Демьен

Часть IV

24

      Город был наполнен воспоминаниями. Ещё когда, снижаясь, самолёт только развернулся, и перед глазами предстал зелёный горный ландшафт среди белых облаков, а потом и сам город-порт, у Демьена тревожно застучало сердце. Он всё ещё не был уверен, была ли идея с поездкой хорошей. При мыслях о предстоящей встрече с дядей Фернандо в нём поднималось тревожное волнение, и совсем не было радости. Можно было бы найти плюсы, если бы он отправился сюда вдвоём с Эверардом, но они были не одни…       Он оглянулся. Рядом сидела Джулия и с интересом смотрела в иллюминатор. Демьен перехватил взгляд её зелёных глаз и тут же отвернулся. Вообще-то, он не хотел, чтобы она летела с ними, но так решил Эверард. Он собирался съездить в Геную ещё прошлым летом, но так как Мишель был совсем маленьким, поездку отложили на год…       Испытывая странный страх перед возвращением к своему прошлому, к дяде, которого он так просто покинул, Демьен уговорил своих спутников пару дней пожить в гостинице и заодно посмотреть город.       Втроём они, должно быть, представляли довольно интересное зрелище: оживлённая и счастливая, словно оставившая все заботы дома, Джулия, как всегда внешне расслабленный и с беспощадной страстью во взгляде Эверард и хмурый, не отстающий от него ни на шаг, молчаливый Демьен.       И везде они вместе. Летний зной и каменистые пляжи лигурийского побережья. Узкие улочки Старого города, арки, площади и церкви.       Запах моря в воздухе…       И номер на троих с двумя смежными комнатами, куда они вернулись лишь поздним вечером после ужина в кафе.       Дыхание Демьена сбилось, когда он, чуть замешкавшись, вошёл в апартаменты… и сразу же направился к себе. Отводя глаза, чтобы не видеть, как Джулия, красивая и загорелая, смеясь, раскинулась на широкой кровати, восхищается Генуей, флиртует с Эверардом и, вытянув гладкую стройную ногу, пытается дотронуться до его груди. На кровати, где возможно мог бы сейчас лежать он, Демьен… Её мелодичный голос и усмешка любовника. Его любовника! Сердце пропустило пару ударов и тут же отчаянно забилось, словно пытаясь нагнать ритм.       — Демьен? — окликнул его тот же мелодичный голос, когда он уже почти зашёл в свою комнату. — Ложишься спать в такую рань?       Замерев в недолгом ступоре, Демьен спиной ощутил тяжёлый, изучающий взгляд Эверарда. Неожиданный вопрос был явным приглашением провести с ними вечер, и его двоякий смысл оставлял за ним свободу выбора: сославшись на усталость, уйти к себе — но тогда уже до утра не увидеть любимого — или… Нет, конечно, ни на что такое рассчитывать не стоило, но мысль о ещё одном долгом, ласкающем взгляде, о внезапном прикосновении или словно случайном движении ладони по ягодице, а возможно, даже объятии, пусть и невинном, будоражила до дрожи.       Эверард с интересом наблюдал, как Демьен колеблется. Повзрослевший, вытянувшийся, но всё такой же хрупкий подросток. С отросшими почти до лопаток несколькими прядями на затылке и хаотично подстриженными остальными, с непослушной, как и раньше, чёлкой. Полный внутреннего смятения и бурных драматических чувств. Театральная школа помогла раскрыться его таланту, добавила лёгкой наигранности в жесты, но трагизм в глазах был неподдельным, как и одержимость. Эверард внимательно наблюдал за метаморфозами и эмоциональным накалом в душе мальчика, но не собирался облегчать его муки.       — Да… нет, я… — обернувшись, Демьен запнулся от улыбок на их лицах. — Я только… переоденусь!       Какое странное волнение, почти сексуальное. Демьен распахнул окно в своей комнате, впустив вместе со свежим воздухом шум транспорта, чей-то смех, музыку из соседнего ресторанчика… Быстро стянул майку. Пить хотелось неимоверно. Включив воду в ванной на полную, он засунул голову под мощную струю, жадно заглатывая то холодную воду, то воздух. Эверард и Джулия… Чего ждать? Они оба здесь такие странные, особенно она. Такой лёгкой, беззаботной и озорной он её ещё не знал. Куда делась аристократическая загадочность и благородная неприступность?.. Похоже, генуэзский воздух расслабил всех, кроме него.       Подумав, Демьен всё же добавил горячей воды и залез в ванну. Мысль, что они ждут его, не давала покоя. Хотелось пулей выскочить и, не одеваясь, кинуться к Эверарду, но присутствие Джулии смущало и заставляло медлить, оставаться в воде и обнимать нервно дрожащие колени.       Как он относился к этой женщине? Демьен не мог однозначно ответить на этот вопрос. Сама по себе Джулия вызывала симпатию и интерес, к ней тянуло, как и ко всем, кто окружал его любовника, но в то же время хотелось, чтобы все они исчезли куда-нибудь, оставив ему единоличное право на любовь Эверарда…       Демьен завернулся в махровое полотенце, на миг загоревшись соблазнительной идеей выйти к ним так, но тут же передумал и оделся. Джулия лежала одна на кровати попой кверху и рассматривала какой-то туристический проспект. В другой ванной шумела вода. Мысль, что он принимал водные процедуры практически одновременно с Эверардом, была неожиданно приятной.       — А где… он? — спросил Демьен, просто чтобы как-то намекнуть о своём появлении.       — В ванной, — Джулия обернулась и, улыбаясь, позвала его на кровать. — Залезай.       Демьен лёг рядом на живот, подложив руки под подбородок, искоса наблюдая за женщиной и прислушиваясь к звукам в ванной комнате. Почему Джулия больше не ревнует? Или просто не воспринимает его как серьёзного соперника?       — Хорошо здесь, — произнесла она негромко. — Ты вырос в таком красивом городе.       — Я вырос в Бергамо.       — Надо будет туда тоже съездить…       — Зачем? — в голосе Демьена прозвучало недовольство.       — Хочется посмотреть на места, где ты рос.       — Зачем?.. — он осёкся при появлении любовника. Эверард был в халате, мокрые волосы ниспадали на плечи, и Демьен невольно задержал на нём взгляд дольше, чем хотел того при Джулии. — Зачем тебе знать о моём детстве?.. — спросил он тише, но всё так же недовольно.       — Я хочу знать о тебе больше, понимать лучше. Ты мне не чужой, в конце концов… — она взяла протянутый мужем бокал с белым вином, и Демьен, перевернувшись на бок, перевёл взгляд на Эверарда.       — Почему ты нервничаешь? — спокойно спросила Джулия. Демьен беспомощно смотрел на Эверарда, но тот молчал и внимательно слушал их разговор.       — Не знаю, я…       — Ответь на её вопрос. Здесь тебе некого стеснятся или бояться, — сказал Эверард спокойно, протягивая ему бокал.       — Я разве… нервничаю? — Демьен машинально отпил. Он никак не ожидал подобного разговора.       — Да, — ответила Джулия. — Раз уж мы приехали сюда все вместе, между нами не должно оставаться недомолвок. Я знаю, что ты спишь с моим мужем, более того, ты его любишь. И он тебя любит, и меня он любит… — она ласково улыбнулась Эверарду, и тот отсалютовал ей бокалом.       — Раз мы всё знаем, зачем делать вид, что ничего не происходит? Видишь, я справилась с ситуацией, — обратилась она к мужу.       — Да, справилась. Ты великолепна! — Эверард поднялся с кресла и лёг на кровать между ними. Демьен увидел, как он целует жену, и расстроенно отвёл глаза. Но через мгновение Эверард, улыбаясь, повернул его лицо к себе и ласково приник к губам. Сердце Демьена взорвалось в груди. Не в силах поверить в происходящее, он издал удивлённый стон. Слабость и возбуждение истомой окутали тело.       — Эй, а ты неплохо устроился! — Джулия игриво хлопнула Эверарда ладонью по плечу и прервала их поцелуй. Демьен открыл глаза, с изумлением озираясь вокруг. Мир, казалось, изменился, он выпил всего глоток вина, но совершенно захмелел от поцелуя. Голова кружилась, тело обмякло, всё его напряжение куда-то испарилось, оставив лишь бесконечное удивление и состояние невесомости.       — Конечно неплохо… — услышал он смеющийся голос любовника, обращенный уже к Джулии. Супруги снова целовались и хихикали. Когда Демьен заметил, как её смуглая рука под халатом ласкает член Эверарда, ему стало не по себе, ревность проснулась с новой силой. В отличие от Джулии он не мог так легко справиться с ситуацией. За одно мгновение на смену неожиданному спокойствию пришла тоска и чувство полного одиночества. Хотелось плакать. Хотелось просто уйти, хлопнув дверью. Без объяснений. Остаться никем не понятым. Наедине с собой и печалью…       — Демьен, ты будешь? — голос Эверарда выдернул его из горьких переживаний, в руке он держал косячок.       — Ты что, вёз это через границу?! — не смог сдержать возгласа Демьен.       — Ш-ш-ш! — Эверард и Джулия одновременно прижали пальцы к губам и, заметив это, рассмеялись.       — Здесь на месте купил, — подмигнул ему Эверард. Демьен заворожённо смотрел, как в теплом свете ночника он прикуривает закрученный кончик сигареты, как окунает палец в бокал и проводит по краю косячка…       — Сорвёшь тягу? — спросил Эверард у жены хрипло.       — А ты что, куришь травку? — удивлённо спросил у неё Демьен.       — А разве нет? — она взяла у мужа косячок и затянулась.       — Демьен не знает, какой бунтаркой ты была, и чего это стоило тебе в отношениях с твоей чопорной, высокомерной семейкой, — засмеялся Эверард.       — Ага, особенно после того, как связалась с двумя ненормальными байкерами… — кашлянув, Джулия ещё раз затянулась и вернула сигарету мужу.       — Джулия покорила моё сердце с первого взгляда, — Эверард протянул самокрутку Демьену. — Когда, проезжая мимо одного особняка, я увидел её в окне второго этажа, то чуть с мотоцикла не слетел. Это лицо… Меня молния пронзила. Пробрало до самых пяток.       Сигарета тлела в дрожащих пальцах Демьена, лицо недовольно вытянулось. Рассказ любовника о достоинствах его жены не доставлял особой радости. Демьен пытался скрыть своё расстройство, разглядывая потолок.       — В то время она уже встречалась с моим другом…       — Твоим любовником, — вставила Джулия.       — Да, спасибо, дорогая, что освежила мою память, а то вдруг я забуду такое, — голос Эверарда был полон иронии и усмешки. — В общем, когда я узнал, какой она самородок — умна, талантлива, прекрасна — то понял, что эта девушка должна принадлежать мне… Сколько внутренней свободы, сколько отчаянности!       — Что-то я не замечала в себе особой отчаянности до встречи с тобой…       — Прямо как Демьен, — Эверард, усмехаясь, посмотрел на подростка. — В тебе тоже море отчаянности, вот только внутренней свободы дефицит… Давай, амиго, затянись, это поможет тебе расслабиться.       — Или наоборот, — хихикнула Джулия. — Демьен так сильно ревнует…       Они оба посмотрели на него. Не в силах вынести их понимающие взгляды Демьен резко затянулся. И тут же закашлялся: дым резанул бронхи, сжал лёгкие, попал в глаза.       — Вдохни воздух и задержи дыхание.       Пытаясь справиться с кашлем и потирая глаза, Демьен почувствовал, как Эверард забирает у него сигарету и встаёт с постели.       — Надо предупредить Фернандо, что мы скоро к нему наведаемся.       — Соскучился по дяде? — произнесла Джулия отстранённо, когда они остались одни.       — Нет… Я вообще не хочу его видеть… — Демьен ощущал в голове и во всём теле вязкую тяжесть. Говорить было трудно, голос казался чужим.       — Почему?       — Не знаю, как объяснить ему… Вообще не знаю, что говорить при встрече.       — Тебе нужно найти в себе равновесие. Пусть ревность сменится блаженством… Понимаешь, Эверард такой человек. Он не может принадлежать кому-то одному… Слишком хорош. Он вообще никому не принадлежит, кроме своей судьбы.       Демьен не сразу понял, о чём она говорит. А когда понял — напрягся.       — Я хочу, чтобы он был только моим…       Джулия усмехнулась, словно он сказал что-то ужасно забавное.       — Этого никогда не будет.       — Почему? Ты не дашь? — Демьен не отрываясь смотрел на неё. От его глаз до лица Джулии протянулся узкий туннель, вся остальная комната исчезла, был только он, её лицо и напряжённый туннель между ними.       — Ах Демьен, ты ещё совсем глупенький, — Джулия взяла бокал изящным жестом и пригубила вино. — У Эверарда было много связей. И даже после нашего знакомства. Конечно, я сама не без греха… Думаешь, ты его последняя любовь?       — У него что… есть кто-то ещё? — стук сердца был слышен в ушах. Смысл её слов доходил в искажённом виде. Демьену вдруг показалось, что весь мир настроен против его любви и хочет отнять Эверарда. — Он решил меня бросить… Поэтому привёз сюда? Чтобы вернуть дяде?!       — Нет, успокойся, — Джулия подвинулась к нему. — Он любит тебя… безумно! Поверь мне, — она ласково провела по его щеке и заглянула в расширенные от волнения зрачки. — Не надо было тебе курить, как знала… Эверард безмерно увлечён тобой, но если ты будешь так глупо вести себя и дальше, то… Не досаждай ему ревностью, это сохранит вашу любовь. Иначе он просто расстанется с тобой.       — Неправда!       — Ты сильно ограничиваешь себя и от этого пытаешься ограничить всех вокруг, — Джулия покачала головой. — Может, позже ты ещё вспомнишь мои слова и что-то поймёшь…       — Нет, я не собираюсь его ни с кем делить! Сама мысль… что он занимается сексом ещё с кем-то — невыносима!.. Как ты можешь говорить такое? Ты, наверное, не любишь его! А я люблю…       Он услышал тяжёлый вздох любовника и сконфуженно замолчал. Туннель расширился, захватив всю комнату, и Демьен только сейчас заметил, что они с Джулией давно не одни и Эверард сидит в кресле, слушая их разговор.       — Как ты здесь появился? — удивлённо спросил Демьен, со стыдом пытаясь вспомнить, что сейчас тут нёс.       — Пойдём, я уложу тебя в постель, — произнёс Эверард задумчиво.       — Прости… — прошептал Демьен, когда любовник привёл его в соседнюю комнату. — Я и правда дурак, она права… Совсем рехнулся от любви к тебе.       — Ложись спать, — Эверард закрыл окно и включил кондиционер.       От его голоса возбуждение ознобом шло по коже. Демьен отвернулся к кровати, стаскивая с себя одежду.       — Ты поцелуешь меня перед сном? — подрагивая, словно в комнате было холодно, а не стояла тридцатиградусная жара, Демьен залез под одеяло. Эверард выключил свет и сел на край кровати.       — Малыш, чего ты хочешь?       — Обними меня! — Демьен радостно протянул к нему руки, но Эверард мягко отстранил их и прижал к его груди.       — Чего ты ждёшь от наших отношений?       Демьен напрягся: видимо, он всё же наговорил лишнего.       — Я люблю тебя и хочу быть с тобой… всегда.       — Но ведь мы и так вместе, разве нет? — прошептал Эверард у самых его губ, и Демьен, приподняв голову, жадно поцеловал его, толкая язык в рот. Рука Эверарда скользнула по телу, откидывая одеяло, поглаживая обнажённую грудь и живот, обхватывая возбуждённый член. Демьен сладостно застонал, прикрывая глаза.       — Я хочу, чтобы были только ты и я… — шептал Демьен в упоении, чувствуя, как губы любовника опускаются по телу вниз к паху.       — Люди редко получают то, чего хотят, — прошептал в ответ Эверард, и Демьен выгнулся от его лижущего дыхания на коже.       — Их желаниям обычно препятствует целый ряд объективных причин.       Слова Эверарда тревожили, но от них невозможно было укрыться, хотя тело изгибалось в истоме. Раздвинув ноги, Демьен подтолкнул его к своему паху.       — Человек никогда не будет счастлив так просто… — Эверард облизнул прижатый к животу член. Дразня, дотронулся пальцем до нежного ануса. — Потому что мы должны познавать… чувствовать… переживать… жить… — он поцеловал головку, влажно прошёлся ртом по стволу вниз, и, рисуя восьмерку, облизнул бархатистые яички. Демьен дрожал мелкой дрожью, член сочился возбуждением.       — Сначала кажется, что ты переступил черту… — говорил Эверард, и Демьену казалось, что он кончит от одной только вибрации его голоса. — Но потом оказывается, что это была просто граница в твоём мышлении… — лаская член рукой, Эверард вернулся к губам Демьена. — То, что ограничивало твоё восприятие. И её надо было переступить, чтобы расширить границы, освободить разум… Освободи свой разум, Демьен.       Поцеловав его ещё раз, Эверард отстранился и встал.       — Спокойной ночи, малыш.       — Ты что… уходишь?! — дрожа от возбуждения, Демьен ошарашенно уставился на него.       — Да, неплохо бы выспаться, завтра будет долгий день.       — Ты оставишь меня так? Но я… возбуждён! Ты возбудил меня, а сам уходишь!       — Разве это плохо? Испытывать возбуждение — прекрасно, — Эверард вновь поцеловал его и, быстро приласкав член рукой, накрыл одеялом. — Подумай о моих словах…              В ту ночь Демьену снились на удивление приятные сны. Он преследовал Эверарда по вымощенным камнем узким улочкам Генуи. Любовник был где-то рядом, но постоянно ускользал. Когда Демьен растерянно остановился за очередным поворотом, ласковые руки обняли его со спины, и он задохнулся от счастья. Генуя таяла, незаметно превращаясь в Нью-Йорк. Эверард — Демьен точно знал, что это он, хоть и не видел, — целовал его затылок, плечи, нежную кожу возле ушей, шею… И от каждого поцелуя по телу бежали сладостные мурашки. Снопы искр, вызванные мягкими губами, проносились по коже и скапливались в паху. Демьен застонал и, вздрагивая от оргазма, проснулся.       За окном светало, на душе было удивительно спокойно. Потянувшись в блаженстве, он обнял подушку и уснул с мыслями о любимом.              Они выехали из отеля утром. В чувственных, полных неги движениях Джулии и в пролёгших под глазами тенях Демьен безошибочно угадал страстную ночь.       Утреннее сновидение создавало иллюзию, что Эверард провёл эту ночь и с ним, и Демьен решил упиваться этим ощущением, пока оно было свежо. Удержать любовника хотя бы в мечтах… Удивительно: всего несколько дней воздержания, и он уже грезил об Эверарде во сне. Увлекаемый такси, Демьен прикрыл глаза.       — Когда приедем, постарайся не смотреть на меня таким томным взглядом, как сейчас, — Эверард взял его руку и поднёс к своим губам. Демьен почувствовал, как от поцелуя ухнуло сердце, ощущения из сна переносились в явь. Облизнув губы, он повернулся к Эверарду, но, увидев замешательство и недоумение таксиста, одёрнул себя.       — Я постараюсь…       У крыльца особняка их уже встречали. По дороге Демьену ещё как-то удавалось сохранять спокойствие, но когда он увидел знакомое улыбающееся лицо дяди, тело ослабло от волнения. Он с силой сжал ладонь Эверарда.       — Я боюсь!.. Зачем мы только приехали…       — Соберись. Ты же будущий актёр, — быстро прошептал Эверард. — Вот и сыграй.       Они вышли из машины следом за Джулией и с изумлением увидели рядом с лучащимся радостью Фернандо… Марго Хадсон!       — М-да, такой подставы даже я не ожидал, — тихо проговорил Эверард, и Демьен, рассмеявшись, ненадолго расслабился, но тут же вновь разволновался. Губы напряжённо дрожали, отчего улыбка то и дело сползала с лица. Возгласы, приветствия, поцелуи… Демьен неловко мялся за спиной Эверарда, но Фернандо, восклицая: «Как ты вырос! Совсем большой! Уже не мальчик, но юноша! Марго, посмотри!», заключил его в объятия. Лицо горело, хотелось поскорее убежать подальше и прекратить эту клоунаду.       После того, как дядя и поэтесса расспросили его о театральной школе и жизни в другом городе, всё успокоилось. Никто не смотрел на него с подозрением и не устраивал допросов с пристрастием. Эверард был прав: не обязательно притворяться, достаточно просто не говорить о некоторых вещах. За столом Демьен старался избегать взгляда Эверарда, но, обвыкнувшись, стал смотреть на него прямо и даже улыбаться. Когда тот подмигнул ему, никто даже не обратил внимания, и Демьен совсем успокоился. Разговор незаметно перешёл на самих хозяев дома. Оказалось, что после его отъезда Фернандо и Марго поженились. Демьен попробовал определить по их лицам, была ли счастливой семейная жизнь, но так и не смог прийти к каким-либо выводам.       В его старой комнате ничего не изменилось. Атмосфера далёкого — так он ощущал — детства произвела на него странное впечатление. Очень странное… Более чем. Демьен порадовался, что зашёл туда один.       Сначала лёгкий ступор и непонимание, а потом слёзы, столь же непонятные. Как странно, даже эта обитель детских переживаний и надежд напоминала ему прежде всего об Эверарде и иступленной с первых мгновений любви. Изменились ли его чувства с тех пор? Демьен отвернулся к окну, в груди была пронзительная боль и столь же сильное томление.       Здесь, на этой кровати, он впервые испытал сводящее с ума возбуждение. Здесь Эверард распинал его тело оргазмом. Демьена прошиб озноб, воспоминания пугали своей яркостью. Здесь же он впервые по-настоящему горько плакал, когда Эверард отказался взять его с собой. Демьен сжал голову руками. Всё это было так давно и в то же время совсем недавно. Первые шаги в пропасть безысходной, изматывающей и вдохновляющей любви, то возносящей на самые вершины блаженства, то бросающей в бездну отчаяния… и его путь ещё не закончен.              После вечерних посиделок в саду, все разошлись по комнатам, но Демьен не мог уснуть. Отбросив одеяло, он чувствовал обнажённой кожей прикосновение прохладного ночного ветра и думал о руках Эверарда. Воспоминания о его ласках пребывали в нём постоянно…       Ветер колыхал занавеску. Ветер раздувал странную жажду, что уже стала нормой жизни, но к которой он так и не привык.       Демьен поднялся с постели и, не одеваясь, вышел в коридор. В доме было тихо. Ноги осторожно ступали по прохладному паркету. От осознания собственного бесстыдства возбуждённый член прижимался к животу. Со стучащим сердцем Демьен приложил ухо к двери любовника и не услышал ни звука. Тело пробирала лёгкая нервная дрожь: всё здесь, даже запах стен, возвращало в воспоминания двухгодичной давности. Эверард!..       Тонкая рука замерла в воздухе — вежливо постучать или не стоит привлекать внимания? Дверь была не заперта. Скользнув внутрь, он пробрался к кровати. Голова Джулии покоилась на плече мужа. Тяжело дыша, Демьен присел на край постели рядом с любовником и медленно стянул простыню, обнажив мужчину и женщину до пояса. Если бы Эверард проснулся и рассердился, да даже ударил бы его, Демьен и то не удивился бы. Сейчас он сам себя не понимал. От исступления на глаза навернулись слёзы. Сжав член ладонью, он осторожно провёл другой рукой по груди Эверарда, и тот, вздохнув, открыл глаза.       — Ты не спал?.. — Демьену казалось, что он трясётся как в лихорадке. — Можно… к вам?       Эверард молча подвинулся, и Джулия, не до конца проснувшись, повернулась на бок. Задыхаясь от счастья, Демьен залез под простыню и прижался к любовнику. Даже в самых смелых мечтах он не мог представить, что ситуация повернётся именно так, что такое вообще возможно.       «Я люблю тебя…» — еле слышно, одними губами. Слёзы, дрожь, сбившееся дыхание. Робкие прикосновения, и Демьен почувствовал, как холодны его руки по сравнению с кожей Эверарда.       «Я так хотел тебя, что не смог сдержаться…» — одним взглядом.       Его жалобный, еле слышный стон разбил ночную тишину, и Джулия пошевелилась, вздохнув сквозь сон.       — Тише, — прошептал Эверард, их губы соприкоснулись. Член дёрнулся, словно связанный невидимой нитью с губами. Руки мужчины прошлись по телу, и Демьен, зажмурив глаза, быстро перевернулся на бок, раздвигая ноги и со стоном прижимаясь попкой к его паху.       — Не сейчас, — прошептал Эверард у самого уха.       — Но у тебя стоит… Ты тоже хочешь!..       — Не сейчас…       И не успел Демьен разочарованно вздохнуть, как почувствовал его пальцы на своём члене.       Пикантность ситуации и собственное бесстыдство приводили Демьена в исступление. Как он ни старался, но сдержать стоны не мог. Эверард целовал его шею, затылок, нежно прикусывал ухо, и по телу разливалось то же волшебное ощущение, что и в утреннем сне. Демьену казалось, что он дошёл до края и выше взлетать или ниже падать уже некуда…              Рано утром — только начало светать — Эверард разбудил его и велел идти к себе.       — М-м-м… ещё немножко. Рано ведь… Хотя бы пару часиков… — прерывать столь сладкую дрёму под боком любимого совсем не хотелось.       — Если Фернандо или Марго увидят всех нас в одной постели голыми, то мне придётся их убить. Чего совсем не хочется… — зевая, ответил Эверард и подтолкнул его к краю постели.       Развеселившись, Демьен направился к себе.       Уже ближе к обеду, когда все проводили время в тени апельсиновых деревьев, ведя неспешную беседу, Эверард заметил, что Демьен исчез. Выждав некоторое время и переглянувшись с Джулией, он ушёл в дом.       Как он и предполагал, Демьен был у себя: лежал на кровати и что-то писал в тетради, которую Эверард периодически видел у него. Их заговорщицкие взгляды встретились, и Эверард запер дверь.       За секунду на лице Демьена промелькнула целая гамма эмоций, Эверард понял, что мальчишка ждал его и всё же ни на что не надеялся.       Демьен судорожно сглотнул. Когда Эверард прошёлся долгим ласкающим взглядом по его телу и расстегнул свою рубашку, Демьен ощутил знакомую слабость, опьянением растекающуюся по венам. Не в силах отвести глаз, он машинально раздевался.       — У тебя такое лицо, будто мы год не виделись, — Эверард с усмешкой шагнул на кровать и встал над ним.       — Так и есть… то есть… я так и ощущаю, — собственный голос казался Демьену слабым. Он восхищённо смотрел на любовника снизу-вверх, проводя руками по его длинным ногам. Обнажённый торс, ниспадающие на плечи блестящие чёрные локоны, смеющиеся тёмные глаза с каким-то дьявольским огнём и выражением победителя. Его победитель, его герой, его бог!.. Ах, как хотелось сейчас быть побеждённым!       — Разденешься?.. — хрипло и робко прошептал Демьен. — Я хочу… — руки остановились на возбуждённом члене Эверарда. Чувствуя, как вожделение накрывает с головой, Демьен потёрся лицом о ткань брюк.       Эверард бросил ленивый взгляд в окно и широко улыбнулся: вся компания сидела прямо под окнами, но благодаря тонкому тюлю не могла их видеть. Демьен уже расстёгивал его ширинку, голубые глаза заволокло желанием и томностью, пухлые губы приоткрылись в предвкушении.       — Ах Демьен… — Эверард быстро освободился от остатков одежды и лёг на кровать.       Необъяснимая сила тяготения смела их в объятия друг друга. Чувствуя, как страсть пожирает остатки контроля, и видя, что Демьен давно его лишился, Эверард предупреждающе сказал:       — Не издавай ни звука, что бы я ни делал.       Демьен, вынырнув из упоительных ощущений, проследил за его взглядом и, приподнявшись, тут же испуганно сел обратно.       — Не переживай, они нас не видят. Но в любой момент могут вернуться в дом… У нас мало времени.       Эверард усадил его к себе на колени, и Демьен застонал, томно прикрывая глаза, едва их тела соприкоснулись.       — Вообще ни звука, — прошептал Эверард и ласково прикусил мочку его уха. — Зато потом тебе будет совершенно наплевать, кто и что думает о нашей связи!..       Утопая в поцелуях и ласках, жадно прижимая Эверарда к себе, Демьен ёрзал на его бёдрах и жмурился от соприкосновения возбуждённых членов. По головке стекала влага. Тугая муть возбуждения лишала разума. Властные ласки Эверарда, и желание поскорей обладать им в глубине себя…       — Хочу тебя… внутри… Скорее!.. — прошептал Демьен и приподнял бёдра, хватаясь за шею любовника.       Эверард смазал слюной его анус и, направив член внутрь, ввёл его сразу весь, с силой притягивая Демьена за бёдра. Тот задрожал и задохнулся, сжимая в руке свой орган. Его зад был давно растянут, мышцы — достаточно тренированы, но Демьен всё же не мог сдержать протяжного сдавленного стона, глаза наполнились слезами. Было больно, но это была именно та боль, которую он жаждал, боль, подшитая с изнанки наслаждением. Сердце бешено стучало. Грудь вздымалась от тяжелого дыхания. И почти сразу, как только Эверард начал двигаться, качая его на своих бёдрах, Демьен почувствовал внутри сильное зудящее ощущение, которое часто было предвестником оргазма.       — А-а! Я сейчас… прямо так… кончу!.. — он ухватился за любовника, и тот слегка подбросив его, прижал к себе, вгоняя член ещё глубже, наполняя до предела. Спазмы уже прокатывались по телу от головы до ступней. Крики рвались из горла, и Демьен, чтобы заглушить их, впился зубами в плечо Эверарда и… тут же вскрикнул от резкой боли: мужчина отдёрнул его от себя за волосы.       — Мне больно… — испуганно прошептал Демьен, от неожиданности возбуждение слегка поубавилось.       — Не оставляй на мне следов, — тяжело дыша, Эверард кинул его спиной на постель. Демьен смотрел растерянно и беспомощно.       — Тем более здесь… Не сегодня-завтра поедем к морю.       Опираясь на вытянутые руки, Эверард улыбнулся и продолжил двигаться. Его тёмные глаза на миг стали ласковыми, лучась мягкой усмешкой, и Демьен, глубоко вздохнув, успокоился и шире развёл ноги, прижимая колени к груди.       Толчки внутри усилились, сладостно задевая простату, и не стонать — хотя бы — было просто невозможно. Демьен попробовал заткнуть рот кулаком, но Эверард быстро убрал его руку.       — И на себе следов не оставляй…       — А-а!.. не могу я… тихо.       Эверард вышел и потянул его к себе за локоть. — Иди сюда, вспомним нашу первую ночь.       Демьен растерянно упал на колени, увлекаемый руками любовника, и выгнулся.       — Да… так хорошо, — Эверард прижал его к себе и зажал рот ладонью, входя в пульсирующий анус. От страстных, резких, глубоких движений Демьен жадно захватывал носом воздух, закатывая глаза. От соприкосновения их тел слышались влажные звуки.       Другой рукой Эверард с упоением провёл по его бедру, приласкал возбуждённый член, отчего Демьен стал подаваться назад и изгибаться ещё темпераментнее.       Чувствуя, как твёрдая ладонь плотно обхватывает рот, Демьен испытывал что-то похожее на благодарность: теперь он мог расслабиться, а не пытаться контролировать себя…       Ощущения зашкалили, взорвавшись в тазу искрами оргазма, и он кончил, содрогаясь всем телом.       Эверард осторожно разжал руку, отпуская его, и Демьен упал лицом в подушку.       Счастье, гармония, ощущение апофеоза жизни, словно ты всего достиг, блаженство пополам с усталостью медленно пришли на смену пламенеющему экстазу… Ещё минуту не хотелось шевелиться, на лице маячила блаженная улыбка. Эверард целовал его ягодицы, спину вдоль позвоночника до самого затылка. Перевернувшись, Демьен счастливо посмотрел на него, испытывая прилив нежности.       — Что там у них? — он кивнул головой на окно.       Эверард сел на колени, потянув его за собой. Марго сидела за столиком, а Джулия и Фернандо разговаривали уже стоя и, казалось, собирались в дом. Демьен забеспокоился, надо было скорее одеваться, но Эверард медлил, и ему самому так хотелось ещё понежиться в его объятиях.       — Хочешь ещё? — Эверард подтолкнул его вверх, заставляя стать на ноги, целуя живот и лукаво глядя в глаза. От прикосновений его губ вверх по позвоночнику струился трепет. Это было рискованно, на взгляд Демьена, даже слишком! Волнуясь, он глянул в окно, а потом вновь на Эверарда.       Любовник держал его член во рту, как кошка, переносящая котёнка, глядя снизу-вверх огромными смеющимися глазами. Зрелище возбуждало не меньше ощущений. Эверард ласкал руками его ягодицы и скользил губами по члену, захватывая его до самого корня, так, что Демьен стонал уже в голос, то и дело поглядывая в окно.       — О боже, Эверард, они идут!!! — вскрикнул он, пытаясь отпихнуть мужчину от себя и скорее одеться. Эверард привстал, не выпуская его из рук. За окном Фернандо явно направлялся к дому, а Джулия, что-то говоря и смеясь, пыталась задержать его.       — Какая она у меня, всё же, умница!.. — с обожанием протянул Эверард, глядя на жену, и вернулся к прерванному занятию. Демьен забился крупной дрожью от волнения, возбуждения, страха быть обнаруженным здесь, от опасности потерять любовника. В голове уже проносились страшные картинки дальнейших событий, если они попадутся. Мучительно не хотелось покидать дарящий наслаждение и такой горячий рот, но надо было поскорее одеться и скрыться где-нибудь. Демьен покрылся испариной.       — Эверард, они сейчас придут сюда!!! — он смотрел в окно и не мог понять, почему любовник так спокоен.       — Не бойся. Если войдут, притворимся ворохом одеял, — засмеялся Эверард. — Я контролирую ситуацию, поверь мне. А если ты сейчас не наплюёшь на это и не кончишь, то появится комплекс. Давай расслабься, я помогу тебе…       — Ты сумасшедший!.. — Демьен понял, что отступать Эверард не собирается, и, стараясь максимально отвлечься от пугающих мыслей, сосредоточился на ощущениях. — Боже, ты совсем сумасшедший… и я сумасшедший…       Когда он уже готов был кончить, совсем рядом, в коридоре, послышался зовущий голос Фернандо. Демьен, до этого постанывавший, испуганно затих. Они переглянулись. Эверард беззвучно рассмеялся и, медленно покачав головой из стороны в сторону, мол, «не бойся», подмигнул. Грудь Демьена тяжело вздымалась, в глазах плескался страх. В повисшей тишине было слышно, как дядя дёрнул за ручку и куда-то ушёл.       — Пошёл за запасным ключом, — прошептал Эверард и провёл языком по его мошонке, двигая рукой по члену.       «А будь что будет!..» — с отчаянием самоубийцы подумал Демьен, зарываясь ему в волосы, и тут же задохнулся от очередного оргазма, более мягкого, чем первый. Ноги подогнулись, голова кружилась.       — Иди прими ванну, — прошептал Эверард, собрав и вручив ему одежду. — Я люблю тебя!.. Иди.       — А ты? — Демьен снова безумно волновался и готов был кричать от паники. — Он сейчас придёт сюда!!!       — Иди в ванную! Я его загипнотизирую, — засмеялся Эверард.       — Хорошо… — с ужасом глядя на любовника, Демьен скрылся за дверью.       Эверард быстро оделся, заправил постель, побрызгал освежителем воздуха.       В ванной зашумела вода, и как раз в этот момент Фернандо вставил ключ в замок. Эверард бесшумно скользнул к двери и успел за ней спрятаться, когда Фернандо открыл её и зашёл.       — Демьен?!.. — не глядя в его сторону, пожилой мужчина растерянно пошёл к ванной. Эверард ловко проскочил в незакрытую дверь.       Фернандо оглянулся, почувствовав за спиной движение, но ничего не заметил. Коридор тоже был пуст.       — Показалось… Демьен ты тут?       Племянник лежал в ванне.       — Ой, извини, — Фернандо уже хотел уйти, но выражение лица подростка было каким-то странным. — У тебя всё в порядке?       — Да…       «Значит, Эверарду удалось спрятаться… Интересно где, не в шкафу же…» — напряжённо думал Демьен.       — Я звал тебя, почему ты не отзывался? — Фернандо смотрел на него с интересом.       — Потому что я… онанировал! — раздражённо выкрикнул Демьен. — Какого чёрта?! Я уже взрослый! Я что, не имею права уединиться в ванной?!       — Конечно-конечно, извини… — Фернандо поспешил ретироваться, поражаясь, как быстро растут дети.       С тяжёлым вздохом Демьен сполз по эмалированному краю. Как всё же здорово изучать актёрское мастерство! Никогда не знаешь, где оно может пригодиться… Похоже, ситуация как-то разрешилась, хотя они с Эверардом ходили по краю… Как однако с ним интересно и захватывающе. Таких сильных эмоций ни с кем больше не испытать! Так думал Демьен, отдуваясь и подставляя голову под тёплые струи воды. В нём что-то происходило, что-то трудно поддающееся описанию, но несомненное. От ощущения ломающихся ограничений всё в нём экзальтированно вибрировало, и сейчас ему действительно было на всё наплевать.