Хранитель принца

      — Где он?! — в бешенстве орал Фолг, тряся Анрада за грудки. Корш и Холт молча отдирали его пальцы от кителя итиланского генерала.       — Фред, успокойся, — шипел ему в ухо Обель.       Фолг, переключаясь на своего адъютанта, озверело рявкнул:       — Как ты мог оставить его одного?!       — Совсем шизанулся?! — не выдержав, яростно огрызнулся Корш, переходя на родной язык. — Из-за этого гада полсотни бойцов завалило камнями, остальные еле успели выскочить! А за твоим красавчиком из соседнего каньона явилось полтораста готронцев, и они вместе резво чесанули вверх по дороге. По-твоему, нам нужно было не искать путь к вам, а бежать защищать его от итиланцев?!       — Фолг, что мы должны были делать, если с той стороны, куда вы ушли, явилась толпа готронцев? — отдышавшись, заявил генерал Анрад. — Естественно, мы начали стрелять! А когда лавина сошла, их уже и след простыл… И тут являетесь вы и начинаете какие-то претензии предъявлять!       — Вы же знали, что от стрельбы начнётся обвал! — рванулся из объятий соратников Фредерик, но кигги держали крепко.       — Так мы знали, что нас не заденет, — с достоинством ответил итиланец, предусмотрительно отойдя на несколько шагов назад. — За эти дни мы изучили окрестности лагеря.       Фолг сжал зубы и попытался успокоиться. Хотя бы внешне.       — Где их видели в последний раз?       — Там! — итиланец указал на завал из каменных глыб и щебня между склонами Чёрного ущелья, сужавшимися у выхода на обширную Тирейскую равнину.       Фолг мысленно застонал.       — Надеюсь, ваши люди годятся хотя бы на то, чтобы расчистить дорогу, — почти спокойно произнёс он. — Чёрное ущелье — самый прямой путь к Толосу, король будет недоволен, если ему придётся потерять неделю на объезд.       Фредерик отобрал два десятка самых верных кигги, каждого из которых он знал много лет, и направился к завалу. Мрачный Обель, несмотря на то, что его не звали, упрямо держался за спиной, движимый идеей уберечь командира от очередной глупости. Фредерик замедлил шаг и молча положил ладонь на плечо своему верному помощнику и побратиму. Тот резким движением скинул его руку, но таки ткнул кулаком в рёбра — мир был восстановлен.       С заметным трудом они пробирались между неустойчивыми глыбами, острый щебень подавался и скользил под ногами. Наконец один из кигги услышал слабые стоны со стороны каменных булыжников у склона ущелья. Подойдя ближе, уже все почуяли запах свежей крови. Начав разбирать завал у склона, островитяне обнаружили вход в небольшую полузасыпанную пещеру, откуда и неслись стоны.       Следующие полчаса Фолг, неистово молясь всему подряд о том, чтобы Таоли был жив, как одержимый расчищал пещеру, внимательно рассматривая всех найденных готронцев. Тем, кто ещё был жив, он походя сворачивал шеи и продолжал свой отчаянный поиск. «Тюлени» помогали ему в гробовом молчании, бросая встревоженные взгляды на своего военного вождя, прежде отличавшегося редким здравомыслием.       Смеркалось. Осенний день неуловимо темнел. Наёмники постепенно углублялись в пещеру. Вглядываясь в лицо очередного готронца, Фредерик смог его вспомнить: от интимного знакомства с этим капитаном его спас Таоли.       «Жаль, уже мертв, — равнодушно подумал Фолг. — Меня, наверное, порадовало бы свернуть ему шею».       Он отшвырнул тело в сторону выхода, где его подхватили двое бойцов и поволокли наружу. Фредерик отвалил камень, под которым оказался чей-то размозжённый затылок. С каким-то странным чувством он аккуратно схватил мертвеца за волосы, поворачивая к себе лицом. На него смотрели остекленевшие глаза Вито Габини.       «Таоли должен быть где-то рядом, — билась единственная мысль в голове у Фолга, пока он лихорадочно отбрасывал в сторону камни. — Вито не отошёл бы от него далеко».       Когда он сгрёб булыжники с лежащего под Габини тела, уже в самом конце пещеры, человек слабо застонал. Фредерик без удивления узнал голос Кристо.       — Где Дэйвэн? — рявкнул он по-готронски, встряхивая каторжника за плечи.       — Принц поведёт меня в Долину богов, — едва слышно прошептал тот, кровавая пена пузырилась у него на губах.       — Ошибаешься, — бесстрастно произнёс Фолг, ломая ему шею, и оттащил плотного тяжёлого готронца в сторону. Под ним, в небольшой, ранее незамеченной расселине компактно скрючилось знакомо тощее тело в некогда белой форме. Фредерик судорожно подхватил Таоли на руки и понёсся к выходу из пещеры. Краем уха он расслышал удивлённые возгласы своих бойцов и громкий вздох Корша. Не обращая на них внимания, он бережно уложил неподвижное тело на относительно плоскую глыбу у входа в пещеру, с замершим сердцем приник щекой к лицу и сжал пальцами тонкое запястье. Пульс был, дыхание тоже, хоть и слабое.       — А если он поломанный — а ты его сразу поднял и таскаешь? — осторожно поинтересовался Обель, подойдя ближе. Заметив, как тревожно дёрнулся Стальной после его слов, адъютант уже мягче спросил: — Что с ним?       Фолг нервно пожал плечами, торопливо расстёгивая пуговицы покрытого кровью и грязью мундира.       — Такой бледный, — тихо произнёс Корш, вглядываясь в лицо Дэйвэна. — Ранили?       — Вроде нет, — недоуменно ответил Фредерик, оглядывая белоснежную рубашку и, сминая в пальцах окровавленный китель, решительно заявил: — К Альберту.       Фолг с Таоли на руках стремительно пошагал к дороге.       — Возвращаемся, — пояснил Обель остальным кигги, выбравшимся из пещеры, и бросился за командиром. — Фред, наш лагерь у другого выхода из ущелья, — начал он.       — Можете отдохнуть у итиланцев, — отмахнулся Фолг.       — А ты?       — А я иду к Альберту.       — Собираешься идти всю ночь? — озадаченно спросил Корш. — Может, взять у Анрада машину?       — Обик…       — Чего?       — Хоть ты и балбес, но такой гений!