Демьен

143

      Но, несмотря на снотворное, спал Демьен беспокойно, ворочаясь с боку на бок и вновь проваливаясь в зыбкую дрёму. Снов было много, хотя он не мог вспомнить ни одного из них, — только беготню, удушающую тревогу и перемешанные, как игральные карты, впечатления последних дней.       Впрочем, проснулся он на удивление выспавшимся и умиротворённым.       Он ещё минуту созерцал пронизанные солнечным светом винно-розовые занавески алькова и вдруг остолбенел…       Ещё не веря своим глазам, он оглянулся и поражённо притих: чуть поодаль от него, накрытый по грудь тёмно-вишнёвым шелком, спал Эверард.       Демьен резко сел, окончательно понимая, что находится в спальне супругов. Джулии рядом не было.       Но как он здесь оказался?! Ведь он прекрасно помнил, что ложился спать в своей комнате! Необъяснимый провал в памяти пугал и тревожил.       Демьен осторожно лёг и натянул одеяло до шеи. Нежась в его уютном тепле втайне от самого себя, он смотрел на Эверарда. Тот спал на спине, бледный и измученный. Демьен вновь испытал нестерпимую вину, захотелось встать и побиться головой о стену.       Задержав дыхание, он приблизился к любовнику и осторожно приподнял одеяло в попытке глянуть на забинтованный бок. Эверард открыл глаза и устало посмотрел на него.       — И что ты там хочешь увидеть?       — Прости… Ты спал? — прошептал Демьен.       — Не так давно лёг, — ответил Эверард, закрывая глаза.       — Прости меня… — Демьен поцеловал его в плечо, примащиваясь рядом. — Не могу понять, как я здесь оказался, — тихо пробормотал он.       — Ты здесь и ночевал.       — Я, вроде, ложился у себя… Ты перенёс меня, пока я спал?!       Эверард улыбнулся, не открывая глаз. — Джулия перенесла. У меня бы сейчас сил не хватило…       Давя смех, Демьен вжался носом в подушку. — А если серьёзно? — он смотрел на Эверарда, и сердце сжималось. Неужели ранение было настолько тяжёлым?..       — Серьёзно перенесла, — тихо ответил Эверард.       — Даже вообразить такое трудно, — улыбнулся Демьен, не в силах оторвать от него глаз. — Она бы меня даже не подняла.       — Ты её недооцениваешь, — отстранённо, словно уже засыпая, ответил Эверард. — Ладно… Ты сам пришёл ночью. Постучался, и мы уложили тебя к себе.       — Серьёзно?!.. — Демьен шокированно сел, глядя на любовника. — А почему я этого не помню?       — Ты спал, — Эверард открыл глаза и с интересом посмотрел ему в лицо. — Ходил во сне.       Подложив руку под голову, Эверард внимательно смотрел на него изучающим взглядом. Казалось, с него вмиг слетел весь сон и усталость. Демьен пытался понять, правду ли говорит любовник. Но в глубоких тёмных глазах не было даже слабого намёка на иронию или веселье, так что это вполне могло быть правдой. Демьен не на шутку обеспокоился.       — Боишься лунатизма? — наблюдая за ним, со спокойной задумчивостью спросил Эверард.       — Меня это пугает… — Демьен опустил взгляд. — Никогда бы не подумал, что я ещё и лунатик!..       — Ещё и? — усмехнулся Эверард. — А кто ещё?       — Неврастеник, истерик, фанатик… Озабоченный извращенец, — Демьен покраснел, и Эверард не сдержал долгий смех, но тут же прижал руку к ране.       — Сильно болит? — дёрнулся Демьен. — Можно посмотреть?       — Что ты там увидишь?.. — Эверард глянул на прикроватную тумбочку. — Что-то обезболивающие нихрена не действуют…       Демьен проследил за его взглядом и увидел таблетки.       — Тебе подать?! — встрепенулся он.       — Не надо, малыш, — Эверард взял стакан и сделал глоток.       — Так в чём выражается твой фанатизм? — спросил он со вздохом.       — В моей любви к тебе, наверное… — сконфузился Демьен.       — О нет, это называется иначе. А озабоченность и извращённость?       Демьен не смог сдержать улыбку и поднял глаза. Эверард с такой же лукавой улыбкой смотрел в ответ.       — Я всё время думаю о тебе… и хочу тебя постоянно, — ответил Демьен глухо. — Я обожаю все те странные вещи, что ты со мной делаешь… И они мне даже не кажутся странными, — Демьен с затаённым стоном лёг рядом и надолго прижался щекой к его плечу. — Я даже сейчас говорю об этом и возбуждаюсь…       Эверард молчал, всё так же прижимая ладонь к бинтам. Его глаза были закрыты, а лицо — бесстрастно, но неровное дыхание распирало грудную клетку. Демьен чувствовал это, обнимая его, и всё сильнее возбуждался.       — Когда я почти под утро вернулся из офиса, — наконец произнёс Эверард, не открывая глаз, — Джулия мне обо всём рассказала. Мы зашли в твою комнату, и я тебя разбудил. Ты был сонным, но вполне себе шёл сам. Вместе мы пришли сюда, и ты лёг спать. Уже почти светало… Так что лунатизм отменяется.       — А почему я этого момента вообще не помню? — тихо спросил Демьен.       — Бывает, — усмехнулся Эверард. — Если не до конца проснуться и сразу уснуть, всё происходящее в эти короткие минуты может просто забыться, как сон.       Демьен тяжело дышал, покусывая Эверарда за плечо и рассматривая его профиль. От признания, что он не лунатик, ничуть не полегчало.       — Джулия тебе обо всём рассказала?.. — прошептал он, краснея от удушающего раскаяния.       — Да, — Эверард открыл глаза, глядя в потолок.       — Всё-всё? — боясь поверить своим страхам, уточнил Демьен.       — Да.       Лицо Эверарда стало серьёзным, наполненным задумчивостью, грустью, непонятной болью, и Демьен не выдержал. Уткнувшись лицом в постель, он тяжело дышал, задыхаясь от спазмов раскаяния. Он знал, что они думали об одном и том же. Он боялся поверить своим мыслям, поверить мурашкам и той неявной дрожи, что струилась по коже волнами холода.       — Демьен, посмотри на меня, — произнёс Эверард глухо. — Неужели ты и правда решил, что я собирался подложить тебя под Кидо?       Демьен виновато поднял лицо. Глаза Эверарда были полны чем-то сложным, глубоким, опаляющим. Он притянул его к себе за подбородок и прикоснулся губами к губам.       Демьен задохнулся. Эверард целовал его долго и глубоко, одурманивая, глядя в глаза. Он вдруг прикусывал его губы, верхнюю, нижнюю, чуть оттягивая, вновь ласково кусая, и тут же снова целовал, нежно, почти невесомо. Демьен млел, вибрируя в эйфории и сорванно дыша. Ресницы стали влажными от слёз.       — Демьен, ты мой любимый, мой ненаглядный мальчик… — проникновенно прошептал Эверард, ввергая его в горячку и озноб своим голосом, взглядом и властными повадками. — Неужели ты думаешь, что я могу такое сделать? Что я позволю кому-нибудь вообще с тобой такое сделать?       — Прости, — Демьен едва дышал. Не размыкая поцелуя, он скользнул рукой по члену и мошонке любовника, лаская через бельё.       Дыхание Эверарда сбилось, он дёрнулся и побледнел, зажимая бок рукой.       Откинувшись на подушку, он старался расслабиться. Демьен ластился к нему, не обращая внимания на его боль. Он прижимался к нему, утыкался лицом в шею, целовал грудь и ключицы, вновь ласкал налившийся член через бельё. Эверард наблюдал за Демьеном с лёгким удивлением и интересом. Поразительно, как тот порой был невнимателен к его чувствам, притом что сходил по нему с ума в прямом смысле этого слова.       — Тебе, похоже, совершенно всё равно, что я ранен? — усмехнулся Эверард, чувствуя, что боль отпускает.       — Нет… — Демьен заглянул ему в глаза. — Нет… Это просто нежность.       Эверард скользнул рукой вверх по его спине, зарываясь пальцами в распущенные волосы.       Демьен льнул к Эверарду и не мог остановиться, чувствуя, как тот всё сильнее возбуждается. Собственный член стоял наизготовку. Демьен говорил себе: ещё немного, ещё один поцелуй — и он отстранится. Но не мог. Эверард поглаживал его по спине и чувственно сжимал ягодицу, ввергая в ещё более сильное нетерпение.       Краснея и стыдливо пряча от него глаза, Демьен всё же стянул с себя трусы.       — Тебе очень больно? — страдая от растущего желания, он потёрся влажным членом о бедро Эверарда. — Не могу оторваться от тебя… — признался Демьен, тяжело дыша, и опустился к его паху, целуя член сначала через ткань, а потом приспуская бельё и со стоном беря налитую головку в рот.       — Нежный мальчик… — сглотнув, прошептал Эверард.       Сдерживая неровное дыхание, любовник наблюдал за ним, и глаза его под полуприкрытыми веками мерцали желанием. Не в силах унять лихорадку, Демьен привстал и потёрся об него членом. От соприкосновения их возбуждённых органов тело пронзил озноб.       — Тебе не тяжело? — спросил он с дрожью, удерживаясь на вытянутых руках и надеясь, что не причиняет Эверарду дополнительной боли.       — Нет, — прошептал тот, скользя по его спине и ягодице одним долгим будоражащим касанием. Его взгляд околдовывал, пленял и будоражил. Демьен млел.       Когда он аккуратно развернулся, нависая над любовником задом, и вновь потянулся губами к его члену, Эверард вдруг засмеялся.       — Что случилось? — удивился Демьен, оборачиваясь.       — Пока ничего, — ответил тот с улыбкой. — Но если Джулия сейчас войдёт, у неё будет очень удивлённое лицо.       — Джулия дома?! — подлетел Демьен, спешно залезая под одеяло.       — Конечно дома. Где же ещё?..       Любовник смеялся, прижимая руку к бинтам. Демьен смотрел на него, израненного и измученного, и чувствовал себя маньяком.       — Если это не фанатизм, — произнёс он шёпотом, прижимаясь к нему под одеялом. — То точно мания.       — Мания… — повторил Эверард с улыбкой, не соглашаясь с ним, но и не опровергая.       — Кидо тебя домогался? — спросил он через минуту, и голос его был уже другим. Демьен напрягся и поник.       — Что случилось, когда ты ушёл с ним? — спросил Эверард мягко, словно почувствовав его состояние.       — Он меня за задницу лапал, — сдавленно признался Демьен. — А потом пытался поцеловать, но я его отпихнул.       Эверард улыбнулся. — Молодец… Сильно испугался, когда остался с ним один на один?       — Наверное, — Демьен покраснел и потёрся о его плечо щекой. — Не помню уже. Я даже не заметил, когда капсулу проглотил… Она, кстати, до сих пор во мне.       — Можно позвонить Такехико и узнать, так ли это, — спокойно ответил Эверард. — Оборудование осталось у него.       — Она выйдет? — уточнил Демьен.       — Конечно выйдет. А если не выйдет… — Эверард с улыбкой повернул к нему лицо. — Я всегда буду знать, где ты находишься.       Демьен хмыкнул, очерчивая пальцем рельеф его груди.       — Когда появились эти люди… они прямо очередью в него… Мне показалось, что в меня тоже попали…       Эверард глубоко вздохнул. Демьен видел, как напряглось его лицо, но не мог понять, почему и что именно мужчина испытывает.       — А потом я даже не заметил, куда они исчезли… Кидо уже мёртвый лежит на полу и истекает кровью, — Демьен поднял взгляд на Эверарда, проверяя реакцию. Ему показалось, что глаза любовника вспыхнули от тщательно сдерживаемого внутреннего огня.       — Я подошёл к нему, — шёпотом продолжил Демьен. — И… Не знаю, зачем я это сделал, но мне захотелось посмотреть…       Эверард удивлённо поднял бровь и повернул к нему лицо.       — Я просто… просто потянул за край рубашки, пуговица расстегнулась… и я увидел часть татуировки у него на груди, — Демьен густо покраснел и замолчал, пряча взгляд. Он не знал, зачем вообще об этом рассказывает. Но что-то необъяснимое словно подталкивало его изнутри. Глупый порыв!       Эверард молчал, глядя мимо него.       — Он тебе понравился? — спросил он после долгой паузы.       — Конечно нет! — возмущённо выдохнул Демьен. — О чём ты?!       — А по-моему, он обаятельный, — усмехнулся Эверард. — Был.       Он улыбался, словно что-то вспоминая.       — Похоже, Асадзи ещё легко отделался… Не был бы он уже мёртв, я бы вернулся и лично убил бы его ещё раз… Вот хитрый мерзавец! Даже подумать страшно, чем бы всё это закончилось, если бы я не переманил Кавагути.       — А что с тобой случилось? — осторожно прошептал Демьен.       — Со мной? — Эверард не сдержал широкую улыбку, явно не горя желанием рассказывать. — Как только вы ушли, я послал Такехико тебе на выручку, а сам отправился разведывать сыр в мышеловке… И едва не загнулся.       Демьен прыснул со смеху и, подложив руку под голову, с интересом уставился на него.       — Серьёзно, — усмехнулся Эверард. — Уже с жизнью попрощался… Думал, что это конец.       — Это когда тебя ранили?.. — Демьен погладил его по руке.       — Нет, — примирительно улыбнулся Эверард. — Это просто осколок попал при взрыве.       Демьен смотрел на него горящим обожанием взглядом, явно ожидая более подробного отчёта. Эверард вздохнул.       — Кидо всё довольно грамотно продумал. Наверняка размышлял над этим не один день… Даже ты был частью плана. Может быть, он и правда думал с тобой ещё и развлечься, но, прежде всего, ты был нужен ему, чтобы я отправил за тобой Такехико и остался один, — Эверард отвернул голову и замолчал, словно не желая продолжать рассказ. — Ты обратил внимание, что он показал нам всё, кроме западного корпуса? — спросил он глухо через время.       — Я вообще не понял, что он нам показывал и где мы ходили, — пробормотал Демьен.       — В комплексе была одна башня, — отстранённо ответил Эверард. — Она с самого начала меня больше всего интересовала. Как потом выяснилось, Кидо соорудил там особую установку… — Эверард тяжело вздохнул и перевёл на него долгий взгляд. Сейчас его глаза казались Демьену тёмными, затягивающими, странными.       — В общем, он строил её специально для меня. Просто невероятно огромная хрень! И всё взорвалось… А с другой стороны, и слава богу. Не удивлюсь, если на её нужды работал целый реактор. Я даже не знаю, с чем её можно сравнить… Жаль, что ты не запомнил западную башню. Этот механизм, похоже, занимал всю её площадь. То ли они взломали моё восприятие, и я не заметил, как там оказался. То ли эта хрень и правда искажала реальность. Но, попав туда, я уже не мог выбраться. Эта установка… она убивала меня. Планомерно и беспощадно. Она словно высасывала из меня всю жизнь, все силы, саму мою суть… До сих пор мороз по коже, как вспомню.       Демьен засмеялся, уткнувшись ему в подмышку. Эверард перевёл на него удивлённый взгляд.       — А если серьёзно, что с тобой случилось? — спросил Демьен, улыбаясь.       — Так вот оно что… Ты мне не веришь, — усмехнулся Эверард.       — Ты мне пока даже ничего не рассказал, — парировал Демьен.       — Говорю же: спецы Кидо создали увеличенную копию моего саркофага…       — Того чёрного? — перебил его Демьен.       — Да. Немного его изменили и заметно усилили. Получилась огромная и очень мощная установка, — Эверард набрал в грудь воздуха. — Он очень хитро меня в неё заманил… Сделал ставку на мой интерес и не ошибся. Не знаю, сколько времени я там провёл. Мне показалось, что это длилось бесконечно.       — Это правда? — тихо спросил Демьен, неотрывно на него глядя.       — Правда, — улыбнулся Эверард. — Я вообще не собирался тебе рассказывать.       — Почему?       — Потому что находился на пороге смерти. И решил тебя не тревожить, когда всё же выбрался.       Демьен подавленно замолчал, чувствуя, как больно становится в груди.       — Когда умирал, видел вас с Такехико, — усмехнулся Эверард через минуту. — Как вы выбирались с острова.       — Не говори больше ничего… — Демьен лёг щекой любовнику на грудь, пряча лицо. От одной лишь мысли, что всё это происходило на самом деле, изнутри пробирал холод и на душе становилось невыносимо тревожно. Он вслушивался в мерное дыхание Эверарда, в биение его сердца, успокаиваясь от движений его грудной клетки под щекой. Эверард оторвал ладонь от бинтов и почесал ему голову.       — Сильно тебя ранило? — прошептал Демьен.       — Не очень.       — А почему тогда так больно?       — Хороший вопрос.       Демьен поднял лицо.       — Эверард, — выдохнул он тихо, целуя его в губы. — Можно тебя кое о чём попросить?       — Давай, — Эверард казался заинтригованным.       — А ты сделаешь это? — улыбнулся Демьен. — Пообещай, что сделаешь!       Эверард мягко рассмеялся. — Я пока даже не знаю, о чём ты собираешься просить.       — Пообещай, — в глазах Демьена стояли слёзы. Те самые слёзы, что так часто возникали в моменты сильного желания. Сдерживая распирающие грудь чувства, Эверард скользнул пальцами по его губам и щеке. Сердце ускорило ритм.       — Не имею привычки подписывать контракты, не читая… — прошептал он. — Но хорошо, — он не сдержал улыбку. — Обещаю. Чего ты хочешь?       Демьен облизнул губы и, отстранившись, взял его за руку. На щеках его уже полыхал лихорадочный румянец, а глаза горели смущённо и взволнованно.       — Вот… — он неловко толкнулся членом ему в ладонь. — Чувствуешь?       — Что именно? — изогнул бровь Эверард, сжимая его возбуждённую плоть.       — Вот здесь…       Демьен явно прижимал его пальцы к едва заметному, но всё же ощутимому на ощупь шраму, оставшемуся после пирсинга.       — Чего ты хочешь? — спросил Эверард.       — Я хочу… — Демьен потянулся к его уху, неровно дыша и явно волнуясь. — Я хочу, чтобы ты проколол мне член… Пожалуйста!       — Хочешь снова сделать пирсинг?!       — Нет, я хочу, чтобы мне его сделал ты!       Эверард смотрел на него поражённо, но со дна расширившихся зрачков уже поднимался осадок затаённого желания и тёмной страсти. И Демьен знал, уже знал без всяких сомнений, что Эверард уступит и сделает это. Он надеялся…       Они снова целовались, жадно и долго. И Демьен дрожал, приникая к любовнику, скользя в его ладони истекающим членом. О Эверард!.. Боль его и жизнь его!       — Хорошо… — прошептал тот наконец. — Я сделаю это.       — Обещаешь?! — не в силах поверить, выдохнул Демьен.       — Обещаю. Только дай мне время оклематься.