Демьен

132

      Атмосфера клуба была будоражащей. Буйство синтетической музыки и столь же кислотных расцветок. Вспышки ядовито-зелёного и фиолетового, ядрёно-жёлтого и ослепляющего голубого.       Толпы посетителей и голограммы отражались в зеркалах, создавая иллюзию бесконечного и весьма насыщенного пространства, — насыщенного красками, запахами и безумием. Перепад в ощущениях после традиционного и местами заунывного кабуки был разительным и бил под дых.       Дезориентированный лазерными лучами и обилием отражений, Демьен пробирался вслед за Эверардом к барной стойке на второй ярус, крепко держась за перила ажурной металлической лестницы.       Шоу было в самом разгаре. На сцене японец в тёмном кимоно на скорости обвязывал верёвками тощую девчонку, затянутую с головы до ног в латексный костюм. Она беспомощно болталась на канатах и от скоростных манипуляций своего господина, который, казалось, ничуть с ней не считался, напоминала тряпичную куклу.       Демьен вдруг понял, что, как дурак, пялится на происходящее, не глядя, куда ступает.       Эверард подошёл к бару, что-то сказал роботу-бармену, перекрикивая музыку, и Демьен окончательно потерялся в происходящем. Эверард говорил на японском языке? Или он плохо расслышал?       — Так ты всё же говоришь по-японски?! — крикнул Демьен, сев на прозрачный барный стул. Выступающий над залом пол второго яруса тоже был прозрачным.       — Только когда сильно хочу выпить! — ответил любовник громко.       — Что ты заказал?!       — «Убийство сёгуна»! Погрузимся в атмосферу с головой.       Демьен наблюдал, как готовится коктейль, стараясь игнорировать странно одетых людей вокруг.       — Я думал, тут будет что-то более камерное! Как у Маделейн!       — Что?       — Как у Маделейн!!! — повторил он громче.       — Что ты! — засмеялся Эверард. — Даже не сравнивай!       — Я говорю: думал, что будет меньше народа!!!       — А-а… Кинк-фест! Поэтому!       Демьен отхлебнул коктейль. В треугольном бокале плавала звёздочка карамболя. Насыщенная жёлто-зелёная смесь абсента, «Мидори», саке и лимонного сока казалась лёгкой и словно сама лилась в рот.       Музыка изменилась. Захватив бокал, он развернулся лицом к сцене — там уже выступали две полуголые японки. Демьен оглянулся, рассматривая зал, людей и немного осваиваясь: он уже мог отличить реальность от отражений и оценить истинный размер помещения. Заведение Маделейн казалось более элитарным, здесь же царило массовое фестивальное безумие.       — Мы будем только смотреть шоу? — крикнул он Эверарду на ухо.       — А ты хочешь чего-то ещё? — усмехнулся тот. — Здесь легко найти и другие развлечения… Всегда подвернётся свободная комната или кабинка туалета, — Эверард хитро кивнул ему вниз, где гуляли полуголые парни и девушки. Некоторые из них либо были под дозой, либо только казались обдолбанными. Они танцевали, тусовались и явно искали приключений, блуждая глазами по залу. Демьен в ужасе повёл плечами: подобное его точно не прельщало.       Эверард вновь общался с кибером на японском, теперь Демьен это чётко слышал.       — Заказал нам по «Японской туфельке», — произнёс любовник у самого уха. — Продолжим отрываться по «Мидори». Ты как?       Демьен допил, поставил пустой бокал на стойку и тут же взял следующий коктейль.       — Чёрт, а ты всё-таки говоришь по-японски! — глупо хихикнул он, чувствуя приятную эйфорию от выпитого. — Когда ты только успел его выучить?!       — Я не знаю японского, успокойся, — Эверард с хитрой улыбкой опрокинул в себя второй коктейль и повернулся к залу, расслабленно кладя локти на барную стойку за спиной.       На сцене уже совсем другой японец обвязывал красными верёвками голую пышногрудую девушку. Демьен чувствовал, как изменилось настроение Эверарда. Глаза его мерцали тёмным огнём, на губах застыла загадочная усмешка. Он не мигая смотрел на сцену, словно смакуя какой-то свой замысел. У него был тот же взгляд, что и во время представления в театре. Демьен не мог отвести глаз! Сердце возбуждённо трепыхалось. И дело было совсем не в представлении — достаточно было одного лишь этого обманчиво расслабленного вида, таящего в себе неясную угрозу.       — А где Такехико? — спросил он, хватаясь за спасительный бокал.       — Такехико всегда где-то рядом, — улыбнулся Эверард, всё так же глядя на сцену. — Не беспокойся об этом.       — Прямо как у Маделейн, помнишь? — смущённо произнёс Демьен любовнику на ухо. Эверард перевёл на него долгий взгляд — его глаза были насквозь чёрными, затягивающими — и вдруг улыбнулся с внезапным теплом.       — Забавно: твой единственный опыт посещения подобных заведений.       — А вот ты, похоже, частенько в них бываешь, — язвительно хмыкнул Демьен. Сильнее всего ему сейчас хотелось поцеловать любовника в усмехающиеся бледно-розовые губы, но он только жадно глотал остатки коктейля.       — Не так часто, как ты думаешь, — промурлыкал Эверард ему на ухо. — И обычно это касается деловых вопросов.       Он отвернулся и заказал «Токио Джо» с дынным ликёром и водкой.       Какое-то время они молча смотрели шоу. В ход пошли дилдо. Демьен, покраснев, нервно сжимал стакан со льдом и цедил крепкий напиток. Он не мог сморгнуть, как ни пытался. И чем большую непринуждённость он играл, тем сильнее каменело лицо, словно с момента посещения БДСМ-клуба Маделейн прошёл лишь день, а не несколько насыщенных лет. Он должен был признать: смотреть со стороны, как кому-то расширяют анальное отверстие, было довольно возбуждающе. И всё же, если шоу в «Уинтер Кингдом» казалось интригующе запретным, наполненным невыносимыми подробностями и тягучим наслаждением по ту сторону стекла, то это — скорее походило на скоростной мастер-класс.       Ощутив чьё-то смутное присутствие, Демьен поднял взгляд и наткнулся на Такехико. Тот сидел за отдельным столиком, пил что-то прозрачное из высокого бокала и поглядывал в их сторону.       Демьен окончательно смутился.       — Там Такехико… — произнёс он, отворачиваясь. — Почему он сидит отдельно?       Эверард нашёл секретаря взглядом и махнул ему рукой.       — Всё готово? — спросил он, когда тот подошёл.       Такехико наклонился к его уху.       — Ясно. Будь неподалёку, — ответил Эверард, и секретарь удалился.       Демьен с удивлением смотрел ему вслед. — Это клуб якудза? — спросил он осторожно у любовника.       — Да. Но не волнуйся, нам ничего не угрожает.       — А знаешь, у Маделейн мне понравилось больше.       Демьен не понимал, был ли он так впечатлён тогда её заведением из-за юного возраста, или у неё всё действительно было внушительнее и лучше, но «Уинтер Кингдом» до сих пор оставался для него эталоном при оценке подобных мест.       — Ещё бы, нам персонально такое шоу устроили.       — А почему другие клубы закрывают?       — По разным причинам… Обычно в качестве показной борьбы с проституцией.       — Показной?       Эверард помолчал, глядя на сцену, и вдруг засмеялся.       — В Японии, — шепнул он доверительно, — анальный и оральный контакт сексом как бы не считаются, поэтому оказывающие подобные услуги заведения процветают. Но при этом регулярно устраиваются полицейские облавы, если есть подозрения, что деньги зарабатываются на обычном половом акте.       Демьен поражённо смотрел в зал. Голова заметно кружилась.       — Как это… не считается?! — наконец пробормотал он. — То есть мы с тобой…?!       Мимо неверной походкой прошёл непонятно откуда вынырнувший голый японец. У Демьена глаза на лоб полезли. Технически парень был не совсем голым, но растянутые трусы ничуть не исправляли ситуацию: из-под них во все стороны торчали кущи. Демьен в жизни такого не видел! Настоящие дремучие заросли! Притом что остальное тело парня было гладким и безволосым. И хотя гениталии не сверкали, у Демьена было стойкое ощущение, что тот раздет догола. Хотелось срочно забыть увиденное.       Эверард, глядя на его реакцию, задыхался от беззвучного смеха, зажимая рот рукой.       — Что это было? — развернувшись к стойке, Демьен вцепился в бокал, спешно глотнул и только тогда понял, что вроде как пил до этого что-то совсем другое.       Эверард уже извинялся перед кем-то на смеси японского и английского, предлагая заплатить за выпивку. Демьен присмотрелся к розовому коктейлю и перевёл взгляд на сидящую рядом яркую девушку с цветком в волосах.       — Простите… — пробормотал он, не зная, понимает ли она его. Но пойло было вкусным, а он — уже достаточно пьяным.       — Что это? — спросил он, когда японка взяла другой коктейль и ушла.       Эверард попробовал. — Шампанское, водка, клюквенный сок… Не пей сегодня больше, — он провёл большим пальцем по его губам, убирая сладкую влагу. — А то станет плохо, и сорвутся мои грандиозные планы.       Демьен не моргая смотрел на него, упиваясь чувством полной принадлежности этому человеку, наслаждаясь растущей в животе истомой.       — Хочешь уединиться? — спросил Эверард, будоража его своим богатым на оттенки голосом. — Здесь есть интересные комнаты.       Демьен неуверенно посмотрел вокруг. — Не знаю… Мне тут как-то некомфортно.       — Вернёмся в отель? — любовник потянулся за портмоне, ныряя рукой в карман.       — Видел, какие заросли у того парня? — пробормотал Демьен сконфуженно, не зная, пристойно ли обсуждать такие вещи, но не в силах держать это в себе.       Эверард поднял бровь. — Не удивляйся, — пробормотал он, расплачиваясь. — В Японии свои предрассудки и комплексы. Есть они и в отношении паховых волос.       — Типа, если сбрить — случится несчастье? — хихикнул Демьен.       Эверард засмеялся и встал с высокого стула, подавая знак Такехико. Тот кивнул, тут же направляясь вниз по другой лестнице.       — Да нет. Просто раньше в Японии волосы в паху сбривали только проститутки, — объяснял Эверард, спускаясь. — Это у нас отсутствие волос ассоциируется с невинностью, а в Японии всё наоборот. Тут чем дремучее заросли, тем это естественнее. Близость к природе и всё в этом духе.       Демьен шёл за ним, глупо хихикая от смущения и дикого любопытства.       — Думаешь, у Такехико такие же кущи? — сказал он любовнику на ухо, краснея от собственной бестактности.       — Нет, это я могу тебе гарантировать, — усмехнулся Эверард.       — Откуда ты знаешь?! — остолбенел Демьен.       Эверард удивлённо обернулся и потянул его за собой. — Мне не раз доводилось видеть его голым, — произнёс он как ни в чём не бывало.       — Ого!!! Это когда?! Чего это вдруг он перед тобой раздевался?! — Демьен осёкся и нашёл Такехико взглядом в надежде, что громкая музыка звучит по-настоящему громко.       Эверард остановился и со вздохом привлёк его к себе.       — Во-первых, мы вместе отдыхали в джакузи, — произнёс он у самого уха. — Во-вторых, не раз переодевались рядом после кэндо. И поверь, Такехико есть чем удивить, не касаясь темы паховых волос.       Демьен изумлённо распахнул глаза. — Чем это?!       Эверард покачал головой и направился к выходу.       — Эй! — Демьен бросился следом, пробираясь сквозь подсвеченные голограммами полуодетые тела.       Наконец они выбрались на улицу. Ветер обдал свежестью и прохладой. Ночь после клуба казалась звенящей, острой, как лезвие ножа. Демьен с облегчением выдохнул и нырнул в раскрытую дверь подъехавшего автомобиля.       По салону разносился кофейный аромат.       — Будешь? — Эверард налил ему кофе из термоса.       — Спасибо…       Демьен пил, дуя в ёмкость и стараясь сосредоточиться на бодрящей горечи. В голове понемногу прояснялось, но взгляд то и дело задерживался на Такехико. В ту единственную ночь, когда им пришлось заночевать в одной постели, он ничего в нём особенного не заметил. Но тогда на японце были трусы…       Демьен покраснел и гневно отвёл глаза.              — Такехико, давай по вчерашнему маршруту.       Японец озадаченно посмотрел на босса в зеркало заднего вида. — Как в первый раз или как во второй?       — Как в первый.       Демьен, придя в благостное расположение духа после крепкого напитка, передал любовнику пустую крышку.       — Поможешь мне? — спросил Эверард, наливая себе кофе.       — Конечно, — удивился Демьен. — А что нужно делать?       — Выбирать.       Лицо Такехико осветилось озарением, словно он только сейчас понял, куда именно ехать. Демьен был заинтригован. Это был не отель. Это был огромный торговый центр.       — Останься в машине, — сказал Эверард секретарю.       Они миновали двери и окунулись в мир рекламных голограмм, яркого освещения и бликов света. Атриум наполнялся гулом снующих посетителей и женским голосом, лопочущим: «Коничива годзаимас!..»       — Хочешь прикупить ещё саке? — улыбнулся Демьен, когда они вошли в лифт.       — Нет. Кое-что другое.       Они прошли по коридору и свернули к стеклянным дверям магазина.       — Ого… — выдохнул Демьен, каменея от смешанных чувств: изумления, стыда, любопытства, восторга и вновь смущения. Пожалуй, ему следовало ожидать чего-то подобного, но он никогда ещё не посещал секс-шопы вместе с Эверардом. Сейчас он вдруг понял это: они всегда покупали инвентарь для тайной комнаты поодиночке. А это был самый внушительный магазин интимных товаров, какой он только видел.       Пока Эверард пытался отделаться от навязчиво вежливого продавца-андроида, Демьен спешно нырнул между стеллажами, прячась то ли от любовника, то ли от себя самого. Предполагалось, что он будет выбирать? Щёки горели румянцем. Нет, с выбором проблем не было: заказывая товары по Сети или заглядывая в магазины, он всегда чётко знал, чего хочет или хотел бы. (Да и выбор здесь был просто огромным!) Но почему тогда он так робел и тушевался? Ведь именно Эверард познакомил его с этим удовольствием…       Других посетителей не было, хотя, возможно, кто-нибудь приблудился между стеллажами и полками. Демьен прошёлся мимо силиконовых и плюшевых кукол, посмотрел на отлитые попки и груди. Разговор у двери затих, и Эверард мог быть сейчас где-то рядом, за другой стороной стеллажа, например. Демьену было до смущения странно находиться здесь вместе с ним, и в то же время это будоражило до мурашек.       Оглянувшись по сторонам, он взял с полки чёрный двойной дилдо. Один его конец был похож на анальную пробку с несколькими секциями, одна другой больше, второй — изгибался рельефным тонким языком.       Понимая, что Эверард не собирается его искать, Демьен спрятал дилдо за спиной и обогнул стеллаж, выглядывая в проход.       Любовник что-то изучал у другой полки. У ног его стояла пока ещё пустая корзина.       — Так ты расскажешь, что там у Такехико такого интересного в трусах? — спросил Демьен.       — В трусах?! — Эверард удивлённо поднял бровь и передал ему упаковку. — Я разве говорил о содержимом его трусов?       — А о чём тогда? — изумился Демьен.       — Уж точно не об этом… Кинь туда.       Демьен наклонился за корзиной, кладя в неё свой дилдо и изучая выбранную любовником игрушку.       — Анальная пробка, — прокомментировал тот. Демьен смущённо кивнул. Это действительно была пробка, но необычная — в виде кошачьей лапки с длинным чёрным хвостом.       — Думаю, тебе пойдёт.       — А здесь и трёхцветные есть, — сдавленно заметил Демьен, глядя на полку.       — Ты же не кошечка, — усмехнулся Эверард. — К твоей светлой коже пойдёт чёрный хвост. К тому же ты вновь брюнет…       Демьен, краснея, наблюдал, как любовник выбирает ещё одну пробку — с вибрацией. Тело пробирала дрожь предвкушения и лёгкого страха.       — Мы всё это опробуем сегодня? — пробормотал он, возбуждаясь помимо воли.       — Думаю, да, — Эверард бросил на него внимательный взгляд и усмехнулся. — Пойдём в другой отдел.       — А что это? — удивился Демьен, когда Эверард взял с полки коробку с сердитой анимешной девчонкой на обложке.       — Мастурбатор. Только не говори, что не видел таких там, где отовариваешься.       — Да я как-то… никогда ими не интересовался, — смутился Демьен.       — Они разными бывают, — Эверард вскрыл коробку и достал толстый кусок прозрачного силикона в виде короткой упругой трубки с отверстием с одной стороны.       — Засунь палец.       Демьен повиновался. Материал был очень нежным, с волнующими пупырышками внутри.       — А длины хватит? — спросил он шёпотом.       — Он тянется. Смотри, — Эверард проверил, нет ли поблизости киберов, и растянул пальцами отверстие. Он почти вывернул игрушку наизнанку, показывая ему её нутро, гладя рельеф пальцами. — Потрогай.       Демьен посмотрел на него тёмными от желания глазами.       — Мне уже хочется его попробовать…       — Непременно, — усмехнулся Эверард, запихивая мастурбатор обратно в коробку.       Демьен спешно отвёл взгляд, чувствуя, как горят щёки. Каким озабоченным он сейчас, должно быть, выглядел со стороны…       — Что это за электроприборы? — спросил он. Все мысли были только об отеле. Скорей бы до него добраться…       — Машинки-мастурбаторы, — ответил Эверард. — Бери, если хочешь.       — Мы будем возвращаться на твоём самолёте?       — Не сомневайся.       — О, тогда я прикуплю себе такой?       Эверард засмеялся, вспоминая прошлогодний досмотр в аэропорту.       Демьен взял с полки один из приборов. Единственное, что он мог разобрать на упаковке, было слово «Циклон».       — Вот бы ещё понять, как они работают… А то как-то страшно совать член в такую фигню.       Эверард достал машинку из коробки, собрал её в два щелчка и показал ему. Внутри игрушка крутилась.       — А нет, такую не хочу… О, смотри! Вакуумная! Вот эту возьму.       Любовник усмехнулся и достал мастурбатор. Демьен с удивлением заметил, что к нему прилагается устройство размером с небольшой пылесос.       — А это что?!       — Ну а откуда, по-твоему, возьмётся вакуум?       — Ой нет, не надо… — пошёл он на попятную. — А ты не хочешь его взять?       — Себе, что ли? — заржал Эверард.       — Мне!!! Ну… на сегодняшнюю ночь.       — Нет, малыш, я хочу чувствовать тебя, пусть даже через мастурбатор. А с этой штукой единения не получится.       Уже на пути к кассе Демьен потянул Эверарда к первому стеллажу.       — Я ещё вот этот хочу, — взял он с полки довольно толстый вибратор.       — А как же твоя отбеленная и суженная задница? — лукаво улыбнулся любовник.       — Ты поэтому теперь боишься меня трахать?       — А я боюсь тебя трахать? — удивлённо засмеялся Эверард.       — Вчера было впервые после того раза в офисе… — парировал Демьен.       Эверард задумался. Возможно, малыш был прав. Он стал щадить его. Это было странно и иррационально, но так оно и было.       — Ладно, раз ты настроен решительно, то я куплю ещё это, — он взял с полки внушительный и толстый чёрный дилдо. — Что-нибудь ещё?       Демьен отрицательно качнул головой, заворожённый, и отчасти испуганный, и уже возбуждённый от мыслей, что всё это любовник испробует на нём сегодня. Всё внутри сжималось в сладостном предвкушении и панике.