждающе присел в прыжке. Но я продолжила двигаться вперёд, выставив перед собой руки, показывая этим, что безоружна, и когда между нами оставалось всего около 5 метров, волк подобрался, готовясь прыгнуть. Я замерла, ожидая сильного удара, так как волк был почти в полтора раза больше меня. Но вместо прыжка вперёд, на меня, он повернулся в сторону леса, и за несколько мощных прыжков покрыл всё расстояние. Произошедшее произвело на меня двойственное впечатление. С одной стороны, мне было жаль, что волк так агрессивно повёл себя при встрече с человеком, а с другой – я чувствовала, что эта встреча будет не последней. Однако кое-что меня заинтересовало – я не слишком много знала о волках, но мне казалось, что такого умного, острого взгляда у животного быть не должно… Возвратилась домой лишь в обед – я не оставляла надежды, что смогу ещё раз увидеться с этим животным, но моё ожидание было тщетным. Дома папа и мама обедали. Я подсела за стол и спросила: – Ну что, пап, ты уже нашёл работу? – Да, милая. Здесь, оказывается, есть неплохой автосалон, а когда я показал им свои рекомендательные письма с прошлого места работы, они ужасно обрадовались, что к ним попал такой мастер, как я! Я обратила взгляд на маму. – Я тоже нашла работу, – тут же похвасталась она, – зашла в одну газету, они меня расспросили и заявили, что им нужны именно такие эмоциональные, жизнерадостные и энергичные личности, как я! М-да, с моих родителей станется поставить на уши весь город… А их мысли вполне вторили их радостному настроению и проделанной работе. Отец достал из внутреннего кармана рубашки книжицу и положил передо мной. Я вопросительно посмотрела на него. – Это буклет учебных заведений ближайших городов. Здесь, в этом городе, есть то, что тебя интересует. Отец открыл буклет на нужной странице, и я увидела небольшое, скромное здание. Под ним шла подпись: «Медицино-зоологический институт». Я посмотрела на нужные предметы, экзамены которых надо будет сдавать при поступлении: биология, обществознание и права человека, физкультура. Ну что ж, теперь ясно, на какие предметы нужно налегать в оставшиеся два класса – десятый и одиннадцатый. Я вновь вопросительно посмотрела на папу. Он сказал, немного колеблясь: – Ну, учитывая, что этот институт находится здесь и тебе не придётся куда-то уезжать… и, если ты постараешься хорошо учиться, то, возможно… я подумаю. Я поднялась и подошла к папе, чтобы обнять и поблагодарить его. Мама, увидев наши нежности, произнесла: – Я тоже помогала его уговаривать. Действительно, если учитывать мамин дар убеждения, сомневаться в этом не приходится. – Ну ладно, детка, не мешай папе обедать, – напомнила мне мама. Я развернулась, чтобы подняться к себе в комнату, но уже у лестницы решила спросить: – Пап, ты не знаешь, здесь волки водятся? – Нет, – удивлённо отозвался отец, – на них ещё в прошлом году браконьеры устроили облаву. Никого из волчьего семейства не должно было остаться. Меня это удивило, однако времени, чтобы во всём разобраться, предостаточно. Кажется, я действительно останусь здесь надолго…