Демьен

86

      — Он здесь, — прошептала Джулия еле слышно, бережно обнимая его.       На дне глубоких, оттенённых мудростью зелёных глаз притаилась тревога. Тревога за него, ведь он ещё не успел ничего ей рассказать. Сходу из самолёта в автомобиль, из автомобиля на крыльцо. Что ещё он узнает, что услышит? Телефон Демьена молчал, но беспокойства не было. Возможно, потому что было чутьё, и чутьё его не обмануло: Демьен уже ждал в особняке, едва услышав о его возвращении. Сны стали сбываться с пугающей достоверностью.       — Всё в порядке, — ответил Эверард, приникая губами к виску жены. В груди тлела дрожь, хотелось со вздохом сжать её в объятиях и на минуту забыться, забыть об усталости и заботах. Но многие вопросы ещё требовали его решений. — Расскажу позже, — произнёс он, подмигнув ей.       Джулия только покачала головой, не сводя с него внимательного взгляда. — Он в тренажёрном зале.       — Где?! — засмеялся Эверард. — С каких пор Демьен стал качаться?       Джулия улыбнулась и неопределённо пожала плечами. — Скоро будет ужин. Приходите.       Когда Эверард зашёл в зал, любовник, голый по пояс, сидел на одном из тренажёров и с усилием тянул на себя груз. Увидев его, он от неожиданности выпустил из рук перекладину, и грузовые блоки с грохотом упали на подставку.       — Привет, культурист, — засмеялся Эверард.       Демьен спешно смахнул волосы с раскрасневшегося от усилий лица. Его глаза казались растерянными, влюблёнными… и в ту же секунду вдруг стали ненавидящими, словно он вспомнил о чём-то. Никакой радости, никаких пылких объятий. Эверард заулыбался.       — Что… — произнёс Демьен еле слышно, — натрахался?! — из горящих глаз неожиданно брызнули слёзы.       Эверард оторопел и в тот же миг согнулся от смеха. Тело содрогалось от беззвучного хохота, словно независимо от его воли, выплёскивая нервное напряжение и усталость последних дней.       — Я такой смешной?! — губы Демьена дрожали, пальцы так сильно впивались в ручки тренажёра, что побелели костяшки. — Я для тебя клоун, да?!.. — слёзы текли по щекам.       — Может, дашь мне хоть какую-то зацепку? — Эверард устало привалился спиной к стене.       — Пошёл к чёрту! Какой же я дурак, что люблю тебя!.. — рыдания вынуждали Демьена глотать слова. Он напряжённо, сквозь набегающие слёзы, всматривался в его лицо, выражение глаз менялось от вопрошающего до ненавидящего и обратно. Демьен выглядел таким хрупким, таким истерзанным…       — Значит, моих поцелуев тебе больше недостаточно?!..       — Ты действительно дурачок, — Эверард со вздохом покачал головой, и Демьен, выкрикнув нечленораздельное ругательство, упал лицом в ладони. Плечи сотрясались от судорожных всхлипов. Эверард с тяжёлым сердцем приблизился и опустился перед ним на колено.       — Демьен, что происходит?.. — произнёс он увещевающе, поднимая его голову, гладя волосы и стирая слёзы с мокрого лица. — Что опять случилось?       — Ты знаешь что! — Демьен пытался отпихнуть его руки. — Ненавижу тебя!       — Это я уже слышал, — улыбнулся Эверард, перехватывая пальцами его подбородок и целуя кривящиеся губы. Сладостное касание, словно молния, пронзившее, казалось, их обоих… Вкус солёных слёз… И желание шевельнувшимся в низу живота змеем.       — Я уйду от тебя!.. — сквозь слёзы обиженно выдохнул ему в рот Демьен.       — А вот это уже что-то новое…       Демьен оттолкнул его и, вскочив, бросился к двери, но Эверард перехватил его за руку.       — Погоди. Может, хоть скажешь, в чём моя вина на этот раз? — попытался он свести всё в шутку.       — Ты знаешь в чём! — Демьен вырвался и, отступив на шаг, вытер лицо, силясь сквозь слёзы рассмотреть Эверарда. Тот стоял перед ним в своём чёрном дорожном костюме, сильный и привлекательный, как всегда. Сердце сжималось от боли. Откуда в одном человеке могло быть столько величия, обаяния и остроты? Откуда могло взяться столько мистической загадки, столько неразрешённых вопросов?.. Губы Демьена дрожали, новые слёзы набегали на глаза, но он боялся моргнуть и пропустить хотя бы миг этого ранящего его сердце волшебства.       — Я такой дурак… — прошептал он с дрожью в голосе. — Я уйду от тебя… Уйду! И не вернусь!       Лицо Эверарда стало холодным.       — Уходи, — мрачно произнёс он, отступая. — Ты уже достаточно взрослый, чтобы прожить без меня.       — И уйду! — садящимся от плача голосом угрожающе воскликнул Демьен.       — И уходи! — словно в запале, твёрдо ответил ему Эверард, грозно глядя пронизывающим взглядом, и Демьен содрогнулся от новой порции рыданий. В немигающих глазах Эверарда была хорошо спрятанная боль, всё та же боль, что Демьен видел однажды, когда уже чуть было не потерял его. Эверард любил его… Но почему так поступал с ним? Почему ему было недостаточно лишь его одного?       Демьен всхлипнул и развернулся к двери, чувствуя отчаянное желание бежать отсюда, бежать от себя… и бежать обратно к Эверарду. Никогда не отпускать.       Он уже открыл дверь, когда понимание происходящего пронзило его мучительной болью: любовник не станет его возвращать, не побежит следом, не будет ни о чём просить…       — Как же я тебя ненавижу!!! — закричал Демьен, разворачиваясь, и кидаясь на него с кулаками. — Ненавижу! Ненавижу! Ненавижу!       Эверард попытался привлечь его к себе, твёрдо сжимая ладонями побледневшее лицо.       — Успокойся… Слышишь меня? Успокойся…       Но Демьен смотрел на него невидящими безумными глазами и продолжал шептать:       — Как ты мог… с ней! Ну почему?! Ненавижу!.. Ненавижу!!! — он вырвался, изо всех сил толкнув Эверарда в грудь, отчего полы пиджака разъехались, и Демьен, испытав панический ужас, заметил на рубашке тёмное пятно. Мысль, что это он мог ранить любовника, повергла его в шок. Но как?!       — Что это?.. — прошептал он дрожащим голосом. — Как это могло случиться?..       Эверард медленно перевёл взгляд на свой левый бок.       — Пуля, — равнодушно ответил он.       Пуля?.. Какая пуля? Демьен соображал с трудом. Мысли не желали собираться в стройные ряды, он ещё трепетал от пережитых эмоций.       — Куда ты?.. — он почувствовал, как лишается последних защитных покровов, когда увидел удаляющуюся спину Эверарда. — Не бросай меня!..       — Я в ванную, придурок, — процедил тот, и Демьен бросился следом.       — Тебя ранили?! Так ты всё же уезжал по делам?! — сбивчиво спрашивал он, семеня рядом, пытаясь заглянуть любовнику в глаза и вымолить прощение. — Прости!.. Ну я ж не знал! Я ведь думал, что ты…       Демьен осёкся: в коридоре стоял Франц и смотрел на них огромными встревоженными глазами. Не исключено, что слышал их перепалку, ведь дверь так беспечно осталась открытой…       — Всё в порядке? — вымолвил он.       — Всё нормально, — взгляд Эверарда потеплел, и Демьен, давя в себе мучительное желание схватить его за руку, опустил глаза.       — Будете ужинать? — было слышно, что Франц пытается совладать с беспокойством. Точно всё слышал, вот чёрт!       — Да, малыш, сейчас придём, — Эверард подмигнул сыну обоими глазами, и Франц расслабился.              — Как это случилось? — в ванной комнате, стоя за спиной любовника и наблюдая в зеркало, как тот обрабатывает рану, Демьен дал себе волю. Он вибрировал, как натянутая струна, и не знал, переживал ли он сильнее, когда подозревал Эверарда в измене, или сейчас, когда видел тёмно-красную борозду на левом боку. Пальцы нервно впивались в обнажённую кожу, и он изо всех сил старался не причинить Эверарду новую боль.       — Я не знал, что твои поездки так опасны… Это серьёзно? — Демьен целовал и целовал его плечо, скользя по коже губами, прижимаясь щекой к собранным в хвост волосам, вдыхая любимый запах.       — Царапина… — ответил Эверард, и Демьен хмыкнул.       — Серьёзно, — улыбнулся любовник ему в зеркале. — Прошла по касательной. Могло быть намного серьёзнее.       — Ужасно… Ты не говорил, что это так опасно! — Демьен дождался, когда Эверард сменит бинты, и с жадностью обвил его талию, приникая щекой к спине. — Я люблю тебя… Ты ведь простишь меня, правда? Я никогда от тебя не уйду… Жить не смогу…       — Хоть расскажешь, в чём меня подозревал? — Эверард развернулся и обнял его, упёршись задом в умывальник.       — Это так глупо!.. Ты будешь презирать меня ещё больше, — прошептал Демьен, удобно устраиваясь в его объятиях.       Эверард помолчал, с загадочной улыбкой касаясь губами его лба. Демьен, покорный и хрупкий, жался к нему трепетным оленёнком, ничем не напоминая того дикого растрёпанного кота, что пытался выцарапать ему глаза ещё несколько минут назад.       — Разве я когда-то презирал тебя? — произнёс Эверард тихо и поднял его лицо, приникая к приоткрывшимся навстречу губам. Демьен был всего на полголовы его ниже, и это было так удобно… Достаточно лишь наклонить голову… Сердце билось восторженно и удивлённо. Он никогда ещё так сильно не любил его. И это было странно и больно одновременно. Упоительно. Эверард наблюдал за собой. Любовь словно росла вместе с Демьеном. Он наблюдал за прикрытыми в истоме заплаканными глазами. Губы, мягкие, нежные, сводящие с ума своей дрожью и сладостью, открывались ему навстречу. Демьен стонал ему в рот, пытаясь захватить язык. Между их ртами будто протянулась напряжённая струна. Демьен, обмякший и одновременно вибрирующий, уже отвечал ему всем своим существом, приникая, обнимая, жадно поглаживая сквозь ткань брюк его напрягшийся член.       — Демьен… — прошептал Эверард, прерывая поцелуй и глядя ему в глаза. Его собственные глаза были сейчас тёмными, затянутыми желанием. Должны были быть. Он знал. На дне зрачков Демьена дрожала мольба. Эверард чувствовал тонкий запах его пота, будоражащий, вызывающий ненасытную жажду обладать.       — С какого перепуга ты решил качаться? — спросил он хрипло, и Демьен вздрогнул, словно просыпаясь.       — Именно, что с перепуга… — прошептал он сконфуженно и виновато опустил лицо, прижимаясь к нему, словно прячась от чего-то, от себя.       Эверард помрачнел, крепче обнимая его, поглаживая спину, руки, проводя по знакомым очертаниям плеч снова и снова. Демьен больше не отвечал ему, только тяжело дышал. На плечах виднелись небольшие бесформенные синяки. Они были чем-то замазаны, и Эверард только сейчас их заметил. Его руки остановились. Сердце стучало гневно и взволнованно, он чувствовал, как в душе разгорается злость.       — Подонки… — всё же сорвалось с его губ. Демьен сжался и, сильнее уткнувшись лицом ему в шею, заплакал. Эверард чувствовал, как слёзы бегут по коже, и от этого в груди разверзалась бездна.       — Демьен… — он отвлёк его от себя, заглядывая в лицо, целуя и собирая губами солёную влагу. Желание, как назло, становилось лишь сильнее, мешаясь с яростью и гневом, пробуждая совершенно первобытные инстинкты.       — Как это было? — спросил он мрачно. — Что они сделали?       — Не смотри на меня так!.. Не надо!.. — всхлипывал Демьен. — Я чувствую себя жалким…       — Ох Демьен… — Эверард прижал его к своему плечу, захватывая голову рукой, зарываясь пальцами в волосы. — После ужина расскажешь обо всём. Слышишь?       — Разве Сэм тебе ничего не говорила? — Демьен тяжело дышал, медленно успокаиваясь.       — Она рассказала только то, что успела увидеть… К тому же у неё неидеальное зрение.       — Но стреляла она неплохо…       — В воздух любой дурак попадёт.       Демьен фыркнул, утыкаясь носом Эверарду в ключицу. До его возвращения вся эта история не вызывала в нём такого отчаяния и такого стыда. В ту ночь у Франца он даже сумел убедить себя, что ничего не было, и почти успокоился. Рассказывать обо всём Эверарду было особенно мучительно. Он чувствовал себя слабым и ничтожным… Сейчас, в его объятиях, событие словно приобретало болезненную глубину. Демьен тяжело дышал, зажатый сильными руками. И, как ни странно, в этот момент он больше всего хотел бы, чтобы Эверард вообще ни о чём не узнал.       — Почему ты никогда не учил меня хотя бы простейшим приёмам самообороны? — спросил он едва слышно. — Ведь Франца и Джеки ты этому учил, и вот Мишеля сейчас…       Демьен почувствовал, как удивился Эверард.       — Думаю, всё дело в наших отношениях… — задумчиво произнёс он через минуту. — Мне бы никогда не пришло в голову учить самообороне Джулию, например. Я чувствую, что отвечаю за её безопасность и должен её защищать. То же самое я испытываю по отношению к тебе.       — Они хотели засунуть мне в задницу металлический штырь, и тут как раз подоспела Сэм… — прошептал Демьен после долгой паузы, с трудом выдавливая слова и чувствуя, как напряглось тело любовника. Грудь Эверарда медленно приподнималась — такие незаметные и скрытые эмоции, но Демьен чувствовал.       — Сначала они меня побили, — кусая губы, он поднял взгляд. Как он и думал, лицо Эверарда было застывшим, а в тёмных глазах зарождалось что-то недоброе.       — Не сильно, — поспешил добавить Демьен. — Как видишь, лицо целое, голова тоже… — сказал он и осёкся от ответного взгляда.       Они помолчали. Эверард задумчиво теребил его волосы.       — Как твой прокол? — спросил он наконец. Демьен заулыбался.       — Хорошо.       — Зажил? — взгляд Эверарда потеплел.       — Практически! Выглядит уже просто отлично и не болит. Хочешь посмотреть? — Демьен лукаво прищурился.       — Потом, — улыбнулся Эверард. — Когда я разберусь с твоими неудавшимися насильниками. Не хочу, чтобы они стояли между нами.       — Между мной и тобой ничего не может встать, — прошептал Демьен.       — Ну да, кроме твоей ревности, — усмехнулся Эверард. — Бессмысленной и беспощадной.       Демьен прыснул со смеху и приник к его губам. — Прости меня за этот раз!       — Угу, и за все предыдущие тоже, — произнёс Эверард, подтрунивая.       — Ну прости! — засмеялся Демьен.       — Прощу, если это была последняя вспышка и в дальнейшем ты будешь хотя бы уточнять у меня детали.       Демьен виновато улыбался.       — Я серьёзно, — усмехнулся Эверард. — Это был твой последний взрыв эмоций.       — Я попробую, — неуверенно пробормотал Демьен. — Прости…       Они помолчали, просто обнимаясь. Эверард всё так же упирался бёдрами в раковину.       — Они какие-то странные насильники… — прошептал Демьен через минуту. — Я думал, они педики. А они оказались какими-то… гомофобами.       Брови Эверарда удивлённо изогнулись. — Ты запомнил их лица?       — Ну так… примерно. Хорошо опишу только двоих: Брэдли и его дружка-придурка.       Эверард усмехнулся.       — Ты что-то придумал? — спросил Демьен.       — После ужина расскажу.       — Хорошо, — Демьен почувствовал облегчение. — Ты уже закончил в Европе?       — Нет, малыш. Я приехал разобраться с твоими проблемами. Своих я пока не решил…              Когда они спустились к ужину, успев переодеться и привести себя в надлежащий вид, вся семья уже была за столом: Джулия, близнецы и Мишель. Демьен испытал смущение, когда при появлении все обратили на него внимание. Он чувствовал благодарность, что эти люди принимали его как часть семьи, и вместе с тем смущение и неловкость. А ещё вину, что им пришлось их дожидаться. Впрочем, уже садясь, он заметил, что на тарелках Джеки и Мишеля уже лежала еда, и испытал облегчение.       Молчаливая Агата разливала вино, но как только за столом оказался Эверард, он тут же её отпустил. Демьен давно заметил, что, в отличие от Джулии, Эверарду было чуждо излишнее обслуживание. Уж вино-то он точно мог налить себе сам.       Поразительно, вся семья была в сборе! Не хватало только Линды. Демьен вёл себя тихо и скромно, почти ничего не говоря и лишь внимательно слушая разговоры Линтов. Ему было странно, и в то же время так комфортно находиться среди них… Выпив немного вина, он стал жалеть, что проводил с ними так мало времени.       Франц выглядел заметно более весёлым, и когда он хитро подмигнул ему, Демьен не смог сдержать улыбку.       Обстановка была непринуждённой и расслабленной, но, как Демьен и ожидал, не было сказано ни слова о поездке Эверарда, о том, что недавно произошло с самим Демьеном, или о том, что будет дальше.              Когда следующим утром он приехал на репетицию, то первым делом узнал у одноклассников, не появился ли наконец Брэдли. Но того в зале не было.       Странное предчувствие пронизывало тело электричеством. И дело было даже не в собственной безопасности — несловоохотливый телохранитель всё так же сопровождал его повсюду. Дело было в Эверарде, в том, что он задумал. Что-то назревало, и Демьен не знал что. Накануне после ужина он рассказал любовнику всё, что мог вспомнить. Но тот так и не захотел поделиться своими планами. Демьен переживал.       Уже ближе к обеду на мобильный пришла первая фотография, и Демьен едва не вскрикнул от волнения. Тело пронизывало напряжение. Хотелось выскочить в коридор и ходить по рекреации туда-сюда в попытках успокоиться.       Это был один из тех парней… Тот самый долговязый тип со странной причёской, едва не покалечивший его металлическим штырём. Фотография была сделана со стороны с сильным увеличением. Демьен взволнованно смотрел на экран мобильника. Что происходит? За этими ублюдками следят? Эверард пытается точно вычислить его обидчиков?       Словно в подтверждение его мыслей за снимком последовало текстовое сообщение: «Он?»       Демьен перезвонил.       — Что ты делаешь? — прошептал он сдавленно, сидя в стороне над своим рюкзаком.       — Работаю, — лаконично ответил Эверард. — Ты получил?..       — Только что пришло… — шёпотом начал Демьен и замолчал, глядя на сцену.       — Мои ребята нашли их, — спокойно ответил любовник. — Ты ведь хотел этого?       — Как они смогли их найти?!       — Через твоего приятеля… Извини, через Брэдли Шора, — Эверард помолчал. — Мы следили за ним, ждали, пока соберётся вся компания… Просто посмотри на снимки и скажи, кто там был. Хорошо? — голос Эверарда звучал иронично, даже весело.       Демьен был бледен. Репетиция продолжалась, и режиссёр обеспокоенно смотрел в его сторону.       — Ты убьёшь их?.. — прошептал Демьен испуганно.       — Демьен! — укоризненно воскликнул Эверард и захохотал. — А ты хочешь? — осведомился он через мгновение, и голос его при этом был низким, ласкающим, искушающим.       — Н-нет… — сдавленно пробормотал Демьен.       — Это хорошо, — произнёс Эверард с улыбкой. — Я знал, что ты не кровожадный.       — А Брэдли?.. — Демьен запнулся.       — Ни о чём не беспокойся, — голос любовника стал серьёзным. — Я обо всём позабочусь. Отдыхай.       Кое-как досидев до конца репетиции, Демьен отправился с Ульрихом в кафе.       Фотографии приходили одна за другой. Он всё гадал, включит ли Эверард в «расстрельный список» и его бывшего приятеля, когда на экране появилась последняя фотография. Демьен побледнел. В ней точно не было необходимости: они оба прекрасно знали, как выглядит Брэдли Шор. Чего Эверард добивался? Что хотел ему этим сказать?       Демьен вновь набрал его номер.       — Что ты теперь собираешься делать? — пробормотал он взволнованно.       — Не имею привычки объявлять о своих планах заранее, — с усмешкой в голосе ответил Эверард. — Погода хорошая, бери Ульриха под мышку и идите развлекаться куда-нибудь. В парк аттракционов, к примеру.       — Да ну, я в таком напряжении… — кусая ногти, произнёс Демьен.       — Сам решай… Займи себя чем-нибудь. А вечером встретимся у тебя.              Вечер был удивительно спокойным. Закат медленно таял, наполняя город сумерками и привкусом полыни. Эверард, сидя на своём байке и наблюдая краем глаза за ничего не подозревающей группой молодых людей, вдыхал вечерний воздух полной грудью. В городе, несмотря на всю его вонь и величие, пахло весной и сиренью. Пахло воспоминаниями… Он пил их большими глотками размешивая с кислородом и никак не мог напиться. В груди тлела дрожь и желание пережить всё это снова: годы, когда он был ребёнком и королем этих улиц, неизвестным и свободным бродягой. А особенно ту весну и то лето, когда он встретил Билли… когда полюбил Джулию.       Удивительное время. Удивительно щемящее ощущение в груди. Билли, его друг, его брат, его любовник, исчез из его жизни, оставив о себе лишь воспоминания. И воспоминания горчили, как полынь, и опьяняли сумеречным привкусом. Если боишься потерять что-то драгоценное — сохрани это в памяти. Где-то в глубине души Эверард ещё надеялся однажды отыскать своего непохожего двойника, бродягу со светлыми волосами.       Но годы шли, и всё вокруг менялось, менялся он сам. Постоянная работа над собой — и от прежнего бродяги, от необузданного в своих страстях и желаниях демона, оставалось всё меньше. Ну да, он всё так же наслаждался напитками, едой, любовью, сексом, властью, исследованиями, работой, всё так же погружался в людей, овладевая ими изнутри, но ему не хватало чего-то. Он слишком сильно контролировал себя, он не мог забыться… Он запер своего зверя слишком глубоко. Может, пора было выпустить его на свободу?       Эверард, усмехаясь, наблюдал за группой ничего не подозревающих парней. Нет, они в сущности были детьми. Неразумными, жестокими, неуверенными в себе, но детьми. На них не стоило отыгрывать свою жажду бесконтрольных ощущений, пусть зверь подождёт ещё немного.       Он вздохнул и задрал голову, лаская взглядом темнеющее небо. В молодости всё было так просто: пей — если хочешь пить, люби — если хочешь любить, бей — если хочешь жить. Сегодня ему опять предстояли битвы. И он ждал их с нетерпением.       …Когда, всё ещё о чём-то споря, компания побросала пустые пивные бутылки и направилась за угол, Эверард оставил байк под защитой силового поля и незаметной тенью последовал за ними. Молодёжь тусовалась привычными тропами, и когда они пришли почти на то самое место, где едва не покалечили Демьена, Эверард не особо удивился…              — Джо, ты заебал уже со своими подозрениями! — Брэдли сплюнул и выкинул окурок. Он чувствовал себя уставшим и издёрганным, а глубоко внутри поселился страх. Выйти бы из всей этой передряги живым и невредимым! Денёк выдался напряжённый. Парни никак от него не отставали, то и дело рассказывая анекдоты про педиков и ехидно переглядываясь.       Дома, в потайном отверстии стола, ещё оставался припрятанный когда-то шарик опиума, он мечтал поскорее до него добраться. Но Джо со своими парнями не оставлял его в покое.       Повисло напряжённое молчание. Брэдли полез в карман за пачкой, но сигарет больше не было. Джо, внимательно к нему присматриваясь, протянул свою и тоже закурил.       — На выходных, возможно, махну к родителям в Огайо… — произнёс Брэдли, выдыхая дым.       — Что, засрал и сваливаешь? — Джо ехидно улыбался, глядя на него сверху вниз.       «Бля, опять за свое…» — вздохнул Брэдли, затягиваясь и изучая землю под ногами.       — Ты только признайся честно, мы тебе ничего не сделаем, — подмигнул тот, выдыхая дым ему в лицо. Парни заржали. Все были на взводе, похоже, так и не оклемались после того случая. Брэдли меньше всего хотелось оказаться на месте Кавалли. Интересно, как он там?.. Брэдли вздохнул и поднял глаза.       Вдалеке шёл какой-то человек. Брэдли видел только очертания мужской фигуры, высокой, стройной, треугольного типа: с широкими плечами, узкими бёдрами и длинными ногами. Ему всегда такую хотелось, но Бог сделал его коренастым. «Чёрт, красивый мужик…» — подумал он отстранённо, когда вдруг понял, что тот направляется к ним.       Парни тоже его заметили и, побросав в сторону окурки, замолчали. Брэдли затянулся в последний раз и тоже с сожалением выбросил сигарету.       — Байкер какой-то, — тихо прошептал Фил.       — Хули ему от нас надо? — так же тихо спросил Морис.       На мужчине действительно был обтягивающий байкерский костюм. И не какой-нибудь — дорогущий! Брэдли это видел. Как видел, что волосы незнакомца заплетены в косу. Он определённо не слишком к ним торопился, идя спокойно и размеренно, словно собирался что-то спросить. Но Брэдли чувствовал угрозу. Парни тоже напряжённо молчали, стараясь особо не пялиться в сторону незнакомца, и в то же время неосознанно приближаясь друг к другу.       И тут Брэдли хорошо его разглядел. Мужчина как раз подошёл к ним совсем близко… Бля! Сердце испуганно ёкнуло, и в голове словно даже на миг помутилось.       — Это… — попытался он прошептать, дёргая Джо за рукав. Парни с интересом смотрели на незнакомца, ничего не подозревая.       — Это… — Брэдли заткнулся, потому что опекун и любовник Демьена как раз смотрел прямо на него и широко улыбался.       — Ну привет, что ли, — произнёс он и засмеялся.       — Чувак, тебе чего вообще? — недовольно спросил Джо. — Заблудился, что ли?       Парни хихикнули, но тихо, неуверенно, сразу замолкнув, глядя себе под ноги. Мужчина перевёл взгляд на Джо, внимательно его изучая и чему-то усмехаясь. Брэдли оглянулся, уже думая, как бы незаметно сделать ноги, когда начнётся заварушка.       — Так. Ты, ты… и ты можете идти, — уверенно произнёс опекун Демьена, показывая пальцем на Сида, Корти и Мориса. В голосе и в движениях чувствовалась привычка распоряжаться и командовать. Парни растерянно заржали, переглядываясь. Брэдли побледнел, когда понял, что мужчина перечислил тех, кого не было на недавней эпохальной «вечеринке». Блять! Брэдли оглянулся в поисках спасения и медленно шагнул назад.       — А ты останься, Брэдли, — хитро улыбаясь, добавил мужчина. — Не спеши так.       — Хули тут происходит? — шепнул ему Джо, уже тоже заметно струхнувший. От мужчины веяло опасностью.       — Откуда он тебя знает?.. Блять, мужик, — произнёс он громче, — чего тебе? Знаешь дорогу, так иди, куда шёл!.. Псих какой-то…       Эверард засмеялся.       — Так, детишки, у меня есть на вас немного времени, но не так много, чтобы вести светские беседы. А вы идите, — подмигнул он трём счастливчикам. — Идите, пока отпускаю.       — Сид, иди!.. — просипел Брэдли едва слышно. Сид смотрел на него растерянно, а потом, впечатлённый его говорящим взглядом, всё же сделал шаг в сторону.       — Сид, только попробуй дезертировать, и я тебе жопу порву! — произнёс Джо угрожающе.       — Жопу порву… — повторил, усмехаясь, опекун Демьена. — Ну хватит.       Он просто протянул руку и, схватив Джо за грудки, ударил кулаком ему в лицо. Послышался хруст, парни ахнули. Всё произошло так быстро, что никто даже не сообразил, в чём дело. Пару человек бросились на мужика, остальные — врассыпную, и Брэдли тоже. За спиной слышались звуки ударов и нечленораздельные возгласы… Он не знал, кто побеждает, и не особо этим интересовался, стараясь отбежать подальше, когда услышал позади быстрые догоняющие шаги и почувствовал резкий удар по затылку.       — Кажется, это входит у нас в привычку, — услышал Брэдли над собой смеющийся низкий голос и отключился.              Парни разбегались, как тараканы. Только двое попытались с ним драться, остальные же просто убегали. Такого с ним ещё не было. Это больше походило на избиение младенцев, чем на драку. А он-то надеялся, что всё будет серьёзно!       С двумя смельчаками Эверард справился сразу, отдав должное их храбрости, и лишь немного покалечив. За другими пришлось побегать…       Эверарду хотелось смеяться, до того всё было нелепо. Впрочем, весело тоже, этого он не мог отрицать. Они были такими слабыми и беспомощными, такими перепуганными, что ему приходилось напоминать себе, за что он так с ними и что они могли бы сделать с его Демьеном.       Его Демьен… Раздавая удары направо и налево, а больше играя в догонялки, Эверард ощущал себя так, словно вернулся в свою непутёвую молодость. Только тогда противники были настоящими. Кто бы мог подумать! А ведь сначала выглядели вполне серьёзными ребятами… Эта шпана только Демьену могла показаться опасной. Комедия какая-то!       Со спины было сложно отличить, кого он собирался отпустить, а кого наказать. Догнав и избив пару недалеко убежавших, Эверард ещё успел свалить с ног и вырубить Брэдли, остальных пришлось отстреливать.       Достав пистолет, он выстрелил одному в ногу — по касательной, не серьёзнее, чем была его собственная рана — второму в руку, тоже только чтобы испугать и заставить остановиться, а третий был похож на одного из тех, которым он дал индульгенцию. Эверард опустил пистолет и огляделся. Противник лежал поверженный и, постанывая, а то и откровенно плача, пытался расползтись в разные стороны. Похоже, убежало больше, чем он изначально планировал. Но главные действующие лица всё же были на месте.       Вздохнув и спрятав пистолет, Эверард схватил Брэдли за ногу и поволок к основной группе. Потом сбегал за остальными. Раненные даже не пытались убежать, только испуганно всхлипывали и умоляли не убивать их.       Собрав остатки в кучу и по памяти сверив их лица с фотографиями, Эверард быстро осмотрел увечья, убедившись, что они не смертельные, потом достал пушку и присел в отдалении на камень.       — В общем, так, детишки. Слушайте сказку, — он огляделся, убедившись, что его слушают. — Жил был один мальчик. И звали его Демьен.       Услышав имя его любовника, ребята притихли и напряглись, уже не пытаясь уползти или подняться на ноги.       — Жил этот мальчик не тужил, пока не встретился с компанией отморозков, которые на самом деле были такими же мальчиками, только пытались самоутвердиться, оправдывая это своими надуманными принципами. О принципах позже! А пока вернёмся к сказке, — Эверард заметил, что Брэдли пришёл в себя и теперь отчаянно осматривается, пытаясь оценить обстановку и удрать.       — Так вот, однажды самоутверждающиеся мальчики попытались обидеть Демьена. Но, к счастью, у него была крёстная, — Эверард усмехнулся и показал на себя пистолетом. — Добрая фея, которая решила мальчику помочь и наказать его обидчиков, чтобы в дальнейшем неповадно было. Теперь всё понятно?       Он оглядел притихших парней. Они боялись что-либо говорить. Смотреть ему в лицо они тоже боялись.       — Вижу, вопросов нет, — произнёс Эверард мрачно. — Теперь о надуманных принципах. Когда Демьен встретил свою крёстную фею, он рассказал, что едва его не покалечившие ублюдки оказались гомофобами. А так как мы все знаем, кто такие гомофобы, — он обвёл их взглядом. — Поясню: латентные геи, которые боятся себе в этом признаться! Так вот, раз мы все это знаем, то сейчас одним махом прикончим сразу трёх зайцев: вылечим гомофобов от ложной нравственности, геев — от ложного стыда, а всем оставшимся вправим мозги на будущее. Вопросы есть?              Ожидание пропитывало его насквозь.       Свет изредка проносящихся мимо автомобилей падал на противоположную стену, создавая иллюзию, что он не один. Но в зале царил лишь полумрак и его затаённое дыхание. Демьен не знал, о чём думать и что предполагать. Он ждал уже не один час, поджав под себя ноги и глядя немигающими глазами на светотени ночи, кажущиеся сейчас более яркими, чем все цвета радуги.       Он вымыл волосы и ничего не надел, потому что Эверард отослал телохранителя и велел ждать дома… И Демьен надеялся, что это что-то означало.       Было далеко за полночь. И он просто ждал, сидя на спинке стоящего у окна дивана, прижимаясь обнажённой спиной к прохладному стеклу и скользя взволнованным взглядом по деталям интерьера. Он так редко бывал в этой комнате с широким окном и стройными рядами книжных полок, он так редко что-либо читал…       Наконец кто-то открыл входную дверь своим ключом. Демьен скрестил пальцы, — хоть бы это был Эверард!       При звуке уверенных неспешных шагов по коридору, сердце окончательно сбилось с ритма. Демьен с удивлением услышал, как любовник остановился перед дверью в зал, даже не доходя до спальни. Откуда Эверард знал, что он тут?! Демьен сглотнул и посмотрел в проём открывшейся двери, где как раз появился силуэт любовника.       Боже… дай мне сил!       Демьен молчал и не мог оторвать взгляда от до боли знакомой фигуры, мужественные очертания которой лишь выигрывали от кожаного байкерского костюма. Заплетённые волосы, чёткие очертания скул, уверенный, скользящий по нему в ответ взгляд… Демьен боялся что-то спрашивать, потому что человек, прислонившийся плечом к косяку и гипнотизирующий его тёмными глазами, был слишком могущественным, слишком опасным. Он был каким-то новым, и в то же время тайный голос уже нашёптывал ему, что именно это и есть настоящий Эверард.       — Всё хорошо?.. — всё же спросил Демьен тихо.       Эверард не ответил, только губы изогнулись в лёгкой улыбке. Впрочем, в ней не было и капли веселья.       — И давно ты так сидишь?       Демьен вспыхнул. От этого нового, сводящего его с ума человека в дверях, исходил весьма ощутимый поток сексуального притяжения и животного магнетизма. Демьен не знал, что происходило в эти последние несколько часов, но Эверард напоминал ему сейчас о тех осенних днях, когда приходил к нему, пропитанный смертью. Правда, сегодня в нём не было мрачности, о нет! Что бы там ни происходило, похоже, Эверард этим наслаждался.       — Ты убил их? — боясь поверить собственным мыслям, робко спросил Демьен.       — Нет, малыш, — улыбка стала шире, а взгляд спокойнее. — Только немного покалечил и заставил сношать друг друга в жопу, — Эверард оттолкнулся плечом от двери и, хитро усмехнувшись, исчез в коридоре.       — Что-что?! — Демьен вскочил следом, захватывая по пути халат. Ему казалось, он ослышался. — Что ты сделал?! — его уже душил приступ нестерпимого смеха. В доме загорался свет.       — Они трахали друг друга по очереди и плакали… — Эверард зашёл в противоположную комнату и достал из бара бутылку. Демьен услышал знакомый запах рома. Он давно его не пил.       — Плакали, но продолжали трахать, — мрачно закончил Эверард. — Тебе налить?       Демьен, накидывая халат, с готовностью кивнул и бухнулся на диван, не в силах дождаться подробностей.       — Как это было? — губы растягивала дурацкая улыбка.       — Ну, я заставил их встать на колени… — начал Эверард, протягивая ему полный бокал.       — Нет-нет!!! — перебил его Демьен, отхлёбывая. — Давай с самого начала!       Ароматный ром лизнул язык и обжигающим теплом просочился в желудок, словно в тот же момент проникая в сознание и наполняя кровь эйфорией. О аллилуйя! Демьен был так взбудоражен новостью, что чуть не прыгал от нетерпения. Эверард смеялся, хитро на него глядя.       — Ты такой довольный, — хихикнул Демьен, наблюдая, как любовник разваливается в кресле. Хотелось танцевать, припрыгивать вокруг него и петь любовные серенады.       — На себя посмотри! Ты словно вот-вот расплачешься от счастья, — широко улыбнулся Эверард, поднося бокал к губам и не сводя с него смеющегося взгляда.       Демьен сделал ещё один опьяняющий глоток и почувствовал, как от счастья кружится голова. Эверард сидел напротив и смотрел на него горящими глазами. Чёрт! Да как он умудрялся выглядеть таким юным? Или время, действительно, пошло вспять? В этом своём кожано-композитном костюме, мужчина казался пришельцем из другого мира. Демьен не мог налюбоваться линиями его гибкого тела, его вальяжно раскинутыми длинными ногами в тяжёлых ботинках. Не мог сдержать желания получить всё сразу: историю, подробности и ласки!       — Ну-у!!! — закричал он, глотая сладкий ром, чувствуя себя уже совсем счастливым.       — В общем, мы следили за ними, а вечером, когда стемнело, я обнаружил их на пустыре… Кстати, недалеко от того места. Немного избил, а потом, пригрозив пушкой, заставил насиловать друг друга по очереди… Мне кажется, им даже понравилось, — Эверард многозначительно приподнял бровь, и Демьен чуть не задохнулся от смеха.       — В любом случае, новый опыт не повредит.       — О господи! Как ты это сделал?! И они не сопротивлялись?       — Ну знаешь, с пушкой у виска не сильно и посопротивляешься. Особенно с таким маньяком, как я, — Эверард налил себе ещё рома. — Кстати, им пришлось ещё и отсасывать друг у друга, потому что не вставало…       У Демьена глаза на лоб полезли.       — О чё-о-орт! И они плакали?! — он так ярко представлял эту картину, что уже не мог остановить хохот.       — Да, немножко плакали, — Эверард смотрел на него с нежностью и улыбался своей самой ослепительной улыбкой.       — Я тебя обожаю!!! Мне даже в голову такое не могло прийти!       — Ну, когда ты сказал, что они какие-то гомофобы… И учитывая, что они хотели сделать… Я подумал, что ребятам надо дать шанс проявить себя.       Демьен смущённо прыснул со смеху в бокал. — И Брэдли тоже в этом участвовал?       Эверард задумчиво за ним наблюдал, уже не смеясь. — Нет. Я подумал, что ему могло бы понравиться. И тогда это было бы уже не наказание…       Демьен хихикнул, потягивая алкоголь и отчаянно желая пересесть любовнику на руки.       — А если серьёзно, — добавил Эверард. — Я отчасти ему благодарен. Ведь он вступился за тебя и немного отсрочил… то, что могло случиться.       Демьен допил ром и, чувствуя себя уже совсем захмелевшим, подошёл к Эверарду. Когда он остановился рядом с креслом, глядя на него и загадочно прижимая пустой бокал к губам, взгляд любовника как-то поменялся. Демьен почувствовал, как от этого выражения тёмных глаз у него тянет в паху. Что это было? Восхищение? Нежность? Любовь?       — Сними халат, — тихо произнёс Эверард, и Демьена обдало жаром. Член поднялся к животу, Эверард явно заметил эту его реакцию под тонкой шёлковой тканью.       Превозмогая отчаянное головокружение, Демьен поставил бокал на столик и медленно развязал халат. Шёлк соскользнул с плеч, попутно лаская чувствительную кожу, и оставил его обнажённым с болезненно напряжённым членом.       Эверард рассматривал его, скользя по телу ласкающим взглядом, и попивал ром, но больше ничего не происходило. Демьен изнемогал. Пару раз взгляд любовника особенно долго задержался на его проколотом члене. Восприняв это как сигнал, Демьен собрался было взобраться Эверарду на руки, но тот придержал его за талию, останавливая.       — Не садись… — произнёс он мягко, рассматривая его пирсинг. — Я бы предложил тебе ещё выпить. Но ты, похоже, и так уже пьян…       Губы Эверарда приоткрылись. Демьен, понимая, что любовник думает сейчас совсем не о выпивке, поставил ногу на подлокотник и придвинул бёдра к его лицу.       Эверард словно только этого и ждал…       Что ласкало его сильнее — заинтересованный взгляд любовника, полный истомы, или его быстрый искушающий язык, касающийся члена в месте прокола под уздечкой и играющий кольцом, — Демьен не знал. Эверард провёл языком по контуру впивающегося в набухшую плоть аксессуара и, подцепив металлический шарик, подвигал его вверх-вниз, заставляя кольцо проворачиваться в головке. Какое интенсивное ощущение! Демьен задохнулся, дрожа и с трудом держась на ногах. Колени подгибались.       — Похоже, это станет моей любимой игрушкой, — Эверард поднял на него смеющийся взгляд.       — М-м… Возьми его в рот! — выпалил Демьен быстро, умоляюще. И в тот же миг губы любовника сомкнулись на члене, а ладони мягко проникли под ягодицы. Демьен дрожал, выгибаясь. Эверард засасывал его осторожно, словно исследуя, бережно лаская горлом, но не впуская глубоко, не так, как раньше, когда захватывал его целиком и почти проглатывал. Демьен всё понял… Кольцо стало новым жёстким ребром в его члене.       — Мне что, оральный секс больше не светит? — спросил он расстроенно, когда Эверард выпустил его орган изо рта и вновь принялся двигать языком тугое колечко.       — Светит, но не с этой штукой, — ответил он спокойно, откидываясь в кресле и наливая ром себе в бокал.       — Можно подавиться? — Демьен грустно присел на подлокотник.       — Я всегда знал, что ты сообразительный мальчик, — усмехнулся Эверард, пригубив алкоголь. Демьен хмыкнул, умалчивая, что узнал это не так давно от Франца.       — А если я сниму его?       — Если снимешь, то конечно. Но пока полностью не заживёт, лучше не вынимай. А то потом назад не вденешь. Ну и ты, наверное, уже знаешь, что слизистая быстро заживает и такой пирсинг лучше надолго не оставлять без украшений?       Демьен со вздохом перебрался ему на колени, приникая и перехватывая губы поцелуем. На губах был ром…       — У меня теперь всё время стоит, — поделился он шёпотом.       — От кольца? — вопреки ожиданиям Демьена, Эверард нахмурился. — Может, слишком сильная стимуляция? Как ты его ощущаешь?       — Очень остро, — довольно улыбнулся Демьен. — Всё словно в два раза острее…       — Нравится ощущение инородного предмета в уретре? — усмехнулся Эверард. — Я бы мог его усилить.       У Демьена мурашки пробежали по коже, а член вновь дёрнулся от прилившей крови.       — Как? — спросил он.       — Узнаешь, — подмигнул любовник. — Ты ещё не рассказывал, как прошла процедура.       — О-о… это было что-то, — хмыкнул Демьен. — Я даже не знаю, как сказать…       — Так и говори.       — Во время процедуры у меня встал, а потом я потерял сознание…       Эверард молча покачал головой.       — Тебя не смущает, что у меня встал при чужом человеке?       — И что чужой человек трогал твой член? — засмеялся Эверард. — Нет, если он делал это в перчатках и пользовался одноразовой иглой, — Эверард всё ещё смеялся. — Главное, чтобы это тебя не смущало… Больно было?       — О да, — Демьен лёг головой ему на плечо. — Я о тебе в тот момент думал…       — Неожиданно, — вздохнул Эверард.       — Тебе хоть понравилось?       — Мне и без кольца всё нравилось… Но да, так тоже очень хорошо. Думаю, нам ещё предстоит узнать его плюсы. К примеру… — Эверард задумался, прижимая бокал к щеке. — Я могу теперь приковывать тебя за него к спинке кровати, чтобы ты не бегал по всяким притонам и пустырям.       Демьен захохотал. — Я не против, если ты будешь рядом.       — Ты доволен отмщением?       — Ещё бы, — хмыкнул Демьен, поднимая взгляд и глядя в тёмные глаза, скользя рукой по затянутой в кожу груди и ниже — к паху. Эверард был возбуждён. Демьен жадно присосался к его губам, проникая в рот языком, впуская его гибкий язык в себя… По спине струился озноб и ласкающие ладони.       — Разденешься? — прошептал он умоляюще.       — Да, — Эверард улыбнулся, глаза были полны истомы и мягкого света. И Демьен заулыбался, трясь щекой о его лоб и скулы, не переставая целовать.       — Пойдём в спальню?       — Нет.       Демьен засмеялся. Он понимал. Ему тоже хотелось ещё посидеть здесь, поговорить, хотя желание окутывало их обоих невидимой пеленой.       — А что конкретно ты сделал с Брэдли?       — Брэдли… — со вздохом повторил Эверард. — Похоже, ты всё же неравнодушен к нему.       — Ну с чего ты взял! Я наоборот рад, что всё закончилось.       — Не жалеешь, что не удалось попрощаться?       — Попрощаться?! — в шоке проговорил Демьен. — Что ты с ним сделал?       — Да ничего особенного, один раз врезал по затылку, когда он пытался от меня убежать, ну и чуток придушил локтем, когда ребята уже вовсю жарили друг друга, а я держал Брэдли, дабы досмотрел до конца. Кстати, ему, похоже, единственному это всё и понравилось… Я имею в виду любительский порно-спектакль.       Демьен не выдержал и со смехом уткнулся ему в плечо.       — Серьёзно, — усмехнулся Эверард. — Зрелище было скучное и неприятное, я лишь присматривал, чтобы не сачковали. А Брэдли вовсю стебался. Внутренне, но я это чувствовал. Пару раз он даже поржал.       — Поржал?! — изумился Демьен. — И они слышали?!       — Я же говорю, ты его больше не увидишь. Если он парень умный, а он всё же не дурак, то смотается из города ещё сегодня… Я ему то же самое посоветовал, — усмехнулся Эверард. — Так что в тот вечер ты видел его в последний раз. Не жалеешь? Мне казалось, вас всё же что-то связывало.       Демьен обнял любовника. Почему-то было грустно.       — Ничего не связывало… Просто он меня веселил поначалу… пока не начал домогаться.       Эверард едва заметно вздохнул, прижимая его к себе. — Это ещё не конец, малыш… Нам ещё столь многое нужно решить.       Демьен почему-то вспомнил вчерашний вечер. Они уединились и обсудили всё не сразу. После ужина, пошатавшись по дому и поговорив с близнецами, он нашёл Эверарда в подвальном помещении под холлом, где когда-то зависали друзья Жаклин и Франца. Когда Демьен спустился, на огромном экране шли мультики, а на пушистом белом ковре, побросав подушки прямо на пол, шутливо боролись Эверард и маленький Мишель. Мальчик залез отцу на спину и, явно веря в свою силу, пытался его одолеть. Эверард мастерски подыгрывал, крича, что тот его победил. Демьен заулыбался, как всегда в такие моменты жалея, что Эверард не был его отцом. Стало грустно… Мишель первым обратил на него внимание. «Папочка, а почему Демьен такой грустный?» — спросил он громко, и Демьен вздрогнул, как всегда, когда младший ребёнок Эверарда обращал на него внимание. Кем он для него был? Как Мишель его воспринимал? В качестве кого? Демьен не раз задавался этими вопросами. Но когда спрашивал у Эверарда, тот говорил, что всё в порядке, что Мишель знает — он друг папы, и что когда Мишель подрастет, он всё ему расскажет и тот поймёт… Глядя на либеральность старших детей, Демьен не сомневался, что поймёт… «Демьен, иди к нам», — произнёс тогда Эверард, и он присоединился к просмотру мультиков.       — Ты узнал, кто тот мужик? — прошептал Демьен тихо.       — Нет, малыш. Похоже, его видел только ты.       — Но он был! — воскликнул Демьен. — Честно!       — Я верю тебе, — улыбнулся Эверард. — Это мы тоже решим.       — Как думаешь, кем он может быть?       — Не знаю… — глаза Эверарда таинственно мерцали. — А у тебя есть подозрения?       — Нет, — помотал Демьен головой. — И тебе придётся ещё уезжать?       — Да, но это будут короткие поездки… Ты даже не заметишь, — Эверард заправил прядь его высветленных волос за ухо, Демьен улыбнулся, целуя его руку.       — Ты такой красивый, Демьен… — произнёс Эверард. Его голос и глаза вновь ввергали в томное ожидание. — Больше не чувствуешь себя униженным и ничтожным?       Демьен вспыхнул. — Ещё не понял… Вообще-то, нет, если я тебе нравлюсь… Я тебе нравлюсь?       — А больше ни о чём спросить не хочешь? — засмеялся Эверард, спихивая его с колен и поднимаясь. — Ты, вроде, хотел в спальню? Но у меня есть идея получше.              …Позже, мокрый от испарины и дрожащий, со стоящим членом и разведёнными в стороны ногами, Демьен стоял у зеркальной стены в своём импровизированном балетном зале и, захлёбываясь стонами, смотрел сверху вниз на любовника. Тот, обнажённый и тоже вспотевший, сидел перед ним на коленях, с силой прижимая к холодному зеркалу его разведённые в стороны бёдра, удерживая вытянутыми руками его колени и лаская снизу доверху восхищённым взглядом.       — Какой же ты красивый…       Демьен дрожал и цеплялся влажными ладонями за зеркальную гладь, и не мог отвести глаз от любимого лица. Член подрагивал, прижимаясь к животу, испуская прозрачные капли. Головка набухла так, что кольцо в ней почти утонуло, врезаясь в плоть и сводя его с ума острым, невыносимо сладостным ощущением. Ему казалось, что он может кончить прямо так, особенно если Эверард продолжит на него смотреть. Кончит от одного лишь гипнотического взгляда тёмных глаз, от страсти на его лице. Хотя они уже занимались любовью этой ночью…       — Какой ты стал красивый!.. Посмотри…       Но Демьен не мог смотреть никуда, кроме как на Эверарда.       — Ты редкая драгоценность, котёнок, — улыбнулся тот, скользя губами по внутренней стороне бедра, Демьен изогнулся, судорожно дыша.       — Ты был красивым и прежде, но не настолько… Ты был свёрнутым бутоном… Если бы ты был тогда таким, как сейчас, я бы просто украл тебя.       — Ты и так меня украл, — Демьен дёрнулся, когда язык прошёлся между раздвинутых ног.       — Нет, — усмехнулся Эверард. — Ты сам сбежал ко мне на яхту.       — Я сбежал на яхту… и ты меня украл… — заходясь стоном, всё же уточнил Демьен.       — Хорошо, — согласился Эверард.       — Возьми меня, — простонал Демьен.       Эверард отпустил его ноги, и Демьен сполз по стеклу, падая в объятья.       — Брюнеты с голубыми глазами так редко встречаются… — прошептал любовник, кладя его на пол и нависая сверху.       Демьена била дрожь. Глаза Эверарда гипнотизировали и искушали; казалось, что комната медленно плывёт и затуманивается. Краем глаза Демьен видел в зеркале их ласкающие друг друга отражения, и эта двойственность сводила его с ума.       — Но ведь я… — попытался он возразить, раздвигая ноги, слабея, желая впустить Эверарда в себя. Но любовник медлил, продолжая гипнотизировать и доводить до исступления неторопливыми парализующими ласками.       — Не пытайся меня убедить, что ты натуральный блондин, — неожиданно засмеялся Эверард, опускаясь на него всем своим сильным телом. Демьен задохнулся от спазма желания в животе.       — Твои чёрные корни говорят об обратном… — Эверард приник поцелуем к его губам и, резко подхватив под колени, развёл его ноги в стороны. Прижав член к его входу, он медленно, как змея, но не останавливаясь ни на миг, вошёл на всю длину. Демьен вскрикивал и постанывал, не в силах замереть и подождать хотя бы мгновение, ёрзая и изгибаясь на его члене, захлёбываясь жгучим желанием. Он хотел, чтобы любовник двигался в нём как можно скорее, наполнял, распирал его изнутри, брал резко, глубоко, медленно, быстро!.. Он хотел противоположных вещей и сходил с ума. Анус был припухшим после прошлого раза, и член наполнял его до предела, вызывая крики, и вспышки под веками, и только одно желание — извиваться вдвоём на полу бесконечно, с каждым вторжением взбираясь на всё более высокий пик. Демьен изгибался всем телом, оплетая любовника ногами и прижимая его к себе за плечи и за голову. Чёрная коса змеёй сползла на плечо Эверарда. Демьен не помнил себя…       Наслаждение обвивалось вокруг него тугими кольцами, он был одержим Эверардом. И он не хотел, он боялся, что это безумие когда-нибудь прекратится.