Демьен

90

      С юго-востока дул сильный ветер, на горизонте тёмным нагромождением маячили грозовые тучи, изредка освещаемые беззвучными всполохами зарниц. Пытаясь представить, чем сейчас заняты Линты, Демьен скользил взглядом по стеклу, по спинке переднего сиденья, по приборной панели и уверенным рукам на руле. Его «телохранитель на вечер» был молчаливым и ещё более отстранённым, чем Ульрих. Демьену казалось, что Эверард подбирает своих подчинённых по одной только ему понятной мерке.       Когда у Эрика зазвонил телефон и после короткой инструкции автомобиль изменил курс, Демьен заёрзал на месте: он догадывался, что в особняк они уже не едут. Но куда? Неужели к нему на квартиру?.. И ждёт ли его там Эверард?..       Однако машина остановилась напротив незнакомого ресторана. Захлопнув за собой дверь, Демьен направился к входу. Никакой охраны, к его удивлению, у дверей не было, да и Эрик остался в машине. «Прячутся, наверное, по кустам… Нинзи!» — подумал Демьен.       Окна светились мягким жёлтым светом, сквозь стекло виднелись столики с посетителями. Зайдя и окинув помещение взглядом, Демьен уже потянулся в карман за телефоном, когда к нему поспешил метрдотель и учтиво пригласил следовать за ним.       Вдвоём они поднялись на крытую террасу на втором этаже с просторным залом в углублении. В неярком освещении под звуки бархатистой джазовой песни на французском языке танцевали двое. И на мгновение взгляд Демьена намертво к ним приковался.       Обнимая Джулию одной рукой за талию, Франц вёл в танце, периодически кого-то комично копируя, прижимаясь щекой к её щеке, вытягивая вперёд их сцепленные руки и перебирая ногами на манер танцоров танго. Джулия пыталась сделать серьёзное лицо и подыграть сыну, но всё больше смеялась, утыкаясь лбом ему в грудь. Франц тоже весело хохотал, сверкая белозубой улыбкой, и с пущим озорством разыгрывал пижона из старого фильма.       Эверард за единственным занятым столиком — другие были отодвинуты к противоположной стене — тоже смеялся, наблюдая за родными. Казалось, он был не в силах отвести от них взгляда, но при этом успевал что-то говорить сидящему рядом секретарю. О том, что это важные указания, можно было догадаться лишь по напряжённо-прямой спине Такехико, его упёртым в колени прямым рукам и учтиво опущенной голове.       Демьен криво улыбнулся: Кобаяси даже тут умудрялся быть таким японцем.       — Привет! — Демьен с наигранной раскованностью упал на стул напротив любовника, сосредотачивая на себе всё его внимание. В крови ещё играло выпитое на выпускном шампанское, да и испытанное недавно чувство внутреннего превосходства над сверстниками делало своё дело, позволяя ему без тени смущения развалиться на чужом стуле. Только в этот момент Демьен заметил, что Эверард прижимает к уху мобильный телефон. Направленные на Демьена глаза искрились от сдерживаемого смеха.       — Значит, убежал… — произнёс Эверард в трубку, не сводя с него взгляда. — Бросил девушку и сбежал…       Демьен испытал короткий шок. Жар залил лицо. «Так-так… Значит, пока он шёл сюда, телохранитель уже доложил Эверарду, как прошёл вечер!.. Как там его зовут? Эрик? Ну-ну!..» Не имея понятия, что ещё телохранитель может про него наплести, Демьен опустил глаза. Чувства превосходства над миром как не бывало.       — Хорошо… — Эверард отключил мобильник. — В общем, на этом всё, — обратился он к Такехико. — Езжай домой. Я позвоню.       — Хорошо, босс, — Кобаяси кивнул и поднялся.       Демьен наблюдал, как секретарь вежливо прощается с Джулией и Францем, и лишь потом, соблюдая субординацию, возвращается к нему.       — Поздравляю с окончанием театральной школы, — Такехико слегка поклонился, Демьен от неожиданности подхватился с места.       — Спасибо… — пробормотал он растерянно, но японец уже уходил, кивнув на прощание боссу.       — Понял, как надо? — с усмешкой заметил Эверард. — Учись!       — Ещё чего не хватало!!! — вспыхнул Демьен, чем вызвал у любовника новый приступ смеха.       Рядом уже крутился официант, меняя приборы. Франц и Джулия вернулись за столик. Франц, задействовав неожиданный для Демьена манёвр, мягко обогнул его и сел на своё место, вынуждая присесть рядом.       Эверард смотрел на них, усмехаясь, с отеческой теплотой в глазах.       — Как прошёл выпускной? — спросил он.       — Скучно, — пожал плечами Демьен.       — Что пили?       — Тебе ведь уже доложили, — хмыкнул Демьен.       Эверард усмехнулся и, повернувшись к официанту, произнёс:       — Перрье-Жуе, две тысячи второго.       — Закуску к шампанскому?       — Будьте так добры.       Через мгновение многозначительного молчания и переглядываний на столе появились каштаны с брюссельской капустой, жульен из шампиньонов, фуа-гра и блинчики с красной икрой. Официант открыл бутылку и наполнил бокалы игристым вином.       — Ты голоден? — спросил Эверард, когда их оставили вчетвером.       — Не очень, — улыбнулся Демьен, разглядывая блюда, и потянулся к бокалу.       — Что ж, предлагаю тост за выпускника, — Эверард посмотрел на жену.       — За тебя, Демьен, — присоединилась Джулия.       — За юного актёра, — произнёс с хитрющей улыбкой Франц, незаметно толкая его коленом под столом. Демьен, с трудом сдержав ответный смешок, приник губами к стеклу. О да… Разница с тем пойлом, что распивалось на выпускном, была ощутима, губы сами растягивались в усмешке.       Странное, физически ощутимое облегчение ударило его изнутри блаженством. Поставив бокал и окинув взглядом хитро притихших Линтов, Демьен с трудом сдержал стон наслаждения, ощущая себя наконец в привычной стихии. Под приглушённую ласкающую музыку, изысканное вино и очаровывающие запахи французского ресторана он вдруг осознал, что сегодня закончил школу…       — Мои поздравления, малыш, — Эверард, лавируя рукой между блюд и бокалов, скользнул по столу маленькой коробочкой. — Это подарок… от нас, — он странно улыбнулся.       Демьен сглотнул, уже зная радикальный характер его подарков.       — Что там? Дорогие часы?       — Тебе нужны часы? — удивился Эверард, наполняя бокалы.       — Ну, я же буду ходить к тебе на работу. Мне надо солидно выглядеть, — съехидничал Демьен.       — Открывай давай, — засмеялся рядом Франц.       Раскрыв футляр, Демьен увидел ключ и на мгновение вспомнил, как однажды любовник уже дарил ему что-то подобное — ключи, которые отворяли квартиру, его уютное любовное гнёздышко, с которым он сроднился и не променял бы сейчас ни на какое другое жильё. Но тогда… Ох, какую же бурю протеста вызвал у него в тот день неожиданный подарок! На этот раз ключи были от аэро-авто, о чём недвусмысленно намекал брелок.       Демьен поднял глаза. — Но ведь я не умею водить! — его растерянность, похоже, была такой забавной, что все они, включая Эверарда, покатились со смеху.       — Есть стимул научиться, — Эверард подмигнул. — Тебе ведь теперь надо выглядеть солидно.       Демьен вновь с ужасом воззрился на единственный ключ с чёрным брелком.       — Не хочешь посмотреть на подарок? — тихо спросила Джулия.       — Потом… Спасибо, — Демьен поднял голову и, улыбнувшись, спрятал ключ в карман, чем опять всех изрядно повеселил.       — Вот шустрый мальчик, на лету всё хватает! — прокомментировал Эверард.       — Я теперь буду возить тебя на работу, — Демьен показал ему язык и, в общем-то, вновь довольный собой, принялся за жульен.       — А как же театр? — спросил некоторое время спустя Франц.       — Не знаю, — Демьен бросил на Эверарда влюблённый взгляд. — Я теперь буду работать на мистера Линта.       Франц закашлялся от смеха, Джулия повернула к мужу удивлённое лицо.       — Ты берёшь его на работу? — спросила она.       — Нет, о работе речь не шла. Демьен не так понял, — мягко засмеялся Эверард. — Я говорил о курсе молодого бойца, который ему в любом случае не помешает пройти. Как и научиться вождению…       Демьен поник.       — А потом, можно и работу себе поискать… в театре, — Эверард, откинувшись на стуле, загадочно смотрел на любовника. — Вообще-то, речь шла о том, чтобы не кидаться в труды сразу после окончания, а немного развеяться. И я предлагал Демьену несколько вариантов на выбор.       — Какие же? — заинтересовался Франц.       — Одним из них была поездка с вами и возможность посмотреть мир.       — Чего я там не видел, — хмыкнул Демьен. — Лучше я останусь с тобой… А когда у вас начинается турне? — спросил он у Франца.       — Через две недели, ещё успеешь, — тот посмотрел на него лукаво, и Демьен опять не смог сдержать широкую улыбку.       — И Джеки, значит, едет?       — Да. Её первое выступление! Зря упускаешь такую возможность.       Демьен фыркнул. Похоже, шампанское всем ударило в голову. Он не знал, что Линты пили до его появления, но сам он просто искрился от едва сдерживаемого смеха.       — Подумай, что теряешь. С нами весело, — Франц двинул бровью и, поднявшись, галантно поклонился Джулии, приглашая её на танец.       Демьен, глядя с внезапной грустью, как они вальсируют, пересел поближе к любовнику и приник к его плечу. На улице изредка мелькали молнии, но грома не было.       — Не пригласишь меня на танец?.. — прошептал он.       — Нет, — губы Эверарда дрогнули в улыбке.       — Ну пригласи-и… Тут ведь никого, кроме нас, нет.       — Ошибаешься, — Эверард расслабленно смотрел на танцующих жену и сына. — Есть работники ресторана… На людях ты мой подопечный, пока лучше, чтобы так и оставалось.       — А когда можно будет не прятаться? — Демьен посмотрел на любовника, лаская взглядом изгиб любимых губ.       Эверард помолчал и перевёл на него тёмные глаза. — После совершеннолетия, когда выйдешь из-под моей опеки.       — Целых два года!       — Время пройдёт быстро, — произнёс Эверард. — К тому же, когда мы остаёмся вдвоём, нам ведь никто не указ… — подмигнул он.       Демьен сглотнул, задыхаясь от нахлынувших чувств. Желание вспыхнуло с новой силой. Зажмурив глаза, он потёрся щекой о его плечо.       Они помолчали.       — Значит, я завтра приезжаю с утра к тебе в офис?       — Да, приезжай.       — Мне надо как-то особенно одеться?       С губ Эверарда не сходила ироничная усмешка.       — Было бы неплохо, — протянул он негромко. — Чтобы не выделяться на фоне сотрудников. Хотя… — он окинул Демьена ироничным взглядом. — Ты всё равно будешь выделяться.       Когда Франц и Джулия вернулись за столик, все присутствующие ещё раз выпили за будущее выпускника, поговорили, и Эверард, отложив салфетку, пригласил жену на танец.       Демьен с горечью смотрел на их объятия, странное чувство не оставляло грудь в покое. В придачу у Франца зазвонил телефон, и молодой человек оставил его за столиком в одиночестве.       Демьен с минуту созерцал танцующую пару, допивая шампанское, а потом поднялся и, видя, как любовник провожает его взглядом, с демонстративной небрежностью вышел из зала.              Ветер снаружи усиливался. Демьен быстро сбежал с террасы по лестнице и вошёл в основной зал ресторана.       — А-а… куда пошёл такой красивый молодой человек с длинными чёрными волосами? — спросил он у метрдотеля, пытаясь жестами обрисовать Франца.       — Месье Франц Линт?       Демьен почувствовал себя дураком. Ну конечно, с чего он взял, что Линтов тут не знают и не привечают?       — Он в баре, — метрдотель показал ему на лестницу в подвал.       Демьен спустился. Франц, оживлённо болтая с кем-то по телефону, сидел за длинной барной стойкой в просторном и пустом баре. Демьен, делая вид, что не видит его, подошёл к игровому автомату. Обменяв всю наличку на жетоны, он равнодушно проигрывал «однорукому бандиту» и бросал в сторону Франца короткие взгляды. Тот напоминал ему тёмного лебедя: грациозный, притягивающий, с бледным аристократичным лицом, рассыпающимися по спине гладкими волосами и в элегантном чёрном костюме.       Пытаясь выдать своё присутствие здесь за случайность, Демьен чувствовал себя глупо, но упрямо ждал, когда Франц первым обратит на него внимание. Проиграв всё, он обернулся и заметил, как молодой человек, улыбаясь, смотрит на него.       — Иди сюда!.. — махнул Франц ему рукой. — Погоди, а Джеки есть рядом? — услышал Демьен, подходя и занимая соседний высокий табурет. От неожиданного волнения пересохло во рту. Он облизнул губы, уже протягивая руки к мобильнику.       — Это Линда, — произнёс Франц, отдавая телефон. — Там ещё Джеки хотела тебя поздравить.       — Алло, — протянул Демьен и засмеялся, услышав голос Линды и тут же Жаклин. Обе девушки наперебой поздравляли его, и это было так приятно. Не только слова, но сами их голоса и оживлённость. Демьен вдруг понял, как соскучился по ним.       — Спасибо… — закончив разговор, он вернул телефон и с лёгкой ностальгией посмотрел перед собой.       — Предлагаю выпить, — Франц позвонил в лежащий на стойке колокольчик, и из боковой двери вышла юная девушка. Демьену показалось, что она знает Франца.       — Натали, у тебя ещё остался тот бальзам?.. И завари нам чёрный чай, пожалуйста.       Пока она возилась с чайником и чашками, всё время смущённо улыбаясь и поглядывая на Франца, Демьен тоже чувствовал какое-то смущение и, чтобы не смотреть на молодого человека, разглядывал стопку с тёмно-янтарной густой жидкостью.       — Значит, Джеки поедет с вами? — спросил он, когда девушка поставила перед ними небольшой чайник с чашками и оставила наедине.       — Ты уже спрашивал, — улыбнулся Франц, разворачиваясь к нему вполоборота. — Пытаешься найти тему для разговора?.. Лучше скажи, почему не захотел ехать с нами.       Демьен пожал плечами, не зная, что говорить. — Да я бы не против… Но боюсь надолго расставаться с Эверардом… Да и не смогу.       Франц бросил на него внимательный взгляд и поднял свою стопку. — Давай выпьем за твой талант. Не вздумай его профукать…       Демьен поднёс стопку к губам, не сводя с Франца удивлённого взгляда. Бальзам оказался крепкой настойкой с изумительным ароматом и сложным горьковато-пряным вкусом. Глядя, как улыбаются красивые губы Франца, Демьен сам не мог сдержать необъяснимую улыбку.       Мягкое облако обаяния уже окутывало его исподволь, как и странное волнение, которому он всегда так отчаянно сопротивлялся. Франц просто сидел рядом, изредка на него посматривая. Отчего же тогда в груди возникало такое странное томление?..       После горько-пряного алкоголя крепкий чай шёл особенно хорошо. Демьен чувствовал опьянение вместе с тонизирующей лёгкостью, не понимая, трезвеет он или совсем наоборот, действует ли на него так расслабляюще бальзам или это общество Франца.       — Значит, тебе понравился спектакль? — спросил Демьен, рассматривая его задумчиво-мечтательное лицо.       — Очень… Ты отыграл лучше, чем в кино, — в глазах Франца мерцала озорная хитринка, нежные губы покраснели от горячего чая, и Демьену стоило огромного труда отвести от них взгляд.       — Больше ничего снимать не собираетесь? — чем дольше тянулось их уединение, тем более взволнованным и смущённым он себя чувствовал.       — Пока все мысли заняты предстоящим турне… — Франц вновь поднял на него глаза и отчего-то засмеялся.       — Ты волнуешься?       — По поводу предстоящих концертов? — Франц задумался. — Совру, если скажу, что нет… Несколько лет назад я и представить не мог, что подобное возможно. А уж Джеки и подавно! Ей всё это в диковинку.       Демьен молчал, пытаясь скрыть нарастающее в животе и груди чувство. Он физически ощущал, как меняется атмосфера вокруг. Это было похоже на магию, и он не знал, как выйти из-под чар.       Вспомнив про подарок, он достал из кармана ключ и принялся вертеть его по столешнице.       — А кто выбирал аэромобиль? — спросил он.       — Папа, кто ж ещё! — усмехнулся Франц. — Он только говорит, что это от всех нас, на самом деле это его подарок.       Демьен улыбнулся. — А какого он цвета?       — Попробуй догадаться.       Демьен молчал, решив больше ничего не спрашивать и увидеть всё своими глазами. Натянутый пустяковый разговор уже не мог прикрыть его желание, иррациональное влечение, что он испытывал к Францу, и истому… Надо было уходить.       Демьен спрятал ключ в карман и, залпом вылив в себя остатки бальзама, положил обе руки на барную стойку. Голова кружилась от выпитого. Что-то бы сказать нормальное и свалить, но он боялся даже поворачиваться к Францу. Тот, склонив голову набок, уже неотрывно смотрел на него — Демьен видел боковым зрением. Его тянуло к Францу невероятно, и, как назло, в баре никого не было.       — Хочешь меня поцеловать?.. — неожиданно спросил Франц с лёгкой улыбкой, и у Демьена сердце сбилось с ритма. Он не отвечал — просто смотрел перед собой и пытался справиться с сорвавшимся дыханием, чувствуя себя словно приклеенным к месту.       Франц засмеялся и протянул ещё более мечтательно:       — Здесь всё равно никого нет…       Франц развернулся к нему всем телом. Демьен шумно вдохнул, уже зная, что сейчас будет, но всё равно не сдержал дрожь, когда тот потянул его к себе, приникая к губам и вторгаясь языком в рот, целуя сразу глубоко, чувственно и жадно, придерживая одной рукой за спину, а другой лаская налившийся желанием пах. Демьен двинул тазом. Изнутри словно засасывала невесомость. Ему казалось, что, если Франц сейчас отпустит его, он просто свалится со стула.       — Ты ещё носишь колечко? — Франц отстранился и допил бальзам.       Демьен схватился за стойку.       — Нет, у меня новый аксессуар… — пребывая в странном отчаянии, он даже не находил в себе сил отвечать на шутки. Ему было совсем не смешно. Полнейшая дезориентация и растущее томление всё отчётливее намекали, что надо срочно валить.       — Покажешь? — спросил Франц.       — Как-нибудь в другой раз… — прошептал Демьен, и в этот момент зазвонил его телефон. Это был Эверард, который приглашал их вернуться к десерту.              Когда часа в три ночи они вышли на улицу, Демьен достал ключ и по подсказке любовника нажал на брелок, выжидающе глядя на стоянку. Одно из авто отозвалось, сверкнув огромными раскосыми фарами, но он так и не увидел его чётко, пока не приблизился. Машина-ниндзя, не иначе. Демьен смотрел на неё с широкой улыбкой, боясь даже приблизиться и не в силах поверить, что это его собственность. Равномерно-чёрный и глянцевый приземистый автомобиль с обтекаемыми формами, агрессивными линиями фар и с тонированными окнами, казался ему живым существом и космическим кораблём одновременно. Он не мог поверить, что когда-нибудь сможет с ним справиться.       Демьен представлял себе что-то подобное: именно этот аэромобиль отвечал вкусам Эверарда, но… Но он не думал, что всё настолько серьёзно.       — Не переживай, — видя его замешательство, попробовал успокоить любовник. — Здесь есть автопилот, так что сможешь им пользоваться, пока не научишься водить… Присаживайся, — он открыл ему боковую дверь в виде створки, и Демьен сел за руль, словно в капсулу.       Внутри всё было куда более волшебным: подсветка приборной панели мерцала призрачным космическим светом, и происходящее снаружи было прекрасно видно через огромные, сливающиеся с корпусом окна; но, к удивлению Демьена, авто было рассчитано на двоих…       — Нравится? — Эверард наклонился, держась за приоткрытую дверь. — Что чувствуешь?       — Что-то невероятное…. — ответил Демьен. — Немного страшно…       — Не бойся.       — Спасибо за подарок, — прошептал он и поцеловал Эверарда.       Пока Демьен водил пальцами по рулю и рассматривал приборную панель, Франц о чём-то переговорил с отцом, и тот вместе с Джулией ушёл к соседнему автомобилю.       — Двигайся, приятель. Сегодня я буду твоим шофёром, — произнёс Франц, заглядывая в открытую дверь. Демьен, решив не спорить, ибо начиналась гроза, пересел на соседнее сиденье, и Франц заблокировал дверь.       — Куда летим? — с улыбкой спросил он, когда машина набрала высоту и двинулась следом за чёрным авто Эверарда.       Демьен растерялся. — В особняк вроде…       — А может, в мою квартиру? Не мешало бы её проведать, — Франц не смотрел на него, но с губ не сходила озорная улыбка.       — Нет, лучше в особняк… мне завтра рано вставать.       — Да, ты прав. Такой дом должен быть всегда полон людьми.              Такехико лежал на кровати, прикрыв бёдра простынёй, и рассматривал обнажённую Саманту. Прижав к груди изящное колено, она ловко орудовала палочками, словно только ими обычно и ела, и, макая суши в соевый соус, клала верхней стороной на язык.       — Ты ешь, как настоящая японка, — произнёс он, улыбаясь.       — Спасибо за комплимент, — ответила Сэм, наливая саке и выпивая залпом. — Может, всё-таки присоединишься? — спросила она в очередной раз.       — Босс может позвонить в любой момент…       Последний и единственный раз, не считая этого вечера, Такехико был в гостях у Сэм ещё осенью, когда помогал им с шефом собраться на «свидание» с далеко идущими последствиями. Она никогда не звала его к себе, предпочитая встречаться на лету в его квартире и быстро убегать после всего. Такехико казалось, что чем сильнее он привязывается к Сэм, тем активнее она от него ускользает. Сегодня он пришёл к ней, даже не спросив разрешения. Просто купил в знакомом ресторане суши и пришёл…       Они занимались сексом на столе. А потом, схватив её под ягодицы и не слушая протесты, он перенёс её на кровать. Эта женщина занимала его всё сильнее. Да, он знал, что влюбляется, что уже любит. Знал, что с их работой не стоит рассчитывать на долгую счастливую жизнь. Понимал, что, несмотря на влечение и увлечённость, её чувства к нему гораздо менее сильны. И не знал, что делать…       Глотнув ещё саке и внимательно посмотрев в его сторону, Сэм макнула суши с лососем в миниатюрную пиалу и быстро поднесла к его губам. Такехико засмеялся, прожёвывая и наблюдая, как, смахнув с него простыню, Саманта запрыгивает верхом, вбирая в себя его торчащую плоть, как закрывает в истоме глаза и ёрзает вкруговую, сжимая влажным нутром.       Такехико тяжело дышал, придерживая её за бёдра, поглаживая талию, лаская грудь. Ему нравилось в ней всё: длинные ноги с тонкими щиколотками и длинные руки, широкие угловатые, как у пловчихи, плечи и плоский живот, её скуластое лицо и светлые волосы… её холодноватые глаза, весь её странный для него скандинавский шарм, вся её элегантная стервозность.       В такие моменты Такехико не мог ей простить проявленного к нему интереса и того вечера, когда они впервые были вместе. Не мог простить непостоянства и слишком независимого нрава. Хотя на кого и стоило обижаться, так только на себя… Он так старательно избегал любых привязанностей, кроме главной — к боссу, и всё же попался в сеть мучительных чувств.       Сэм уже вовсю скакала на нём, постанывая и ввергая в лихорадочный трепет. Они вновь были мокрыми от испарины, дикими и необузданными.       — Скажи что-нибудь по-шведски, — прошептал он.       — Knulla mig! — выкрикнула она, впиваясь пальцами ему в плечи.       Такехико засмеялся, испытывая странную эйфорию от обладания этой женщиной. Предоргазменный зуд и экстатическое напряжение уже владели его телом, заставляя ускорять темп и шептать еле слышно: «Ора… ора…», и биться под ней, словно это он был сверху, и кончать долго, сладостно, покрывая поцелуями её кожу, забывая обо всём…       — Ты скучаешь по Японии? — спросила Сэм, изучая пальцами затухающую, уже едва заметную татуировку, когда они лежали рядом.       — Во мне её так много… что я порой пытаюсь от неё убежать и не могу, — произнёс Такехико, убирая с глаз влажную чёлку и глядя в потолок. — Иногда у родины бывает слишком насыщенный вкус.       — Как могут не нравиться японки?! — поражённо вздохнула Саманта.       — Вот так и не нравятся… — ответил Такехико. — Мне нравятся шведки.       Сэм засмеялась. — Несносный мальчишка… А ведь когда-нибудь женишься на одной из них.       Кобаяси помолчал.       — А ты? Скучаешь по Швеции?       — Да, пожалуй… — за окном мелькнула молния, и лишь несколько секунд спустя раздался слабый раскат грома. — Вообще по Европе… По Англии… Я очень долго там жила.       — Хотела бы вернуться?       — Может, и придётся.       Они замолчали, вспоминая о рабочих проблемах и напряжённом нон-стопе последних дней.              Дождь ночью так и не пошёл, и утро было жарким. Сквозь сон Такехико слышал мерное позвякивание музыки ветра, чувствовал падающие на постель солнечные лучи, но не спешил окончательно просыпаться, напряжённо ожидая краем сознания, когда зазвонит будильник.       По комнате разносился бодрящий запах кофе, и кто-то ходил. Когда этот кто-то привычным движением присел в кресло, беря в руки лежащую на столике газету, Такехико резко открыл глаза. Это был Эверард!       — Доброе утро, самурай, — произнёс тот, приникая губами к чашке и рассматривая его. — Покажешь мне ещё раз своего дракона?       Такехико быстро проверил рукой, на месте ли простыня, и тут же пережил ещё одну шокирующую мысль: их с Сэм раскрыли!       — Сегодня в офис приедет Демьен, — спокойно говорил Эверард. — Встретишь его и проведёшь традиционное собеседование…       — А Сэм?.. — Такехико растерянно спустил ноги с кровати, напряжённо думая, успела ли она уехать на работу, и планируя взять всю вину на себя.       Эверард спрятал широкую усмешку за кружкой. — Сэм сегодня поедет в городской совет.       В этот момент в голове Такехико прояснилось, и он вдруг осознал, что находится в своей квартире и, сам того не желая, палится, спрашивая про Саманту.       — А… да… Извините, босс, — всё ещё не понимая, когда успел оказаться дома, и испытывая от этого серьёзные проблемы с ориентацией в пространстве, Такехико пытался отыскать свою одежду.       — Пил вчера? — спросил Эверард.       — Да, — после недолгого молчания ответил Кобаяси, бросая взгляд на красующуюся на груди и плече когтистую драконью лапу. Он действительно пил вчера — уже под утро, когда босс так и не позвонил, — память медленно возвращалась, но татуировка проявилась не из-за алкоголя, а от стыда и шока, что его застали в полной неготовности, да ещё и чуть не раскололи… Кровь стучала в висках, мешая сосредоточиться.       — Завтракать будешь? — Эверард отложил газету.       — Нет-нет, я сам!.. И вы оставайтесь, прошу вас! — Такехико неловко поклонился, пряча пах за подобранной с пола рубашкой, и быстро выскочил из комнаты, заметив в последний момент, как босс, прикрыв глаза рукой, беззвучно содрогается от смеха.