Хранитель принца

      Этот день вымотал наёмников больше, чем сражение при Толосе. В погоне за «призраками» они карабкались на покрытые мхом скалы, продирались сквозь заросли колючего кустарника, прыгали по шатающимся под ногами каменным глыбам, уворачивались от несущихся сверху булыжников. Противника они не могли поначалу даже увидеть, не то чтобы подойти на расстояние рукопашной. В то же самое время «призраки» относительно успешно закидывали их вполне материальными дротиками из местных колючек, оперённых узкими листьями какого-то растения. Фредерик сначала решил, что это и есть причина смерти пожелтевших итиланцев, но красных пятен у островитян не появлялось и, к радости своего вождя, умирать они не спешили — Фолг не знал, что и думать.       Невидимый лучник тяжело ранил с десяток человек, но чаще стрелы просто скользили по металлическим полосам на глубоких капюшонах плотных курток или застревали в толстой коже традиционных киггских безрукавок, проклёпанных бляшками, а когда пробивали — попадали в защитные амулеты, связку которых каждый уважающий себя островитянин носил под одеждой. Наконец неизвестный лучник отчаялся и принялся методично протыкать стрелами ноги наёмников. К лагерю итиланцев медленно потянулись группы хромающих и бешено матерящихся «тюленей» — альпинисты теперь из них были никакие. Ближе к полудню многих бойцов, ранее раненых дротиками, начала одолевать тошнота, и их большой, дружной, жалующейся на головокружение компанией отправили вслед за хромыми везунчиками.       Всё изменилось, когда в полдень с другого конца ущелья подошла основная группа отдохнувших за ночь «тюленей». Теперь у «призраков» не было возможности отступать назад по ущелью, и островитяне попытались загнать их в один из узких боковых каньонов, где не было возможности где-либо спрятаться либо вскарабкаться вверх по стенам, сбрасывая булыжники на голову преследователям. «Призраки», не желая заходить в ловушку, были вынуждены пойти на рукопашную. Но кигги — это не суеверные итиланцы. Когда от утёса, заросшего грязно-зелёным мхом, внезапно отделилась человеческая фигура и кинулась на одного из островитян со здоровенным тесаком, тот лишь машинально отмахнулся своим — и тело готронца сломанной куклой упало под скалу. Кигги радостно взревели — наконец-то настоящий, живой противник, которого можно убить! Обель подошёл к трупу, предусмотрительно потыкал ножичком и небрежно перевернул на спину: лицо и ладони готронца были покрыты эластичной плёнкой какой-то травянистой кашицы, на полевой форме стандартного для имперской армии тёмно-зелёного цвета красовались бесформенные светлые и тёмные пятна. Тело мёртвого каторжника почти сливалось с камнями, на которые тот упал — стало понятно, почему «призраков» было так сложно разглядеть.       С этого момента чаша весов резко склонилась в сторону островитян, в рукопашной схватке один здоровенный опытный «тюлень» стоил троих-четверых готронцев — началось форменное избиение. Павшие духом каторжники отступали — Фредерик со своими бойцами упорно загоняли их в ближайший каньон. Наконец с очередной попытки им это удалось.       Этот каньон оказался неожиданно извилистым и глубоким. Именно там сейчас находились все оставшиеся в живых хэдары каторжного батальона. И их командир — полковник Дэйвэн. Кигги замерли за первым же поворотом каньона, перед тёмным проходом, внезапно сузившимся до ширины шага. Тихо журчала вода полноводного ручья, который и промыл этот каньон. Фолг настороженно ступил вперёд — и резко отшатнулся: что-то просвистело в воздухе и чиркнуло по камню под его ногой. Военный вождь «тюленей» поднял тонкий кривоватый прутик стрелы без наконечника и с наскоро прилаженным хвостовым оперением из тех же жёстких листьев, что и у дротиков. То ли у лучника закончился запас нормальных стрел, то ли ему жалко было их тратить на явно предупредительный выстрел. Фредерик хищно улыбнулся и прорычал на родном языке, не сомневаясь, что тот, кто нужно, его поймёт:       — Дэйвэн, выходи! Разговор есть.       Несколько минут он стоял неподвижно и ждал, пока наконец не услышал хорошо знакомый, спокойный и мелодичный голос.       — Пусть твои люди отойдут на сто шагов. Я встречусь с тобой у входа в каньон.       — Ага, сейчас, — ехидно отозвался Обель и чуть не свалился с неустойчивой глыбы, на которую только вскарабкался, когда услышал приказ своего командира:       — Отходим.       Фолг первый пошёл к выходу из каньона, за ним рванул его адъютант.       — Фред, ты что делаешь? Там же Дэйвэн! По его задумкам готронцы провернули свои самые изощренные операции! — Обель ускорил шаг, чтобы обогнать его и посмотреть в глаза. — Ты сам заставил меня нарыть по нему все сведения — я знаю, о чём говорю! Это очередная его хитрость!       Фредерик поймал встревоженный взгляд своего адъютанта и успокаивающе кивнул, но эффект смазала безумная улыбка, растянувшая губы помимо воли. Фолг едва не дрожал от нетерпения.       «Сейчас я увижу Таоли, — билась в его голове единственная мысль, заслонившая все остальные. — Сегодня он будет моим».       — Фред, — тихо позвал Обель, останавливаясь вслед за ним в полусотне шагов от входа в ущелье, в котором скрывались готронцы. — Ты с ума сошёл?       — Язык придержи, — спокойно, без каких-либо эмоций отозвался Фолг, вглядываясь в нагромождение тёмных булыжников у самого входа в каньон: сейчас из теней появится стройная фигура Дэйвэна.       Несколько бесконечных минут ожидания и… У Фредерика аж дыханье перехватило — такого он точно не ожидал! Как-то внезапно на дальней глыбе появилось абсолютно неземное видение.       «Даже здесь свой долинский мундир нацепил», — с невольным восхищением и даже какой-то злостью подумал Фолг. Он услышал изумлённый вздох Обеля и восторженные возгласы своих бойцов.       — Прям как фарфоровый ангелок, — заворожённо прошептал рядом Корш. — Помнишь, мы такого у твоего дяди с полки грохнули…       Дэйвэн, выглядевший немного смущённым от всеобщего внимания, грациозно ступил вперёд, сияя белизной мундира на фоне тёмных, покрытых мхом скал. Он беспечно шагнул на соседний булыжник, опасно пошатнувшийся под его ногами. Теряя равновесие, Таоли беспомощно взмахнул руками — и Фредерик едва сдержал порыв броситься ему навстречу, чтобы подхватить. Принц как-то неожиданно легко и быстро скользнул на ближайшую глыбу и лукаво улыбнулся, глядя на рванувших ему навстречу кигги.       «Да он играет с нами!» — Фолг чертыхнулся сквозь зубы, пытаясь сохранить хотя бы внешнее спокойствие. К его удивлению Дэйвэн повернулся к ним спиной, демонстрируя соблазнительную задницу, обтянутую белоснежной тканью, и коротко махнул рукой.       — Красуется, сучонок, — со злым восхищением выдохнул рядом Обель.       Таоли развернулся, грациозно спрыгнул вниз и вышел на небольшую ровную площадку, находившуюся чуть в стороне от прохода в каньон. Из-за груды булыжников показался настороженный Кристо и последовал за своим командиром.       — Пойдём, — коротко приказал Фредерик и пошёл к площадке, Обель поспешил за ним.       — Что за пацан? — тихо спросил он, шагая рядом с Фолгом.       — Дэйвэн, — хищно улыбнулся тот.       Корш аж споткнулся:       — Как, Дэйвэн?! Этот мальчишка? — Он почесал затылок. — Я на его возраст как-то внимания не обращал. Я думал, он тот мужик…       Фредерик вышел на площадку и остановился, молча впившись взглядом в лицо Таоли. Тот очаровательно улыбнулся:       — Здравствуй, Фрей, — и умолк. Не дождавшись ответа, долинец лукаво спросил: — В то утро ты потратил все слова? Так что даже попрощаться со мной не смог?       Рядом удивлённо сопел Обель: редкий итиланский офицер владел киггским, а тут — целый вражеский полковник. Фолг, не отвечая, продолжал пожирать Дэйвэна взглядом. Какие к чертям разговоры, если хотелось только одного: сдавить в объятиях этого обольстительного изворотливого змея, содрать с него штаны и засадить по самые…       «Спокойно! — пересилил он себя. — Стальной, так стальной».       Корш подошёл к своему командиру. Таоли бросил на него внимательный взгляд:       — Пожалуй, мне следует спросить, — вкрадчиво начал он, — где же Стальной Фолг? У нас гостил жизнерадостный и разговорчивый кигги, куда вы его дели?       Обель с недоумением покосился на Фредерика — тот продолжал молчать. Дэйвэн издевательски улыбнулся:       — Фрей, вижу, обязанности главнокомандующего тебя совсем измотали, — он шагнул вперёд и чарующе улыбнулся, сделав приглашающий жест, — не желаешь ли вновь отдохнуть у нас в плену?       — Вообще-то, мы здесь обсуждаем условия вашей сдачи, — рискнул подать голос Корш, пихнув локтем застывшего в прострации военного вождя «тюленей».       — Вообще-то, меня пригласили просто поговорить, — мгновенно отрезал Таоли. — О моей сдаче речи не шло.       — У тебя нет выбора, — ровно пророкотал низкий голос. Фолгу стоило больших усилий говорить и выглядеть невозмутимо.       — Выбор есть всегда, — спокойно ответил Таоли и безмятежно улыбнулся.       — Умирать ты не хочешь, — уверенно произнёс Фредерик, — тебе остаётся только сдаться. Готронцы сегодня умрут, а ты, если хочешь жить, иди ко мне.       Принц приподнял бровь и наградил командира наёмников высокомерным взглядом:       — Ты за кого меня принимаешь? Думаешь, я брошу своих людей?       — Это не твои люди, — с насмешливым удивлением напомнил Фолг. — Это каторжники, к которым тебя сунули в надежде, что они изнасилуют и убьют такого милого мальчика.       Фредерик с невыразимым удовольствием наблюдал, как бледные щёки Таоли вспыхивают пятнами румянца. Принц, глядя на него сузившимися глазами, холодно процедил:       — Они подчиняются мне. Это мои люди. — Он растянул губы в напряжённой улыбке. — В любом случае, сами они вряд ли дадут мне уйти живым.       — Сомневаюсь, — спокойно произнёс Фолг. — Они прекрасно понимают, что ты — единственный из них, кто достоин жизни. — Он усмехнулся: — А ты не посмеешь прервать существование тысячелетнего рода императоров Долины.       В глазах Дэйвэна что-то промелькнуло. Был это гнев, страх или уязвлённая гордость — трудно сказать, всё так же быстро и исчезло. Таоли томно взглянул на Фредерика и пленительно улыбнулся.       — Фрей, ты такой проницательный, — вкрадчиво промурлыкал он, сделав пару шагов навстречу. У Фолга аж дыхание спёрло. — Ты помнишь, да? То утро было… чудесным.       В глазах потемнело от желания, Фредерик едва сдерживал себя.       — Не смотри на меня так, — слегка испуганно попросил принц, — а то я передумаю сдаваться.       Кигги облегчённо выдохнул. Хорошо, что Таоли решил не делать глупостей и не стал рисковать своей бледной шкуркой.       — Иди сюда, — враз охрипшим голосом позвал Фолг.       — Нет, — покачал головой принц, — я хочу сначала обсудить некоторые условия. — Он обратился по-готронски к мрачному Кристо: — Иди обратно. Оставь меня одного.       Кристо, который до сих пор не понимал ни одного слова из их разговора, потемнел лицом, но молча развернулся и направился к узкому проходу.       — Никаких условий, — отрезал Фредерик.       — Ну Фрей, — смущённо глянул на него из-под опущенных ресниц Таоли. — Я отослал своего сопровождающего, может, сделаешь то же самое? Разве ты не хочешь остаться со мной наедине?       Фолг напряжённо сглотнул. Он не верил глазам и ушам: неужели это откровенно флиртующее с ним существо — его Таоли? Он не глядя махнул рукой Обелю, но тот подошёл ближе и тихо прошептал:       — Он тянет время, Фред. Он точно что-то задумал.       Командир наёмников досадливо поморщился:       — Он просто не может смириться со своим положением, но ему некуда деваться. Иди, Обик.       Когда Корш присоединился к отряду кигги, Дэйвэн подошёл ещё на несколько шагов ближе к Фолгу — и тот замер, словно опасаясь его спугнуть.       — Какой разговор у тебя ко мне? — лукаво поинтересовался Таоли. — Зачем вообще нужны были эти переговоры?       — Не хочу, чтобы тебя пришибли ненароком, — бесстрастно ответил Фредерик. — У меня на тебя другие планы.       — Какие? — с наивностью полюбопытствовал долинец и, подойдя к краю свободной от камней площадки, легко вскочил на невысокий плоский булыжник.       — Тебе прямо здесь показать? — тихо рыкнул кигги, шагнув к нему.       — Лучше — расскажи, — спокойно попросил Таоли, шагнув на соседнюю, более высокую каменную глыбу. Теперь их глаза были на одном уровне. Фолг сделал ещё пару шагов, подойдя к нему на расстояние вытянутой руки.       — Ох, как я тебя выебу…       — На гамаке, наверное? — насмешливо улыбнулся принц. — Это всего лишь месть?       — Нет, и ты это знаешь. Ляжешь под меня сам — и тебе будет хорошо, клянусь. Но если начнёшь свои фокусы — пожалеешь, выебу без жалости, порву в клочья… — люто выдохнул Фредерик. — Ты будешь моим в любом случае.       Он протянул руку и огладил бедро, обтянутое белоснежной тканью. Дэйвэн отпрянул назад. Со стороны островитян раздались одобрительные возгласы.       — Давай не здесь и не сейчас, — робко попросил Таоли. — Я хочу лишь попросить тебя…       — О чём?       — Я не хочу, чтобы они мучились — убей их без пыток. Ты же можешь это устроить? Я не хочу ни видеть, ни слышать, как умирают эти несчастные, — его голос был тихим, едва различимым. — Можно, я отойду?..       — Хорошо, — кивнул Фолг. — Я дам охрану…       — Нет! — принц испуганно вскинул на него глаза. — С твоими «тюленями» я буду в большей опасности. Я пойду к лагерю итиланцев — у них хотя бы нет привычки насиловать пленных.       — Троих я к тебе приставлю, — непреклонно сказал Фредерик, — с приказом не приближаться к тебе ближе десяти шагов.       — Двадцати, — упрямо протянул Таоли — очевидно чисто из вредности. Он грациозно спрыгнул с булыжника и неторопливо направился в сторону наезженной дороги, бегущей по Чёрному ущелью.       — Обик! — позвал Фолг, подойдя к своему отряду. — Направь с ним троих ребят с наказом никого к нему не подпускать и самим близко не подходить. Пусть ждут нас в лагере итиланцев.       Фредерик повёл своих людей обратно в каньон. Теперь его ничего не сдерживало — в крови бурлил боевой азарт, необычайно сильный после такого разговора. Он хотел быстрее покончить с каторжным батальоном, вернуться за Таоли и тогда… Он помотал головой, отгоняя мириады сладостных видений.       Вслед за группой разведчиков Фолг шагнул в тёмный проход, балансируя на неустойчивых камнях над ледяной водой. Он припал к холодной скале и подождал, пока глаза привыкнут к сумраку. Высокие стены каньона почти смыкались далеко над головой. Солнце ещё только начинало клониться к горизонту, а здесь был уже глубокий вечер. Готронцев не было видно, но учитывая их превосходную маскировку, это было не удивительно. Фредерик с бойцами осторожно и практически бесшумно крались по извилистому узкому проходу. Через сотню шагов стены неожиданно широко разошлись, открывая вид на запруду на ручье и небольшой тихий лагерь выше по течению. Не было видно ни одного человека. Фолг настороженно переглянулся с одним из сотников, тот жестом отдал команду — и «тюлени» рассыпались по окрестностям в поисках врага.       Внезапный выстрел буквально оглушил наёмников, которые напряжённо вслушивались в царившую вокруг тишину. Определить, с какой стороны стреляли, было почти невозможно — громкое эхо заметалось среди скал. Кигги припали к камням, отыскивая взглядами врага. Грохот становился всё громче. Со стен каньона покатились булыжники. Нависавшая козырьком над истоком ручья огромная скала, непредсказуемо меняя контуры, поползла вниз — всё быстрее и быстрее.       — Обвал! — заорали десятки голосов.       — Наверх! — рявкнул Фредерик и помчался к гранитному утёсу, который возвышался посреди запруды. Ледяная вода обжигала ноги, камней до них долетало всё больше. Один из булыжников по касательной чувствительно задел его бок, но он, не замедляя хода, взлетел на уступ и вместе с соратниками стал буквально за шкирки втаскивать задержавшихся бойцов, из которых кого-то каменные осколки всё-таки задели. Наконец три сотни кигги тесно облепили верхушку скалы, наблюдая за тем, как оплывают, теряя чёткие очертания, и сползают вниз высокие стены каньона, как исчезает под грудами щебня и огромных булыжников горный ручей. Смертоносная река оползня накатывала на непоколебимый высокий утёс в центре крохотной горной долины, грозя смести беспомощных перед лицом природы людей. Тяжёлая пыль клубилась в воздухе, не давая вдохнуть.       — Где Обель? — заорал Фолг, перекрикивая стихающий грохот.       Того нигде не было, как и ещё полторы сотни бойцов.       «Надеюсь, они не успели сунуться в эту ловушку, — Фредерик бессильно сжал кулаки. — Таоли, гадёныш, убью! Сначала трахну, потом убью! И опять трахну… — Он скрипнул зубами. — Но куда исчезли каторжники?!»       — Старшой, здесь не было живых готронцев, — к нему пробрался через тесную толпу Холт, один из его сотников и давний товарищ.       — Я уже понял, что их здесь нет. Они как-то умудрились проскользнуть мимо нас…       — Живых нет, — повторил тот, — а вот мертвых внизу, под запрудой больше сотни. Их складывали в воду, в холодок, приваливая камнями, чтоб не так быстро тухли.       «Значит, всё это время их лагерь был здесь, и именно отсюда они совершали налёты на итиланцев, — мрачно размышлял Фолг, — а потом притаскивали сюда трупы убитых, чтобы своей мнимой неуязвимостью вызвать ещё больший страх у суеверных идиотов».       — Пока у них был здесь лагерь, они успели изучить все окрестные скалы и тропинки, — произнёс вслух Фредерик. — Нашли способ спустить лавину и заранее разведали пути отхода.       «И этим путём ушли, пока Таоли крутил задницей и заговаривал мне зубы. Я не меньший кретин, если так глупо повёлся, — терзала его мысль, — и затащил в западню своих людей. Дэйвэн, ты мне за это заплатишь!»       — Они не уйдут, — хлопнул его по плечу Холт, словно прочитав мысли. — Наши смотрят за выходом из ущелья. Там достаточно бойцов — готронцы не пробьются.       Фолг вспомнил разговор с Таоли и чертыхнулся:       — Они не пойдут к Толосу. Дэйвэн поведёт их на итиланцев и выйдет с другой стороны ущелья — в тыл королевским войскам… — Он коротко ударил кулаком в раскрытую ладонь и зло выдохнул: — Срочно валим отсюда!