Хранитель принца

      Фредерик проснулся на рассвете — как и всегда. Он слегка повернул голову и полюбовался на бледное лицо Таоли, спящего у него на плече. Всю ночь долинец тесно прижимался во сне к большому жаркому телу в поисках тепла. Фолг даже рубашку снял и просто блаженствовал от осознания, что Дэйвэн сам, пусть и неосознанно, льнёт к нему, словно любовник. Напряжённый член в штанах болезненно ныл, а островитянин до сих пор не мог понять, что же удерживало его от изнасилования долинского принца.       «Я разгадал его хитроумный план, — мрачно думал Фредерик. — Он хочет, чтобы я сошёл с ума от вожделения».       Он коснулся губами бледного лба и отметил, что жар к утру спал. Зарылся лицом в чёрные шёлковые пряди и вдохнул аромат, от которого уже начинал терять голову.       «Надо сейчас же вставать, — приказал себе. — Если он проснётся или готронцы застанут нас так, не видать мне больше господина полковника. Приручать его надо постепенно, пока он не привыкнет ко мне, как к своему псу, по которому до сих пор тоскует».       С тяжелым вздохом он вылез из-под одеяла, укутал Таоли и пошёл в ванную: сбрасывать накопившееся напряжение и умываться. После — в целях конспирации — свернул спальный мешок, приготовленный для него вчера готронцами, и закинул в угол за кресло. Посетил солдатские уборные, проинспектировав организованность быта бывших каторжников. Вернулся к палатке и, находясь посреди тихого и сонного лагеря врага, стал любоваться восходом. Изредка мимо пробегали хэдары, поражённо застывавшие от такого зрелища: здоровенный кигги, нагло развалившийся на ступеньках командирской палатки и блаженно щурившийся от бьющих ему в глаза лучей восходящего солнца.       Вот мимо, бросив на него тяжёлый взгляд, в сторону уборных прошёл Вито. Фредерик широко ему улыбнулся, оскалив зубы, — готронец споткнулся и ускорил шаг. Позже появился Кристо с чайником в руке и предпринял попытку проникнуть в палатку полковника, Фредерик лениво поднялся и преградил ему путь.       — Скотина! — не выдержав, рявкнул ординарец. — Я принёс чай господину полковнику!       Фолг равнодушно пожал широкими плечами.       — Тупой дикарь! — заорал Кристо, сунув ему в лицо чайник и чуть ли не плеснув кипятком в глаза. — Это чай! Цивилизованные люди пьют его по утрам!       Островитянин, издевательски ухмыляясь, вновь пожал плечами.       — Фрей, — раздался негромкий окрик на итиланском, — отстань от него.       Кигги неторопливо повернулся и вошёл в палатку, за ним, кипя от бешенства, последовал Кристо. Дэйвэн, уже одетый в полевую форму, встретил их достаточно ясным взглядом. Фредерик нахально завалился в любимое кресло принца.       — Господин полковник, рад, что вам уже лучше, — с некоторым облегчением заметил Кристо, наливая парящий настой в стакан, стоявший на столе. — Ваш чай готов.       — Благодарю, — светски отозвался долинец. — Новости?       Ординарец полез за пазуху и достал кожаную папку:       — Вчера поступило несколько приказов из штаба, ещё пара донесений, которые показались мне важными. Вечером загнулся доктор Моро. Когда нашли, был уже холодным — непонятно с чего. Видимо, наш маньяк доэкспериментировался.       Дэйвэн тяжело вздохнул и опустил глаза — выглядел он явно виноватым. Он хмуро спросил:       — Что-то ещё?       — Ну, как сказать, — замялся Кристо. — Дозорные заметили ночью основательную иллюминацию на западе. Наши разведчики, направленные туда, нарвались на очень наглых столичных, которые развернули их обратно, тыча в нос приказами главнокомандующего. Ходят слухи, что там обосновался генеральный штаб, прикрываясь нами и пятым полком от возможной атаки итиланцев.       — Атаки итиланцев мы можем не бояться ещё пару дней, — заметил Дэйвэн, бросив внимательный взгляд на Фолга. — А вот что здесь забыли главнокомандующий и штаб…       — Господин полковник! — в палатку вбежал Вито. — Там у ворот машины. И генерал Джироли.       — Джироли? — зло улыбнулся принц, искренняя ненависть исказила его аристократические черты. Фредерик смотрел на него с удивлением — такого Дэйвэна он ещё не видел. — Генерал пожаловал за очередным почётным гостем? Я его порадую.       Долинец на мгновенье задумался, а затем разразился обилием приказов:       — Кристо, накройте мне и генералу Фолгу завтрак на улице у столовой. Передайте мой приказ поварам: всё отбитое у итиланцев мясо использовать сегодня на завтрак и обед. Расставьте рядом на плацу все имеющиеся столы, пусть все свободные солдаты одновременно явятся на завтрак и с едой особо не торопятся. Вито, возьмите пару взводов вооруженных хэдар и, ссылаясь на мой личный приказ, не спеша, очень тщательно проверьте документы у генерала и его сопровождающих. И захватите дежуривших ночью разведчиков — думаю, они будут в прекрасном настроении и полны хороших манер, которых поднабрались у столичных товарищей, так тепло встретивших их вчера. Когда закончите с документами, отведите гостей к столовой — неторопливо. С сопровождением, чтобы не заблудились. Я буду ждать.       Дэйвэн потёр висок и задумчиво посмотрел на Кристо и Вито.       — Может, по такому поводу долинский мундир надеть? Неуставная форма всегда невероятно радовала генерала Джироли…       Оба готронца радостно кивнули, пряча маслянисто заблестевшие глаза, и помчались исполнять приказы.       — Фредерик, — полковник повернулся к Фолгу и перешёл на киггский: — Сегодня состоится битва за тебя. Наслаждайся зрелищем, до того как тебя заберут в генштаб для приватных бесед. И кстати…       Таоли в замешательстве умолк, а затем, заметно смущаясь, всё же спросил:       — Где ты сегодня спал?       «Ага, сокровище моё, пытаешься вспомнить вчерашний вечер?» — Фредерик улыбнулся и вопросительно приподнял брови.       — Я имею в виду, ты спал на… — пятна румянца расцвели на бледных щеках, — на своём месте?       Улыбка Фолга стала ещё шире, он нахально кивнул.       — В смысле, там… — сильнее залился краской юноша, — ты не…       Глядя на наглую ухмылку островитянина, Таоли окончательно сбился и, отвернувшись, быстрым шагом, почти бегом скрылся в спальне.       «Мой маленький вояка, — тихо рассмеялся Фредерик, — подумай пока, обнимал я тебя на самом деле или это был горячечный бред. А может, эротический сон?»