Демьен

139

      В то утро, открыв глаза, Эверард знал, что ему снилась Кэтрин, хотя не мог вспомнить сон, как ни старался.       Кэтрин…       Он повернул лицо к окну и усмехнулся, ведь это он её так назвал, у самой неё не было имени. А если и было — пульсация энергии, переплетение нитей света — едва ли его можно было облечь в звук.       Бумажная ширма загораживала окно, но предрассветные сумерки уверенно сочились в комнату.       Эверард обернулся — Демьен крепко спал. Он ещё минуту с наслаждением рассматривал его лицо, а потом потянулся всем телом и встал. Надев кимоно, он убрал ширму и подошёл к окну. Солнце ещё не взошло, но на небе мерцали зыбкие предвестники рассвета. Сад застыл в молчаливом оцепенении.       Эверард посмотрел на часы. Дого-онсен работал с шести утра, но будет странно, если он попытается отправить Демьена туда в такую рань.       Восприятие времени ускорялось. Запустив пальцы в волосы и упёршись локтями в стекло, Эверард смотрел в сад и пытался вспомнить все разыгранные за последнее время удачные «шахматные партии». Впереди ждала ещё одна. Впрочем, игра с Асадзи Кидо больше походила на покер. Оба они блефовали. Хотя Кидо действительно многое знал или, по крайней мере, о многом догадывался.       «Ханъё…»       Эверард усмехнулся. Единственным его козырем могло стать вмешательство в игру Джиро Кавагути (и парня надо было снарядить по полной). А у Кидо козырей было достаточно, Эверард в этом нисколько не сомневался. Тот играл на своей территории, многое знал и хорошо подготовился.       И хотелось обезопасить Демьена, отослать его как можно дальше и как можно скорее. Нет, после разговора с Кидо Эверард знал, что малышу ничего не будет угрожать в течение отпущенной им двоим недели, раз уж он согласился на встречу. Но теперь пора отправлять Демьена домой… И чем быстрее, тем лучше.       Замерев в утренних сумерках, Эверард пытался понять, зачем вообще взял его с собой и подвергал такой опасности. Неужели не мог ему отказать? Или хотел провести с ним ещё немного времени перед решающей схваткой? Ведь он не был уверен в её однозначном исходе, и, возможно, у них осталось не так уж много времени вдвоём.       Он не строил иллюзий: договориться с Кидо не получится. Эверард знал, что нужен ему, и уже догадывался, в каком именно качестве. И наилучшим решением было убрать его, что он и собирался сделать. Но перед этим хотел понять, что за технологии тот использовал.       Загадка Искусственного острова волновала Эверарда. И хотелось попасть туда, пусть даже на свой страх и риск. Приглашение на остров было ловушкой и одновременно шансом проникнуть в тайну. Однако он должен был идти туда один.       Эверард посмотрел на спящего любовника. Сердце сжалось в странном предчувствии. Демьен… Его Демьен.              Губы скользнули по груди и ниже, к животу. Лёгкие, обжигающие прикосновения.       Демьен едва дышал. Он лежал неподвижно, но всё внутри дрожало и ныло. Хотелось протянуть руки и зарыться Эверарду в волосы, почувствовать, как локоны томительной лаской скользят по предплечьям. Но он притворялся спящим.       Склонившись к его паху, Эверард поцеловал член и слегка вобрал ртом головку, заставляя дёрнуться всем телом от интенсивного ощущения.       Демьен не отвечал, упрямо сомкнув веки и губы. Сердце стучало отчаянно и громко. И стук этот, должно быть, был слышен даже за дверью. И уж тем более, он был слышен Эверарду.       Словно чтобы лучше видеть, тот раздвинул его ноги и, продолжая посасывать член, скользнул ладонью по ягодице и внутренней стороне бедра. По коже шёл озноб…       Демьен не хотел отвечать — и он хотел его всего и сейчас же. Никогда не расставаться, никогда не отпускать! Томительная, убивающая его жажда.       Когда Эверард вобрал член в рот целиком, погружая в оглушительное ощущение, Демьен не выдержал и со стоном двинул бёдрами.       Он сгорал от желания, но упрямо делал вид, что спит или что ему это всё неинтересно. Нежность любовника ранила в самое сердце, и становилось так больно: он знал, что Эверард прощается с ним.       Демьен со стоном оттолкнул его, хотя уже готов был кончить. Эверард поднял на него красноречивый взгляд, и Демьен спешно спрятался, натянув одеяло на голову. Лицо полыхало от стыда. Однако и там ему не было спасения. В груди всё жгло и болело.       Эверард сосал его член, то дразня языком, то вновь плотно обхватывая и погружая в морок наслаждения. Демьен стонал сквозь зубы и упирался руками ему в плечи, вслепую пытаясь отпихнуть от себя.       Но Эверард был настроен решительно. Словно распалённый его сопротивлением, он быстро смазал анус и, приставив член, жёстко толкнулся внутрь, погружаясь короткими толчками сразу на всю длину.       — А-а-а!!! — выдохнул Демьен. Наслаждение обрушилось на него сладостными спазмами. Он взвился, вскрикивая и изливаясь себе на живот.       Дрожа на члене и всхлипывая то ли от боли, то ли от слишком яркого удовольствия — он и сам не мог разобрать — Демьен по инерции продолжал отталкивать любовника в грудь. Но Эверард явно не собирался снижать темп и давать ему время отдышаться. Он подмял его под себя, темпераментно вбиваясь в сжавшийся анус.       — Демьен… — стонал он, сминая его в объятиях вместе с покрывалом. — Боже, как хорошо…       Его голос звучал у самого уха, и Демьен задыхался в экстазе. Эверард вбивался в него сладостно и жёстко. Он словно перестал жалеть его и, как раньше, бессовестно брал всё, что хотел взять. Томительная тяжесть распирала изнутри. Демьен взвивался, член вновь стоял.       — Малыш, ты делаешь меня таким счастливым!.. — шептал Эверард ему сквозь покрывало. И Демьен, ещё недавно возненавидевший эту преграду, теперь радовался ей, дрожа. Она словно сближала их. Он не видел любовника, но слышал его дыхание и каждый долгий стон, и признания. И полыхал. И плакал…       — Боже, какая же у тебя тугая и сладкая задница… — горячо стонал Эверард ему на ухо. И Демьен содрогался от блаженства и горел от смущения, в тайне радуясь, что любовник не пытается его раскрыть.       — Ты мой маленький… мой любимый мальчик…       Чувствуя, что вот-вот сорвётся, Эверард отстранился. Скользнув рукой по бедру Демьена, он окинул взглядом покрывающее его голову одеяло и судорожно вздымающуюся грудь. Малыш дрожал, весь в испарине. Налитой толстенький член испускал влагу. Эверард сглотнул. Он ещё пытался контролировать себя и желание забрать Демьена себе всего и без остатка, но уже чувствовал подступающие волны безумства.       — Всё хорошо, — успокоил он его, переворачивая на живот и заставляя изогнуться, принять член целиком и до самого корня.       Демьен всхлипнул и застонал, с дрожью выпячивая задницу и подстраиваясь. Эверард чувствовал, как тот мелко дрожит на его члене, и со стоном сжимал его в объятиях, страстно вторгаясь в трепещущее нутро. Бёдра ритмично двигались, бесстыдно шлёпая по заднице. И в каждом всхлипе, стоне и долгом вскрике Демьена слышалось опаляющее наслаждение.       Всё же сорвавшись, Эверард безжалостно трахал его и не мог остановиться.       Его сладкий мальчик… Как он вскрикивал, и стонал, и заливался слезами стыда и блаженства, когда не мог сдержать семяизвержения, пока он вновь и вновь пронзал его тугую плоть…              Они были мокрыми с головы до ног. Эверард притянул его к себе на колени, обнимая и убирая с лица прилипшие тёмные пряди. Демьен тяжело дышал, чувствуя себя уставшим и отчего-то растерянным.       Прижавшись спиной к окну, Эверард задумчиво зачёсывал его влажные от пота волосы и рассматривал синие глаза. Соблазн… Всё тот же соблазн, перед которым он не устоял семь лет назад в Генуе.       Под его взглядом Демьен хмурился и кусал губы.       — Хочешь что-то сказать? — усмехнулся Эверард.       Юноша угрюмо молчал, опустив глаза.       — Ну говори, чего уж…       — Я не полечу домой без тебя, — прошептал Демьен еле слышно.       Эверард вздохнул полной грудью и снисходительно улыбнулся.       — Открой рот, — произнёс он.       Обсуждать вопрос его отлёта любовник явно не хотел, чего Демьен и боялся. Зажмурившись, чтобы не плакать, он послушно разомкнул губы, и Эверард притянул его голову к себе, проникая в рот глубоким поцелуем. Он крал его дыхание, ласкал губы и нёбо, посасывал его язык и толкался внутрь своим, сводя с ума, вновь погружая в дурман и тихие стоны, словно повторял языком всё то, что только что делал с ним членом.       Демьен застонал, и Эверард отстранился, тяжело дыша. Демьен видел истому на дне его глаз и что-то ещё, лишающее покоя.       — Я серьёзно… я не полечу, — хрипло прошептал он. — Эта встреча с Кидо… Она тебе чем-то угрожает?       Эверард со вздохом откинул голову на оконное стекло и задумчиво уставился в сторону.       — Может, я могу тебе как-то помочь? — робко начал Демьен. — Вдруг я окажусь полезным?!.. Возьми меня с собой, мне так будет спокойнее!       — А мне будет спокойнее, если я буду знать, что ты в безопасности, — усмехнулся Эверард, вновь глядя ему в глаза.       Демьен обиженно замолчал, поджав губы.       — И на сколько ты здесь задержишься? — спросил он.       — Минимум — на пару суток. Максимум… — Эверард замолчал, вновь зачёсывая его волосы и рассматривая лицо, словно пытался насытить глаза. Демьен уже слишком хорошо знал этот его взгляд.       — А максимум? — его голос дрожал, сердце вновь пожирала тревога.       — Всё будет хорошо, — успокоил его Эверард, крепко прижимая к груди. Демьен едва не плакал, отвечая такими же тесными объятиями. Он не помнил, чтобы любовник так сильно сжимал его, словно не хотел отпускать, словно… прощался. Он чувствовал ритм его сердца сквозь свою грудную клетку, сквозь собственное сердцебиение.       — Обещаешь поскорее вернуться? — задыхаясь прошептал Демьен.       — Обещаю… — Эверард подхватил его под ягодицы и, вновь целуя, опустил на футон. Демьен изнемогал.       Послышался деликатный стук в дверь, и после недолгой паузы оба они, замерев, услышали извиняющийся голос Такехико:       — Босс, прошу прощения… Через час встреча с Джиро. И вы просили… — он замолчал.       Эверард, не сводя глаз с лица Демьена, задумчиво заправил ему прядь волос за ухо.       — Спасибо, Такехико, — произнёс он громко. — Кто пойдёт с Демьеном в Дого-онсен?       — Ичиро и Ямада, — ответил секретарь. — Я подумал, что два человека лучше, чем один.       — Хорошо. Пусть ждут в машине… — сказал ему Эверард и добавил шёпотом, обращаясь к Демьену. — Ты ещё не забыл, что идёшь в общественный онсен?       Демьен, всё это время не сводивший с него внимательного взгляда, отрицательно покачал головой.       — Эверард, — прошептал он, привлекая его к себе за шею и прижимаясь губами к уху, отчего-то уверенный, что Такехико всё так же сидит за дверью. — Зачем мне туда идти?..       Эверард обдал его тёплым взглядом.       — Сходи, — ответил он. — Сейчас тебе лучше побыть в людном месте и под присмотром… И пусть на прощание у тебя останется ещё одно приятное воспоминание о Японии.              Ямада оказался не особо разговорчивым. Поджарый и высокий, с грубым лицом, он молча вёл машину, лишь изредка усмехаясь в ответ на болтовню круглолицего Ичиро. Этот разговаривал с охоткой. Демьен не назвал бы его толстым, но и худым он не был. Оба они неплохо владели английским, хоть и с чудовищным акцентом. По сравнению с ними Такехико мог бы и на телевидении работать.       Демьен уныло смотрел по сторонам, пытаясь понять, куда они едут.       — Дальше пешком, — Ямада оставил автомобиль на стоянке.       Демьен вылез из машины и направился следом за Ичиро вверх по улице. Он чувствовал себя до странности потерянно без Эверарда и Такехико, сопровождаемый двумя совершенно незнакомыми парнями, которые, впрочем, выглядели довольно расслабленными и не внушали тревоги.       В утренней дымке улицы Мацуямы казались особенно сказочными. Несмотря на ранний час, множество посетителей уже подтягивались к большому зданию необычной формы. Каскад японских крыш, расположенных одна над другой, придавал купальне сходство с Театром кабуки, только она была ещё более экзотичной. Казалось, это множество разных построек, растущих рядом, как грибы. Пока они шли, Ичиро не умолкая рассказывал, что Дого-онсену больше тысячи лет и что внутри до сих пор действует частная купальня императора и членов его семьи.       Демьен щурился в утренних лучах, рассматривая необычную архитектуру и полотнища флагов с иероглифами. Он не мог понять, почему здание кажется ему знакомым, ведь они точно не проходили здесь во время вчерашней прогулки. Оно было величественным и сказочным, и до странности уютным. Вид некоторых японцев в деревянных гэта и тёплых халатах поверх юката только усиливал это ощущение.       — Надо было заранее надеть юката? — разволновался вдруг Демьен.       — Всё дадут внутри, — ответил Ичиро.       — Я вас здесь подожду, — с усмешкой сказал им Ямада.       Уже когда они вошли, Демьен начал понимать, почему Эверард так хотел, чтобы он сходил в общественную купальню. Всё здесь было таким же ритуализированным и непростым, как в суши-баре, и таким же интересным.       Разувшись ещё на входе, они с Ичиро оставили обувь в специальных ячейках. Сдав ключи от ячеек девушке на ресепшене, они получили юката, полотенца и электронные браслеты, на которые, насколько Демьен понял по объяснениям Ичиро, приходил счёт за все услуги. Только оплатив счёт перед уходом, можно было забрать свою обувь обратно. К каждому браслету крепился ключ от шкафчика в раздевалке.       Они поднялись на лифте на второй этаж и, миновав синие шторы с иероглифом, прошли на мужскую половину.       Вдоль стен раздевалки тянулись ряды узких шкафчиков. Демьен отыскал свой номер и, присев возле дверцы, смущённо оглянулся. Ичиро, как и другие посетители, ничуть не стесняясь, раздевался догола, оставляя вещи в шкафу. Захватив полотенца, все шли куда-то за угол.       Демьен чувствовал себя ужасно неловко.       — Ну что? Ты готов? — спросил Ичиро, уже полностью разоблачившись.       — Да… сейчас, — Демьен уткнулся в свой шкаф. Он думал подождать, пока все разденутся и уйдут, но то и дело появлялся новый посетитель. Похоже, в ожидании не было смысла.       Демьен примерился к полотенцам, собираясь сразу завернуться в одно из них. К счастью, никто на него не смотрел. Он быстро стащил всю одежду и обмотал бёдра большим полотенцем. С сомнением оглядев второе, совсем маленькое, он подумал и зашвырнул его в шкафчик.       Когда Ичиро открыл запотевшие двери купальни, Демьен попал в царство пара, скользких полов и слишком высокой концентрации обнажённых мужских тел для такого небольшого, в общем-то, помещения.       Большую часть зала занимал выложенный чёрным камнем обширный бассейн. Вдоль стен, словно в парикмахерской, тянулись ряды зеркал, табуреток необычной формы и кранов. Демьен бросил взгляд на онсен. Японцы были такими странными: залезая в воду, они зачем-то клали полотенца на голову.       Стараясь не обращать на них внимания и не смеяться, Демьен занял табуретку рядом с Ичиро. Кран располагался у самого пола. Не зная, что делать, Демьен подставил под него тазик.       — Смотри, — Ичиро показал ему, как переключать воду с крана на душ, а заодно объяснил, в каком из флаконов шампунь, кондиционер и жидкое мыло.       Это стало для Демьена наибольшим откровением: то, что перед погружением в онсен надо мыть не только тело, но и голову. Ну что ж… Он будет чистым перед возвращением домой.       Закончив с приготовлениями, Демьен, по примеру Ичиро, ополоснул табуретку и положил сверху перевёрнутый тазик.       — Завяжи волосы, — Ичиро протянул ему резинку. — Нельзя, чтобы они прикасались к воде.       Демьен удивился, но послушно стянул мокрые волосы в пучок.       От воды поднимался пар. Двое расслабленных японцев медитативно смотрели в их сторону. Уже сняв полотенце и ступив в воду, Демьен заметил, как в их расслабленных глазах появился проблеск удивления и интереса: они смотрели на его выбритый пах. Демьен смутился и поспешил спрятаться в воде, вспомнив собственную реакцию на парня в секс-клубе и рассказ Эверарда о предпочтениях японцев. Странно: а у Такехико не было зарослей в паху…       Демьен отвернулся к бортику и лёг щекой на сложенные руки, меланхолично глядя на мокрый камень… Интересно, где эти двое сейчас?..       Здесь было хорошо и спокойно. Он вдруг понял, что разговорчивый Ичиро давно уже молчит и ничего не нарушает тишины, кроме звуков душа и плеска воды.       Здесь было удивительно хорошо. Медитативное расслабление поглощало, и Демьену стало грустно. Как сильно хотелось разделить всё это с Эверардом!       «Ты делаешь меня таким счастливым!..» — крутилось в голове. Боже, неужели это правда?!.. Как тяжело было уезжать после таких признаний. Как тяжело было не сорваться с места и не помчаться пешком обратно к рёкану, сидеть в номере, дожидаться Эверарда. Как тяжело будет улетать… Демьен не представлял, как переживёт без любовника два этих дня. Эх, если бы только два… Эверард говорил, что это в лучшем случае. А что же тогда в худшем?..       Демьен с долгим вздохом уткнулся лбом в сгиб локтя, мечтая спрятаться от всех, остаться в этой купальне наедине со своими переживаниями и чувствами. Ему вновь хотелось в объятия Эверарда; воспоминания о сегодняшнем пробуждении затопляли удушающим трепетом.       — С тобой всё хорошо? — тихо спросил Ичиро.       — Да… — Демьен покорно развернулся, понимая, что привлекает к ним излишнее внимание. Это место было предназначено для отдыха души и тела, но он сейчас был слишком беспокойным, грудь просто распирало от волнения и странной тоски. Поэтому, когда Ичиро предложил выпить чаю и сходить в другой зал, Демьен не стал сопротивляться.       — Блин, чего они так пялятся?!.. — прошипел он, вылезая из воды.       Ичиро оглянулся.       — А где твоё второе полотенце? — шёпотом спросил он.       — Что? А… то маленькое?.. А зачем оно? Я его в шкафу оставил.       — Пах прикрывать. Вот так, — Ичиро показал ему, приложив своё узкое полотенчико к животу. — Когда пойдёшь к воде, бери с собой. Потом можно положить его на голову или на край онсена.       — Ладно, — Демьен смутился, понимая свой промах.       Когда, надев юката, они пили чай в общем зале, сидя на соломенных циновках, Ичиро вдруг сказал:       — В другие залы сходить не хочешь? Можно в офуро посидеть.       — Ямада, наверное, уже заскучал, пока нас дожидается, — неуверенно протянул Демьен.       — Это его работа, — улыбнулся Ичиро. — Сиди здесь, за сухими полотенцами схожу.       «Ну всё… кранты», — подумал Демьен, с подозрением оглядываясь вокруг. Но японцы, совсем не похожие на якудза, спокойно пили чай. Он вспомнил пухлое тело Ичиро. У него тоже не было татуировок. Кем же они были, эти ребята? Ведь и не якудза, но явно и не просто так, раз работали на Эверарда.       Демьен пил чай и наблюдал за другими посетителями. С каждой проведённой здесь минутой он всё отчётливее понимал, что происходящее и в половину не так его занимало, как если бы рядом был Эверард.       Когда через несколько минут в дверях появился Ичиро с полотенцами, Демьен испытал облегчение. Интересно, а как он собирался защищать его в случае чего, если здесь даже пистолет негде было спрятать? «Ну если только в заднице…» — подумал Демьен и улыбнулся.       — Хорошо, что ты развеселился, — ответил Ичиро, подойдя. — Босс точно не обрадуется, если узнает, что тебе было скучно.       — Не волнуйся, — смутился Демьен. — Ты ведь не развлекать меня должен…       Пока они сидели в круглой деревянной ванне, похожей на наполненную чёрной водой большую бочку, Ичиро наблюдал за ним, пытаясь понять его настроение.       — Может быть, ты голоден? — спросил он наконец.       — Нет, спасибо, — отмахнулся Демьен. Он и правда скучал. Все его мысли были рядом с Эверардом, хотя он даже не знал точно, где тот сейчас находится. Демьен понимал, что должен был расслабиться и отвлечься, но чем дольше они здесь находились, тем сильнее становилась тревога.       — Знаешь, я бы, пожалуй, даже вернулся в рёкан, — произнёс Демьен.       Уже в раздевалке он высушил волосы феном и оставил использованные полотенца в специальном контейнере. Заплатив за услуги, они с Ичиро обулись и вернулись в машину, к ожидающему их с ухмылкой Ямаде.              Чемоданы и сумки стояли рядком в главной комнате. Вот и всё… Демьен с тоской присел возле них, проверяя, ничего ли не забыли. Одежда была скручена удобными рулонами (совсем не так, как он обычно складывал), и уложена с японской аккуратностью и экономией места. Интересно, кто собирал чемоданы? Ну, не Эверард же?! Неужели Такехико?..       Демьен со смущением полез в сумку с игрушками из секс-шопа, боясь, что этот кто-то мог увидеть его приобретения. Но нет, здесь всё было так же, как он сам положил ещё в Токио и больше не распаковывал.       Из маленькой комнаты доносились голоса Эверарда и Такехико. Когда Демьен вернулся из онсена, они уже были здесь — о чём-то совещались. И чемоданы стояли наготове.       Демьену вдруг стало обидно. Открыв другой чемодан, он прошёлся пальцами по сувенирам. Ему не хотелось уезжать… Не хотелось покидать Японию. Не хотелось оставлять Эверарда.       Но всего этого могло и не быть вовсе. Ведь Эверард говорил лишь о деловой поездке, и Демьен даже не надеялся на путешествие по красочным местам. Он думал, что будет сидеть в номере отеля в ожидании Эверарда и максимум сходит с ним куда-нибудь вечером. Он обещал ему вести себя хорошо и быть пай-мальчиком… Он обещал… Поэтому так смирно принял неизбежность возвращения домой.       Подумать только, всего этого могло и не быть… Какое чудо все эти дни! Какие яркие воспоминания он увезёт с собой! Какие сочные эротические переживания…       В глазах накипали слёзы, и тянущая боль пронзала грудь. Он уже сейчас тосковал по Японии, по проведённым здесь дням, по Эверарду…       Отодвинув створку, Демьен заглянул в другую комнату. Такехико как раз двумя руками передавал Эверарду ёмкость с небольшой блестящей капсулой. Демьен, заинтригованный, поднял брови.       Посмотрев на него, Эверард сунул капсулу в карман пиджака.       — Готов? — спросил он, и в голосе его послышалась то ли грусть, то ли усталость. Демьен кивнул, обиженно надувая губы. Он ничего не мог с собой поделать.       — Там и твои вещи, — заметил он.       — Возьмёшь их с собой, — бесстрастно ответил Эверард. — Здесь они мне… в любом случае больше не понадобятся, — он бросил на секретаря говорящий взгляд. В глазах Такехико застыло выражение лёгкой тревоги и готовности ко всему.       — Что ты имеешь в виду? — взволнованно пробормотал Демьен, вглядываясь то в одного, то в другого.       — Я имею в виду, — бодро ответил Эверард, поднимаясь. — Пусть Спайк захватит их, чтобы я потом не мучился в аэропорту, — он приобнял его за плечи, ведя за собой в большую комнату.       — Когда ты встречаешься с этим Кидо? — шёпотом спросил Демьен, чувствуя, что Такехико идёт следом.       — Сегодня вечером, — ответил Эверард. — Так что, возможно, уже завтра увидимся.       Такехико захватил часть багажа и вышел на улицу, предупредительно оставляя их наедине.       Демьен посмотрел Эверарду в лицо.       — Всё? — с дрожью в голосе спросил он. Оставшиеся чемоданы навязчиво бросались в глаза.       — Да, малыш, — Эверард наклонил голову, с улыбкой глядя на него и приникая к губам долгим поцелуем. — Ни о чём не волнуйся, — прошептал он, гипнотизируя, вновь окуная в бездну своих глаз с невидимыми звёздными скоплениями. Демьен с волнением сглотнул, не веря, что они расстаются. Всё происходило слишком быстро.       — Хочешь обойти здесь всё перед отъездом? — спросил Эверард, всматриваясь в него внимательным понимающим взглядом.       Демьен кивнул.       — Тогда давай.       Демьен вышел в сад и, оглядев всё вокруг, присел на прощание на краю онсена. Солнечные лучи затопляли сад теплом, пронизывали цветущие кроны, мерцали на воде, и казалось, что всё будет хорошо и уже завтра они снова встретятся с Эверардом, потому что другая альтернатива просто невозможна.       Демьену не хотелось уходить…       Когда он вернулся в дом, чемоданов в холле уже не было.       Демьен вышел на улицу и пошёл по тропинке. У ворот ждали две машины. Выйдя за калитку, он увидел знакомые лица Ичиро и Ямады. Эверард и Такехико вышли из главного здания рёкана. Одетая в кимоно хозяйка гостиницы проводила их до ворот, вежливо раскланявшись на прощание.       Эверард подошёл к Демьену, беря его за плечи и с грустной улыбкой заглядывая в глаза.       — Всё в порядке? — спросил Демьен.       — Да, — Эверард привлёк его к себе. — Прощаться не будем… — хрипло прошептал он и подмигнул, отстраняясь.       Демьен растерянно смотрел, как он идёт к другой машине.       — Всё будет хорошо, босс, — крикнул Ичиро.       Эверард бросил на него жёсткий предупреждающий взгляд и сел в машину. Демьен изумлённо обмер. Взгляд был убийственным, как ему показалось. От резкого контраста между нежностью и глубиной, с которой Эверард смотрел на него секунду назад, и этим тёмным, угрожающим, пугающим, словно выстрел в упор, взглядом, у Демьена по коже пробежал мороз.       Ичиро и Ямада подобрались и, склонившись в церемонном поклоне, так и стояли, пока машина с Такехико и Эверардом не скрылась за поворотом.       Демьен с тоской проводил её глазами.       — Куда теперь? — спросил он.       — В аэропорт, — усмехнулся Ямада, садясь за руль.              Откинув голову на сиденье, Демьен вслушивался в глухой шум мотора и тихую японскую речь своих спутников. Он чувствовал себя утомлённым неопределённостью и долгой дорогой.       Он уже понял, что самолёт ждёт их отнюдь не в Мацуяме, но куда именно они едут, Демьен не знал. Монотонный пейзаж и сама поездка вводили его в странное состояние усталой отрешённости.       Закрыв глаза, он утопал в воспоминаниях, непозволительно прекрасных, непозволительно раскованных. Голос Эверарда в его голове изморосью пробегал по коже. Демьен думал о любовнике, и вновь краснел, затапливаемый волной жара. Сдерживая дыхание, он прислушивался к звучанию чужого языка и надеялся, что его спутники ничего не замечают. Невыносимо хотелось позвонить Эверарду и узнать, как у него дела. Демьен не представлял, как пережить эти дни в неопределённости.       За окном появились постройки и магазины. Они въезжали в незнакомый город. Демьен решил, что это конец долгой дороги, но Ямада лишь остановился у какой-то закусочной, где Ичиро купил еды, и машина направилась дальше.       — Скоро будем в Кобе, — сказал Ичиро.       Демьен кивнул, словно был в курсе.       — И там ждёт самолёт? — всё же решил он уточнить, жуя окономияки с осьминогом.       — Нет, в Осаке.       — А в Мацуяме разве нет аэропорта? Почему нельзя было улететь оттуда?       Ямада хмыкнул.       — Есть, — уклончиво ответил Ичиро, поворачиваясь вполоборота. — Но там нас могут ждать.       — Ясно… — Демьен глотнул воды. Незнакомый город остался в стороне, и за окном вновь потянулся довольно скучный пейзаж.       Неожиданно Ямада резко снизился, и Демьен едва не вылетел из салона. Машина приземлилась. Демьен не успел понять, что произошло, только услышал, как Ямада, матерясь, что-то крикнул по-японски Ичиро и выскочил на улицу, хлопнув дверью.       — Что случилось?! — Демьен зачесал упавшие на лицо волосы, выглядывая из-за переднего сиденья. Поодаль, перекрыв дорогу магнитными щитами, стояло несколько навороченных тачек. Ямада, выхватив ствол, что-то кричал вывалившим из аэромобилей парням. Те, тыча в него пистолетами, отвечали так же громко и эмоционально. Демьен был в шоке. Японцы орали друг на друга, и в их голосах слышалось странное рычание.       — Что происходит?! — выдохнул он.       — Похоже, по твою душу… — ответил Ичиро. — Спрячься за сиденьями.       Не отрывая глаз от перепалки, он достал автомат и передёрнул затвор.       — Сиди здесь! — велел он, открывая дверь.       — Стой! — воскликнул Демьен, прячась. — Дай мне пистолет!       — За сиденьем посмотри, — Ичиро хлопнул дверью, и Демьен, сползя на колени, судорожно провёл руками за сиденьем, не зная, где конкретно искать. Ладонь наткнулась на холодный металл, и Демьен спешно вынул пистолет, снимая его с предохранителя.       Сжав рукоятку дрожащими руками, пытаясь в этом обрести поддержку, он прислушался к странному затишью на дороге и выглянул между передними сиденьями.       Ичиро был рядом — почти сидел на капоте. Ямада, чуть поодаль, прижав телефон к уху, звонил кому-то и возбуждённо ходил туда-сюда, не в силах устоять на месте. Другие японцы, явно успокоившись и опустив стволы, стояли теперь кто где и смотрели на Ямаду.       — О-ой!.. — прорычал тот в трубку.       Демьен наблюдал, как Ямада нервно с кем-то разговаривает на японском, как, подождав, перезванивает и передает телефон одному из парней.       Ичиро, сплюнув, вернулся на переднее сиденье и забрал у него пистолет.       — Что происходит? — шёпотом спросил Демьен.       — Похоже, сейчас назад поедем, — ответил тот.       — Что?!..       — Посмотрим, что босс скажет… Ты, главное, не высовывайся.       Боясь поверить своим мыслям, Демьен с тревогой смотрел, как телефон вновь оказывается в руках Ямады и тот, кивая: «Хай… хай…», возвращается к автомобилю. Парни, так внезапно вставшие на их пути, тоже рассаживались по своим тачкам.       — Что случилось? — спросил Демьен, когда Ямада захлопнул дверь и завёл мотор.       — Самолёт откладывается. Вылета не будет.       — И что это значит?!.. Куда вы теперь меня везёте?!       — Держи, — Ямада набрал номер и передал ему телефон. — Сам спроси.       Демьен напряжённо прислушивался к гудкам в трубке и едва не подлетел от изумления, когда услышал голос Эверарда.       — Слава богу!.. Что случилось? — прошептал Демьен и отвернулся к окну, чувствуя, что оба японца прислушиваются к их разговору.       — Недолгим было наше расставание, — усмехнулся Эверард. — Испугался? — его голос ласкал, успокаивал, гипнотизировал. — Ничего не бойся. Такехико встретит тебя и привезёт ко мне.       — А что случилось? — ещё тише спросил Демьен.       — Я тебе здесь всё объясню.