Новая привязанность

      Леви разошёлся с Эреном в коридоре, прямо перед дверью в комнату Микасы. Он пошёл к себе, и всю дорогу его мучали смутные сомнения, стоило ли оставлять этих двоих одних. Йегер не вызывал доверия у капрала, потому что его, каким-то образом, волновала ситуация с Кристой, произошедшая ранее. Он не чувствовал, что Эрен плохой человек, просто ему не нравилось то, как парень поступил по отношению к Микасе. Кто бы что не говорил, а Аккерман, с его то скверным характером, уважал девушек и считался с их мнением. Поэтому то он и беспокоился, что предстоящий разговор у тех двоих не завяжется, а ещё хуже если перерастёт в ругань. «Состояние Микасы ухудшится, если этот недотитан скажет что-то не то», — думал всю дорогу Леви.       Капрал долго, к удивлению, шёл по коридорам замка. Хоть его комната и находилась относительно недалеко от комнаты Микасы, весь путь он умудрился растянуть на примерные 10 минут. Мужчина медленно вышагивал, высматривал каждый камешек в полу и потолке. Помимо размышлений о больной девушке, в его голове всплывало недавнее воспоминание, в котором Леви мысленно обещал заставить курсантов драить коридоры. Его гениальный злодейский план провалился, как только он ввязался в авантюру с лечением Микасы. Хотя сейчас он и не горел желанием мучать кого-то или докучать уборкой. Странно.       Ещё шаг, два, и вот капрал уже возле своей комнаты. Он неосторожно распахнул дверь, зная, что та точно не заскрипит, и вошёл внутрь. В помещении привычно запахло травами, чаи в его шкафчике будто приветствовали своего хозяина. Леви уже отвык от этого запаха, практически день находясь в душной и сухой комнате другого человека. Но вот он уже тут, в своей обыденной среде, в своих четырёх стенах. На удивление, в комнате виднелся еле заметный свет. Капрал подошёл ближе, чтобы разглядеть неизвестный ему объект, который он сам однозначно не оставлял. На столе стояла гладкая свеча, по которой неуклюжими дорожками стекал расплавленный воск. Рядом с ней находился небольшой таз, а возле него лежало аккуратно сложенное махровое полотенце белого цвета. Видимо, о наличии всего этого в комнате мужчины позаботилась Ханджи, которой явно было стыдно перед ним за то, что она так беспечно оставила его опекать больную девушку. Сейчас Леви старался не думать об этом, да и не хотел. Он опустил руки в прохладную воду, несколько раз бултыхая их в прозрачной жидкости. Вода громко билась о стенки таза, а капли врассыпную брызгались в разные стороны, попадая на стол. Мужчина сложил руки в виде лодочки и набрал в них кристально чистое содержимое ёмкости. Капрал быстро расплескал воду по лицу и потёр его ладонями, умывая. Леви не успел закрыть глаза, поэтому слизистая неприятно защипала, когда на неё попало неожиданно много жидкости. Тёмная чёлка намокла и чёрными сосульками свисала со лба мужчины. С подбородка, скользя по бледной коже, скатывались дрожащие капли и текли дальше по шее, впитываясь в ворот рубашки и оставляя за собой извилистые тропинки. Аккерман расставил мокрые руки по бокам таза и продолжал так молча стоять пару минут. По его томному и тяжёлому взгляду можно было сказать, что он будто о чем-то размышляет, смотря в окно. На самом деле в его голове не было ни единой мысли, лишь безразличная пустота вперемешку с эпизодами прошедшего дня. Заботы, беготня, поиски, поцелуй, уход. Мужчина шире приоткрыл глаза, и на мгновенье одинокий блик в его зрачках ярко блеснул, но тут же пропал бесследно, растворяясь в бездонной темноте радужек. Взяв полотенце, Леви вытер влажное лицо, а с ним и намокшую от воды шею. Затем он неразорборчиво потёр волосы, отчего они лениво растрепались в разные стороны. Капрал несколько раз тряхнул головой из стороны в сторону и запустил руки в чёлку, причёсывая её пальцами назад, чтобы она приняла нужный вид. Подобный ритуал мужчина проводил каждый вечер, так и сегодня ничего не изменилось. После этого он наконец переоделся в свою пижамную одежду и лёг в кровать. День был долгим и утомительным, поэтому сон практически сразу поглотил сознание капрала.

***

      Леви беспокойно ходил кругами по полю рядом с замком. С самого утра ему поручили следить за тренировкой новобранцев, поэтому у него не было возможности посетить больную девушку. Он не знал, как прошёл разговор между Эреном и Микасой, и прошёл ли он вообще. Но ещё больше его беспокоило состояние Аккерман, потому что вчера она, мягко говоря, выглядела как умирающая каторжница. По крайней мере, таким видел её капрал. От тревожных размышлений мужчину прервал голос со стороны. -О, Леви, я тебя везде исклала, - широко улыбнулась изнеоткуда взявшаяся Ханджи, - тебе понравился мой вчерашний подарок?       Женщина, видимо, говорила о тазике с водой, оставленном в комнате капрала. По ней было видно, что она довольна своей работой. -И тебе привет, очкастая. Спасибо за заботу, но я бы и без твоей помощи справился со всем, - с тенью сарказма ответил Леви. -Ну что ж ты так категорично?, - Зоэ поправила очки на переносице указательным пальцем, и в тех отразился солнечный блик, - у меня для тебя хорошие новости. Эрен заходил ко мне утром, просил передать, что ничего сверхъестественного за ночь не произошло, все живы и здоровы, кхм... - поперхнулась женщина. - Ну, вообще, не совсем здоровы. Сегодня я заходила к Микасе после разговора с Йегером, осмотривала её.       Мужчина выжидающе посмотрел на Ханджи. Та, в своей привычной манере, начала крайне активно жестикулировать и повышать тон. -Понимаешь, у неё ещё такая высокая температура! "Витамины" почему-то почти не помогли, хотя на титанах действовали же! - воскликнула женщина и тут же пожалела о сказанном. -Что ты сказала? - Аккерман грозно посмотрел на учёную. Сейчас в его и без того сердитых глазах читались ярая злость и желание убивать. В буквальном смысле этого слова. - В смысле на титанах? Ты случаем берега не попутала?! - с нескрываемым раздражением говорил Леви, а его голос с каждым словом становился всё грубее и жёстче, будто лязг заточенного лезвия о тупой камень.        Ханджи не на шутку испугалась разъярённого капрала, который в этот момент был подобен титану в человеческом обличье. В эту секунду женщина будто осознала ценность жизни, ей явно не хотелось умирать прямо здесь и сейчас от рук товарища. -Да ты всё не так понял! - отмахивалась Зоэ, маленькими шажками машинально отходя назад, - изначально лекарство было разработано для людей, чтобы повышать иммунитет. Никто особо им и не пользовался, ты же знаешь, какие у нас в разведке все здоровые, - нервно посмеялась учёная и показала два больших пальца вверх, будто одобряя сказанное. - Мне не на ком было проверять "Витамины", поэтому я дала их титанам. Только на них лекарство подействовало больше как снотворное, а не иммуноповышающее, - наконец закончила свою речь женщина.       Злость Леви, к счастью Зоэ, стала необоснованной после объяснения ситуации. Мужчина будто надыбился и стал колом, но уже через минуту вернулся в такое же равнодушное состояние. Ему на мгновенье стало тошно от того, что он так быстро завёлся с ничего, хотя контроль эмоций всегда был его главным оружием. -Ещё раз выкинешь что-то подобное, и я скормлю тебя твоим же титанам, - уже более сдержанно сказал капрал.       Ханджи с облегчением выдохнула. Ей казалось, что в этот момент она пострела на несколько десятков лет, а волосы на голове поседели и сразу же выпали. -Конечно, не переживай, ничего подобного не повторится, - женщина покрутила пальцами возле рта и отбросила их в сторону, будто закрыла рот на замок и выкинула ключ. Наконец, успокоившись, она продолжила: -Так, на чём я остановилась? Ах, да! - просияла Зоэ, которая вспомнила что-то важное, - есть ещё одна хорошая новость. Сегодня я свободна весь день, поэтому лечение Микасы остаётся за мной, - уверенно сказала учёная и встала в стойку боевой готовности.       Как это свободна? И на весь день? Ему не надо следить за больной Аккерман? Все эти вопросы прочным фундаментом засели в голове капрала, и тот не мог осознать смысл произнесённых слов. -Подожди, - со скрытой тревожностью начал Леви, - ты сейчас пойдёшь к ней? Она как никак болеет, а если и ты заболеешь?       Сказанная речь из уст капрала прозвучала слишком фальшиво, будто насмешка. Не в его манере было беспокоится о подобных мелочах, поэтому учёная почувствовала что-то неладное. -Святая Имир! Ты заботишься о моем здоровье? Не смеши титанов, честное слово, - начала с неверием говорить женщина, - в любом случае, даже если я заболею, то успею вылечиться быстрее, чем ты улыбнёшься, - на это замечание Леви лишь громко хмыкнул. - Да и, между прочим, у Микасы всё не так плохо, как было вчера, сегодня она хотя бы может самостоятельно двигаться.       Эти слова имели интересный эффект на Аккермана: досада и радость смешались в его переполненной мыслями голове. Досадно было от того, что девушка всё ещё болеет, он даже назвал бы это неожиданной подставой от организма. И чёрт бы его побрал, по той же причине он был рад, ведь появилась ещё одна возможность провести день с курсанткой наедине, но для начала нужно было отвоевать это место у Ханджи. Стоп, что? -Давай сделаем так: ты сейчас вместо меня будешь следить за новобранцами, а я, пожалуй, пойду к Микасе. Нам в разведкорпусе не нужен больной медик, - пришёл к выводу Аккерман и подумал о том, как умело выкрутился из неловкой ситуации. - Ей надо что-нибудь сегодня нести, помимо вчерашнего?       Зоэ застыла в немой позе. Она вообще не понимала, что только что произошло. Рвение капрала ухаживать за девушкой было настолько очевидным, что он сам, видя себя со стороны, испытал бы настоящий стыд. Вдруг в голове учёной будто сложился пазл, нашлась недостающая деталька, которой не хватало для воссоздания полной картины. Вчерашняя мысль вновь посетила её, и на этот раз оставила очень большой, буквально титанский след. И, как вчера, женщина начала ехидно улыбаться, скрывая лицо руками и отворачиваясь назад, будто рассматривает что-то важное. -Хм... На самом деле, сегодня я хотела сделать ей протирание спиртом. Он хорошо снимает жар, и организму становится легче бороться с болезнью, - начала тараторить Ханджи, - а так, больше ничего нового.       Капрал явно не ожидал услышать этого. Уши непривычно вспыхнули и загорелись, будто бы он зелёный подросток, услышавший то, что не должен был. Мужчина знал, что в процедуре протирания спиртом требуется раздевание практически всего тела, поэтому неприличные мысли, взявшиеся неизвестно откуда, сразу вторглись в чужую и вполне адекватную голову. Леви потряс макушкой из стороны в сторону и похлопал ладошками себе по щекам, отгоняя внезапные сцены и картины весьма интимного содержания. Зоэ молчала смотрела на это, но так и не решилась задавать лишних вопросов. -Это точно нужно для её выздоровления? Чая не хватит? - будто надеясь спросил капрал, пытаясь скрыть ненужное и возбужденное волнение. -Протирание необходимо ей, иначе жар так и не спадёт. Но ты же знаешь, я могу и сама пойти, - сказала отвернувшаяся Ханджи, искоса поглядывая на забавную реакцию капрала. -Я и сам со всем справлюсь, давай без твоих забот. Всё, иди следи за новобранцами, чучело очкастое, - быстро и неожиданно смело проговорил Леви, будто боясь, что его роль лечащего врача сегодня отберут. -Ты, главное, про спирт не забудь! - крикнула Ханджи вслед уходящему капралу. Со стороны женщины нельзя было видеть, но капрал будто поперхнулся воздухом от таких слов и крайне возмутился, окинув Зоэ последний раз злобным предупреждающим взглядом.

***

      Микаса расслабленно лежала на своей кровати, постельное которой окончательно скомкалось и вымокло. Кое-где сквозь окно выглядывали яркие солнечные лучики, обдавая теплом небольшую светлую комнату. Озноб девушки ещё не прошёл, но она уже могла двигать руками и ногами. Ей нужно было встать, чтобы умыть своё заспанное лицо. Она осторожно начала шевелить ступнями под одеялом, разминая затёкшие пальцы и щиколотки. Девушка почувствовала колкую боль онемения, будто тысячи острых иголок пронзили конечности, и гусиные мурашки рассыпались по коже. Подперевшись руками, Микаса поочерёдно спускала на пол согнутые в коленях ноги. Носки соприкоснулись с холодным деревом, и курсантка вздрогнула от непривычного ощущения твёрдости. Пятки полностью опустились на дощечки, и те скрипнули под весом девушки. Аккерман делала несмелые и осторожны шаги по направлению к выходу, будто заново училась ходить. Хрупкая тишина помещения внезапно надломилась и хрустнула, когда неожиданно отворилась дверь, и в комнату зашёл человек. Это был капрал, в руках которого находился небольшой поднос с всё тем же белым чайником и парой других предметов, ещё не известных брюнетке. Девушка на мгновенье испугалась столь резкого появления мужчины, поэтому начала терять координацию и нелепо махать руками, пытаясь балансировать, чтобы не упасть кубарем на пол. Леви, увидев неуклюжие попытки удержаться на ногах, недолго думая подошёл к Микасе и свободной рукой придержал её за талию, прежде чем та повалится всем своим весом на прочные доски. Грубая и сильная ладонь обхватила больное тело, а пальцы чуть больно впились в бок девушки, и та застыла в неудобной позе. Курсантка хоть и была выше капрала, но сейчас ощущала на себе давление чёрных бездонных глаз, пристально смотрящих на неё сверху. Сердце бешено заколотилось от осознания присутствия чужой руки на себе и, казалось, что вот-вот выпрыгнет из груди, больно разрывая рёбра. Щёки пламенно загорелись, и на лице девушки показалось едва заметное смущение. -Ты и ходить уже разучилась? - ломая момент, насмешливо спросил капрал, всё ещё держа Микасу за талию. Она будто оцепенела, но, взяв себя в руки, молниеносно высвободилась из чужих объятий, отходя назад и разрушая неловкую ситуацию. -Я не переставала этого уметь, - в той же манере ответила девушка. Её лицо приняло прежнее равнодушное выражение. - Зачем вы пришли на этот раз?       Вопрос курсантки прозвучал немногим иначе, нежели вчера. Сейчас она спрашивала не о том, почему пришёл именно капрал, а для чего он тут. Возражений на его присутвие Микаса уже не имела. -Как я погляжу, выглядишь вполне здоровой, - одобрительно посмотрел мужчина. -Да? Значит, я могу приступить к тренировкам уже сегодня, - будто к себе обратилась девушка. -Какие тебе тренировки, клуша? Ты ходить-то нормально не можешь, а собралась полноценно заниматься. Даже на УПМ не пролетишь, с непривычки будет перенапржение мышц, а то и растяжение, - серьёзно сказал Леви и продолжил, - сегодня тебе нужно провести протирание спиртом. У тебя всё ещё жар, а лекарства не помогают твоему организму, так что это единственный вариант, который предложила Ханджи.       Девушке казалось, что она уже отошла от прошлой выходки капрала, поэтому не ожидала от него ещё каких-либо "выступлений". Услышав сказанное, она чуть не подпрыгнула, понимая, что за процедура её ждёт. Микасе часто делали так в детстве, когда все другие средства выздоровления были использованы, но тогда она была ребёнком, а человеком, следящим за ней, была её мама. Аккерман в любую секунду могла отказаться от лечения или позвать Ханджи на замену Леви, и мужчина бы понял всё без лишних слов. Брюнетка лишь промолчала, не желая что-то менять в этой ситуации. -Если надо, значит надо, - с выдаваемым волнением сказала девушка и побрела обратно к кровати.       Мужчина последовал за ней, неся в своих руках нужные для лечения предметы. Микаса села на жёсткий матрац и принялась разглядывать содержимое подноса. Ей стало понятно, что неизвестный бутылёк был спиртом, когда капрал открыл его, и резкий запах нарушил идиллию солнечной комнаты. Отставив пахучее лекарство в сторону, Леви приступил к неловкой процедуре. Сначала ему нужно было избавиться от ненужной одежды, которая мешала обработать все нужные участки кожи. Тело всё ещё плохо слушалось Микасу, поэтому мужчина вопросительно посмотрел на неё, будто бы спрашивая разрешения раздеть её. Она без слов поняла и молча кивнула, давая капралу зелёный свет. На девушке сейчас были только шорты и бежевая кофта, которую она так и не сняла ещё с той ночи. Микаса уселась поубоднее, в этом положении падая на подушку. Мужчина поднёс свои бледные руки к её животу, туда, где находился нижний шов кофты. Нащупав его, он небрежно потянул ткань вверх, высвобождая курсантку из искусственных объятий шерсти. Она подняла руки, чтобы препятствий при снятии одежды не возникло, но запуталась, и рукава бесстыдно застряли на запястьях девушки. Капрал посмотрел на неё, и та неловко отвела взгляд: поза, в которой она находилась, выглядела крайне вызывающе. Чувствовалось смущение Аккерман, которая в данный момент была практически обездвижена, а рукава кофты были своеобразными оковами, ограничивающими свободу действий и движений. Леви невольно засмотрелся на картину, развернувшуюся перед ним. В мутных глазах впервые за очень и очень долгое время появились чёткие очертания зрачков, расширенных до предела и сливающихся с радужкой. Нечто иное, совсем не здравый смысл начал говорить в мужчине. Он понимал, что нужно держать себя под контролем, поэтому озабоченно сглотнул горький ком в горле и продолжил раздевать такую покорную девушку. Он взял её за локоть и потянул вниз, другой рукой держа застрявшие концы кофты и наконец стягивая ткань с тела Микасы. Белый топ на ней резко очерчивал упругую, совсем не детскую грудь, и обнажал худой живот с ярко выраженным прессом. Капрал отвлёкся лишь на секунду, мысленно оценивая телосложение девушки, а затем продолжил начатое.       Аккерман наблюдала за процессом, стыдясь собственного положения. Она была практически полностью обнажённой перед мужчиной, находясь лишь в коротких шортах и пижамном топе. Леви обернулся, чтобы взять салфетки и бутыль спирта со стола. Он нарочито сильно перевернул ёмкость, чтобы оттуда на сложенную ткань вылилось как можно больше жидкости. -Ляг прямо и расслабься, - прокомандовал капрал.       Микаса послушалась и постаралась лечь как можно ровнее, чувствуя чужой взгляд, то и дело проскальзывающий по её телу. Мужчина одной рукой взял мокрую салфетку, а другой голую руку девушки. Он начал медленными и тщательными движениями протирать её кисть, предплечье и плечо. Аккерман ощущала, как властные пальцы контролировали процесс, а холодок от жидкости контрастировал с разгорячённой кожей. Казалось, ей стало ещё жарче, когда капрал начал выводить своеобразные узоры на её шее. Он наклонился чуть ниже, пытаясь достать до противопожного плеча Микасы, и неожиданно близко почувствовал опаляющее дыхание возле своего уха. Оно было томным и слышимым, отчего мужчина инстинктивно обернулся на внешний раздражитель. Лицо Леви оказалось прямо напротив лица девушки, а их глаза встретились и мгновенно замерли в волнующем ожидании. Казалось, капрал смотрел прямо в душу своим стеклянным взглядом, заставляя всё нутро Микасы трепетать от острых чувств. Внезапный порыв - и губы мужчины оказались на чужих губах. Он осторожно, будто пробуя на вкус, начал умело целовать девушку. Она секундно замерла, но сопротивления так и не последовало. В этот момент сознание беспардонно улетучилось от ощущения чужого тепла: обветренные и шершавые губы капрала ловко переминали её рот. Курсантку волной захлестнуло горячее возбуждение, и она впервые отдалась ситуации, полностью вверяя себя во владение мужчины. Она слегка приоткрыла губы, позволяя углубить поцелуй, и с тяжестью подняла слабую руку, запуская пальцы в жёсткие волосы капрала. Тот, взяв ситуацию под контроль, изучал дёсны и зубы девушки, манящими движениями проводя по ним своим скользким и напористым языком. Микаса отчаянно и неумело отвечала на действия Леви, всё больше зарываясь в его волосы от желания чувствовать мужчину как можно ближе. -Капрал... - шепнула в ухо партнёра девушка и прервала поцелуй, чтобы набрать воздуха в горящие лёгкие. -... Да? - затуманненый возбуждением взгляд остановился напротив женских глаз. Голос Аккерман был таким невинным и развратным одновременно, что мужчина остро закусил собственную губу, не давая себе сорваться. Он выглядел словно дикий зверь, смотрящий на добычу.       Ответа так и не последовало, вместо него девушка лишь нетерпеливо потянулась к капралу, продолжая прерванный поцелуй. Леви для удобства согнул левую руку в локте и поставил её возле головы Микасы, в то время как другая рука не церемонясь исследовала плоский женский живот и большую грудь. Она прошлась по прессу, аккуратно гладя его, а затем переместилась на упругую грудь, очерчивая отвердевшие соски и зажимая их между пальцами, будто играя. Неожиданно мужчина из стоячего положения переместился в лежачее, нависая уже всем телом над хрупкой курсанткой.       Не прерывая поцелуй, капрал бессовестно протиснул колено в ноги партнерши, разводя их в разные стороны. Девушка, вопреки собственной стыдобе, покорно поддалась: желания возбужденного тела были сильнее, чем улетучившийся разум. Леви не медлил, убирая руку с верхней части тела и перенося её на внутреннюю часть бедра. Он оглаживал его, манящими движениями водя вверх и вниз, украдкой задевая женское лоно. -... А... кхнм, - из уст Микасы послышался первый тихий стон, который резко ударил по ушам капрала, въедаясь в воспалённое сознание. Ему нравилось слышать её, слышать стоны, сейчас принадлежавшие только ему. -Я хочу, чтоб ты стонала, - в приказном тоне сказал мужчина и развратно посмотрел на девушку.       Его слова эхом отдавались в голове, и курсантка с каждой секундой краснела ещё пуще. Послушавшись Леви, она практически перестала сдерживаться, и её голос пошло заполнил стены комнаты. Похотливое тело уже само подставлялось под руки капрала, требуя нужной разрядки. Мужчина всё понимал, но ещё водил Микасе по бедрам, будто дразня её испытывающими движениями. -Пожалуйста... - сладко попросила девушка. -Что тебе нужно? - Аккерман сделал непонимающий вид, нарочито заставляя девушку говорить непристойные для неё вещи вслух. -Я хочу кончить, - неловко сказала Микаса, отвернувшись, и тут же потянулась к уху капрала, - с помощью ваших рук.       Сказав последние слова, девушка выдохнула прямо в щеку мужчине, ожидая ответной реакции. На что он смело и вызывающе посмотрел на неё, будто наблюдая за изменеием выражения её лица. Оно мгновенно приобрело багровый цвет и напряглось, а голова откинулась назад. Ловкие пальцы уже нырнули под тонкую ткань шорт и во всю исследовали вагину девушки, проходясь по внутренним складкам. Нащупав нужный комочек нервов, Леви начал интенсивно массировать его, задевая самые чувствительные участки. Микаса окончательно расслабилась и уже совсем не скрывала стоны, получая ожидаемое удовольствие. Пара продолжала страстный поцелуй, и прорывающийся голос девушки рассыпался прямо во рту капрала. Обе женские руки, уже не находя себе места, комкали и без того мятое постельное. Сквозь поцелуй почувствовалось, как брови девушки свелись к переносице, а дыхание участилось. -Кажется, я сейчас... - она не успела договорить, как рука капрала, всё это время ласкающая её, начала ускоряться, доводя девушку пика.       Курсантку окатила волна приятной дрожи, и она издала протяжный сладкий стон прямо в рот капрала. Оргазм был таким ярким и желанным, что лицо Микасы так и застыло в немом выражении, а рот остался открытым, хватая воздух, которого не хватало в лёгких. Леви довольно посмотрел на развернувшуюся картину перед ним: девушка сексуально лежала на скомканном постельном, всё ещё тяжело дыша и приходя в чувство от наступившей разрядки. Мысль о том, что кто-то ещё мог видеть её такой, покорной и изнеженной, казалась недопустимой, потому что тепепь она принадлежала только ему. Сегодня все её звуки и движения были только его. -Капрал, а как же вы?... - приходила в себя Микаса, затуманенный разум которой потихоньку рассеивался. -Обо мне не беспокойся, - сказал Леви и встал с кровати, накрывая девушку одеялом, - с тебя сегодня хватит. "Сегодня?" - подумала курсантка и снова залилась краской. -Ложись спать, ты устала, - на капрала упал встревоженный взгляд, - я больше не уйду от тебя.       Микаса улыбнулась словам мужчины, которые сейчас значили для неё очень многое. Она крепко взяла Аккермана за руку, и, держа её, улеглась поудобнее и начала засыпать. -Спасибо, - тихо прозвучало от сонной девушки. -И тебе, - ответил капрал, поглаживая её руку своей.       Дыхание курсантки наконец восстановилось, и теперь она безмятежно и тихо спала, а мужчина молча следил за тем, как равномерно вздымается её грудь.