Демьен

110

      В глазах Эверарда мерцало обещание. Демьен не знал, чего именно, но сердце замирало, и слёзы застывали на ресницах. Он хотел верить в бесконечные вечера вместе, в непроходящее лето в душе, в почти неописуемое нечто, ускользающее, но бесценное и вездесущее. В глазах Эверарда было так много всего. Хотелось раствориться в их тёмной глубине. Прекрасен, о так прекрасен!..       — Мой взгляд?       Проклятые слёзы, им точно никогда не будет конца!       — Твой взгляд во время интервью, — Эверард усмехнулся, любовно скользнув пальцами по его влажной щеке. Смятение в глазах Демьена сменилось изумлением и стыдом.       Эверард поцеловал его в порозовевшую скулу и пропустил между пальцами выбеленные пряди. Они казались выжженными и хрупкими, с неестественным снежным блеском, но всё равно красивыми. Отросшие, неровные, нечёсаные… Кто бы сказал его мальчику, что с краской пора завязывать? Но он хотел его любым. Рассматривал сейчас и видел одновременно с чёрными волосами и со светлыми, нежил в объятиях, вдавливал телом в постель. Демьен льнул к нему, разомлевший после секса, но всё такой же нервный.       Неожиданный стук в дверь прервал их поцелуй.       — Наш завтрак, — успокоил Эверард. — Возьмёшь?       Демьен, вытирая слёзы, поспешил к двери.       — Демьен! — Эверард многозначительно улыбнулся. — Ничего не забыл?       — У меня нет денег на чаевые!       — Нет, малыш, они здесь не приняты.       Демьен не мог понять, почему Эверард смеётся, пока не уловил у самой двери своё отражение в платяном шкафу.       — Вот чёрт! Где моя одежда?       — Надень мою.       Демьен быстро скользнул в брюки любовника и высунулся за дверь. Услужливая таитянка рвалась накрыть им стол на лоджии, но Демьен, заверив, что всё и так хорошо, отобрал сервировочный столик и вернулся в номер.       Эверард уже успел прикрыться простынёй.       — Неплохо, — прокомментировал он его манёвры. — Чем нас решили порадовать?       — Тут и мясо, и рыба… Сок, фрукты… Похоже, местная выпечка… Кофе! — Демьен машинально расстёгивал брюки, изучая еду. Эверард смотрел на него, подперев голову кулаком.       — А масло к выпечке?       — М-м… — Демьен пробежался взглядом по столику. — Да, есть.       — Спасены! — шутливо воскликнул Эверард. Демьен хмыкнул, смутившись.       Эверард рассматривал его. Брюки были явно велики, и всё же Демьен заметно повзрослел. С затаённой страстью Эверард скользил взглядом по его окрепшим рукам и груди, созерцал непривычный загар — чуть темнее на плечах и предплечьях и светлее с внутренней стороны рук, — вновь вспоминал так поразившие его накануне «новые» стоны. Но дело было даже не во внешнем облике.       — Ты окреп, — произнёс он с улыбкой. — Неужели гантели таскал?       Демьен удивлённо поднял голову и покраснел от его взгляда.       — Разве что сумки из отеля в отель…       — Неплохая тренировка. Я знал, что турне пойдёт тебе на пользу.       Демьен взял половинку очищенного манго и, скользнув к постели, забрался на Эверарда верхом.       — Что будем делать?       — Всё! Гулять по пляжу, нарушать порядок в городе, кормить скатов…       — Загорать? — добавил Демьен хитро.       Эверард широко усмехнулся. — Смерти моей хочешь?       Демьен с улыбкой жевал сочный фрукт.       — Здесь есть музей Гогена, — отметил Эверард. — Тебе ведь понравилось в гостях у Дали?       — Это можно сделать и со всеми вместе… — потупив взор, Демьен облизнул пальцы. — Ты ведь обещал трахать меня весь день… Забыл?       Эверард смотрел на него с непередаваемым весельем в глазах.       — У меня для тебя два подарка. Один ждёт дома, другой… — он потянулся к прикроватной тумбочке, и Демьен привстал, заинтригованный.       — Не уверен, что он теперь тебе пойдёт, но… примерь.       Демьен заулыбался, увидев плоскую бархатную коробочку.       — Ух ты ж! — он достал крупный овальный кулон на массивной цепочке. — Это серебро?       Свет играл в непрозрачном камне лазурными, синими и сиреневыми оттенками. Демьен сразу надел его на шею. Кулон мягко скользнул по коже и лёг в районе солнечного сплетения.       — Боже!.. — он провёл пальцами по массивной цепи. Её элегантная тяжесть одаривала почти эротическим наслаждением, а сам кулон так комфортно лежал на груди, что Демьен сразу понял: больше он его не снимет.       — Это белое золото, малыш.       — Почему ты решил, что он мне не пойдёт?! — Демьен не мог удержаться и снова и снова гладил прохладный плоский камень, водил пальцами по цепочке.       — Ты прав, тебе всё так же идут украшения, — Эверард улыбался, рассматривая его из-под ресниц. — Это аммолит, редкий камень. Окаменевший перламутр.       — Перламутр?!       — Да. Миллионы лет назад в древних морях жили аммониты, головоногие моллюски. Это фрагменты их окаменевших раковин.       — Круто! Спасибо! — Демьен поцеловал любовника и опустился рядом, рассматривая необычные переливы камня. У него тоже была своя история…       — А ты любишь такие вещи, — с улыбкой отметил он. — Помнишь тот браслет с костью динозавра? — он заглянул Эверарду в лицо и привалился к его плечу. — А мне нечего тебе подарить…       Эверард открыл было рот, но, передумав, только усмехнулся.       — В первый раз буду встречать Новый год летом… — Демьен не мог налюбоваться необычным камнем. — А что за второй подарок?       — Дома увидишь.       — Значит, это что-то вещественное?       — С какой стороны посмотреть.       — Ты меня интригуешь… — Демьен заглядывал в глаза Эверарду и изводился от его улыбки и близости. От восторга хотелось выскочить из тела. — Так странно… Мне вроде и хочется домой, но теперь, когда ты рядом, я бы задержался здесь подольше.       — Остался бы жить навсегда? — с усмешкой проговорил Эверард.       — Да ну, я б не смог… Хочется домой. С тобой, — Демьен потёрся носом и губами о его плечо.       — Интересно, какое место ты считаешь своим домом… — в голосе Эверарда послышалась философская грусть.       Демьен улыбнулся. — То место, где есть хотя бы смена сезонов. Даже не верится, что в Нью-Йорке сейчас зима!       Эверард усмехнулся и подложил руку ему под голову. — Тебе идёт загар. Хотя я тоже соскучился по всем этим твоим розочкам.       — Розочкам?! — Демьен в недоумении поднял голову.       — Ну да, все эти твои гипюровые водолазки, комбинезоны-сетки…       — Тц! — Демьен ударил его в бок, и Эверард рассмеялся.       Демьен улыбался и молчал. Из окна доносились крики птиц и певучий язык персонала отеля. А рядом лежал Эверард. Словно сбывшееся обещание. В груди нарастала дрожь…       Демьен плавно поднялся и оседлал его бёдра. Возбуждение резонировало во всём теле и только малой своей частью походило на сексуальное. Он был готов взорваться! Эверард просто смотрел на него, но всё было совсем не просто. Взгляд превращался в единственную одежду. Демьен чувствовал её касание каждым сантиметром кожи.       — А давай закажем ещё шампанского?       Эверард с усмешкой подцепил телефон с тумбочки и молча протянул ему. Демьен сдержал улыбку и, не сводя с любовника горящего взгляда, набрал ноль.       — Попроси у них ножницы и расчёску, — произнёс Эверард.       — Да, ещё расчёску и ножницы… — не задумываясь повторил Демьен. — Э… а какие ножницы? — переспросил он тихо.       — Поострее, — в глазах Эверарда вспыхнул лукавый огонёк, пальцы ласково прошлись по его предплечью, усугубляя внутреннюю дрожь.       — Что ты собираешься делать? — заинтригованно спросил Демьен, положив трубку и порывисто прижавшись к его губам. Ещё неокрепшее желание приятно щекотало пах.       — Завтракать, — шепнул Эверард ему на ухо.       — Ты опять что-то задумал… — Демьен рассматривал его, пытаясь понять. Тёмные глаза были полны огня и знакомой истомы.       — О да, — ответил Эверард, играя с его волосами. — Собираюсь немного подстричь тебя.       — Что?! — Демьен дёрнулся, выхватывая прядь из его пальцев. — Прикалываешься?       — Тебе нечего бояться, сладкий мой… — Эверард притянул его голову обратно, страстно впиваясь в рот. — Я обрежу совсем чуть-чуть.       — М-м… — Демьен застонал ему в губы. — Тебе больше не нравятся мои волосы?.. — он едва дышал, чувствуя животом упругое возбуждение Эверарда. Тот резко опрокинул его на постель и переместился за спину.       — Мне всё в тебе нравится, — произнёс он горячо, вжимаясь членом в ягодицы. Вибрация голоса струилась мурашками по коже, заставляя жмуриться.       — Я обожаю тебя, — с тайной страстью шептал Эверард ему на ухо. — Обожаю, как ты выглядишь… Как двигаешься, как стонешь… Как ты кончаешь.       Демьен стонал сквозь зубы, задыхаясь и ёрзая. Губы Эверарда скользили по плечу и шее.       — Обожаю твой запах и твой вкус…       В дверь постучали.       — Блин, как они не вовремя! — протянул Демьен.       — Ужасно не вовремя, — согласился Эверард. Рука скользнула между ног, сжимая изнывающий пах. Демьен двинул бёдрами, постанывая.       В дверь опять постучали.       — И это в тот момент, когда я съесть тебя готов… — выдохнул Эверард и, поцеловав его в щёку, поднялся.       — Ну!.. — Демьен жалобно свёл брови, пытаясь ухватить его за руку.       — Это быстро. К тому же нам принесли ножницы, — многозначительно подмигнул Эверард.       — Проклятье! — Демьен недовольно нырнул с головой под простыню, но в последний момент передумал и под удивлённым взглядом Эверарда бросился в туалет.       Отмокая на биде и прислушиваясь к разговорам, он рассматривал себя в зеркале. Ему нравилось то, что он видел, и синий аммолит на его загорелой коже смотрелся как нельзя лучше. Подарок! Лицо отражения озарилось счастливой улыбкой. Но едва Демьен окинул волосы более критичным взглядом, в глазах появилась неуверенность. Он с горестным вздохом отвёл взгляд. В конце концов, осветлялся он для Эверарда и волосы отращивал для него же… Да и отрезать тот грозился самую малость.       Промакнув тело полотенцем, он осторожно покинул кофейного цвета пластиковую капсулу. Эверард на лоджии уже ставил на стол тарелки с едой. Демьен вдруг понял, что хотел бы задержаться здесь подольше. За полгода он сменил столько номеров и видел за их окнами так много городов, что, казалось, на всю жизнь наелся гостиницами и переездами. Он мечтал вернуться домой!.. Вплоть до этого момента.       — Мне намочить волосы? — спросил он, подходя.       — Это не к спеху, — Эверард бросил на него улыбающийся взгляд и кивнул на одно из кресел. — Присаживайся… Надень халат, если хочешь.       Демьен закинул ногу на ногу и выглянул на улицу. Но в этот утренний час бассейн внизу был пуст, как и пляж.       — Ой… а песок тут совсем не такой, как на нашем острове! — воскликнул он поражённо. — Отчего он такой чёрный?       — Здесь он вулканический, — Эверард открыл бутылку и разлил игристый напиток. — А там — рифовый.       — Так странно, — Демьен осушил бокал и запустил вилку в салат из папайи и курицы.       С улицы веяло приятным ветерком. Эверард с улыбкой наблюдал, как Демьен то и дело вновь любуется камнем.       — Увидел его в Японии и сразу подумал о твоих глазах… — промакнув губы, произнёс он.       — В Японии? — Демьен выронил вилку.       — Да, хотя сам камень из Канады.       — Нет… В смысле… — Демьен осторожно поднял вилку. — Ты был в Японии?       — Уже после вас, малыш.       — Знаешь, я бы хотел ещё раз туда слетать, только более обстоятельно, — Демьен бросил на любовника смущённый взгляд. — И ты уже видел… снимки?       — Видел, — Эверард неожиданно рассмеялся. Демьен задержал дыхание, отчего-то вдруг волнуясь сильнее, нежели во время фотосессии. Он осторожно жевал, с ожиданием поглядывая на любовника, но тот отвечал ему только горящим от сдерживаемого смеха взглядом. Демьен тоже не решался что-либо спрашивать и нажимал на выпивку.       С каждым глотком он испытывал всё большее головокружение. И плевать, что его наготу могли заметить другие. Ведь Эверард видел те откровенные фото, где он, глядя в камеру, бесстыдно выплясывал на бёдрах Франца. И ведь наверняка уже знал в тот момент обо всём, что между ними было.       Опустив взгляд, Демьен вытер рот и глотнул ещё шампанского. Поднявшись, он, словно во сне, подошёл к Эверарду и сел ему на колени.       — Ты возбудился? — спросил Демьен, положив руку мужчине на плечи. Целуя любимые губы, он чувствовал, как предательски стучит собственное сердце и от ужаса срывается дыхание. Руки Эверарда с томительной неспешностью скользили по спине.       — Когда смотрел на фотографии? — с усмешкой уточнил любовник.       — И когда узнал… — Демьен не мог усидеть, ощущая ягодицами возбуждённый член Эверарда.       Мужчина засмеялся и, вдруг посерьёзнев, откинулся назад, провёл рукой по его груди… Демьен не мог понять.       — Что? — спросил он тихо.       Ещё минуту Эверард молчал, только лёгкая улыбка блуждала на губах, потом поднял глаза и со вздохом отстранил его от себя, вынуждая встать.       — Сиди здесь, — велел он, показав на кресло, и ушёл в номер. Демьен уже знал, что его ждёт.       — Ты ведь не собираешься обстричь меня под самый корень за грехи? — уточнил он, когда любовник вернулся.       — Успокойся, — Эверард намочил руки под краном и, увлажнив его волосы, расчесал. Демьен сидел, притихший. Если это и было наказание, то самое сладкое. К щекам подступал румянец. От движений расчёски и пальцев в волосах по позвоночнику бежала дрожь. А когда Эверард захватил первую прядь, и послышался хорошо различимый звук ножниц, Демьен возбудился. Сильнее прежнего. Так сильно, что готов был кончить от их следующего движения.       — А тебе нравится это… — прошептал он еле слышно.       — Что именно? — Эверард глотнул шампанского.       — Стричь меня, брить меня…       Демьен услышал, как мужчина усмехнулся, и тоже не сдержал улыбку. А ведь и ему это безумно нравилось. Ни один парикмахер, ни одна стрижка ни разу не вводили его в такое состояние.       Впрочем, когда Эверард бросил ему на колени очередную отрезанную прядь, настроение кардинально поменялось.       — Ты офигел?! — заорал Демьен в шоке. Слёзы брызнули из глаз. Он никак не ожидал от себя такой реакции. Но это!..       — Ты обещал, что срежешь чуть-чуть!!! — всхлипнул он, беря локон трясущимися пальцами. — Тут сантиметров двадцать, не меньше!!!       — Не преувеличивай. Не больше пятнадцати…       — Эверард! — Демьен поднял лицо, пытаясь перехватить взгляд, умоляя или упрекая, он сам не понимал. Губы дрожали.       — Ты мне доверяешь? — Эверард склонился к нему с укором. — Будет хорошо, поверь! Это верхние пряди, нижние оставлю длиннее, успокойся.       — Ладно, — Демьен шмыгнул носом, смахивая слёзы. — Прости меня.       — Псих, — с усмешкой ответил Эверард. — Недаром парикмахеры отворачивают клиентов от зеркала.       Демьен невесело улыбнулся. Теперь любовник стриг его гораздо быстрее, и чудесные мурашки лишились половины своей силы. Демьен кусал губы, казня себя за несдержанность.       И всё же желание было, с примесью вины и собственной ничтожности.       Словно чувствуя его состояние, Эверард протянул ему бокал.       Когда мужчина стоял перед ним в позе повелителя, как мог стоять только он — уверенно, чуть расставив ноги, — Демьену хотелось обнять его бёдра, стянуть брюки, обхватить член губами. Или хотя бы пройтись по нему рукой…       Эверард замедлил движения на последних штрихах, подолгу расчёсывая его, словно успокаивая. Демьен млел.       — Ну вот… Так гораздо лучше, — Эверард приподнял его лицо за подбородок. — Иди глянь.       Демьен, больше себе не доверяя, осушил ещё один бокал и отправился в туалет. Он уже решил, что не будет огорчаться, что бы ни ждало его в зеркале, но при первом же взгляде не смог сдержать смех. Веки горели от новых слёз. Склонившись над раковиной, он плескал в лицо прохладной водой и клялся, что больше не будет плакать, что бы ни происходило.       Боже, как он был неправ! Вновь глядя на своё отражение, поправляя ожившие пряди, он чувствовал себя обновлённым, прекрасным, виноватым… Удивительно, как изменился облик. Хотя длина казалась той же, но всё было иначе. Он смотрел на отражение влюблёнными глазами, не в силах оторваться. Цвет аммолита действительно напоминал его глаза. Надо было как-то загладить вину…       Уже в комнате он заскочил с ногами на кровать, присел на колени и многозначительно уставился на Эверарда. Тот с ироничной улыбкой собирал отрезанные локоны в пустой футляр из-под кулона.       — Держи.       — Что я должен с ними делать? — с недоумением спросил Демьен.       — Хочешь — сохрани, а хочешь — можем сжечь, когда пойдём на пляж, — Эверард спрятал еду в холодильник, — или закопаем в песок.       — Лучше сжечь, я думаю, — Демьен отложил футляр. — Иди ко мне, — прошептал он робко. — Я хочу кое-что сделать.       Эверард рассмеялся. — Подстричь меня?       — Ты что! Не-ет! Они такие красивые…       — Ну надо же, и ты отказываешься, — Эверард захлопнул холодильник и снял брюки.       — А кому ещё ты предлагал? — заволновался Демьен.       — Джулии, — Эверард поцеловал его в губы и привлёк к себе. — Так что ты хотел со мной сделать? — произнёс он интимно, пропустив светлые пряди сквозь пальцы. — Да, теперь гораздо лучше…       — Ага… Прости, что я плакал, — Демьен придвинулся, обвивая его руками и ногами. — А почему ты не сходишь в салон?       — Я уже привык к твоим истерикам… — усмехнулся Эверард, придвигая его к себе за бёдра. — Не хожу, потому что парикмахеры всегда обрезают больше, чем просишь.       — Прям, как ты! — засмеялся Демьен.       Эверард усмехнулся, глядя на него глубоким искушающим взглядом и явно не желая продолжать шутить на эту тему. Демьен переплёл пальцы у него за спиной.       — Я хотел завязать тебе глаза, — прошептал он со смущённой улыбкой. — И руки…       — Не люблю, когда мне завязывают глаза. И особенно, когда связывают руки.       — Я хотел… — Демьен замолчал, не зная, что говорить дальше. — Хотел…       — Ты хочешь власти надо мной? Хотя бы ненадолго, м? — на губах Эверарда играла самая дьявольская улыбка, какую Демьен только видел. Он потянулся с поцелуем, теряя всего себя ещё до соприкосновения их губ. Эверард целовал его жарко, глубоко, до сладостной боли в сердце.       — Не надо завязывать глаза… — шептал он. — Я и так сделаю всё, что захочешь…       Демьен дрожал, ощущая, как жидкое пламя расползается по телу, изменяя его химию, меняя само пространство вокруг.       Эверард отстранился и, опалив взглядом, подтолкнул на постель. — Покажись.       Демьен с долгим вздохом растянулся на животе. Ладонь чувственно скользнула по ноге и ягодице, и он нетерпеливо заёрзал членом по простыне, выпячивая зад, оглядываясь на Эверарда поверх плеча. Морок желания в глазах любовника околдовывал и вводил в исступление. Демьен кусал губы, упиваясь прикосновениями, и не мог утерпеть. Хотелось поскорее впустить его в себя, ощутить сладкую боль в животе…       — Я хочу тебя! — выдохнул он.       Эверард ответил лёгкой улыбкой, всё так же скользя по телу долгим взглядом.       — Потом полюбуешься!.. Трахни меня!       Эверард рассмеялся и, склонившись, неожиданно укусил его за ягодицу. Демьен застонал, вжимаясь напряжённым членом в постель. Любовник целовал его попку, терся щекой, гладил бёдра, почти как в самую первую ночь.       Демьен нетерпеливо оглянулся. Эверард ответил искушающим взглядом и лизнул между ягодицами.       — Фак… — Демьен раздвинул ноги шире, дрожа и прижимаясь грудью к постели. Эверард ласкал его, проникая внутрь языком. Тонкое, интимное наслаждение вводило в дрожь. Демьен не мог улежать, постанывая и сходя с ума. Отведя руку за спину, запустив пальцы любовнику в волосы, он притягивал его голову к себе, изгибаясь в пояснице и раскрываясь ещё сильнее. Он сам себя не помнил. Хотелось, чтобы это продолжалось бесконечно, но в то же время хотелось большего.       — Эверард… — выдохнул Демьен, пытаясь подняться. Но любовник прижал его к постели, надавив между лопаток, заставив ещё сильнее выпятить попку.       — М-м!.. — Демьен стонал, кусая губы, растворяясь в ощущениях. С члена на постель сочилась тягучая смазка.       Когда давление руки ослабло, он вновь выгнулся, оглядываясь на Эверарда. Тот пожирал его глазами и губами. Взгляд был непривычно затуманен, словно Эверард наконец позволил страсти поглотить себя с головой. Это был тот же взгляд, что бросал Демьена в дрожь и смятение перед отправлением в турне. Всё тот же.       Эверард вылизывал его между ягодицами, растягивая их пальцами в стороны, изредка поднимая на него гипнотизирующие глаза. Он делал это так, словно собирался съесть. Его взгляд был тёмными водами, глубокими водами. И Демьен дрожал от страсти и желания. Трепетал от страха, словно эти воды поглотят его. И он хотел этого, хотел до смерти.       — Съешь меня! — прошептал он, задыхаясь от наслаждения. — Я хочу быть твоей игрушкой! Хочу, чтобы ты трахал меня! Брал меня, когда хочешь и как хочешь! Я хочу этого так сильно…       — Мальчик мой… — Эверард поднялся, сжимая его в объятиях, целуя волосы и плечи. Демьен закинул руку ему за голову, привлекая к своим губам, дрожа от нетерпения. Вход был достаточно смочен слюной, и, когда член проник в анус, Демьен всхлипнул и задрожал. Каждое движение внутри отзывалось волнами огня и дрожи во всём теле. Он млел и вскрикивал, уже не помня себя, изгибался и подмахивал. Ощущения были такими интенсивными, жидкими и сладостными, что он трепетал, корчился от ужаса и предельного восторга, вздрагивая и тут же расслабляясь, вновь желая большего. Он хотел этого бесконечно… Он терял себя.       Глаза Эверарда тоже были вне фокуса. Он сжимал его, погребая под собой, наполняя насыщенным упоением и экстазом, почти не отпуская от себя. От звука его дыхания по телу струился озноб.       — Я никогда не устану трахать тебя, — прошептал Эверард, прижимаясь губами к его уху. — Ты возбуждаешь меня всё сильнее…       Демьен зажмурился, сорванно дыша и чувствуя, что разрядка уже близко. Эверард убрал его руку со своего плеча и, чуть потянув на себя, заставил сильнее прогнуться в пояснице. Он двигался размеренно и жёстко, вгоняя член по самый корень, слегка шлёпая бёдрами по ягодицам. Демьен корчился в немом блаженстве, открыв рот и забыв, как дышать. С губ срывались неровные вскрики и всхлипы. Всего несколько упругих движений — и он содрогнулся, сжав член в кулаке. Под веками всё озарилось золотистым и алым. Он вибрировал на пике совершенства, на пике жизни. Эверард резко сбавил темп, лаская изнутри протяжно и нежно. Демьен дрожал и пускал пузыри в смятую простыню.       Боже… Он ещё пытался отдышаться, когда любовник покинул его тело и, слизнув соль со спины, подложил ему под бёдра подушку. Демьен устало вытянул руки, не в силах пошевелиться. Веки были тяжёлыми.       — Котёнок, я только начал, — предупреждающе прошептал ему в волосы Эверард.       Едва услышав это, Демьен ощутил, как новая волна желания щекотнула изнутри. Не зная, чего ждать, но уже отчаянно этого желая, он сглотнул и обернулся на Эверарда. Тот с лукавой улыбкой раздвинул его ноги, вновь глядя на приоткрытый вход.       — Что ты собираешься делать? — прошептал Демьен с волнением и предвкушением. Он вновь хотел…       — А ты как думаешь? — Эверард приник к нему губами там. На этот раз движение языка внутри сопровождалось ещё более интенсивными ощущениями, словно и не было разрядки. Влажные, глубокие, насыщенные прикосновения. Демьен ёрзал и забывался в громких протяжных стонах. Ему хотелось выпрыгнуть за пределы себя, напряжение вновь скапливалось в паху, сочное до боли.       Эверард чуть отстранился, рассматривая его вход. Растянутый и приоткрытый от недавних вторжений, он манил своей тесной темнотой, но ещё сильнее — тем наслаждением, что Эверард испытывал, проникая в Демьена, овладевая им раз за разом. Хотелось вновь погрузиться в тугую тьму языком, пальцами, членом, ощутить трепетное и упругое давление, почувствовать пульсацию крови.       — Брал на остров вибратор? — спросил Эверард.       — Да… — после недолгого молчания задушенно ответил Демьен.       — Пользовался?       Демьен тяжело дышал, возбуждаясь всё сильнее и пытаясь понять, куда Эверард клонит.       — Да… — всё же ответил он. — Но только в турне… До того, как переспал с Францем.       Эверард бросил на него долгий взгляд и ещё раз укусил за округлую попку. Демьен вздрогнул и выгнулся. Бёдра подрагивали, словно его вновь снедало желание.       — Хотел меня обмануть? — Эверард растянулся рядом, обнимая и целуя. — Думал, скрыть от меня случившееся, и поэтому не пользовался игрушкой?       Демьен виновато потупил глаза. — Я боялся тебя потерять…       — Никогда больше не обманывай меня, — Эверард жарко поцеловал его, зарываясь пальцами в волосы. — Никогда… Даже если правда горше некуда!..       — Прости… — щёки полыхнули румянцем.       Эверард подсунул руку ему под подбородок, поворачивая к себе спиной, сжимая шею сгибом локтя, словно собирался задушить. Демьен дрожал и млел, отдаваясь требовательным ласкам другой руки. Погружение было тотальным, до беспамятства. От дыхания Эверарда в волосах желание сводило живот. Демьен ёрзал, насколько позволяли объятия любовника, прижимаясь попкой к налитому члену, и когда тот наконец вошёл в него, Демьен просто выпал за грань, закатывая глаза и кусая губы.       Эверард приподнялся на локте, наблюдая, как Демьен бесстыдно и открыто наслаждается. Юноша задыхался и мычал от блаженства, бессильно опуская голову ему на руку. Он изгибался и вскрикивал, слепо хватая его за бедро и притягивая к себе. На лице маячила уже знакомая предоргазменная агония, словно удовольствия было слишком много. Взгляд казался отсутствующим. Сквозь упоительную вязь собственного наслаждения Эверард вдруг подумал, что никогда ещё Демьен не упивался сексом с таким подчёркнутым беспамятством, словно уже и не замечая, с кем он, словно это было не особо важно… Было ли ему действительно наплевать, и значение имел только упругий член в заднице?       Эверард склонился к его уху.       — Расскажи, как тебе было с Францем, — шепнул он ему в волосы и тут же ощутил, как зашлось под ладонью сердце. Грудь Демьена тяжело вздымалась.       — Сейчас?! — произнёс он изумлённо, оборачиваясь и вглядываясь ему в лицо. Полные неверия синие глаза сводили с ума.       Эверард отстранился, и Демьен подался следом, не выпуская его из себя, постанывая, всем телом упрашивая продолжать. Эверард притянул его за бёдра, заставляя изогнуться на коленях, вдавливая грудью в постель. Искажённый желанием профиль Демьена сводил с ума, как и комкающие простыню пальцы, сумасшедший изгиб спины и соблазнительная попка — вся в его власти, вся на виду, беззащитная и открытая, — и Эверард вбивался в его тело с удвоенной страстью.       Он снова слышал так поразившие его стоны — и полыхал от вечной тяги к этому нервному, будоражащему его существу, от понятного желания владеть им, делать своим. Порой стоны сбивались на высокие жалобные нотки, но затем вновь опускались до глубокой протяжной жажды молодого самца. И Эверард горел. Эверард стискивал зубы и понимал, что никогда не сможет насытиться.       Он наблюдал за своими чувствами, то погружаясь в них с головой, то вновь всплывая на поверхность. Он ревновал… Он понимал это и усмехался.       Демьен казался мягким и податливым, готовым на всё. И эта его расслабленность царапала Эверарда, как и слишком бесстыдные стоны. От мысли, что Демьен точно так же наслаждался бы с любым другим мужчиной, мир вспыхивал тысячью искр. И вновь хотелось смеяться. Над собой. Над тем, как всё устроено. Он отпускал себя и погружался в наслаждение до дрожи, понимая, что не сможет сегодня выпустить любовника из рук.       Эх, Демьен, Демьен…       Неожиданно он почувствовал, как Демьен скользнул рукой между ног, ощупывая дрожащими пальцами то место, где они соединялись, а потом вдруг обхватил его мошонку. Эверарда чуть не подбросило. Он глухо застонал на выдохе, едва не кончив от остроты ощущений.       — Что ты делаешь? — хрипло прошептал он Демьену в волосы, заставляя его вскрикивать от чувственных толчков внутри.       — Я хочу свести тебя с ума! — жалобно выдохнул Демьен.       — Ты давно уже это сделал…       Они дошли до пика вместе и, пережив его, упали ничком, мокрые от испарины, ленивые.       Демьен тяжело дышал, облизывая пересохшие губы, и скользил взглядом по письменному столу у противоположной стены, по стилизованным фотографиям Таити. Морок наслаждения рассеивался, и мысли всё отчётливей крутились вокруг недавнего вопроса. И было немного страшно… Эверард молчал, и Демьен ещё минуту рассеянно слушал пение птиц, а потом осторожно повернулся и посмотрел любовнику в глаза. Но тот выглядел расслабленным и спокойным. Эверард окинул его мягким взглядом и, придвинув к себе, поцеловал в лоб.       — Я хочу ещё выпить… — прошептал Демьен.       — Шампанского?       — Давай.       Эверард набрал портье, и через пять минут фрукты и несколько бутылок игристого вина были у них. Демьен лежал ничком на смятых простынях и, даже не думая прикрыться, слушал, как любовник объясняется с персоналом.       — Много девчонок было за эти месяцы? — спросил Эверард, вернувшись. Демьен наблюдал, как ловко он открывает бутылку, как наполняет шипучим золотом бокалы.       — Говорю же: я спал только с Джеки, — Демьен с жадностью глотнул алкогольную прохладу, наслаждаясь сладковатым покалыванием во рту. При мысли о Жаклин вспоминались цветки орхидеи…       — Ну хоть ей ты был верен, — Эверард приник к бокалу.       Демьен удивлённо поднял на него глаза, отчаянно краснея и не в силах ничего с этим поделать. Допив, Эверард бросил на него ироничный взгляд и рассмеялся.       — Впрочем, измена с Францем ведь тоже была своего рода актом верности? — он поворошил его волосы и снял с себя брюки.       Демьен держался за бокал, как за спасательный круг, и не мог понять, почему эти слова вызывают в нём такое щемящее чувство.       Эверард лёг рядом. Его большие мудрые глаза удивительно мерцали, и Демьену вдруг захотелось плакать. Он быстро допил, слегка давясь шипучим напитком, и лёг щекой любовнику на грудь. Стук сильного сердца, тепло ладони на спине — и он вновь чувствовал себя маленьким, живым и голым.       — Я так боялся тебя потерять… — прошептал он.       — Да-а, — задумчиво протянул Эверард, перебирая его волосы. — Если бы это было не с Францем, ещё неизвестно, какая была бы реакция.       — Когда это случилось, я так волновался, — Демьен потёрся носом о его грудь, вновь переживая утро своего «грехопадения». Тёплая ладонь успокаивающе поглаживала по спине.       — И в то же время… Знаешь… Я понял, о чём ты мне говорил однажды. Что все рамки и границы существуют только в моей голове.       Демьен поднял лицо, проверяя реакцию. Эверард чему-то загадочно улыбался.       — Это надо отпраздновать, — наконец сказал он, неторопливо потянувшись за бутылкой, и неожиданно окатил его шампанским.       — Ай!.. Что ты делаешь?! — Демьен шокированно подпрыгнул, хватая ртом воздух, но любовник со смехом продолжил поливать его голову и плечи, тут же слизывая хмельные потоки с груди и шеи, прижимаясь к губам. Демьен отфыркивался и уклонялся от струи, пытаясь убрать с лица мокрые волосы и протереть глаза.       — Эверард! Постель! — попробовал он образумить любовника, но тот уже открыл новую бутылку, и шипучие потоки вновь полились на голову.       — Чёрт, что ты творишь?! — Демьен смеялся, чувствуя, как любовник стягивает с него кулон.       — Праздную, — Эверард приставил горлышко к его губам.       — Что? Угм!.. — Демьен сделал щедрый глоток. Он был пьян, счастлив и вновь возбуждён.       — Праздную твоё взросление и твою красоту… — шептал Эверард, страстно целуя его и ныряя пальцами в мокрые волосы.       — Чёрт, я опять возбудился… — Демьен растянулся на влажных простынях и наконец протёр глаза. Он всё видел во взгляде Эверарда, знал, что красив сейчас. Желанен… И это было лучше любого подарка.       — Где мой кулон?       — Здесь он, не переживай, — любовник перевернул его на живот. Демьен почувствовал прохладу шампанского на спине и прикосновения гибкого языка. По коже бежали мурашки, и было уже всё равно, что постель мокрая.       — Раздвинь ноги, — шепнул Эверард, и Демьен тут же ощутил что-то холодное у самого ануса.       — Что ты…? — успел он выдохнуть и тут же догадался, когда горлышко бутылки вошло в задний проход. — Вот чёрт!!! — вскрикнул он и задохнулся от смеха, ощущая внутри шипучую прохладу. — Боже, что ты творишь!.. М-м-м…       Ощущения были крайне странными, но он заводился всё сильнее. Эверард двинул бутылкой, трахая его узким горлышком. Демьен захлебнулся стоном, уже не боясь расплескать. Неожиданно Эверард убрал бутылку.       — О боги мои… — Демьен кусал губы, пытаясь удержать шампанское в себе. — Так я ещё ни разу не бухал…       — Налить ещё? — усмехнулся Эверард, кусая его за плечо.       — Мне бы это не пролить… — Демьен сорванно дышал, сжимая задний проход. — Чёрт, у меня внутри какая-то алхимическая реакция!       Эверард издал короткий смешок. — Не бойся, его там совсем мало, — он отстранился. В бутылке ещё довольно уверенно плескалось.       Через минуту давление утихло.       — Господи, я весь в шампанском… — произнёс Демьен, больше не боясь сделать простыни ещё более мокрыми: если до этого внутри что-то и было, то куда-то безвозвратно исчезло, но сам он был хмельнее прежнего.       — В турне много пил? — Эверард подложил под спину подушку и, изучая его внимательным взглядом, отхлебнул с горла.       — Да… Но в шампанском не купался, — Демьен плавно перетёк на колени, зачёсывая мокрые волосы и изгибаясь в спине. Мир был жидким, вся усталость куда-то исчезла. Тело звенело и вибрировало, он чувствовал себя новорождённым богом. Эверард, посмеиваясь, наблюдал за ним.       — Блин, что мы будем делать с матрасом? Или попросим другой номер? Мы ведь задержимся в отеле?       — Не переживай, — любовник поманил его к себе, и Демьен перетёк к нему на руки.       — Матрас можно перевернуть на другую сторону. Расскажи лучше что-нибудь, о чём я ещё не знаю.       Демьен задумался. — А я тебе говорил, что ещё в самом начале турне, до того, как сбежать и попробовать кемет, я пытался встретиться с Сандрой и Девином?       — Нет, — Эверард смотрел на него своим умопомрачительным взглядом, одновременно ироничным и нежным. — Встреча не состоялась, как я понимаю?       Демьен не смог сдержать улыбку. Он не знал, о чём рассказывать: Эверард, казалось, знает о нём всё, даже то, что сам он пока не осознал.       — Ну да… Нет, потом можно было встретиться, меня же благополучно вернули, и мы как раз были в Чикаго, но мне уже не хотелось, — Демьен качнулся на его бёдрах. — Они потом меня по телефону всячески обзывали… Ну, в общем… — он засмеялся и опустил взгляд, чувствуя себя пьянее с каждой минутой.       — Расскажи лучше, как у вас с Францем всё это случилось, — Эверард сделал долгий глоток, и на секунду интенсивность его взгляда усилилась. — Что интересного делали?       — Да ничего такого… — Демьен покраснел от неожиданности. — Ничего такого, чего бы ты со мной не делал.       Он поспешил обнять Эверарда, пряча у него на плече своё смущение.       — Ты ревнуешь?.. — прошептал Демьен, скользя губами по его шее, прикусывая мочку, чувствуя ладонь на ягодицах и ответную нежность. Объятия — и всё его существо было готово к взлёту, как если бы гравитация вдруг изменила направление.       — Как тебе было с Францем? — задумчиво спросил Эверард. — Расскажи о нём.       Демьен удивлённо отстранился, заглядывая ему в глаза. — Так странно… Он почти теми же словами спрашивал о тебе.       Теперь довольно удивлённым выглядел Эверард.       — И что ты ему ответил? — он поставил бутылку на тумбочку.       — Уже не помню… — Демьен хотел было уткнуться обратно ему в плечо, но Эверард перехватил его за подбородок и теперь рассматривал со странной усмешкой.       — Ну, он… Проклятье! — скулы полыхнули лихорадочным румянцем. Сердце взволнованно стучало. Демьен не знал, что говорить. В наблюдавших за ним тёмных глазах всё ярче мерцала ироничная хитринка, а улыбка становилась всё шире.       — Ты так мило краснеешь, — наконец произнёс Эверард и поцеловал его в губы, избавляя от мучительной исповеди. — Вставай…       — Куда ты? — Демьен слез с любовника и едва не подорвался следом, но вовремя понял, что тот идёт в туалет.       Чё-о-орт!!! Демьен зачесал влажные волосы и быстро приложился к бутылке. Он всё ещё пытался отдышаться от невысказанных откровений. А может, надо было всё рассказать? Но как?!       Постель была в ужасном беспорядке. Демьен попытался собрать мокрые простыни и промакнуть сухими концами матрас, но понял, что своими силами не справится.       Он быстро вытащил ремень из брюк любовника и, замотав в них пистолет, спрятал в шкаф. Потом туда же засунул свой кулон, всё сильнее опасаясь забыть его в этом номере и особо на себя не надеясь. И только после этого натянул шорты и наконец позвонил портье.       Опьянение вошло в ту чудесную фазу, когда мир сверкает достоинствами, и не видно ни одного недостатка. Скрестив руки на груди и прислушиваясь к звукам воды в капсуле санузла, Демьен наблюдал, как молодая таитянка быстро перестилает постель. Что она думала о них? Её смуглое широкое лицо казалось всё таким же добродушным.       — Что-нибудь ещё? — спросила она.       — Я не знаю… Может, ещё шампанского, — улыбнулся Демьен, и девушка весело рассмеялась, забирая стопку влажных простыней.       — О, флирт с горничными… — Эверард вышел, едва за девушкой закрылась дверь.       Демьен радостно подскочил к нему, обнимая и прижимаясь всем телом. — Я сто лет не видел тебя голым!       — Да ладно! — рассмеялся Эверард.       — То, что было сегодня, не в счёт! И вчера тоже… Смотри, я перестелил постель!       — Её перестелила горничная.       — А ещё я спрятал твой пистолет вместе с брюками в шкаф, — добавил Демьен шёпотом.       — Я заметил, — Эверард улыбнулся и, взяв со столика ломтик дыни, сел на кровать.       — А ты знаешь, что они выращивают их прямо здесь, на островах?       — Да, я в курсе… Как хорошо, что ты догадался поменять постель, самое время поспать.       — Спать?! Ни за что!       Не сводя с него взгляда, Демьен игриво спустил шорты и отшвырнул их ногой подальше.       — Я не дам тебе спать!       Он забрался на любовника. Шампанское, истома в глазах, солнечные блики и соль на коже — Демьен всё никак не мог поверить, что они вместе.       Эверард вытер руки салфеткой и со вздохом откинулся назад.       — Боже, как ты похорошел… Сейчас поспим, а вечером направим свои стопы в город.       — Не хочу спать, — Демьен рассматривал его с блаженной улыбкой.       — Ну да, это же я не спал двое суток.       — А почему?       Эверард пожал плечами. — Так получилось.       — Слушай… давно хотел спросить. А у тебя были…? — Демьен резко замолчал. Эверард усмехнулся, уже догадываясь, в чём суть вопроса.       — У тебя в жизни были другие мужчины кроме меня и Билли?       — Да.       — И кроме того парня, который там… ну, любил тебя по-всякому… и всё такое? — Демьен недовольно закатил глаза.       — Были, — засмеялся Эверард.       — Были?! — изумился Демьен. — Серьёзно?.. Ты не рассказывал! — настроение катилось по наклонной. Мир уже не казался таким чарующе ярким.       — Тебе опасно рассказывать такие вещи. Во всяком случае пока. Ты слишком бурно реагируешь, запоминаешь всё это, накручиваешь себя, — Эверард с понимающей улыбкой наблюдал за сменой эмоций на его лице. Демьен кусал губы, змеи неуверенности и сомнений вновь поднимали голову: он никогда не станет достаточно хорош. Достаточно хорош для Эверарда.       — Демьен, — произнёс тот увещевающе. — Всё это было мимолётно и несерьёзно. У меня ни с одним мужчиной не было таких долгих и глубоких отношений, как с тобой. Даже с Билли.       — Да? — Демьен не мог скрыть радость, как ни старался. — Ну тогда ладно… Но мне всё равно не нравится мысль, что у тебя были другие мужчины!       — Ты маленький поганец, — засмеялся Эверард. — Это же прошлое!       — Всё равно… Ты мой! Мой, мой и только мой! — Демьен склонился к любовнику, вдавливая его руками в постель. — Ты только мой! — страстно шептал он ему в губы, упиваясь звучанием этих слов. — Никому не отдам!       Эверард широко улыбался, наблюдая за ним. Демьен, всё ещё полыхая от непонятной ревности, нырнул рукой под матрас и достал припрятанный ремень.       — Оу! Это что-то новенькое, — захохотал Эверард. — Выпорешь меня?       Демьен неуверенно замер. — Ты ведь не против, если я свяжу тебе руки?       — Зачем тебе это? — Эверард смотрел на него завораживающим взглядом.       — Сейчас узнаешь, — Демьен со смущённой улыбкой стянул его запястья. — Блин, какое тут дурацкое изголовье! Даже ремень не привяжешь…       Эверард коротко рассмеялся, наблюдая за его стараниями.       — Ладно, держи руки так! — Демьен покосился на тумбочку, где ещё лежали ножницы. — А можно я отрежу край от твоей рубашки? — спросил он осторожно.       — Нет, — ответил Эверард.       — А от простыни? Или они решат, что мы вообще какие-то вредители?       Они оба задохнулись от смеха.       — Объясни, что ты хочешь сделать, — всё ещё беззвучно содрогаясь, спросил Эверард.       — Я хочу завязать тебе глаза.       — В туалете висит халат, возьми от него пояс, и не придётся ничего резать.       — Ты гений!       Демьен подорвался в капсулу санузла. Когда он шёл назад с шёлковым поясом в руке, его синие глаза лихорадочно блестели.       Эверард с улыбкой закинул связанные руки за голову. Демьен сел на него верхом и накрыл поясом глаза. И как только он туго затянул его за головой, Эверард ощутил поднимающуюся изнутри агонию. Кровь прилила к лицу. Он задыхался…       Демьен быстро сорвал импровизированную повязку, испуганно рассматривая проступившие у него на лбу вены.       — Что с тобой? — с тревогой выдохнул он.       — Сам в шоке… — отдышавшись, произнёс Эверард и вдруг рассмеялся. — Ну и лицо у тебя! А я предупреждал, что мне это не нравится… Сейчас ещё раз попробуем, только не затягивай.       — Ладно, — Демьен боязливо прикрыл его глаза шёлком. На этот раз прошло без неожиданностей. Губы Эверарда коварно улыбались, и Демьен не мог понять с чего вдруг, ведь это он сейчас был королём положения, это у любовника, а не у него, были связаны руки и закрыты глаза. И теперь, когда они были завязаны, он застревал взглядом на высоких скулах и изысканной линии челюсти, на его губах…       Демьен думал, что, завязав Эверарду глаза, больше не будет без остатка тонуть в их тёмной бездне, не будет смущаться от его взгляда. Но на первый план вышли губы мужчины, и теперь уже они притягивали всё внимание. Изысканные, бледно-розовые, с чуть припухлым контуром… Демьен балдел от их очертаний и вспоминал бесчисленные поцелуи.       Словно подслушав его мысли, Эверард улыбнулся, и у Демьена сладостно заныло в паху. Пауза была слишком долгой, он понимал это, но не мог оторваться. С повязкой на глазах Эверард искушал его ещё сильнее. Демьен опустился и лизнул сначала нижнюю губу, потом верхнюю и снова нижнюю. Нырнул языком в приоткрытый рот…       Он чувствовал, как вместе с его возбуждением растёт желание любовника.       Он отрывался и рассматривал лицо Эверарда, на губах которого то и дело маячила лукавая улыбка, словно тот мог что-то видеть сквозь шёлковую повязку, — а потом вновь целовал его рот, тёрся лицом о скулы, постанывая от прибывающего желания, дрожа от перемен в его дыхании. Эверард не пытался завладеть инициативой, позволяя верховодить и целовать себя. Демьен млел и ёрзал, задевая его эрегированный орган.       — М-м-м… Я бы тебя съел, — прошептал он, краснея и радуясь, что Эверард этого не видит.       — Съешь, — ответил тот с обольстительной улыбкой.       — Сейчас… — следя за выражением лица любовника, Демьен переместился ниже и чуть раздвинул его бёдра.       — Может, мне сразу на живот перевернуться? — заржал Эверард.       — Пока не надо, — хихикнул Демьен. Он не таясь рассматривал гибкое тело, двигая ладонью по возбуждённому члену. Эверард со вздохом закинул руки за голову.       Демьен опустился на колени и, следя за реакцией, принялся облизывать его член от корня до головки. Лицо Эверарда оставалось спокойным, хотя сам Демьен готов был дрожать от страсти. Когда плоть была достаточно увлажнена, он обхватил ствол ладонью и целиком сосредоточился на головке. Он обжимался губами и выпускал её с громким чмоком, одновременно лаская член ладонью по всей длине и вновь прихватывая губами. Он старался не сбиваться с ритма, то и дело скользя влажными ладонями по стволу и вновь с причмокиванием выпуская головку. Он кидал на любовника быстрые взгляды и сразу обхватывал член так, словно пытался высосать жизнь.       Скоро его старания были вознаграждены: неровное дыхание Эверарда сменилось долгими глухими стонами. Эверард сжимал зубы и уже открыто двигал бёдрами, явно не в силах улежать.       Демьен сам готов был кончить, когда видел, как наслаждение меняет его красивое лицо. Хотелось смотреть, не отрываясь, но от этого страдала техника.       Когда же он в очередной раз поднял взгляд на Эверарда, то наткнулся на внимательный и хитрый глаз, наблюдающий за ним из-под приподнятой повязки. Руки любовника были свободны. От увиденного Демьен выпустил головку изо рта и на миг забыл, кто он и что вообще здесь делает.       Эверард хохотнул от его удивления.       — Демьен, это божественно, — он снял с головы шёлковый пояс и зачесал волосы. — Мне стоило огромных усилий не кончить ещё на второй минуте. Скажи, что ты где-то вычитал эту технику. Успокой меня.       — Чёрт, как ты развязался?! — Демьен распрямился, немного придя в себя.       — Это несложно.       — Ты бы хоть предупреждал… И да, меня этому никто не учил, не переживай… вычитал в одной книжке.       — Продолжишь? — с хитрющей улыбкой спросил Эверард, приподнявшись на локтях.       — Нет! Ты всё испортил!       — Жаль… Но мне так хотелось посмотреть, — Эверард подмигнул ему, и по его улыбке Демьен понял, что ему ничуть не жаль.       — Если тебе так нравится смотреть!.. То я продемонстрирую тебе один интересный вид, — Демьен оседлал его задом наперёд, оглядываясь и показывая язык. — Но притворись, что у тебя всё ещё связанны руки.       — Идёт, — Эверард подложил ладони под голову, наблюдая, как Демьен садиться на его член, помогая себе рукой. От представшего глазам вида можно было действительно рехнуться, как и от ощущений… Желание, разбуженное умелыми ласками, было до сумасшествия интенсивным.       Эверард усмехался, глядя, как Демьен скользит по его члену, демонстрируя округлую попку и изгиб узкой спины, но на самом деле ему не было смешно. Порой он думал, что только эта кажущаяся дистанция ещё способна уберечь их от окончательного погружения в бездну и последующей аннигиляции вселенной.       Демьен стонал в голос, вжимаясь задницей ему в бёдра и прогибаясь от наслаждения. Светлые пряди ниспадали на плечи.       Тесно. Жарко. Безумно хорошо… Эверард кусал губы, наблюдая, и с трудом удерживал руки за головой. Ему хотелось схватить Демьена за волосы, за аппетитную попку, увеличить амплитуду, да просто обнять. Но он сдерживался, балансируя на острой грани наслаждения, а порой ловя себя на странной серьёзности и даже мрачности. И дело было не в мнимых договорённостях. Просто сейчас Демьен до ужаса напоминал ему другого человека, который как-то раз вот так же скакал на нём, повернувшись спиной, и, кажется, впервые открыто наслаждался, не сдерживая стонов. Эверард знал, что с ним сейчас Демьен, его мальчик, но обман зрения становился с каждым мигом всё сильнее, и шутки про реинкарнацию уже не казались такими смешными.       Прерывая наслаждение и немало сожалея об этом, Эверард поднялся и опрокинул любовника спиной себе на грудь.       — Ш-ш-ш, всё хорошо… — прошептал он, повернувшись вместе с ним на бок и продолжив двигаться.       — А!.. Что случилось?.. — застонал Демьен, оглядываясь. — Тебе не понравилось? — и вдруг встревожился, заметив его взгляд. — Я сделал что-то не так?..       Он весь был в истоме, весь в агонии, его мальчик. Эверард успел тысячу раз казнить себя за то, что прервал их игры.       — Всё хорошо, — шептал он, утыкаясь лбом ему в скулу, поглаживая грудь и возбуждённый толстенький член, хотя уже не испытывал того желания. — Прости… Видимо, это и есть возраст. Когда воспоминания мешают жить.       — Что?.. Я кого-то тебе напомнил? — Демьен нахмурил брови. — Его?       И это «его» прозвучало так многозначительно и странно, что Эверард не сдержал смешок. Они оба прекрасно знали, о ком говорят.       — Оставь… Ерунда всё это, — он упал спиной на подушки.       — Я так похож на него? — Демьен кусал губы и смотрел поверх плеча.       — Совсем не похож, — ответил Эверард. — Но был похож в тот момент. Эти стоны твои… Надо же мне было испортить такой чудесный трах! — усмехнулся он.       — А я всё так же безумно хочу тебя… — Демьен прильнул к нему, нежный, сладкий, волнующий. Эверард тоже хотел.       — Пошёл этот Билли к чёрту! — произнёс Демьен. — Мне не нравится, что ты вспоминаешь его все эти годы!.. Сколько лет прошло?       — Много.       — Ну сколько?       Эверард засмеялся и не ответил.       — Ты так сильно любил его, что не можешь забыть?       — Из всех мужчин, что были у меня, я любил только тебя и Билли. Когда ты появился в моей жизни, я просто не мог не вспомнить о нём.       — А я хочу, чтобы ты о нём забыл!       — А ты больше не осветляй волосы, и всё будет хорошо, — усмехнулся Эверард. Демьен надулся.       — Ну что?.. — Эверард обнял его за талию, прижимая к себе. — Растянем дырочку ещё немного?       Демьен вспыхнул и заволновался, тут же переключаясь. В голосе любовника звучало столько интимного обещания, что он вновь полыхал, словно только что зажжённый факел. Предвкушение и лёгкий страх сжимали горло, и Демьен только и мог, что кивнуть.       — Что ты будешь делать? — спросил он взволнованно, когда Эверард положил его ничком на постель.       — Теперь моя очередь прыгать на тебе задом наперёд.       Демьен хмыкнул, глядя на него из-за плеча. Нелепость собственных мыслей вызывала улыбку.       — На этот раз точно не обойдёмся без смазки… — Эверард шлёпнул его по ягодице и достал из холодильника уже замороженное масло.       — А что ты собираешься делать? — Демьен с интересом наблюдал за его перемещениями.       — Сейчас всё узнаешь. Раздвинь ноги, — Эверард опустился поверх его спины, так, что попка Демьена как раз оказалась между его раздвинутыми коленями, и поставил блюдце на левую ягодицу. Демьен вздрогнул от холода и обернулся, но ничего не увидел, кроме спины и задницы любовника.       — Блин, что ты делаешь? — засмеялся он и вдруг взвился, ощутив, как в анус проникает замороженный кусочек. — А-а! Чёрт!       — Тише, расслабься, — улыбнулся Эверард.       Демьен стонал от тающего холода внутри и от пальца, проталкивающего масло глубже.       — А теперь не дёргайся, — предупреждающе прошептал любовник и направил в него член. Демьен приподнялся на локтях и, оглянувшись, увидел, как Эверард, стоя над ним на коленях, медленно входит, придерживая член рукой. Демьен не удержался и схватил его за ягодицу, но в следующий момент уже извивался ничком на постели. Член входил туго и под самым необычным углом, какой Демьен только помнил. Головка давила прямо на простату, он отрывисто стонал и кусал пальцы. Что-то подобное уже было в его жизни, но не до такой степени.       Эверард протяжно застонал и развёл колени, опускаясь ниже. Член двигался ритмично, но с самой малой амплитудой, так что давление приходилось на самую чувствительную точку. Демьен вскрикивал и впивался пальцами в подушку, выпячивал ягодицы и вновь вибрировал мелкой дрожью.       — А-а… малыш, расслабься… — со стоном говорил ему Эверард, и Демьен дрожал и задыхался. Картина, которую он видел, периодически оборачиваясь, сводила его с ума: красивая задница любовника поверх его собственной попки.       Скоро член стал ходить свободнее — влажные, бесстыдные проникновения, — и Эверард увеличил амплитуду, заставляя Демьена корчиться и отрывисто стонать. Он удерживался на руках и, опустив голову, видел мокрую от испарины и масла промежность Демьена. Яички призывно ёрзали по постели. Эверард нырнул под них ладонью, нащупывая влажный от смазки член и прижимая его вместе с Демьеном к себе. Эверарду казалось, что он может ощутить собственные вторжения, и это безумно возбуждало. Он толкнулся ещё несколько раз, упиваясь сочными стонами, чувствуя скольжение члена по ладони. В следующую минуту Демьен дёрнулся — отчего член вылетел из задницы — и, прикусив ладонь, кончил.       Эверард приподнялся, поцеловал его в обе ягодицы и растянулся рядом на боку. Тяжёлое дыхание Демьена и его всё ещё исполненное наслаждения лицо вызывали улыбку. Эверард мог бы и дальше трахать его, он безумно этого хотел, но Демьен выглядел измождённым. Облизнув губы, юноша перевернулся на спину и обратил к нему свои полные истомы голубые глаза. Эверард чувствовал, как ослабевает безумие последних дней, как утихает голод и остаётся лишь мерное пламя в районе груди. В этот момент возбуждение существовало отдельно от него: он созерцал его, парил над ним, словно птица. Он мог идти за ним — мог наблюдать.       Демьен многозначительно обхватил пальцами его напряжённый орган.       — Давай поедим, поспим, а потом продолжим? — прошептал он.       — Я всё же затрахал тебя? — усмехнулся Эверард.       — Нет, просто я немного устал… И у меня жопа такими темпами скоро станет гладкой, — Демьен со смехом уткнулся ему в шею.       Эверард засмеялся и, откинувшись на спину, скользнул взглядом по потолку. — Можем больше вообще не трахаться…       Демьен пристроился рядом, наплевав на еду. Это всё потом, потом… Глаза смыкались.       — Совсем? — произнёс он, уже засыпая.       — Ну да, — так же расслаблено ответил Эверард. Демьен открыл глаза. Любовник, набросив на бёдра край простыни, уже приготовился ко сну.       — В смысле: вообще? — Демьен вдруг ощутил смутную тревогу. Конечно, Эверард шутил. Он бы не смог без него, как Демьен не мог… Но тот казался вполне серьёзным.       — Да, — Эверард открыл глаза и устремил вверх задумчивый взгляд. — Я бы смог…       Демьен со всхлипом поднялся, пристально глядя ему в лицо. В душе разверзся ад. Он ещё ничего не понимал, но уже было больно.       — Погоди, ты имеешь в виду — совсем?!       — Ш-ш… не горячись, — усмехнулся Эверард. — Я сказал только, что мог бы и не трахать тебя.       — Скажи это ещё раз, — слёзы брызнули из глаз. — Вот сейчас, — Демьен приложил его ладонь к своей груди, сердце бешено стучало, — скажи правду! Ты бы смог обойтись без меня?!       — Не начинай истерику и не коверкай мои слова.       Демьен покачал головой, надрывно всхлипывая, не в силах поверить. Эверард попытался привлечь его к себе, но он отклонился и вырвался. В груди было так больно, словно чья-то злая рука уже разлучала их навеки. После всего наслаждения, после всей страсти…       — То есть ты смог бы сейчас обойтись без меня?!.. — он пытался понять. — А почему тогда ты не смог этого шесть лет назад?! Почему трахнул меня в ту ночь?!       Лицо Эверарда исказилось сочувствием и мукой, он с силой привлёк его к себе, зарываясь пальцами в волосы, прижимаясь губами к уху.       — Я не сказал, что смог бы обойтись без тебя… Только без секса с тобой. И лишь при условии, что всё остальное будет по-прежнему.       Демьен всхлипнул и задрожал, жмурясь, стискивая Эверарда в объятиях. Голос проникал куда-то в самый центр восприятия, возбуждая, сводя с ума, заставляя страдать от надежды и любви. Слёзы текли по щекам: он не сдастся, даже если любовник решит всё прекратить.       — Давай я расскажу тебе одну притчу, — прошептал Эверард. — Она мне очень нравится. Раньше я не раз прибегал к ней, чтобы объяснить другим, почему не делаю татуировки… В общем, как-то поспорили ученики двух мастеров, чей учитель круче. Одни говорят: «Наш учитель сильнее. Однажды мы пересекали реку, а учитель забыл на берегу свои книги. Мы уже думали отправиться за ним, а он кричит нам, мол, не надо, откройте книгу на нужной странице и покажите мне. Мы открыли, он стал водить рукой в воздухе, и на наших глазах в книге появились буквы. Вот насколько крут наш учитель!» Ученики другого мастера послушали и говорят: «А наш учитель настолько крут, что может этого и не делать»…       Демьен удивлённо поднял голову, глядя в глубокие глаза Эверарда. Притча что-то зацепила, хотя он толком не мог уловить её суть.       — «Может этого и не делать»… — повторил Эверард, видя его растерянный взгляд. — Помнишь, ты когда-то спрашивал, почему люди занимаются сексом? А ведь это один из способов познать другого человека. Пусть мы не всегда это осознаём… Мне хотелось познать тебя, понять, кто ты и что ты такое. Я хотел сделать тебя своим, — горячо шептал Эверард, и Демьен плакал и плавился в сладкой агонии.       — Овладеть тобой, присвоить, украсть! А теперь… — Эверард с улыбкой посмотрел ему в глаза. — Теперь я знаю тебя, чувствую. Люблю. Теперь ты мой… И моя любовь к тебе настолько велика, что я мог бы тебя и не трахать.       Демьен зажмурился и опустился Эверарду на грудь, вновь всхлипывая, на этот раз от пронзительного счастья. Мужчина молчал, обнимая его за плечи и задумчиво теребя волосы.       — Но я не смогу без секса с тобой… — произнёс Демьен, успокоившись. — И не потому, что я такой сексоголик. Просто я хочу тебя! — выдохнул он с жаром. — Я люблю тебя… я жить без тебя не могу!.. И я хочу всего тебя, всего… — он поднял лицо, проверяя, понимает ли Эверард. — Всё, что ты можешь мне дать и сделать со мной!       — Я понимаю, — успокаивающе улыбнулся тот.       Демьен ссунулся и, обхватив его член ладонью, потёрся щекой.       — Малыш, — засмеялся Эверард. — Может, твоя задница ещё не совсем гладкая, но мой член точно стёрся уже под корень.       — Неправда! — Демьен со смехом уткнулся в упругую плоть носом. — Ты себя принижаешь! Тут ещё очень много осталось… — он игриво скользнул губами по его животу и, не выпуская члена из рук, лёг рядом.       — Можно я буду держать тебя за него во сне? — спросил он, глядя на Эверарда искрящимся взглядом.       — Нет, — с улыбкой ответил тот.       — Ну хотя бы пока не усну?       — Ладно.       Демьен устроился удобнее, приникая всем телом, и мягко обвил пальцами свою самую любимую и драгоценную игрушку, свой предмет культа. Он знал, что сейчас Эверард, скорее всего, отстранится — он так любил спать отдельно, — но, засыпая, почувствовал только, как мужчина осторожно убирает его ладонь с паха и кладёт себе на грудь.