Хранитель принца

      «Кому расскажешь — не поверят, — улыбаясь про себя, думал Фредерик. — Этот принц из сказочной Долины богов всё вокруг превращает в сказку. Грабители и убийцы становятся преданными солдатами. Главнокомандующие противника как завороженные идут к нему в руки. А я даже подумать не мог, что, попав в плен, стану сиделкой при полковнике вражеской армии».       Фолг положил новый компресс на бледный лоб Дэйвэна. Тот открыл мутные глаза:       — Кристо, закат, — негромко прошептал он.       — Да, господин полковник, — подскочил к кровати ординарец, держась, тем не менее, на достаточном расстоянии от Фредерика. — Я уже распорядился насчёт воды. Ванна скоро будет готова. Но может, вам не стоит в таком состоянии…       — Опять ставите под сомнение мой приказ? — слабо просипел Дэйвэн.       Фолг одним взглядом отогнал Кристо от кровати. Тот, потирая опухшую с одной стороны челюсть, спорить не осмелился, но смотрел с такой ненавистью, что островитянину невольно захотелось двинуть ему для симметрии и по другой стороне морды. Кристо сел рядом с Вито, у дверного проёма в дальнем от кровати конце комнаты. Оба торчали здесь с тех самых пор, как Фредерик приволок на руках потерявшего сознание Дэйвэна.       История вообще получилась презабавная: Таоли отвёл щеголявшего набедренной повязкой Фолга к общим душевым — наспех возведённым на краю лагеря постройкам, куда из общего бака поступала нагретая вода. Фредерик содрал с себя замызганные бинты и смыл всю грязь, получив позже от толстого наглого готронца свои ботинки и постиранные штаны, с наспех зашитыми дырками. Видимо, вопреки опасениям полковника, загнать их кому-то снабженец ещё не успел. Вдобавок Фолгу досталась нежно-розовая рубашка, явно трофейная, слишком просторная для любого из местных, но тесная в плечах здоровенному кигги, и куртка, больше напоминавшая размерами плащ-палатку.       Когда Таоли под непрекращающимся ледяным дождём повёл Фредерика в лазарет на новую перевязку, измученный горячкой организм долинца наконец не выдержал и мстительно отправил хозяина в глубокий обморок — островитянин еле успел подхватить того на руки. Кигги молча вломился в ближайшую палату, по счастью оказавшуюся пустой, осторожно уложил пылкого юношу на ближайшую койку и отправился на поиски доктора. Ему снова повезло — он очень быстро обнаружил пожилого остролицего мужчину, которого хорошо помнил со времени прошлого визита. Тот, очевидно, тоже ещё не забыл Фолга, потому что резко побледнел и с удивительной для его возраста прытью попытался удрать. Островитянин без труда поймал его и отволок за шкирку к Дэйвэну, где схватил доктора за руку и прижал её к горячему лбу принца.       Готронец, к его чести, сразу же забыл о кигги и начал порхать вокруг полковника, вокруг засуетились непонятно откуда взявшиеся люди. Начались расспросы и компрессы, порошки и настойки. Фредерик молча схватил прибежавшего Кристо за шкирку и поставил его в вовремя подвернувшийся таз с водой. Так доктор узнал, что господин полковник позавчера вечером промочил ноги, прыгнув в ручей. Тут Дэйвэн очнулся, и по его приказу пришла очередь Фолга: его раздели, измазали раны ещё одним творением рук доктора и вновь забинтовали. Всё это время медик раздражённо и достаточно удивлённо комментировал скорость заживления ран островитянина.       Несмотря на возражения рискованно осмелевшего доктора, оставить Таоли в лазарете Фолг не позволил. С молчаливого согласия Дэйвэна, кигги поднял лёгкое горячее тело на руки и понёс в полковничьи апартаменты. Попав в свою спальню, принц умудрился даже самостоятельно переодеться в белую шерстяную пижамку, предварительно слабым, но непреклонным голосом изгнав прочь Кристо, Вито и самого Фредерика. И до вечера бессменная троица дежурила у постели Дэйвэна, периодически подчиняясь сначала слабому голосу полковника, а потом выразительному взгляду Фолга и посылая солдат за новой порцией еды для бездонного желудка пленного островитянина.       — Ванна готова, — сунул нос за занавеску один из солдат, но тихий слаженный рык троих мужчин заставил его мгновенно исчезнуть.       Фолг с заметным удовольствием поднял долинского принца на руки и понёс в дальнюю комнатушку. Кристо и Вито угрюмо плелись за ним, почтительно держась на расстоянии.       — Господа, — светским тоном просипел Дэйвэн. — Я желаю принять ванну. Извольте покинуть палатку на полчаса.       Господа застыли, испепеляя друг друга ненавидящими взглядами, каждый проявлял очевидное нежелание хоть на миг оставлять полковника наедине с остальными.       — Вы соревнуетесь, кто хуже всех повинуется моим приказам? — с явной издёвкой поинтересовался долинец.       Трое мужчин одновременно попытались выйти из комнаты, но застряли в дверях. Островитянин лёгким движением плеч расшвырял готронцев в стороны, первым вышел из палатки и с непринуждённым видом занял стратегически важное место — на ступеньках у входа. Чуть задержавшиеся Кристо и Вито мрачно устроились поблизости на каких-то чурбачках. Все трое молча сидели и слушали тихий плеск воды за полотняными стенками.       После того как, казалось, прошла целая вечность, послышался тихий голос полковника. Фредерик первым ворвался в палатку и, подхватив на руки цеплявшегося за дверной проём Дэйвэна, деловито потащил его в спальню.       «Прям как юную невесту на супружеское ложе, — ухмылялся Фолг, разглядывая бледное лицо, прижатое к его плечу. — А я бы сейчас не отказался от роли жениха в брачную ночь».       Он тихо усмехнулся, вспомнив, сколько раз его пытались затащить под венец. И ведь у несостоявшихся невест не было никаких причин для свадьбы. Кроме совместно проведённой ночи. Или дня. Или даже часа. Но ведь секс не повод? Упорство, с которым Фредерик Фолг в свои двадцать девять бегал от женитьбы, уже стало притчей во языцех — и на Островах, и в Итилане.       «И ведь на ком сорвался, — удивлённо покачал головой кигги, укладывая долинца на кровать, — на юноше бледном со взором… — Тут Таоли открыл глаза, и Фолг не мог не поправить себя критично: — с мутноватым, честно говоря, взором-то».       — Я сам оделся? — чуть слышно спросил Дэйвэн.       Фредерик кивнул, и долинец вздохнул с облегчением. В спальню неслышно вошли Кристо и Вито, Таоли скосил на них глаза:       — Всё в порядке. Идите спать.       — Господин полковник, — смиренно возразил Кристо, — вас нельзя оставлять наедине с этим… генералом Фолгом.       — Во-первых, не наедине, — строго заметил Дэйвэн. — Вы же постелили ему в соседней комнате?       — Да, господин полковник, — кивнул ординарец, — но…       — Что? — слегка удивлённым тоном спросил принц. — Вы до сих пор опасаетесь, что он меня убьёт?       — Он способен не только на это… — уклончиво протянул Кристо.       — Не бойтесь, — через силу рассмеялся Дэйвэн — он же не Вито…       Габини в который уже раз за день пошёл пятнами.       — Кристо, Вито, идите спать. Это приказ.       — Слушаюсь, господин полковник, — в голос буркнули готронцы и, угрюмо переглядываясь, вышли из комнаты.       — Фредерик, — полковник перешёл на киггский: — Не знаю, смогу ли завтра проснуться до восхода, поэтому спрошу сегодня — ты продлишь свою клятву ещё на день?       Фолг сел с ним рядом на постель и одарил тяжёлым взглядом.       — Вслух, пожалуйста, — тихо попросил Дэйвэн.       Фредерик мрачно ухмыльнулся, лёг рядом с Таоли и прижал его к себе, зарывшись носом в мокрые пряди волос и вдыхая тонкий запах. Дрожащий долинец отчаянно забился в его руках. Фолг подождал, пока тот обессилит и пригреется в его объятиях, а затем хрипло прошептал на ухо:       — Клянусь.