Демьен

130

      Город пылал обещанием. Город манил новыми надеждами.       От проносящейся за окном россыпи огней захватывало дух, и хотелось лететь в отель бесконечно долго, бесконечно сладостно. Энергичное ощущение переполненного мегаполиса прокрадывалось под одежду и не оставляло до самого лифта.       Уже в номере, пока люди Эверарда второй раз за день проверяли каждый закоулок люкса, Демьен завернул в спальню и не раздеваясь приютился поверх покрывала. Не обращая внимания на возню за стеной, он лежал и сжимал в объятиях две бутылки купленного по дороге саке. Стоило закрыть глаза, и он вновь видел будоражащую иллюминацию чужого города, чувствовал драйв, слышал фантомный гул транспорта. Демьен был уставшим и пьяным, но спать совсем не хотелось.       Кто-то вошёл в спальню. Демьен приоткрыл глаза и увидел Эверарда. Мужчина наблюдал за ним с добродушной усмешкой, снимая пальто, пиджак и галстук.       Смотреть, как он раздевается, было тем ещё зрелищем. Демьен сдерживал дыхание, делая вид, что происходящее его мало интересует, но справиться с тягучим ощущением в животе не мог.       Когда любовник ушёл в ванную, он заставил себя приподняться и поставил бутылки на прикроватный столик одну за другой. Молочно-белое нигоридзаке ему хотелось открыть уже сейчас, вновь ощутить необычный сладковатый привкус.       Застыв у двери, Демьен прислушался к происходящему за тонкими створками. В гостиной Такехико разговаривал с подчинёнными на японском, и это было так странно!       В ванной Эверард, закрепив кожаный ремень на перекладине для полотенец, правил опасную бритву. Демьен подошёл и в изнеможении приник к нему со спины.       — Блин, я так испугался, когда этот Кидо появился… — прошептал он. — А ты?       Эверард улыбнулся. — Не могу сказать, что не ждал чего-то подобного… Правда, не думал, что он настолько нетерпелив.       Не желая выпускать любовника из рук, Демьен краем глаза наблюдал, как лезвие скользит по ремню.       — И что ему надо?       — Я.       Демьен напрягся. — В каком смысле?       — В прямом… Не исключаю, что теперь ему нужен ещё и ты, — Эверард отложил бритву и мрачно глянул на своё отражение.       — А я-то зачем?.. — Демьен ощутил вину, вспомнив оценивающий взгляд Кидо.       — Чтобы позлить меня, — Эверард повернул голову, прислушиваясь. — Подожди, — он вышел за дверь и открыл створки спальни. Демьен видел, как раскланиваются и уходят его люди, закончив работу.       Такехико, дождавшись, когда они исчезнут за дверью, поклонился Эверарду и застыл в ожидании новых распоряжений.       Демьен напряжённо следил за ними.       Церемониальное поведение секретаря цвело пышным цветом, словно подпитываемое от соприкосновения с родной почвой. Демьен никогда раньше не видел, чтобы он так часто и так низко кланялся, подчёркивая на каждом шагу главенство Эверарда и свои к нему чувства. И если в Нью-Йорке это смотрелось дико, то здесь жесты приобретали особую элегантность, а молчание — глубину.       — Такехико, ты сегодня ночуешь здесь, — произнёс Эверард, и Демьен напрягся.       — У тебя два часа. Можешь воспользоваться ими на своё усмотрение.       Такехико кивнул и вышел из номера. Демьен понуро сел на край ванны, наблюдая, как Эверард возвращается, снимает рубашку и спокойно мылит лицо помазком.       — Зачем ты бреешься на ночь?       Эверард посмотрел на него в зеркало с ласковой иронией и раскрыл бритву.       — Хочу произвести впечатление на подушку.       Демьен хмыкнул, но уже через минуту беспокойно заёрзал. Его завораживало зрелище скользящего по лицу лезвия и уверенных, отточенных до автоматизма движений. Любовник брился размеренно и спокойно, не возникало даже мысли, что он может порезаться. Сняв всю пену, Эверард вновь намылил лицо, и бритва заскользила в противоположном направлении. Демьен собирался с духом и не мог дождаться, когда он закончит, чтобы не говорить ему под руку. Наконец, когда Эверард наклонился, умываясь холодной водой, Демьен глубоко вздохнул.       — Ты нанял его из-за красоты?.. — тихо спросил он.       — Кого? — Эверард, нахмурившись, обернулся и промакнул лицо полотенцем. — Такехико? — вдруг усмехнулся он, что-то увидев в его глазах. — Я думал, мы уже всё решили на его счёт.       — Скажи честно, — Демьен едва дышал. — Тебе нравится на него смотреть?       Эверард широко улыбнулся, еле сдерживая смех, в глазах зажглись хитрые бесы.       — Да, малыш, — сказал он, нанося крем после бритья. — Мне нравится на него смотреть. Мой взгляд отдыхает на его лице, если хочешь. Но это далеко не самое ценное его качество. Возможно, внешность и сыграла какую-то роль, но…       Демьен всхлипнул и, сорвавшись с места, бросился к нему, судорожно обнимая.       — Мне вообще нравится смотреть на красивые лица, — Эверард успокаивающе поцеловал его в висок.       — Тогда тебе надо чаще смотреться в зеркало! — зло выдавил Демьен.       — Ха! — Эверард удивлённо отвлёк его от себя, заглядывая в лицо со сдерживаемым весельем.       — Проклятье! — Демьен оттолкнул его и в расстройстве вернулся в спальню. Там он нервно стянул водолазку, брюки и, едва сдерживая слёзы гнева, залез с головой под одеяло. Разговаривать больше не хотелось.       Эверард не торопясь закончил вечерние процедуры и вышел из ванной.       Испытывая весёлый азарт, он окинул взглядом широкую кровать. Демьен лежал ничком, не подавая признаков жизни. Стараясь не смеяться в голос, Эверард отогнул одеяло и медленно оголил ноги любовника.       Демьен почувствовал движение ткани и замер, незаметно сжимая её край в кулаке. Сердце лихорадочно ускорило ритм. Но Эверард не собирался раскрывать его полностью: только задницу оголил и оставил одеяло на пояснице.       Демьен едва дышал, чувствуя, как любовник стаскивает с него трусы. Живот прошило томительной волной возбуждения, член болезненно напрягся. Хотелось прогнуться, показать Эверарду, как он его жаждет, но Демьен только кусал губы, принципиально делая вид, что давно уже спит и что его это вообще никак не касается. Чёрт, как же это было глупо!.. Но ещё глупее было сдаться и отступить: он взял паузу и старался держать её изо всех сил.       Притворяясь спящим, он жадно вслушивался в каждое движение. Эверард погладил его по заднице и со вздохом прижался к ягодице щекой. Ладонь скользнула между ног и сжала член. Демьен дрожал, кусая одеяло и истекая смазкой. От ощущения дыхания на коже и ласкающих пальцев на члене из горла рвался стон.       Поцелуи сводили с ума. Уже не помня себя, Демьен прогнулся, подставляясь. Чёрт, он готов был кончить от такой ерунды!..       Наслаждаясь зрелищем, Эверард лизнул его анус и потянулся за подушкой. Не сводя взгляда с округлых ягодиц, он подложил её под Демьена и медленно развёл его ноги. Вид выбеленного узкого отверстия завораживал.       Эверард взял со столика бутылку дайгинджо и, подвинув ногой плетёное кресло, сел напротив. Рассматривая любовника долгим взглядом, он снял обёртку с горлышка и открутил крышку.       Демьен лежал, затаив дыхание. Он чувствовал скользящий по телу взгляд, слышал, как Эверард открывает бутылку, как жидкость льётся в бокал… Что?!       — Так! Я не понял! Ты что, открываешь саке?! — вылетел он из-под одеяла.       Эверард покатился со смеху. — Демьен… ты уникум!       — Я, между прочим, тоже хочу саке! — обняв колени, Демьен наблюдал, как безудержно смеётся любовник. Неужели он и правда считал его уникальным? В груди разливалось тепло, Демьен уже не чувствовал ни досады, ни обиды, ни страха выглядеть глупо.       — Мне ещё вот этого белого хочется…       — Мы его для этого и купили, — Эверард вручил ему открытую бутылку и вышел в гостиную за вторым бокалом.       Когда он вернулся, Демьен задумчиво смотрел в окно, прислонившись спиной к изголовью. Эверард выключил ночник, и светочувствительные стёкла прояснились, открывая вид на гавань и неоновый пейзаж…              Время перевалило далеко за полночь.       Такехико чувствовал, как с небес падают редкие капли, словно мог ощутить дождь через стекло. Он не должен был так реагировать, но щёки горели, и в солнечном сплетении звенело от оглушающей пустоты. Перед глазами навязчиво маячила подсмотренная вечером сцена: босс и его любовник. Это было неожиданно и оттого ещё более шокирующе горячо. Как опаляющие стоны Демьена, что доносились сейчас из спальни…       Тогда Такехико потребовалась вся сила воли и долгие минуты, чтобы справиться с внезапным желанием. Он не знал, как успокоиться, странное возбуждение блуждало под кожей. Но, даже покинув туалет, он боялся так сразу встречаться с мистером Линтом, боялся смотреть ему в глаза, боялся услышать по телефону его голос. Придумав самому себе задание, он спешно уехал, хотя всё необходимое успел сделать ещё вчера. И только пару часов спустя ему удалось окончательно взять себя в руки и спокойно предстать перед боссом.       Сейчас же он летел вниз с оглушающей высоты, словно сидя в кабинке аттракциона и не имея возможности притормозить. В груди, как и все эти дни, тянула странная тоска, так похожая на влюблённость. И он смотрел немигающими глазами в окно, стараясь ни о чём не думать и ничего не чувствовать. Ему давно бы следовало лечь спать, тем более что документы на столе лежали лишь для вида, но спать, как назло, не хотелось.       Выключив ночник, Такехико подошёл к окну и упёрся рукой в холодное стекло. По телу струилась дрожь. Он сам себя не понимал. И дело было даже не в стонах Демьена… Всё сплелось воедино: и дождь, и тоска, и сам воздух, пронизанный воспоминаниями юности. И мистер Линт был здесь, в его родной Японии, и сам он опять был здесь…       Сладострастные всхлипывания, мольбы и стоны стали сдавленнее и тише, словно приглушённые чьей-то рукой, но он всё равно их слышал: тонкие створки межкомнатных дверей оставляли желать лучшего. Такехико потёр болезненный член через брюки и тут же одёрнул себя.       Ему вдруг вспомнился издевательский вопрос Асадзи Кидо и не менее подначивающий вопрос Саманты: «А боссу дал бы?..», и тут же: «Думаю, что дал бы…», словно ответа не требовалось.       Такехико неожиданно захотелось услышать её голос. Он уже достал мобильный, но передумал и просто нашёл её фотографию. Странное чувство не утихало. Все они были пылью мироздания. Всего лишь пылью…              Влажные ладони скользили по изголовью. Пытаясь удержаться, Демьен со стоном подавался в рот Эверарда. Тот ритмично толкал в него стимулятор простаты. Демьен изнемогал…       — Ты достаточно меня растянул… — прошептал он с дрожью. — Хочу почувствовать тебя внутри… Давай?..       Эверард выключил вибратор, потянул его за основание, и Демьен едва не воспарил под потолок, понимая, что сейчас это случится. Когда любовник выдавил любрикант и вновь щедро смазал его, скользя пальцами внутрь, чуть растягивая, Демьен оглянулся, искоса наблюдая, как мужчина проводит влажной рукой по своему члену. То ли ночной полумрак искажал восприятие, то ли возбуждение Эверарда тоже зашкаливало, но его и так внушительный орган казался ещё больше и толще. Демьен смотрел на него в восторженном страхе и не мог отвести взгляда. Эверард подтолкнул его, заставляя сместиться ниже, и приставил член к анусу. Демьен шумно выдохнул, дрожа.       Занимаясь любовью с Эверардом, он словно ходил по краю. И так было всегда. Что-то внутри дрожало от острейших ощущений и священного ужаса, даже когда он забывался и отпускал себя по волнам. Никакие эмоции не могли сравниться с экстримом, что он испытывал, даже просто находясь рядом с Эверардом. А когда тот входил в него…       Мгновенно покрывшись испариной, Демьен медленно впустил набухший член в себя. Распирающее ощущение наполнило таз. С губ Эверарда сорвался стон.       Демьен задрожал в эйфории, не в силах усидеть и дать телу время приспособиться.       — Бо-о-оже!.. — захлёбываясь яркими ощущениями, он ёрзал, покачивался и пытался, насколько мог, крутить задницей.       — Так хорошо!.. — всхлипывал он, рассматривая любовника в полумраке. Хотелось двигаться резко и с размахом, но внутри было непривычно туго, хотя любрикант прекрасно его смазывал.       — Не торопись… — прошептал Эверард, удерживая за бёдра, но тут же вопреки словам сладостно толкнулся внутрь.       — А-а! — вскрикнул Демьен, выгибаясь. — Боже!       — Ш-ш-ш… — Эверард приподнялся и уложил его спиной на постель, склоняясь сверху.       — Чт… а-а!.. — Демьен задрожал, замирая в изнеможении от темпераментных движений внутри.       — О боже! трахай меня! пожалуйста!.. — молил он, всхлипывая в голос, забываясь в острых ощущениях. — О-оу!.. о!.. о бож…       Готовый разрядиться от сокрушающих вторжений, он потянулся к члену, но Эверард перехватил его руки, зажимая их у него над головой. Приникнув щекой к его щеке, он двигался то темпераментно и жёстко, то протяжно и сладко, входя на всю длину. Демьен метался и изнемогал под ним, уже не сдерживая криков.       — О!.. о боже!.. я сейч… м-м!.. — он больше не мог вынести острой и мучительно приятной пытки. Слёзы текли по щекам, но он не замечал их. Пах распирало от налившегося соком наслаждения. Дотронься он до члена — и кончил бы тотчас же.       Но кончить он не мог. Чувственные всполохи нарастали, хотя казалось, что им просто некуда расти. Эверард глухо стонал, вбиваясь в него и уже не сдерживая страсти.       — Пожал… А-а-а-а!!! — Демьен закричал, сперма брызнула на живот, продолжая сочиться от каждой фрикции. — Боже! боже!.. — кричал он, выгибаясь и мотая головой.       Это было остро.       — А-а!.. не могу… не могу больше… — шептал он в неге и блаженстве.       Эверард отпустил его руки. Неотрывно глядя в лицо, любовник целовал его и поглаживал большими пальцами влажные от слёз щёки. В прикосновениях чувствовалась нежность. Демьен мелко дрожал, словно и не было разрядки.       Эверард отстранился.       — Не вытаскивай!.. — всхлипнул Демьен. Там внутри всё пульсировало, он чувствовал волнующее распирание перевозбуждённого члена. Он не хотел его отпускать…       — Ш-ш-ш, — с усмешкой протянул Эверард и, подтянув его за собой, сел на колени. Уперев его ступни себе в грудь, он подсунул ему под задницу подушку и двинул бёдрами. Демьен протяжно застонал, изгибаясь. Простыни казались пропитанными влагой. Член скользил по простате. Демьен не мог больше, но не хотел прекращать.       — Пожалуйста… пожалуйста… — уже не в силах стонать, молил он. — Только не… только… а-а… а!..       Грудь тяжело вздымалась, он млел и терял всего себя в головокружении и мраке, всего себя без остатка.              Лёжа головой на плече Эверарда, Демьен ласково сжимал в ладони его уже опавший член. Тело сковывала томная усталость, но что-то внутри мелко дрожало и изнывало, как и до секса. Он не мог спать.       Дыхание Эверарда было мерным и глубоким. Пытаясь понять, уснул ли он, Демьен поднял глаза. Сейчас, рассматривая очертания его лица в полумраке, он понимал: Эверард был лучшим, что происходило в его жизни.       — Почему ты больше не говоришь, что будешь делать со мной всё, что захочешь? — прошептал Демьен еле слышно.       К его удивлению Эверард открыл глаза. Лицо его преисполнилось непередаваемым внутренним светом и усмешкой.       — Потому что ты и так уже прекрасно это усвоил, радость моя.       Демьен едва дышал, чувствуя, что готов сорваться. Он мечтал быть с Эверардом всегда, как Джулия, но боялся перейти в ранг законных партнёров. Он хотел оставаться тайной, тем запретным плодом, к которому будет тянуть вечность.       — Я не хочу стать для тебя вторым номером, вроде Джулии, — сдавленно прошептал он. — Я не вынесу, если…       Демьен запнулся, ощутив ступор Эверарда.       — Вот, значит, как ты всё воспринимаешь, — произнёс тот глухо, отстраняясь. Поддев пальцем его подбородок, Эверард внимательно посмотрел ему в глаза.       Демьен смутился и отдёрнул голову.       — Прости, я знаю, что Джулия для тебя — номер один, — сдавленно пробормотал он. — Но я не вынесу, если между нами не будет страсти.       Эверард поражённо рассмеялся. — То есть ты считаешь, что я к ней не питаю страсти?! Да ты совсем дурачок…       Он потянулся за недопитым дайгинджо и, отхлебнув, протянул ему бутылку.       Демьен поднялся на руке и прижал горлышко к губам. Сердце тяжело бухало в груди.       — Ты говоришь, что я уникальный, а в следующий момент, что я дурачок! — ответил он обиженно. — Определись уже, что ли…       — Ты уникальный дурачок, — Эверард засмеялся и примирительно притянул его к себе, забирая бутылку и не давая вырваться. — А если серьёзно, то в твоём случае одно другому совершенно не мешает.       Демьен тяжело дышал, готовый заплакать. — Ты и правда считаешь меня уникальным?       — Конечно же, ты уникальный… — без тени иронии ответил Эверард, обнимая его.       Демьен глубоко вздохнул, пытаясь расслабиться.       — Если хочешь, — неожиданно с задумчивостью произнёс Эверард, — можем нанять японскую проститутку.       — Что?! — подлетел Демьен. — С ума сошёл?! Не надо!       — Надо же, — спокойно засмеялся Эверард. — А Брэндон не вызвал у тебя такого протеста.       — Какой ещё Брэндон? — с подозрением спросил Демьен.       Эверард молча подложил руку под голову, глядя на него озорным и внимательным взглядом. Демьен видел, как в полумраке мерцают его огромные глаза. Порой в них светился такой юношеский интерес, что Демьену становилось не по себе. Он словно видел в его глазах того молодого и безрассудного парня, которым Эверард был когда-то.       — Помнишь юношу-проститутку, который делал тебе минет?       Демьен густо покраснел. — Ну ты нашёл, что вспомнить…       — Так что? — засмеялся Эверард. — Идея о проститутке уже не вызывает у тебя такого отвращения?       — Я не понял, ты хочешь трахнуть японку?!       — Нет, но я бы с удовольствием посмотрел, как ты обращаешься с женщинами.       — Вот ещё! — Демьен сел, отворачиваясь и краснея ещё сильнее. — Я не хочу…       Эверард уложил его обратно и поцеловал в висок. — Прости, что завёл эту тему. Мне хочется удивить тебя чем-нибудь приятным.       — Тогда лучше трахни меня сам! — расстроенно ответил Демьен.       — Хорошо… — усмехнулся Эверард, поглаживая его по руке.       — Что ты имел в виду, когда сказал, что Кидо хочет тебя? — спросил Демьен через минуту.       — Явно не то, о чём ты подумал.       — Такехико сказал, что вы типа партнёры…       — Раньше были, — задумчиво ответил Эверард. — Кидо многим мне обязан. Он был никем до нашего знакомства. Так, заурядный якудза… Промышлял незаконным оборотом наркотиков, и уж точно не строил исследовательские центры.       — Он может сделать нам что-нибудь плохое?       — Мы на его территории.       — Зачем тогда мы сюда приехали?       — Надо поставить в этой истории точку, — Эверард погладил его по спине. — Поездим по Японии — и я отправлю тебя домой.       — Ну вот ещё… никуда я без тебя не полечу!       — Не спорь, это может быть опасно… Уже жалею, что взял тебя с собой.       — Так и думал, что ты пожалеешь…       Эверард усмехнулся. — Нет, я рад, что взял тебя. Ещё никогда так не спешил вернуться вечером в отель…       Демьен замер, не в силах поверить услышанному. Грудь толчками распирало от счастья.       — Это правда?.. — прошептал он изумлённо.       Эверард не ответил, только со стоном прижал его к себе. Демьен трепетал, всё ещё переваривая услышанное.       — Надо поспать, — прошептал Эверард. — Завтра с утра пойдём в парк и посмотрим на сакуру.       — Да… — едва дыша, Демьен потёрся головой о его плечо. Он даже примерно не представлял, который сейчас час, но освещение чуть заметно изменилось. Не хотелось думать, что это приближение утренних сумерек и рассвет уже скоро.       — А Билли тебе когда-нибудь отсасывал?.. — тихо спросил Демьен.       Эверард помолчал.       — Да, только редко и неохотно, — всё же ответил он.       Демьен взволнованно скользнул рукой по его груди. — Я делаю это лучше?       — Ты делаешь это лучше всех.       — Кроме тебя, — хмыкнул Демьен, не в силах скрыть счастливую улыбку. — Вы часто это делали?       — Сложно сказать… Я в то время постоянно сексом занимался.       — Ты изменял Билли?! — Демьен изумлённо поднял голову.       Эверард с усмешкой рассматривал его вытянутое лицо. — Хочешь поговорить о нём?       — Да. Ты изменял ему?       — Странная постановка вопроса. Мы с ним не венчались и в верности друг другу не клялись. Я трахался с девушками. А Билли… С ним отношения были совершенно другими. И, пожалуй, мы в первую очередь всё же были друзьями, а дружбой невозможно заниматься.       Демьен фыркнул, прижимаясь щекой к его груди.       — Каждый раз приходилось его уламывать. И на минет тоже. Хотя один раз он меня удивил… — протянул Эверард и вдруг замолчал.       — Чем? — Демьен взволнованно приподнялся на локте, заглядывая ему в лицо. — Расскажи, я не буду ревновать, честно!       — Один раз мы поспорили, что я продержусь полтора часа, не кончая. Всё это время он ласкал меня ртом и руками. Причём, по сравнению со всем, что было до этого, Билли делал это довольно умело и со вкусом… Наверное, наловчился рядом со мной, — Эверард замолчал, задумчиво глядя в потолок. Ночной полумрак казался осязаемым.       — Ты продержался полтора часа? — прошептал Демьен, пытаясь скрыть беспокойство.       — Продержался. Даже немного дольше… Мне нравилось наблюдать за ним. Он выглядел так, словно происходящее действительно приносит ему удовольствие. И я держался как только мог.       — А что он такого делал? — недовольно спросил Демьен.       — Облизывал, сосал, ласкал рукой. А когда я уже не мог терпеть, он дразнил меня вот так… — Эверард взял его за руку и нежно скользнул большим пальцем от запястья к локтю, совершая по ходу круговые движения. — От основания члена к головке… Он делал это нежно, но как ни странно, от этого ещё сильнее хотелось кончить.       — Хочешь, я так сделаю? — Демьен сел, разворачиваясь и берясь за его член. — Я могу делать это ещё дольше и так разнообразно, что ты просто улетишь! Хочешь? Прямо сейчас!..       Эверард рассмеялся и убрал его руку, глядя с мягкой улыбкой. И что-то такое мерцало в его глазах, отчего у Демьена щемило в сердце.       — Я и так с тобой улетаю.       Демьен со вздохом лёг на живот, глядя любовнику в лицо. — Почему ты готов рассказать мне о Билли, но не хочешь и слова сказать о Линде?       Эверард усмехнулся, задумчиво очерчивая пальцем контур его губ.       — Билли давно на том свете. А может, даже успел пойти на переэкзаменовку. Так что все эти истории принадлежат мне одному. А Линда живёт и здравствует, дай ей бог здоровья. И я не имею никакого права рассказывать о ней… Да и не хочу.       Демьен уныло лёг головой Эверарду на грудь. На душе было неспокойно и вновь хотелось плакать.       — Что за переэкзаменовка?       Эверард улыбнулся. — Я так называю реинкарнацию.       Демьен молчал, глядя на сверкающие огни за окном. Мягкие движения пальцев в волосах вызывали внутренний трепет.       — Давно хотел спросить, — вдруг нарушил тишину Эверард. — Почему ты тогда прятался в кустах?       — О чём ты? — сложив руки у него на груди, Демьен задумчиво упёрся в них подбородком. — В каких ещё кустах?       — В Генуе, у Фернандо, — Эверард с усмешкой наблюдал, как в его глазах медленно всплывают воспоминания и как сконфуженно меняется лицо.       — Я просто… — тушуясь и робея, Демьен обнял его. — Я услышал твой голос и… что-то такое испытал…       — Так ты от меня, что ли, прятался?! — воскликнул Эверард.       — Ну да, — хмыкнул Демьен.       Эверард разразился хохотом.       — Ну что ты ржёшь?! — недовольно пихнул его Демьен. — Это правда!       — О, малыш, — наконец протянул Эверард, вытирая слёзы. — Тебе надо было лучше прятаться и сидеть в тех кустах до победного!       — Ну да, и пропустить всё самое интересное… — Демьен потёрся о грудь мужчины носом и укусил за сосок.       Эверард чувственно прошёлся пальцами по его спине, подтягивая к себе. Демьен забрался на него, целуя в губы, утопая в ощущениях. Их языки соприкасались, ладони Эверарда жёстко скользили по ягодицам, вызывая новую волну возбуждения и желание стонать в голос.       — Спи… — неожиданно прошептал он, гипнотизируя взглядом. — Завтра будет долгий день.