Демьен

18

      Утром сквозь тяжёлую пелену сна пробился звонок телефона. Звонила Жаклин. Джеда рядом не оказалось, на часах было восемь — значит, уже улетел…       Франц поднялся, кутаясь в одеяло. Всё в доме казалось серым и холодным, дрова в камине давно догорели. Тело болело, на душе скребли кошки. Кое-как расчесав спутавшиеся волосы пальцами, он разжёг огонь и отправился в ванную.       Джеки, приехав, никак не ожидала увидеть брата в таком плачевном состоянии: Франц сидел у камина, заливаясь вином и слезами.       — О нет! Ты опять впал в меланхолию, — она попыталась стащить плед с его плеч. — Боже, прошло уже столько времени… Я всё могу понять, но… ты же тянешь меня за собой в депрессию!       — Прости.       — Что опять случилось? — Жаклин отобрала у него бутылку.       Франц прижал ладони к лицу и тяжело вздохнул.       — Джеки, я переспал с Джедом.       — Франц… — она присела рядом. — Вот почему он улетел, не простившись.       — Я чувствую себя отвратительно!       — Ну ничего, ничего… Успокойся, — Жаклин обняла его и, ласково поглаживая по спине, заглянула в глаза. Лицо Франца было мокрым от слёз и полным раскаяния. Джеки нежно поцеловала его, подбирая нужные слова. — Мне кажется, что это всё… ерунда!       Её руки, губы и слова успокаивали. Франц ощущал рядом с ней ту безмятежность, какую ему давало только общение с отцом. Жаклин, словно прочитав мысли, улыбнулась и слизнула слёзы с его лица. Франц всхлипнул и жадно приник к её губам.       — Как это случилось? — спросила она, когда брат немного успокоился и они завтракали на кухне.       — Вот так и случилось… — Франц опустил глаза, отрывая кусочки от круассана. — Я узнал, что Джед уезжает, и пригласил его сюда, — он задумчиво помолчал. — Предложил ему игру на желание, сам же настоял на… В общем, вот так всё и получилось.       — Тебе не понравилось?       — Это было ужасно. Вернее, сначала ещё ничего так. А потом, когда уже, собственно, подошло к… ну, сама понимаешь, — Франц, усмехнувшись, поднял глаза на сестру. — Вот это и было ужасно. Ну и сам факт. Чувствую себя теперь омерзительно. Такое ощущение, словно я потерял лучшего друга, — Франц в сердцах кинул на стол обрывки сдобы.       Жаклин молча смотрела на брата, ей хотелось узнать все подробности, но, видя его переживания, она тактично молчала.       — Почему ты это сделал? — наконец произнесла она.       — Я хотел забыть… — к её удивлению, Франц с силой сжал лоб и сдавленно зарыдал.       — О боги мои, не надо, — мигом подлетев к нему, Жаклин присела перед ним на колени и обняла за талию. — Не мучай себя так! — она прижимала его к себе и сама прижималась к нему, словно хотела укутать своими объятиями. Дрожь Франца передавалась ей, как если бы у них была общая нервная система. — Что ты хотел забыть?       — Я не смогу это объяснить! — в напряжённом голосе Франца звучало отчаяние.       — А ты попробуй, я пойму, — Жаклин целовала его живот через ткань. — Если не я, то кто?       — Я боюсь говорить об этом, — Франц больше не плакал. В его словах было столько священного трепета и обожания, что Жаклин удивлённо подняла глаза. Взгляд Франца был направлен в пустоту, глаза светились нежностью.       — Франц, любовь моя…       Франц наклонился к ней и несколько раз страстно и нервно поцеловал. Приподнял и усадил к себе на колени.       — Расскажи… расскажи, — шептала Жаклин в перерывах между поцелуями, ёрзая по его бёдрам, прижимая к себе, чувствуя, как он возбужден, ощущая внутри тот же огонь.       — Я… — Франц сглотнул. — Это такое очень тайное желание, запретное…       — Ещё более запретное, чем то, что между нами? — спросила она еле слышным шёпотом, прижимая лоб к его лбу, заговорщицки глядя в глаза.       — Да… пожалуй, ещё более, — Франц волновался. — Я боялся в нём сознаться даже самому себе, пока не появился Демьен.       Жаклин удивлённо отпрянула. — При чём тут он?       — Дело в том, что я… — Франц смотрел в сторону, нервно поглаживая её спину. — В общем, я… Помнишь, когда папа рассказал мне обо всём, что у него было с Демьеном?       — Что-то припоминаю, тебя эти истории, кажется, сильно возбудили.       — Не просто возбудили, — Франц уткнулся лицом ей в грудь. — Внутри меня словно всё взорвалось, я сошёл с ума…       — Припоминаю… Ты говорил, что завидуешь мальчишке, — Жаклин задрожала, до неё начал медленно доходить смысл сказанных в тот день слов, но она ещё не отваживалась поверить.       Франц пристально посмотрел ей в лицо. Его глаза лихорадочно блестели.       — Я и до этого… но услышав обо всём… как это может быть… — внезапно он резко поднялся и, спустив её на пол, ушёл в зал. Джеки растерянно оглянулась.       Когда она вошла в комнату, брат, покачиваясь, сидел у камина, глядя невидящими глазами на огонь, по щекам бежали слёзы.       — Я хотел бы быть к нему ближе, — Франц порывисто вытер слёзы. — Ещё ближе… Не могу это объяснить, — эмоции сменялись на его лице.       — К Эверарду? — Жаклин присела рядом и притянула его к себе.       — Да, — Франц всхлипнул и рассмеялся нервным смехом. — Я думал, что, если пересплю с Джедом или кем-то ещё, то всё пройдёт, думал, что это просто… желание чего-то неизведанного!       — Я понимаю, — Джеки погладила его по спине, успокаивая.       — Но оказалось, что я всё не так понимал! Это что-то совсем другое…       — Иди ко мне, — она прижала брата к груди. — Я… понимаю тебя. У меня тоже возникали такие мысли.       Франц посмотрел на неё удивлённо.       — Не могу сказать, что они носили сексуальный характер, но мне хотелось бы, чтобы между нами не было границ, как в детстве, чтобы можно было резвиться, тискаться, спать рядом, — Жаклин беззаботно рассмеялась, словно окунаясь в атмосферу детства. — Я люблю его так же сильно, как тебя!       Франц тяжело вздохнул, зарываясь лицом сестре в шею. — Я тоже…              — Папа, мне надо с тобой поговорить, — улучив подходящий момент, Джеки прокралась к отцу в кабинет.       Эверард усмехнулся, увидев, как дочь несёт поднос с чаем и конфетами.       — Похоже, разговор будет серьёзный, — он притянул к столу ещё одно кресло.       Жаклин начала с отвлечённых вопросов, поинтересовавшись, как Демьен, как дела на работе. Эверард улыбался, понимая, что она пришла сюда совсем не за этим.       — Я вообще-то насчёт Франца, — наконец сказала она.       Эверард кивнул, став серьёзным.       — Похоже, ему совсем плохо.       — В чём это выражается? — Эверард смотрел на дочь своим внимательным взглядом.       — Ну… — Джеки отвела глаза. — Он тоскует, — изрекла она со вздохом. — У него появляются странные… мысли.       Эверард понимающе кивнул.       — Да, у него сейчас нелёгкий период, — он ласково посмотрел на дочь. — Будь с ним рядом.       — Да, пап, я рядом, — она улыбнулась. — Но…       — Нужен кто-то ещё?       — Ну, — Джеки захихикала. — Типа того.       Эверард усмехнулся.       — Интересно… Ладно, я придумаю что-нибудь, — он притянул её к себе, ласково целуя. — Ни о чём не переживай, я сделаю так, чтобы Франц не грустил. Только этот разговор — между нами! — Эверард хитро ей подмигнул.              — Надо, чтобы ты пожил тут немного, — тяжело дыша, прошептал Эверард на ухо.       Демьен замер, всё ещё подрагивая от оргазма. Внутри словно всё разом оборвалось.       Они лежали в постели, только что он стонал в объятиях Эверарда и извивался чуть ли не по всей кровати, и тут эта странная просьба. Хотя какая же она странная?.. Он так и знал: Эверард только и ждёт, чтобы сбагрить его на эту квартиру. Демьен обиженно надул губы и отвернулся.       Всё ещё горели свечи. Чтобы не показать Эверарду, как он расстроен, Демьен поднялся, подошёл к столу с остатками ужина и запихнул в рот ролл с лососем и мягким сыром. Уж лучше сразу заткнуть себя едой, чтобы не дать гневным словам ни одного шанса.       Эверард лежал на боку, опираясь на локоть, и смотрел на него, как всегда, внимательно и чуть насмешливо. Демьен снова отвернулся. Пламя свечей стало мутным: на глаза набежали проклятые слёзы.       Эверард был готов к подобной реакции. — Даже не вздумай заплакать, — спокойно предупредил он. Слова сыграли роль спускового крючка: Демьен громко всхлипнул и, давясь роллом, зарыдал, не в силах сдержать слёзы.       Эверард нахмурился и подошёл к нему, кладя руки на хрупкие подрагивающие плечи.       — Я тебе надоел, да?.. — утирая слёзы, проговорил Демьен.       — Нет. Если ты надоешь мне, то узнаешь об этом первым. Вроде, мы уже решили этот вопрос.       Демьен напрягся, одна только мысль о возможности подобной перспективы пугала.       — А-а!.. — от неожиданности он вздрогнул: язык Эверарда скользнул по чувствительным местам на шее и верхней части спины. Ладонь прошлась по груди, задевая соски. Демьен выгнулся: от одного прикосновения тело окутала сладостная нега и желание.       — Почему ты хочешь… оставить меня здесь? — спросил Демьен, пока Эверард своими ласками не успел окончательно свести его с ума и пока он ещё ощущал себя отдельной личностью, а не растворился в любовнике, подчиняясь всем его прихотям.       — Напротив, я хочу взять тебя с собой, — губы Эверарда скользнули вниз вдоль позвоночника, и Демьен раздвинул ноги шире, упираясь руками в стол.       — И для этого надо, чтобы ты пожил здесь…       — Куда… взять? — выдохнул Демьен.       — В рай, — засмеялся Эверард и, схватив его на руки, отнёс в кровать.       — Нет, правда, куда? — настроение Демьена значительно улучшилось. Зарываясь руками в волнистые пряди мужчины, он подставлял его поцелуям грудь, живот и бёдра. От прикосновения шелковистых волос по коже, как рябь по воде, шёл озноб. Застонав, Демьен отвёл голову к плечу.       — В Детройт, — Эверард лёг рядом, мгновенно став серьёзным. Демьен, возбуждённый и ещё окутанный негой, льнул к любовнику, не понимая, как он так быстро переключается.       — На этой неделе я планирую неожиданно туда наведаться. Поедешь со мной. Заодно немного сменишь обстановку… и не будешь доставать меня своей ревностью, — Эверард резко перевернул Демьена на живот, и он притворно взвизгнул, чем рассмешил любовника.       — Поэтому пока будешь жить здесь, чтобы твоё исчезновение вместе с моим отъездом не вызвало ненужных реакций, — прошептал Эверард ему в затылок.       — А что мы… там будем делать?.. — сжимая простынь, Демьен чувствовал, как длинные пальцы проникают в анус по одному.       — В свободное время — всё, что захочешь, — Эверард ввёл в припухшее отверстие третий палец, Демьен застонал и сильнее раздвинул ноги.              Демьен был если не напуган, то сильно удивлён: город казался вымершим, совсем не таким, каким он его представлял. Они летели на вертолёте над разрушенными строениями и совершенно безлюдными улицами. Пустые небоскрёбы и остовы некогда величественных театров производили неизгладимое впечатление. Мегаполис выглядел плачевно. За время полёта Эверард успел рассказать ему, что большая часть населения живёт в основном в пригородах и в южной части, там же ещё сохранились деловые районы. Это место было просто идеальным для функционировавшей здесь тайной лаборатории Эверарда.       — Думаю, тебе лучше провести этот день в номере, сегодня обстановка там будет не самой приятной, а ты у меня мальчик и так нервный, — сказал ему Эверард, когда они остановились в отеле.       — Нет, я хочу с тобой! — упёрся Демьен. После всего увиденного ему было как-то жутко. Эверард, улыбнувшись, согласился.       Демьен переживал, что будет привлекать повышенное внимание, но он ошибся: ничто не могло произвести более сильного впечатления, нежели внезапный визит начальника.       Когда они приехали, на Демьена никто даже внимания не обратил. Ему только и приходилось, что бегать за Эверардом из отдела в отдел, и стараться не особо глазеть по сторонам, чтобы не потеряться и чтобы не затоптали.       А посмотреть было на что: лаборатория оказалась целым комплексом помещений и строений, почти полностью спрятанных под землёй — на поверхности всё это прикрывалось оранжереями с экзотическими растениями. Зато под землёй простирались длинные коридоры, просторные кабинеты и лаборатории со сверкающим оборудованием. В коридорах работала система очистки воздуха, но, казалось, даже стены здесь пропитаны специфическим аптечным запахом. Часть залов была полностью автоматизирована, но количество людей в стерильной одежде всё равно поражало воображение. И все эти люди при появлении Эверарда в той или иной степени менялись в лице и пытались исчезнуть из его поля зрения. Демьена удивляла их реакция, притом, что Эверард даже не повышал голос и смотрел на них совершенно спокойно, даже равнодушно. Молнией пронёсшись по нужным помещениям и произведя такое же впечатление, Эверард переговорил с парой-тройкой человек и отправился в свой кабинет.       Тут же появилась женщина явно азиатского происхождения. Она бросилась смахивать пыль со стола, готовить чай-кофе и нести какие-то документы. Её показная любезность с начальником и полное пренебрежение незнакомым мальчиком бесили Демьена.       — Есть хочешь? — просматривая отчёты, спросил Эверард, когда женщина исчезла.       — Кто она? — с плохо скрываемой ревностью спросил Демьен. Эверард оторвался от бумаг и, явно развеселившись, отхлебнул кофе.       — Секретарь.       — У тебя же Райан секретарь!       — Райан? — Эверард улыбнулся и поманил его к себе. — Райан, конечно, секретарь. Но я бы назвал её своей правой рукой, главным помощником. А эта девушка, — он обнял Демьена и усадил в кресло рядом с собой. — Просто секретарь и только в этой лаборатории.       — Есть и другие? — мягкие поглаживания по спине успокаивали.       — Есть. Должен же мне кто-нибудь кофе носить.       Демьен хмыкнул и, немного помолчав, произнёс:       — Я устал… Когда мы вернёмся в номер?       Эверард рассмеялся и убрал руку.       — Давай вернёмся в отель… и займёмся сексом, — приглушённым шёпотом быстро сказал Демьен.       — Неплохое предложение… — глаза Эверарда лукаво блеснули. — Вечером обязательно, а сейчас у меня совещание. Вот-вот начнётся. К тому же надо проведать одного кадра, — он посмотрел на часы. — Кстати, сейчас можно и сходить… А ты, если устал, можешь ехать домой, тебя довезут прямо до номера.       Демьен уже было надулся, но потом понял, что сейчас этим ничего не изменит.       — А давай ты потом проведёшь совещание?! — повис он на шее любовника. Такое поведение он позволял себе впервые, и Эверард был явно удивлён.       — Это тебя так ревность распаляет? Или летучие соединения в воздухе?       Демьен засмеялся, не отпуская его шею.       — Я не поеду в номер без тебя…       — Хорошо, но советую всё же остаться здесь, — что-то в голосе Эверарда заставляло насторожиться, хотя говорил он спокойно и вполне доброжелательно. Демьен стоял на своём.       — Ладно, я предупреждал.       Эверард нажал кнопку, и в кабинет вошла та самая женщина-секретарь. Демьен испуганно отпрянул. Вот теперь она его точно заметила и смотрела с очевидным любопытством. Демьен покраснел.       — Камилла, я собираюсь проведать Бачовски. Подготовь почву.       Женщина кивнула и вышла. Через минуту, не успел Демьен спросить, кто такой Бачовски и что с ним, Камилла снова появилась в кабинете, сообщая, что можно идти.       Миновав несколько коридоров, они пришли в большой кабинет с медицинским оборудованием. Там, опутанный трубками, подключённый к аппарату искусственной вентиляции лёгких, лежал человек. Видимые участки его кожи были покрыты язвами. Демьен содрогнулся и испуганно отступил назад. Эверард, засунув руки в карманы белого халата, спокойно подошёл к человеку вместе с ещё одним мужчиной. Они что-то обсуждали, Демьен почувствовал, что, если он ещё немного пробудет здесь, то его стошнит, и спешно выбежал в коридор.       Эверард обернулся.       — Что с ним? — спросил главный биогенетик.       — С мальчиком? Чувствительный… Лучше расскажи, что с Бачовски.       — Делал эксперименты со своей химерой, но вместо того, чтобы, как положено, испытывать на образцах, принял сам…       — Я в курсе. Жить будет?       Биогенетик пожал плечами. — Не могу сказать точно, пытаемся спасти, а заодно исследуем все процессы… на самом же авторе изобретения.       — Смешно, — Эверард мрачно взирал на лежащее перед ним тело. — Все результаты мне на стол. И его записи по разработкам тоже.       Уже у двери он развернулся, добавляя:       — И он мне нужен живым.       Демьен стоял в коридоре. Чем дольше он ждал, тем большая жуть его охватывала. В какой-то момент он уже готов был бежать обратно в кабинет, как вдруг вышел Эверард, снимая халат. Мужчина был мрачен.       — Что случилось с этим человеком?       — Сглупил…       — У тебя ещё совещание, да? — Демьен шёл за любовником, опустив голову, и думал, что больше ноги его здесь не будет.       — Выдержишь? Может, всё же в отеле меня подождёшь?       — Не-е, здесь…       В небольшом конференц-зале собралось человек тридцать. Эверард усадил Демьена на заднее сиденье, дав ему стереоскопический дисплей и несколько дисков для развлечения. Демьен попытался вникнуть в предмет беседы, но люди говорили о каких-то исследованиях, результатах, поставках, пересыпая речь непонятными терминами, и очень скоро ему стало скучно. Стараясь производить поменьше движений, чтобы не отвлекать других, он с благодарностью натянул на глаза специальные очки и запустил видео. Биология, анатомия, химия никогда особо его не привлекали, но подробный рассказ о воздействии наркотиков на нервную систему оказался очень интересным. Демьен как раз смотрел, как психоактивные вещества могут вмешиваться в процесс передачи импульса, когда кто-то тронул его за плечо. Он вздрогнул и скинул очки на пол. Это был Эверард. Демьен с удивлением оглянулся — в зале уже никого не было.       — Что? Так быстро закончилось?       — Это ты увлёкся, — Эверард мягко потрепал его по голове. — Меня тоже всегда привлекали эти области человеческого опыта.              — В той лаборатории делают наркотики? — Демьен сидел на краю постели и задумчиво расстёгивал рубашку.       — Не только, — Эверард закрыл шкаф и набрал портье. — Ужин на двоих, пожалуйста.       Демьен внимательно смотрел на любовника, тот смотрел на него.       — Прими ванну, если устал… Да, давайте жареных омаров с белыми грибами. Что у вас на десерт? Нет, торт точно не нужен, — Эверард засмеялся, заметив как при слове «торт» удивлённо расширились глаза Демьена. — Крем-брюле с клюквой пойдёт. Да… И шампанское.       Демьен смотрел на него растерянно.       — Ну что, ещё есть желание наведаться в лабораторию? — Эверард, смеясь, подошёл и снял с него рубашку.       — Не-а, — Демьен передёрнул плечами. — А что ещё там производится?       — Много чего, — присев на корточки, Эверард провёл пальцами по его груди, задевая нежный сосок. Взгляд Демьена изменился. Выждав секунду, он приблизил лицо к Эверарду и приник к губам, немного неуверенно вторгаясь языком в рот. Эверард довольно хмыкнул и, перехватив инициативу, прижал его к постели, наваливаясь сверху, жадно целуя пухлые губы, распаляясь от жалобных стонов.       В дверь деликатно постучали.       — Это портье. Быстро в ванную, — Эверард поднялся, поправляя одежду.       — А ты ко мне придёшь? — Демьен задержался на пороге, неуверенно глядя на Эверарда, когда тот уже был у входной двери.       — Конечно приду, — Эверард махнул ему рукой, чтобы спрятался. Демьен хихикнул и скрылся за дверью.       Любезно улыбаясь, в комнату вошёл человек в форменной одежде. В отличие от обычных гостиниц, где все портье давно уже были кибернетическими, отели класса люкс могли себе позволить нанимать людей.       Ловкими, отточенными движениями он сервировал стол.       — Шампанское открывать сейчас? — портье продемонстрировал Эверарду бутылку. Дождавшись положительного ответа, он вскрыл её и разлил алкоголь по бокалам.       В это время Демьен набирал в ванну горячую воду, рассматривая в зеркале своё обнажённое тело. Тонкая спина, узкие бёдра, округлые ягодицы… При мысли, что совсем скоро к нему будет прикасаться Эверард, он испытывал возбуждение.       Выключив воду, Демьен залез в ванну.       И всё же он чувствовал себя неуверенно. Хотя они были вдали от всех и не было Джулии, он ничего не мог поделать со своей нерешительностью. Видимо, дело было в самом Эверарде, а не в ком-то ещё. Рядом с ним просто невозможно было стать хозяином положения.       Затаившись, Демьен прислушался. Хлопнула дверь, портье явно ушёл, но Эверарда всё не было. Так и не дождавшись, Демьен быстро вытерся и вылез из ванны. Закусив губу от обиды, он снова глянул на своё отражение и, немного поколебавшись, решил не одеваться.       Эверард увлечённо разговаривал с кем-то по телефону и, кажется, даже флиртовал. От ревности закружилась голова. Стол уже был сервирован, шампанское играло в бокалах. Сев на стул, Демьен демонстративно развёл ноги и с вызовом взял бокал. Внутри всё полыхало яростью, но Эверарда его эмоции, похоже, только забавляли.       — Значит, стадион «Тайгер». До встречи, — наконец попрощался он с кем-то, что-то записав на салфетке. Демьен готов был заплакать, но продолжал насупленно смотреть на него.       — С кем ты разговаривал?       — Деловой разговор, — отмахнулся Эверард. — Тебе не холодно?       Демьен пытался казаться смелым, выставляя свою наготу, но не нужно было обладать особой проницательностью, чтобы заметить, как тяжело ему даются эти трюки, как он стыдлив и неуверен. Не выдержав изучающего взгляда, он положил ногу на ногу.       — Уже попробовал омаров? Или решил нажать на выпивку? — в голосе Эверарда, как всегда, слышались лёгкие нотки насмешки. — Кстати, это шампанское той же марки, что ты в первый раз попробовал в Генуе… — он посмотрел на Демьена, и голубые глаза наполнились томлением.       — Сейчас ты иначе смотришь на те события?       Демьен улыбнулся и потянулся за вилкой.       — Сейчас я бы, наверное, наслаждался той ночной прогулкой по берегу и всем, что было после… — произнёс он, немного помолчав.       — Тогда за перемены в твоём сознании, — Эверард подмигнул, и они звонко чокнулись бокалами.       — А ты всегда этим занимался? — некоторое время спустя, после ужина и любовных игр, спросил Демьен. Эверард лежал рядом, склонившись над ним, разглядывая в полумраке и поглаживая пальцами его лицо.       Измотанный долгим, щедрым на события днём Демьен с трудом боролся со сном, но любовник так редко рассказывал о себе, что было жаль упустить такой момент.       — Химия привлекала с детства. Правда, тогда меня больше интересовали взрывчатые вещества, — рассмеялся Эверард. — А на наркотиках я сам сидел. В то время и начал экспериментировать с их производством, но скорее чисто с познавательным интересом… Помню, как мы с одним моим другом решили синтезировать цветную таблетку.       — Что это? — прошептал Демьен, открыв глаза от любопытства.       — Это такое вещество, которое объединяет в себе все существующие наркотики, точнее те эффекты, что они дают.       — И у вас получилось?       — Да, у меня получилось, — Эверард вновь засмеялся, уткнувшись в подушку Демьена. — Это был… своеобразный опыт.       — Ты попробовал?!       — Ну конечно, я ещё не такое дерьмо пробовал. Иногда мне кажется, что это навсегда меня изменило.       — И что ты почувствовал тогда?       — От цветной таблетки? — Эверард любовался тонкими чертами его лица. В последнее время ему так редко доводилось просто смотреть на Демьена, как сейчас…       — Если опустить подробности, то сначала у меня было ощущение накатывающего оргазма души и тела, как от опиатов. Потом началось какое-то мистическое откровение. И в этом состоянии было всё: и ЛСД, и мескалин, и трава. Я словно видел прошлое и будущее одновременно, мог читать архетипы и мыслеформы всего человечества. Я даже боялся, что сознание и тело этого просто не выдержат. Потом пришли динамические галлюцинации, довольно страшные, — Эверард посмотрел на него и улыбнулся. — Я пытался от них убежать и совершенно не чувствовал своего тела.       — И что потом? — Демьен взволнованно заёрзал. Он и не ожидал, что рассказ о цветной таблетке так его захватит. Хотя дело было отнюдь не в ней, а в прошлом его любимого, к которому он мог сейчас прикоснуться.       — Много чего было. Я понимал, что это всё иллюзии, но мозг был так отравлен, что я не мог справиться со своей психикой. ЛСД казалось слабым пивом по сравнению с той ерундой, что я изобрёл.       — Чем всё закончилось?       — Когда мне наконец удалось убежать от галлюцинаций, я решил найти Билли…       — Кого?       — Моего друга, с которым мы пробовали цветную таблетку.       — А-а-а…       — Я пришёл в себя в незнакомом районе, и так как бежал с сумасшедшей скоростью, то, по моим подсчётам, должен был оказаться в другом городе.       Демьен весело засмеялся.       — Да. И то, что в квартире Билли я обнаружил совершенно незнакомую семью, только подтвердило мои подозрения. Когда я вышел из подъезда и побрёл по дороге, ветер подхватил меня и понёс в неизвестном направлении.       — Серьёзно?! Класс!       — На самом деле, это было очень страшно. А потом моё тело медленно исчезло, растворилось в воздухе. Я несся над городом, и меня охватило чувство любви ко всему миру, всё казалось неважным, я проникся блаженством, которому не было пределов…       — Тоже так хочу! — восхищённо выдохнул Демьен.       — Подожди, это ещё не конец истории, — Эверард таинственно улыбнулся. — Я очнулся в мусорном баке, и, судя по всему, провёл там не менее суток, — Эверард, смеясь, разглядывал его изумлённое лицо. — Неплохой переход от вселенской любви и экстаза к мусорному баку, да? Тебе всё ещё хочется попробовать?       — Даже не знаю…       Эверард успокаивающе погладил его лицо, и Демьен почувствовал, как погружается в лёгкую дремоту.       — Какой же ты красивый, — тихо проговорил Эверард, целуя пухлые губы. — Какой ещё неопытный и глупенький… Уже засыпаешь?       Демьен медленно обнял его, но руки тут же безвольно соскользнули. Демьен спал, а Эверард всё не мог оторвать взгляда от его лица. Он снова и снова целовал его лоб, брови, тонкие скулы и бархатистые губы. Внезапно его переполнила нежность и любовь. Как редко он дарил её своему Демьену…       — Прости, что так часто жесток с тобой, котёнок, — прошептал Эверард, но Демьен уже спал и не слышал его.              На следующий день Эверард не стал будить своего юного любовника и отправился в лабораторию один. На вечер у него было намечена важная — а если всё удастся, то судьбоносная — встреча, и Эверард думал, брать ли Демьена с собой. С одной стороны, это развлекло бы мальчика, с другой, вся его авантюра могла провалиться.       — Куда ты собираешься? — сходу спросил Демьен, когда уже вечером Эверард открыл шкаф, чтобы переодеться.       — Иду на рок-концерт, — прямо ответил он. У Демьена отвисла челюсть, и ещё минуты две он не знал, что ответить. Наконец сообразил:       — А ты возьмёшь меня с собой?       — С собой? — Эверард задумался, и от одного этого Демьен был готов впасть в отчаяние.       — Возможно…       — От чего это зависит? — сидя на кровати, Демьен с тоской наблюдал, как любовник собирается, и ждал, что же он ответит. — Что мне сделать, чтобы ты взял меня?       Эверард был задумчив и как будто даже не слышал его вопросов. С ревнивой наблюдательностью Демьен отмечал, как он надевает модный костюм, как тщательно причесывается и собирает волосы в хвост, как душится одеколоном.       — Ты идёшь на свидание, да?! — не выдержал он.       Эверард посмотрел на него, словно только что заметил.       — Ты ещё не одет? Быстрее, мы и так опаздываем.       От счастья Демьен не сразу сообразил, что делать. Наконец он спрыгнул с кровати и опрометью кинулся к шкафу.       — Что мне надеть?! А что это за концерт? Как мне одеться? — выкрикивал он хаотично.       — Оденься не особо заметно, — улыбнулся Эверард.       Такси быстро доставило их к стадиону. Демьен слышал гул музыки и рёв толпы ещё за пару кварталов. Сердце бешено стучало, на подобном действе он был впервые в жизни.       — А что, концерт уже начался?! — спросил он громко, стараясь перекричать шум. Вопреки его ожиданиям, они не пошли к главному входу, а зашли с другой стороны, миновав толпу, рёв которой, как и музыка, звучали теперь приглушённо. Глаза Демьена лихорадочно блестели.       — Ну как, музыка нравится? — смеясь, спросил Эверард.       — Я ещё не понял, — честно признался Демьен. Эверард позвонил кому-то, и очень быстро их нашёл благодушный толстяк, одетый, несмотря на свою комплекцию, современно и даже модно.       — О-о, здравствуй, — он сразу приветливо обнял Эверарда. Голос у мужчины был тихим и ласковым.       — Декстер, для этого молодого человека ещё найдётся местечко получше? — Эверард обнял Демьена за плечи и подтолкнул к незнакомцу.       — О-о, конечно найдётся! Самое лучшее — за кулисами, — Декстер подмигнул Демьену и протянул руку. — Там немного не тот ракурс, но зато всех наших звёзд прекрасно видно.       — А ты что, не пойдёшь? — Демьен неуверенно оглянулся на Эверарда.       — Иди с ним, я скоро подойду, — Эверард махнул ему рукой. — И да, Декс, её гримёрка тут?       — Да, по этому коридору налево.       Демьен насторожил уши и, ещё раз оглянувшись на любовника, пошёл следом за Декстером.              Как только Эверард вошёл в гримёрную, оттуда выпорхнула какая-то женщина. «Пошла предупредить», — подумал он.       В помещении было светло, на столиках у подсвеченных зеркал косметика лежала вперемешку с одеждой.       Ждать пришлось недолго: через десять минут в гримёрку бодрым шагом вошла девушка в длинной чёрной тунике с глубоким декольте. Это была Линда Хилт.       Увидев Эверарда, она тут же шутливо припала перед ним на колено и быстро поцеловала руку. — Ваше величество!..       Эверард захохотал, и Линда, тоже смеясь, кинулась ему на шею.       — Боже, ты ли это?! С ума сойти! — в её светлых глазах плескалось восхищение, Эверард внимательно её рассматривал, удерживая за плечи на вытянутых руках.       Красивое скуластое лицо Линды было загримировано ярким концертным макияжем, глаза — обведены на манер древних жриц, серебристая диадема подчёркивала лоб, чёрные волосы ниспадали ниже плеч. Она стояла перед ним, и она была великой.       — Глазам своим не верю! Дай потрогаю, уверюсь, что это не иллюзия, — Линда снова прижалась к Эверарду, нырнув руками под пиджак.       — Ну-ка, спокойнее, — усмехнулся он, чувствуя, как её ладони скользят по спине и пояснице. — А то я запросто могу тебе концерт сорвать.       — Как сорвать? О-о! Концерт… Мне же скоро на сцену! — Линда развернулась к зеркалу, быстро кидая на стол диадему и серёжки. — Помоги мне, пожалуйста! Времени совсем не осталось. Сейчас ребята доигрывают без меня, а потом следующая песня… Кстати, как ты собирался сорвать мне выступление? — спросила она, пока Эверард затягивал на ней кожаный корсет.       — Обыкновенно, не выпустить тебя… вот и всё, — он подмигнул, глядя в глаза её отражению.       — Не дразни меня, а то я сама могу тебя никуда не выпустить, — Линда подровняла стрелки у глаз. — Я всё ещё скучаю по тебе… — добавила она тише.       — Я тоже, — улыбнулся Эверард. — Не пойми меня превратно, но… ты сейчас одна?       — В смысле?       — У тебя в настоящий момент есть парень, любовник, тайный муж?       — Я уже давно одна… — Линда запрыгнула в чёрную пачку и, вручив Эверарду завязки, стала натягивать высокие сапоги. — А со своими мальчиками из группы я не встречаюсь, потому что это чревато конфликтами, разногласиями и, в конечном итоге, распадом… Мне уже надо бежать. Оставайся! После концерта — попойка, как обычно. Будет время поговорить.       — Я ненадолго, — Эверард смотрел, как Линда быстро припудривает кисточкой лицо.       — У меня к тебе деликатная просьба. Ты должна встретиться с одним молодым человеком. Пару свиданий, большего не прошу.       — Ты это серьёзно?! — Линда опешила, а потом задумалась. — Он симпатичный?       — Очень! — Эверард многозначительно поднял бровь. — Я бы даже сказал красивый.       — Молодой?       — Двадцать лет… Линда, это мой сын, — добавил Эверард, и она изумлённо обернулась.       — У него несколько месяцев назад погибла девушка, — сказал он, предупреждая её возможные вопросы. — Он до сих пор в тоске. Ты бы могла взбодрить его, вдохновить.       — А почему я? — Линда казалась растерянной. Эверард посмотрел на часы, она успокаивающе махнула рукой. — Да ладно, я и так уже опоздала, выкрутятся. Ты всё же сорвал мне концерт.       Эверард широко улыбнулся.       — Он твой фан, при одном упоминании твоего имени у него горят глаза, дома вся студия увешана твоими плакатами. Соглашайся… Я проспонсирую твой следующий тур, — было видно, что ему не по себе делать ей подобные предложения.       Линда подошла к Эверарду и жадно поцеловала в губы.       — Если он хоть капельку похож на тебя, — сказала она, отдышавшись, пристально глядя ему в глаза. — То не нужны мне твои деньги.       — Как мне связаться с ним? — спросила она уже на выходе, вновь торопясь.       — Он придёт к тебе на концерт в Нью-Йорке, будет в вип-зоне, — Эверард проводил её до подъёмника, ведущего на сцену.       — Как я узнаю его?! — Линда запрыгнула на площадку, и подъёмник медленно пополз вверх. Уже звучали первые аккорды песни, гулко отзываясь внутри.       — Ты сразу его узнаешь, — улыбнулся Эверард, провожая её взглядом.