Хранитель принца

      Разбудил Дэйвэна тревожный запах. Он вывернулся из оплетавших его длинных рук Альберта, спихнул с себя костлявую коленку и сонно огляделся. Запах крови. От двери в крохотную ванную по полу тянулась тонкая полоска дрожащего света, слышались тихий плеск воды и приглушённое досадливое фырканье. Когда Таоли почти бесшумно потянул створку к себе, у мокрых пятен на полу проявился цвет — красный.       — Тебе помочь?       Фолг быстро повернул голову, резко встряхивая ладони и смаргивая воду с ресниц. Судя по его взгляду, он не ожидал даже того, что принц соизволит с ним заговорить, а уж вполне доброжелательный вопрос вообще поверг в недоумение. Но Фредерик быстро взял себя в руки и вновь склонился над раковиной, пояснив:       — Я грязный.       — Я вижу,— Дэйвэн подошёл ближе, — потому и предложил помощь.       — Ты разве не злишься, что просидел здесь весь день?       — Сначала злился, — Таоли пожал плечами. — Но потом вспомнил, почему всё это произошло: конфликт с «быками», когда ты заплатил Шакалу, моё легкомысленное отношение к Свуру, когда мы отошли пообщаться, и то, что я сам вышел в коридор навстречу похитителям, подставив Альберта и Варга.       — Я счастлив, что ты поделился столь разумными мыслями, — устало вздохнул Стальной. — Молодец. Иди спать.       Дэйвэн смотрел на розовую воду, стекавшую с рук Фолга, и преисполнялся решимости.       — Позволь помочь, — он подошёл ближе, пытаясь заглянуть сбоку. — У тебя на руке порез.       — Серьёзно? — наёмник повернулся к нему всем корпусом, и принц разглядел на недоотмытой от засохших потёков коже с дюжину порезов. Самый длинный пересекал грудь, а на шее от резкого движения закровоточил ещё один. Фредерик, впечатлённый выражением его лица, покосился в зеркало.       — Угу, зря я решил со вторым «волком» поиграть, — покаялся он, промакивая кровь полотенцем, — конечно, снял я его эффектно, но он меня таки задел. А вот на шее — это последнему «бычку» повезло, он и сам-то не понял, как умудрился попасть. Но она неглубокая. Хочешь помочь, — Стальной ухмыльнулся, — неси свою любимую мазь.       — Скольких ты… — Таоли нервно сглотнул.       — Четверых, — Фолг внимательно посмотрел на долинца, — или пятерых — если тот «лось» копыта отбросит.       — Двоих «волков», которые скрутили Альберта, и молодых «бычков», которые держали дверь и били Варга по голове, — медленно произнёс Дэйвэн. — То есть тех, кто видел, как Свур задирал мне халат и…       — Я ещё после Струнта понял, что нельзя оставлять в живых тех, кто тебя трогал или видел голым, — буркнул Стальной, отворачиваясь. — Не знаю, что за проклятье у рода Дэйвэнов, но оно действует — и разбираться с психами приходится мне. Хорошо хоть тем четверым, что Варга заламывали, не до тебя было.       — Фрей, мне очень жаль, что тебе пришлось…       — Иди уже, — раздражённо отмахнулся наёмник.       И Таоли действительно ушёл. Чтобы через пару минут вернуться с медицинским набором и взволнованным Альбертом.       — Фред, ты совсем дурной?! Какая мазь?! Здесь зашивать надо!       — Фрей, я подумал… я как Аль не умею.       — Только доносить и умеешь, а что другое — так сразу не можешь, — зло прошипел в сторону принца старший Фолг, сдаваясь на милость младшего. — Ты и вправду бесполезен.       Дэйвэн опешил, губы его дрогнули.       — Всё он правильно сделал! — рявкнул Альберт. — Иначе ты бы завалился так спать и опять заразу какую занёс!       — А так у меня на каждой царапине будет бантик, — огрызнулся Стальной и вновь повернулся к принцу: — Иди спать, пока ещё чего не придумал!       Таоли молча ушёл в спальню. Он ворочался без сна до тех пор, пока не вернулись братья Фолги. Большие сильные руки привычным движением сгребли в объятия неподатливое, деревянно застывшее тело, влажные пальцы нащупали и потянули вверх холодную ладонь Дэйвэна. Принц почувствовал на тыльной стороне движение тёплого воздуха от тяжёлого вздоха и осторожное прикосновение горячего языка.       Он лежал в темноте, сглатывая слезы и отгоняя ярко вспыхнувшие воспоминания о настоящем Фрее, который годы назад вот точно так же утешал хозяина в самые тёмные времена, мягко облизывая руки. Дэйвэн и думать не хотел, как Фолг мог об этом узнать. Но когда к влажной, тщательно вылизанной ладони непривычно прижались шершаво-обветренные губы, показывая нынешнюю разницу, стало всё же легче, и призрак верного пса растворился в сумраке, вернувшись обратно в свой мир. Оставив в мире живых тихо шмыгающего Таоли, тепло дышащего ему в ладонь Фредерика и уже сопящего беззаботно Альберта. Чувствуя тыльной стороной ладони деликатные, необычно скромные поцелуи, принц смог наконец заснуть в объятьях, пахнущих лазаретом.

* * *

      Второй раз за ночь Таоли разбудил уже шёпот. Он пытался не обращать внимания и вновь погрузиться в сон, но услышал своё имя. Пришлось прислушаться.       — Да ладно, Пух, Гауэр прямо так и сказал? — тихо пророкотал над ухом сонный, но встревоженный голос Фредерика.       — Ага, когда развлекался с одним из моих мышат, — хмуро отозвался вождь «котов». — Шпион теперь из него никакой — придётся отсылать из Готра.       — Отвернись. А Ликкору уже сообщили, не знаешь?       — Пока не знаю, — неохотно признал Пухнявый. — На твоём корде он пил, как сивый мерин. Смогут ли его добудиться?       — Чёрт, как не вовремя, — буркнул Стальной, скидывая с себя конечности Таоли и Альберта и вновь накрывая их одеялом. — Пух, будь другом, найди мне Эрика.       — Брата пристроишь? — понимающе кивнул «кот». — А насчёт?..       — Юэнаи будет при мне, — непреклонно произнёс Фолг. — Учитывая плату за этот поход.       — Если они наймут убийц, можешь пострадать и ты, — Пухнявый помедлил в нерешительности, глядя, как тот одевается. — Фред, оставь его. Не стоит ради… шёлка рисковать жизнью.       — Знаешь уже? — Стальной усмехнулся и потрепал зятя по вихрам на затылке. — Не волнуйся, Пух. Мы уезжаем прямо сейчас.       — Ну… раз ты так решил.       Вождь «котов» крепко обнял шурина и торопливо покинул спальню. Фолг начал собирать немногочисленные пожитки. Быстро и аккуратно свернул долинский мундир Дэйвэна. Задумчиво хмыкнув, небрежно сунул в вещмешок свой итиланский мундир, с которого ещё вчера вечером перед балом они с Эриком спороли знаки различия.       — Тао, я знаю, что ты не спишь. Куда ты запрятал свои волосы? — негромкий вопрос Фредерика заставил принца вздрогнуть.       — Откуда знаешь?       — Во сне дышишь по-другому. Давай их в мешок, или они останутся в Готре.       Долинец торопливо метнулся в ванную и притащил кулёк из чёрного шёлка, который вручил Фолгу не без внутреннего трепета. Тот без всякого почтения пихнул его в мешок и затянул горловину, затем кинул Дэйвэну тёмно-зеленый ком. Готронская форма Фэали и просторная куртка с капюшоном.       — Фред, что происходит? — сонно спросил Альберт, разбуженный суетой.       — Аль, помоги Таоли одеться, — кинул Фредерик, — мы уезжаем.       — Как?! Куда? — возмутился младший Фолг. — У меня ещё дела! Ты обещал, что у меня будет неделя!       — У тебя будет неделя… — Наёмник замер, прислушиваясь. — Тао, быстро в кладовку.       Дэйвэн с ворохом одежды едва успел скрыться в крохотной гардеробной, примыкающей к спальне, как стукнула дверь и послышался голос Эрика:       — Фред, ты хорошо подумал?       — Угу, поручаю Аля тебе. Ещё здесь дня на три остаётся Шишига с ребятами — они будут рядом с Алем. Потом они поедут прямиком в Ёруз, а тебе останется только проводить Аля к Синеногу. Аль, если хочешь, можешь заехать к «поморникам» — повидать сестёр с племянниками. Эрик, снаружи тихо?       — Угу, так тихо, что рёв десятка грузовиков разбудит весь дворец.       — Вчера, ещё до корда, когда Алч нагрузил все машины, их по одной потихоньку перегнали на постоялый двор «котов». А уж там все привыкли к круглосуточной суете.       В гардеробную сунулся Аль и принялся помогать долинцу с одеждой.       — Таоли, ты в курсе, с чего такая внезапная спешка? — прошептал он.       Принц лишь с сожалением помотал головой.       — Какой ты предусмотрительный, — буркнул за стеной Эрик. — Я думал, мы ещё хоть денёк…       — Я тоже хотел, но видишь, как вышло.       Скрипнули половицы под тяжёлыми шагами, раздался голос Холта:       — Фред, все ушли, кроме нас. Алч с остальными уже на месте.       — Эрик, поживи здесь с Алем: проснись завтра после обеда, затребуй жратвы, вина… Ну, ты и сам знаешь. Тао, готов?       Дэйвэн торопливо вышел из гардеробной, Фолг его перехватил и накинул на голову капюшон, закрывая почти весь обзор.       — Давай, Стальной, оправдывай своё прозвище, — Эрик крепко обнял побратима. — Удачи.       — А ты — не оправдывай. Удачи тебе, Безухий, — хмыкнул тот в ответ. — Присмотри за Алем.       В ответ на красноречивый взгляд младшего брата Фредерик развёл руками и одарил его столь же крепкими объятиями, молча прощаясь.       В коридоре их тихо ждали ещё три амбала из «тюленей». Фредерик взял Таоли за руку и повёл из дворца. Пятеро рослых островитян оказались на удивление незаметными: тёмными тенями неслышно скользили они по безлюдному двору, дозорные кигги вежливо их не замечали. У одного из многочисленных чёрных ходов дворца заартачившейся было страже Холт шепнул буквально пару слов — и вот дверь открыта, а итиланцы старательно смотрят в сторону. Дэйвэн вцепился в ладонь Фолга и, пытаясь поспеть за его широкими шагами, сам себе казался баржей на буксире — громко топающей и шумно пыхтящей.       На пустых улицах города даже сумрак не мог скрыть следы погромов. Редкие прохожие, завидев группу торопливо шагающих амбалов, исчезали с дороги со сверхъестественной быстротой. Кигги направились от дворца в сторону реки. Фредерик, долго не раздумывая, подхватил Таоли на руки, слегка увеличив скорость передвижения. Долинец завертел головой.       — Фрей, поворачивайте, — прошептал он, наконец сориентировавшись, — или попадёте в очень опасный район: наркоманских притонов и воровских рассадников, а в старых доках, говорят, орудуют контрабандисты.       — Туда-то нам и надо, — заговорщицки отозвался Фолг.