Хранитель принца

      Когда открылась дверь, принц заслонился от света ладонью, украдкой вытирая глаза, — а к Варгу метнулось несколько неясных теней. Таоли резко обхватили поперёк груди, выдавив воздух, и грубо дёрнули в сторону, рот зажала чья-то жёсткая ладонь. В голову ударил адреналин, в ушах зашумело, он яростно замычал и вцепился зубами в чужие пальцы, пытаясь прокусить задубевшую шершавую кожу. Над головой раздалось невнятное шипение, рот наполнился тошнотворным вкусом чужой крови. Нападавший толкнул его к стене, и при развороте принц успел поймать растерянный взгляд Альберта, которого придавили к полу, тоже зажав рот, двое незнакомых островитян. За ними катался целый клубок: четверо кигги пытались утихомирить Варга. Ещё двое подпирали дверь, настороженно оглядываясь. Было слышно лишь тяжёлое дыхание нападавших и сдавленное, прерывистое мычание атакованных. Удар о стену, стесав затылок о грубую гладку, вышиб из Дэйвэна остатки воздуха.       — Тихо, малютка, это же я, — чужая ладонь соскользнула с лица и за плечо вздёрнула долинца вверх. Принц оцепенел от изумления, узнав Свура. — Тао, не бойся. Я заберу тебя отсюда.       — Отпус… — Рот Дэйвэна накрыли жёсткие губы, впиваясь грубым поцелуем. К горлу поднялся тошнотный комок. Шершавая ладонь пролезла под халат, жадно провела по бедру, больно сжала в горсти член и яички.       — Нежный и гладкий, как я и думал, — горячо шептал Свур. — Теперь мой. Все эти годы я думал о тебе. Жил надеждой тебя увидеть.       — Пусти! — придушенно шипел принц, с отвращением уворачиваясь и обдирая щёки о грубую щетину, пока чужие губы пытались заткнуть ему рот.       За спиной «лося» один из его подельников, ранее подпиравший дверь, поднял продолговатый, замотанный в тряпку предмет и ударил, пытаясь попасть неуёмному Варгу по голове…       — Не отдам. Ты мой, Тао, — кигги коленом раздвинул долинцу ноги, жёсткие пальцы, царапнув нежную кожу промежности, толкнулись внутрь, злой поцелуй заглушил крик боли.       Раздался грохот и треск. Рука Свура метнулась к ножнам, но через мгновение кигги отлетел в сторону. Принц упал на пол, машинально шаря ладонью по грязному ковру в поисках упавшего рядом ножа и глядя, как сплетённые тела кубарем покатились по полу. Крик, сдавленный рык… Голый кигги вскочил на ноги, выплевывая кусок мяса, — одетый дёргался на полу, хрипя и заливая кровью истоптанный ковёр. Дэйвэна наконец вывернуло. Фредерик на мгновение обернулся. Нападавшие, немо посмотрев вниз, вскинули глаза на Стального, который уже обводил их оценивающим взглядом, выбирая следующую жертву. Из соседних дверей уже выскакивали сонные, но готовые к драке «тюлени». Первыми накинулись на двоих незнакомцев, что держали Альберта. Ещё одного, который без сознания валялся под обломанной об него створкой двери, пнули мимоходом, для проверки. За остальными пятерыми, стремительно убегавшими к выходу, рванула целая толпа «тюленей». Дэйвэн выронил нож в лужу рвоты, уставился на полувозбуждённый, влажно отблескивающий член Фолга и истерично захихикал.       — Аль, цел? — Фредерик вздёрнул брата на ноги, дождался кивка и толкнул его к принцу. — Что с Варгом? Несите его в комнату.       Альберт утянул Таоли в ванную, промчавшись маленьким ураганом через спальню и неловко бросив: «Прошу прощения!» — испуганной девушке на кровати. Стальной окинул взглядом поле боя, где «тюлени» уже подавили сопротивление и связывали троих пойманных визитёров, кивнул Холту, оставляя за главного, и, перешагнув обломки двери, вернулся в приёмную.       — Дышит? — спросил он у кигги, который склонился на Варгом. — Черепушка цела?       — Цела вроде.       — Фред! — в приёмную заглянул растерянный Альберт.       — Что с ним? Цел? — поспешил за ним Стальной.       — Цел, но…       Дэйвэна рвало над раковиной. Оглянувшись на звук шагов, он увидел старшего Фолга, невнятно прошептал: «Грязный», — и его вновь вывернуло. Фредерик, взглянув в зеркало, принялся смывать с губ и подбородка чужую кровь.       — …грязный, — простонал долинец, скорчившись над раковиной в новом приступе.       — Да кто грязный?! — не выдержав, рявкнул Стальной.       — Он грязный, — раздался тихий голос.       Братья оглянулись: у дверей в ванную, прижавшись к косяку, стояла Лайла в простыне и смотрела на Таоли застывшим, нечитаемым взглядом.       — Долинцы говорят, прикосновения людей с грязными помыслами пятнают чистоту Дэйвэнов. Нечестивая сущность нашего мира убивает детей луны. То же было с ним после того, как дед пытался… пообщаться ближе. Он ничего не ел, врачи говорили, что он едва не умер, и дед зарёкся его касаться.       — Ему нельзя не есть, — растерянно произнёс Альберт. — Он ещё не оправился, да ещё дорога…       — Аль, иди к Варгу, — хмуро приказал Стальной. — Лайла, жди меня в кровати. И дверь закройте.       Фредерик сдёрнул с Таоли халат и начал смывать с лица и руки кровь, заставил прополоскать рот.       — Где ещё он тебя трогал?       Принц поднял пустой взгляд и заторможенно провёл влажными пальцами по бедру и выше. Вздрогнул, когда Фолг принялся обмывать указанные места прохладной мыльной водой.       — Он успел тебя?.. — Стальной, нахмурившись, провёл между мокрых ягодиц и коснулся распухших царапин.       — Пальцами, — тихо ответил Дэйвэн.       Наёмник кинул полотенца на пол и уложил на них долинца. Таоли удивлённо охнул, когда сверху опустилось горячее тело и настойчивые губы накрыли его рот. Странно, Свур делал то же самое, но почему сейчас от этого не тошнит? Он покорно приоткрыл рот под напором чужого языка и позволил себе поплыть. Фредерик тщательно вылизал его губы, щёки, подбородок, шею, грудь, живот… Долинец разочарованно вздохнул, когда кигги оторвался от низа живота и переключился на руку, с которой только что смыл кровь убитого им человека. Дэйвэн позволил раздвинуть себе ноги и молча смотрел, как наёмник облизывает его член и яички, чувствуя пальцы, мягко ласкающие его внутри. Горячий язык провёл по царапинам на промежности и коснулся нежной кожицы, натянутой вокруг костяшек. Таоли невольно выгнулся, подставляясь, и тихо застонал.       — Теперь ты чистый, — строго посмотрел Стальной.       Принца хватило только на то, чтобы согласно простонать: «Чистый», — и раздвинуть ноги ещё шире. После чего Фредерик, прервавшись на самом интересном, закутал его в свежий халат и нагло потащил на свою кровать, ко взаимному офигению Таоли и Лайлы.       — Извини, детка, — Фолг завалился между ними и по-хозяйски обнял готронку. — Я его от себя не отпущу.       — Мы будем спать втроём? — тихо и немного разочарованно спросила девушка.       — Его высочество будет спать один на нашей кровати. Ты, если хочешь, тоже можешь спать, но я бы предпочёл занятие поинтереснее. — Сбоку послышалось невнятное шевеление. — Чувствуешь, какой у меня… энтузиазм?       — Но принц Таоли…       — Он нам уже один раз помешал, больше не будет, — в голосе наёмника звучала явная угроза. — Иди ко мне.       Когда принцесса с неожиданной решимостью забралась на Фолга, Дэйвэн резко отвернулся и залез головой под подушку.       — Детка, какая ты горячая! — довольно усмехнулся кигги, прежде чем перевернуться и навалиться на девушку сверху.       Таоли задыхался под подушкой и давился непрошеными слезами, ненавидя Фредерика, Лайлу, Свура да и самого себя: вот почему он не мог потерпеть звуки из соседней комнаты? Неужели он бы не выдержал? Сейчас слушать совсем рядом стоны и шлепки плоти о плоть было в миллион раз хуже. Случайные прикосновения Фолга обжигали раскалённым железом. Всё же кровать была тесной для троих — и Фредерик, периодически путая конечности любовников, хватал за руку принца… И что Дэйвэну делать с возбуждением, которое и не думало спадать?!       Каких только мыслей не побывало в голове Таоли за эту ночь — одну из самых тяжёлых в его жизни… Он уже всерьёз опасался, что сойдёт с ума, но энтузиазм Стального наконец иссяк. И всё равно, заснул Дэйвэн гораздо позже того, как затихли его соседи по кровати.